Глава 5. Чтобы разбить твое сердечко…

Трек: Dead Man's Bones — Pa Pa Power Нотт стоял у зеркала в своей комнате и тщательно поправлял рукава рубашки. Было уже почти десять вечера. Пора бы узнать, с какого такого хуя Малыш Поттер решил, что ему дозволено лезть в дела самого, блядь, Теодора Нотта. Посмотри на него сейчас — кто, никогда не догадался бы, что внутри парня бурлит жажда справедливости. Настолько он был спокоен внешне. В момент, когда он об этом думал, послышался стук. Теодор цокнул. Как всегда — вовремя. — Тётушка Пегги, — он был уверен, что это именно она, и знал, зачем. — я не буду ваш фирменный травяной чай, но спасибо, что позаботились обо мне. Не услышав ничего в ответ, он надеялся, что она ушла, но раздался повторный стук и Нотт направился к двери. — Тётушка, я же сказал, я не хочу ч… — он застыл на входе. — Смотри, вот эта штука может делать так. — Грейнджер показала ему руку, сжатую в кулак, после чего еще три раза постучала в дверь. Это она. Нотт не ждал ее раньше завтрашнего дня. Она снова превзошла его ожидания. Вот же маленькая... — Возможно, для тебя это невероятно, — продолжила Гермиона,— но глянь-ка, у тебя тоже такая есть! Да еще и две! Она издевалась. Он осмотрел ее. На ней были белые шорты до середины бедра, такого же цвета кроп-топ, а на плечах небрежно накинутый зеленый худи. Волосы были собраны в пучок, две пряди свисали, обрамляя лицо. Взгляд Нотта мазнул по ее ногам. Она продолжала говорить? — Надеюсь, что этот урок ты усвоишь, иначе я подумаю, что у тебя мозгов, как у зубочистки, — она смешно прищурила глаза. Нотт не реагировал. Он все еще не знал, что сказать. Грейнджер застала его врасплох! — Ладно, на самом деле, я пришла сказать спасибо за цветы, а еще сообщить, что принимаю твои извинения, — ковыряя ногти на руках, сказала она. Ей неловко? Ну, собственно, как и ему. Нотт начал злиться сам на себя из-за того, что не мог ничего ей ответить уже довольно продолжительное время. Чтоб тебя, Грейнджер! — Так, ну это уже не смешно. Кто-то из твоих подружек съел твой язык, пока ты изучал ее рот? — Дерзко выпалила Гермиона. — Если так, то я, пожалуй, пойду. Тем более ты, кажется, куда-то уходишь. С этими словами она отсалютовала ему и повернулась. Теодор посмотрел на часы—22:23. Блядь! В голову пришла совершенно идиотская затея. Но лучше уж это, чем стоять и молчать. Похер. Была не была. — Не хочешь поплавать? — Крикнул он в её удаляющуюся спину. После внутренних споров он твердо решил, что не дурак, упускать такой шанс. — У тётушки на территории есть бассейн, а я заметил, что со спортом ты на одной волне. Гермиона остановилась. «Давай же… Давай… СОГЛАШАЙСЯ ТВОЮ МАТЬ!» — Ого, оно разговаривает? — Она изобразила удивление. — Ты же собирался уходить? — Ради тебя я готов заставить весь мир подождать. — Он улыбнулся настолько обворожительно, насколько мог. Вот сейчас-то мышеловка и захлопнется. На его памяти еще ни одна не устояла перед его шармом. Гермиона уставилась на него с широко раскрытыми глазами. Нотт гордился собой, ровно до того момента, пока не услышал, как Грейнджер… СМЕЁТСЯ?! — «Ради тебя я заставлю весь мир ждать»! — передразнивала она сквозь смех. — Вау! Серьезно? Нотт начал закипать. Какого… — Ладно, я все равно не знала, чем заняться вечером, и не считаю твое предложение непристойным, так что принимаю его, — вдруг ответила Грейнджер, все еще пытаясь успокоиться. — Жди меня у бассейна через пятнадцать минут. После того как она скрылась за поворотом, Теодор, все еще стоя в дверном проеме, опомнился. Не переодеваясь, он направился в сторону бассейна, переваривая то, что только что произошло. «Что, блядь, это сейчас было?! Как какая-то девчонка смогла лишить меня дара речи?! Почему на нее не сработала фраза, которая срабатывает даже не на каждую вторую, а на каждую первую?! Как она смеет надо мной насмехаться?! Да какого хрена я вообще куда-то пошел с ней после всего этого?" С этими мыслями он дошел до небольшого строения, остановился на входе и одернул себя. — Идиот! Пари! Вот что важно. Не время жалеть себя, — сказав это, он выдохнул и вошел внутрь.

