Шахид

      Разум Рахмдила наконец принял действительность в месте, где ныне жил Ахмад, а он был его званым гостем. То, что пару часов назад казалось немыслимым, сейчас ощущалось само собою разумеющимся, как суры Корана. Его дочь убили русские, построившие безбожную школу, в которую она ходила, и бросившие ей под ноги заминированную игрушку. Чувство диссонанса осталось в прошлом, как и отчаяния, тревоги. Это получилось благодаря проницательным речам Ахмада, подкреплённым чашкой кокнара¹ и заправленного схожим содержимым чиллума², которыми его любезно угостил гостеприимный хозяин. И то и другое запретили с приходом шурави. Но что ему теперь законы оккупантов?! Теперь это лишь делало напиток слаже, а дым — ароматней. И каждое слово Ахмада установленной доказанной истиной.       — Мы позаботимся о твоём сыне. У нас он возмужает в моджахеда. Грозу гяуров, отнявших у него сестру, а у тебя — дочь.       Это было прекрасно, но Рахмдил хотел сам…       — …И ты тоже не останешься в стороне, друг мой. Твоя миссия — самая важная и почётная. Ты проникнешь в самое сердце врага. С оружием тебя не пропустят, но мы приготовили им сюрприз:       — Бронежилет? — Рахмдил принял у Ахмада нечто отдалённо напоминающее доспех-бригантину. Только пластины "брони" были внутри, слишком толстые, скорее – плитки, но из более лёгкого материала, похожего на нечто между мылом и пластилином. А ещё из него торчал какой-то странный шнурок. Хотя, нет, не шнур — электропровод, с каким-то выключателем на конце.       — Броня останавливает удар противника, а ты удар нанесёшь. Ты придёшь в ихний штаб под видом информатора. И когда они тебя к себе подпустят, замкнёшь эти контакты.       — И что произойдёт? — Рахмдил потянулся к колпачку предохранителя на кнопке замыкания, но Ахмад закрыл её своей рукой.       — Ты отправишь их в Джаханнам³, а сам, как истинный шахид⁴, воссоединишься со своей дочерью и будете вместе с ней в Джаннате⁵ ждать жену и сына. Но нажать на кнопку ты должен, лишь когда окажешься в нужном месте среди шурави…