Эпилог

      Об обещании посмотреть на мир настоящих магглов королевская чета вспомнила лишь спустя десять лет. Дети подросли, фермы заработали как надо, маги и сквибы примирились друг с другом. Страна вполне процветала под управлением Пендрагонов, когда произошло неожиданное — стража города Литтл-Уингинг обнаружила неучтенного ребенка.       Надо сказать, что все дети были учтены, носили специальные артефакты, поэтому потеряться не могли физически, стража, пришедшая на смену аврорату, не зря ела свой хлеб. И вдруг — неучтенный ребенок. Это было бы скандалом, не существуй процедуры на этот счет.       Неизвестная девочка лет десяти от роду, смотрела на окружающий мир, легко поверив магу-стражнику. Навскидку ей было лет десять, поэтому феномен этого ребенка требовал вмешательства королевской семьи. Мерлин легко бы определил, откуда она, но девочка выглядела несколько потерянной, поэтому, приведя ее во дворец, решили представить королеве.       — Ваше Величество, потеряшка, — к Гермионе вывели девочку, смотревшую на королеву во все глаза.       — Интересно, — кивнула королева Магической Британии и, взяв ребенка за руку, отвела в свой кабинет.       Дети были в школе, в тщетных попытках разнести ее вместе с другими сорванцами, поэтому у Гермионы образовалось полдня тишины. Ну так она думала еще этим утром, но затем образовалось чрезвычайное происшествие, которое она сейчас и рассматривала.       — Кто ты дитя, откуда? — поинтересовалась Гермиона, отмечая неестественную бледность ребенка и косынку, плотно охватывавшую голову так, что казалось, волос у малышки нет вовсе.       — Я Берта Хиггинс, — произнесла девочка. — Мне одиннадцать.       — Где ты живешь, Берта? — спросила королева. — Ты голодна?       — В приюте… — прошептала мисс Хиггинс, не отвечая на вопрос о голоде. — Но сейчас, наверное, в хосписе…       — Целителя ко мне, немедленно! — приказала Гермиона, продолжая расспрашивать малышку.       У девочки был рак. Что это такое, Гермиона знала из прошлой жизни, потому что ни у магов, ни у сквибов эта болезнь смертельной не являлась, легко поддаваясь излечению. Но вот девочка явно проходила лечение из той, прошлой жизни, то есть, у магглов? Но как такое было возможно?       Кроме целителя в кабинет вошел и встревоженный Мерлин. Колдомедик быстро определил проблему магического ребенка, споив той два зелья, принятые с улыбкой, что для детей было нехарактерно. А затем Берта начала рассказывать историю о том, как увидела фильм о мальчике, который выжил. О его приключениях и магии, поэтому очень-очень захотела оказаться среди магов, хоть и не верила, что ей могут помочь.       — Ну что же, — хмыкнул Мерлин. — Магглы поверили в существование магии, теперь наши миры смогут соприкоснуться.       — Ты говорил, что мы сможем взглянуть на их мир, — припомнила Гермиона.       — Конечно, — кивнул Великий Маг. — А теперь миры стали ближе, поэтому и погулять…       — Очень хорошо! — обрадовалась женщина. — Берту надо лечить, а потом, раз она сирота…       Она не успела закончить фразу. Внезапно оказалось, что из школы вернулись дети. Именно они и закончили фразу своей мамы. Желающие поскорее рассказать любимой мамочке о том, что было в школе, увидели Берту. На мгновение замершие дети сделали какие-то свои выводы и…       — Ура! Новая сестренка! — закричали старшие близнецы.       Младшую сестру они очень любили, и появление еще одной только приветствовали. Да что там они, и Лили очень приветствовала появление еще одной девочки в семье, логично предполагая, что тогда любовь братьев хоть чуточку ослабнет и с нее перестанут сдувать пылинки.       Так Берти из мира магглов стала Пендрагон, потому что Гарри тоже совершенно не возражал.