***

Трек: Saveus — Dark Vibrations Гермиона вошла в здание с приглушённым светом. «Боже, ну только романтической обстановки мне не хватало», — подумала она. Придя в комнату, она тысячу раз пожалела о том, что согласилась. Сердце бешено колотилось в груди, отдаваясь звоном в ушах. Пятнадцать минут, за которые она должна была собраться, подходили к концу, когда она твердо решила, что, хоть и не хочет, но всё же придёт. Так Грейнджер была воспитана. Взялся — ходи! Никак иначе. И вот она здесь. Видимо, кто-то совершенно не хотел признаваться, что двадцатью минутами ранее побрызгался своими любимыми духами. Для особых случаев. В бассейн. Гермиона осмотрелась. Внутри было невероятно красиво. Всё оформлено достаточно минималистично, в коричнево-бежевых оттенках. Слева стояли в ряд четыре шезлонга, рядом с каждым — маленький журнальный столик с декоративными сухоцветами, прекрасно дополняющими общую картину. По правую сторону вдоль стены Грейнджер увидела купель с тремя небольшими водопадами, которые вытекали прямиком из стены. В центре же был сам бассейн. Благодаря черной плитке казалось, что у него нет дна. Только нырни — и мгла поглотит тебя навсегда. Заворожённая этой картиной, Гермиона захотела прикоснуться к тьме. Обойдя колонну на входе, она подошла и присела рядом на корточки. Грейнджер окунула руку в воду, пуская по воде множество кругов. Теплая. — Теодор? — она решила, что нужно проверить пришел ли он вообще. — Теодор! Грейнджер посмотрела по сторонам. Вокруг была тишина, прерываемая отскакивающими от стен отголосками ее голоса, звавшего Нотта. Пожалев о своем решении прийти, она развернулась, чтобы вернуться в уютное пространство своей комнаты, когда врезалась во что-то твердое. — Дурацкая колонна! — Выразила она свое негодование, сделав шаг назад и потирая лоб. После того как она подняла голову, Гермиона застыла и открыла рот. О нет. Она врезалась не в колонну, как подумала изначально. Перед ней стоял голый Теодор Нотт, который вытирал полотенцем волосы и смотрел ей в глаза. Она совершенно не заметила дверь, которая вела в сауну. Из неё-то и вышел расслабленный Нотт. — Может, ты отвернешься, чтобы я надел плавки? — Он покрутил указательным пальцем, описав круг. Гермиона, вздрогнув, отвернулась. — Господи, извини, пожалуйста... — она готова была провалиться сквозь землю. — Принимается. Один — один. «Просто невероятно! Как можно было спутать Нотта с колонной? Он что, сделан из мрамора? Сколько времени он проводит в тренажерном зале, чтобы добиться такого эффекта?» — проклиная свою глупость, она услышала всплеск воды. Гермиона повернулась. — Ну что, успела всё оценить? — он возвращал ей предыдущий час её издевательств над ним сполна. — А я думал, вы приличная девушка, мисс Грейнджер. Вроде умные книги читаете. Отлично. Теперь она выглядит глупо. — Откуда тебе знать какие книги я читаю? — Гермиона ухватилась за эту тему,как за соломинку, стараясь прикрыть свой позор. Она подошла к шезлонгу, чтобы положить полотенце и скинуть халат, в котором пришла, но остановилась. — Отвернись. Я хочу зайти в воду. Он прожигал в ней дыру. Пара кудряшек приклеилась к его лбу, по рельефному телу стекали мелкие капли. «Черт, да он и правда выглядит так, будто высечен из камня». Гермиона отогнала эту мысль и умоляюще на него посмотрела. Позориться ещё сильнее ей не хотелось. — Да брось, мы уже видели друг друга голыми, — начал он, но, посмотрев на её лицо, сжалился. — Ладно-ладно, извини. Он поднял руки в извиняющемся жесте, когда она зло сверкнула глазами, и отвернулся. Гермиона быстро скинула халат. На ней был классический черный купальник с высокой посадкой. Грейнджер нравилось, как он чётко подчёркивал все выигрышные стороны её тела. Но даже не смотря на то, что в этом купальнике она чувствовала себя достаточно привлекательной, она не хотела, чтобы Нотт смотрел на неё своим этим плотоядным взглядом. Не дожидаясь, пока он передумает и повернётся, Гермиона зашла по грудь в воду. — Я видел на прикроватной тумбочке пару твоих книг, — он продолжил говорить не поворачиваясь. — Признаюсь, выбор одной из них меня удивил. — Что ещё ты успел рассмотреть, пока наглым образом шарился по моей комнате? — сказала Гермиона, подплыв к нему ближе. Теодор резко повернулся. — Я не шарился. Они лежат на видном месте, —он попытался сократить расстояние между ними. Гермиона отстранилась. — Так что же такого удивительного в моих книгах? — ей было действительно интересно. Чутьё подсказывало, что речь пойдёт о той самой книге, которую она схватила, как только переехала к миссис Нотт. — Опасные связи? Ну, даже не знаю. Книга про Виконта де Вальмона, который по наводке своей приятельницы, обиженной на мир маркизы де Мертей, соглашается совратить невинную девушку Сесиль, — Теодор смотрел ей в глаза. — Эта парочка не чуралась самыми мерзкими средствами в достижении цели. Не уверен, что тебе такое понравится, — она видела, что он был слегка напряжён, пересказывая ей сюжет. — В конце, естественно, добро победит зло, а Вальмон с Мертей поплатятся жизнью. — Отлично, спасибо за спойлеры. Можно теперь не читать, — Гермиона картинно закатила глаза. На самом деле, теперь ей хотелось прочитать ее еще сильнее. Как она и думала, он говорил про ту самую книгу. Теодор стоял, задумавшись и смотрел как будто бы сквозь Гермиону. — И откуда вообще тебе знать, что может мне понравиться? Он не слышал её. Гермиона помахала перед ним рукой, привлекая внимание: — Эй, ты еще здесь? — А? А, да, не читай её — дрянная книженция, — Нотт потряс головой. — Ты же сказал, что я читаю умные книги. Или ты и здесь соврал для своей выгоды? — она сложила руки на груди. — Ну, как мы уже разобрались, ты её не прочитала. Так что в остальном всё в порядке, — он ехидно улыбнулся. — Отвечая на ранее заданный тобой вопрос, я просто уверен, что ты — приверженка романтики и розовых соплей. Гермионе не понравилась эта рецензия на её вкус. Больше всего раздражало то, что он прав. — Ты ушла от моего вопроса, — внезапно сказал Нотт — Какого вопроса? — пытаясь воспроизвести в голове их диалог, она не могла вспомнить, чтобы он что-то спрашивал. Грейнджер нахмурилась. — О том, успела ли ты всё оценить? — нагло улыбнулся Нотт. — Неужели твой друг по переписке и этот аспект моей жизни осветил? Да, похоже, так подробно, что ты даже не могла оторваться. Сравнивала с описанием? Гермиона потерла пальцами переносицу и на секунду зажмурилась, скрывая стыд. Он невыносим. — Прошу, хватит. Да и вообще — ты сам подкрался, — с этими словами Гермиона ударила ладошкой по воде, и в Теодора