***

      — Готовы? — поинтересовался Мерлин, оглядывая Гермиону и Гарри.       — Готовы, — кивнул король, очень желающий сравнить миры. — Когда, говоришь, миры соприкоснутся?       — Через полвека, — пожал плечами Великий Маг. — Или не соприкоснутся, все зависит от многих факторов.       — Ну, поглядим… — Его Величество с интересом взглянул в черное зево портала.       Они появились на пустынной улице, возле какого-то магазина. Гермиона огляделась, сразу же заметив что-то необычное. Висевшая на высокой тумбе афиша привлекала внимание.       — Гарри, смотри! — она показала рукой.       — Интересно как, — озадаченно произнес Гарри, вглядываясь.        «Гарри Поттер и философский камень» — значилось на большой афише, но внимание привлекали изображенные герои. Очень узнаваемая Гермиона такая, какой она была лет в двенадцать, непохожий на себя Гарри, его можно было узнать только по шраму и почти копия — Рон.       — Получается, кто-то написал книгу? — поинтересовался король. — А как узнать…       — Эх, Гарри, — вздохнула Гермиона, направляясь к магазину, в котором обнаружился и книжный отдел.       Магия работала не так чтобы очень хорошо, но Мерлин отвел глаза магглам, позволив им не запомнить молодых людей, очень внимательно читавших книгу. Забирать ее с собой Гарри не хотел, а лишь просмотреть. Гермиона с первых же строк скривилась, а читая о своем явлении — обиделась.       — Ну я же не такой дурой была! — возмутилась она.       Ее успокаивали все вместе, поэтому королева сменила гнев на милость, согласившись взглянуть на жизнеописание этой самой Роулинг. Доселе никому не известная женщина опубликовала романы, сразу же ставшие очень популярными. При этом она утверждала, что идея ей пришла «как-то сама по себе».       — Что же, опыт оказался вполне удачным, — кивнул Гарри. — Но у магглов свой мир, а у нас свой, как же Берта сумела?       — Она просто очень захотела, — объяснила Гермиона. — А магия — это желание.       — Значит, будут еще, — задумчиво произнес король. — Надо стражу проинструктировать.       — Надо, — кивнула его любимая супруга.

***

      Проходили годы, люди жили своей жизнью, как и маги. Миры пока не соприкоснулись, но стали ближе, поэтому иногда, нет-нет, да и появлялись такие «потеряшки», для которых Мир Магии был мечтой всей жизни, а часто — еще и последней надеждой. Проинструктированная уже стража совсем не паниковала, отправляя «потеряшек» сначала к целителям, а потом уже и в готовые принять их семьи.       Магическая Британия охотно развивалась вслед за окружающим миром, а замшелые пни предпочитали сидеть очень тихо, потому что Его Величество шутить не любил, зато очень уважал декапитацию. Поэтому пределы его терпения испытывать не желали.       Риэ выросла в красивую девушку, выйдя замуж за русского принца. Он у них называется «царевич». Она очень скучала по братику, поэтому часто приезжала с официальными и не очень визитами, встряхивая обе страны. Дети же просто радовались жизни. В мире Магии царил мир. Никаких лордов не водилось, потому что с ними разговор был короток, а меч короля Гарольда не тупился.       Гермиона жила счастливую жизнь рядом с Гарри, только на исходе второго века начав подозревать неладное. Мерлин же успокоил женщину, объяснив некоторые принципы построения мира, отчего Гермиона смирилась. Ее-то не спрашивали, а для окружающего мира так действительно оказалось лучше.       Появившаяся в покоях Гарольда женщина была ему знакомой. В прошлый раз она представилась смертью, что значило — пришел его срок. Жалко было оставлять Гермиону одну, но король понимал — его не спрашивают.       — Разрешишь с Гермионой попрощаться? — поинтересовался он.       — О чем ты? — не поняла Смерть, но в следующий момент до нее дошло. — Нет-нет, ты меня неправильно понял, я просто так в гости зашла. Тебя забирать не буду, мне все нравится.       — Ну, если просто так… — Гарри вызвал домовика, приказав подать чай. — Тогда угощайся.       — Угощусь, — кивнула Смерть. — Мне нравится, как ты правишь, как любишь свою жену и как она любит тебя. Мне даже нравится, что ты дал начало всей этой истории с Гарри Поттером, потому в гости заходить буду, а забирать нет. Это твой мир, так что живи и радуйся.       Впоследствии Смерть еще заходила в гости, иногда даже принимала участие в семейных торжествах, отчего к ней привыкли и совсем не боялись. А вот покушений на короля, к которому запросто на чай заходит сама Смерть, не было, потому что дураки в Британии, конечно, были, но не вот так чтобы совсем запредельно.       И правили Пендрагоны вечно. Потому что их все равно никто не спрашивал, а если не спрашивают — чего трепыхаться? Народ привык, послы привыкли, даже Кощей, это русский некромант, и тот привык. И все жили счастливо, без войн и горя. Ведь это хорошо, когда люди счастливо живут? А маги они или, например, магглы, какая разница, правда?