полетели брызги. — И нет, мой, как ты выразился, друг по переписке ничего такого не описывал. — А что же тогда он описал? — Нотт приблизился к Гермионе не скрывая свой интерес. Она снова поспешила отстраниться. Теодор продолжил: — Неужели какой-то человек смог так сильно испортить впечатление обо мне? — он сверкнул глазами, Грейнджер почувствовала, что атмосфера накаляется. Если бы она начала отнекиваться, то точно бы соврала. Написанное плотно засело внутри неё, не давая шанса рассмотреть под уже нарисованным портретом Теодора Нотта кого-то другого. — Признаюсь тебе, — вдруг начал он, сообразив, что ответа не дождется. — поначалу я думал, что ты ханжа, которой парни интересуются только для того, чтобы получить «отлично» за свой проект. Или что-то вроде того, — Нотт помахал руками над головой. — Но теперь я вижу совсем другое. И знаешь... я даже тебе завидую. Ты талантлива, красива, умна, знаешь, чего хочешь. Мой идеал девушки. Гермиона понимала на что шла, соглашаясь сюда прийти. И он только что подтвердил всё то, что она о нем знала. Нотт действительно красив, но в то же время он был прекрасно осведомлён об этом. А нет никого хуже и опаснее человека, знающего это — и умеющего этим пользоваться. Она отказывалась себе признаваться, но её задели эти слова Теодора. Она ненавидела, когда парни начинали восхвалять девушку, не зная о ней ровным счетом ничего. Он же сделал хуже — оскорбление, завернутое в красивую упаковку лести. Не сдержав эмоций, она почти прошипела: — Знаешь, в письмах есть моя любимая часть, — делая вид, что пытается вспомнить, как она звучит, девушка уставилась в одну точку. На самом же деле она знала эту фразу наизусть, так сильно она запала ей в душу. Сильнее всех остальных. — «Он коварен гораздо более, чем красив, и ни разу не произнёс ни единого слова без злого умысла. Общение с ним тебя погубит. Держись от него подальше». Договорив это, она посмотрела на Теодора. Тот смотрел на неё в ответ. Поток слов полился из неё, как из брандспойта — невозможно остановить. — «Ты умна, красива, идеал...» — проговорила Гермиона с издевкой, начиная заводиться. Теодор продолжал на неё смотреть. — Я не сомневаюсь, остальные девушки беспрекословно велись на эту чушь. Конечно! Как можно устоять перед сладкими речами самого Дьявола? Но на сей раз ты осмелился поиграть с Гермионой Грейнджер. И если ты считаешь, что скажешь мне пару комплиментов, обворожительно улыбнешься и дело в шляпе, то спешу тебя огорчить. Я никогда, слышишь? НИКОГДА не отвечу тебе взаимностью. Так что намотай это на свои кудряшки. ТЫ. МНЕ. НЕ ИНТЕРЕСЕН. В последний раз посмотрев Нотту в глаза, Гермиона вышла из бассейна. — Спокойной ночи, милая Лилит, — смотря на нее исподлобья, кинул на прощанье Нотт. Грейнджер яростно схватила полотенце и, накинув халат, быстрым шагом вышла на воздух. Её трясло. На восстановление дыхания и равновесия понадобилось какое-то время. «Черт, он что, только что сравнил меня с демоном?. Кажется я облажалась. Если хочу узнать чего он хочет, нужно держать себя в руках…» — подумала Гермиона, прикрывая глаза. Спохватившись, как бы он не вышел вслед за ней, она потрясла головой, в надежде выбросить эту выходку из головы, и направилась к поместью не замечая, как за ней пристально следит пара зелёных глаз.