Глава 9. Динь-дон...

Трек: Cameron Grey — I Want It All Ровно в 21:00 Теодор услышал звонок в дверь. Он закатил глаза. Само мамочкино совершенство. Пунктуальна даже к своей погибели. Нотт распахнул дверь. На пороге стояла Дафна. Одета она была в спортивный костюм персикового цвета на голове — капюшон, за спиной Теодор заметил небольшой рюкзак. — П…привет, — сказала она неуверенно. — Привет, привет! — Теодор улыбнулся. — Я думал, не дождусь нашей встречи. — Мы же договорились о ней пару часов назад. — О, Дафна, это же просто вечность по моим меркам, — он жестом пригласил ее войти. Она осторожно вошла, не понимая, почему Теодор такой счастливый. Он так любит писать письма? — Когда начнем? Я принесла с собой все необходимое, — сказала Гринграсс, открыв свой рюкзак. — Может, для начала выпьем? — Нотт уже стоял возле мини-бара, разливая по стаканам виски. — Я…Я не пью вообще-то, — Дафна слегла смутилась. — Совсем-совсем? — наигранно удивился Нотт. — И никогда не пробовала? — Нет, — она еле заметно улыбнулась. — Так мы сейчас это исправим! — сказал Теодор, стукнув два стакана друг об друга, от чего послышался звон. — Не думаю, что это хорошая идея, — осторожно проговорила Дафна. — Верь мне, — Нотт посмотрел на нее. Дафна колебалась. Теодор закатил глаза. — Не будь такой скучной. Давай же! Нужно создать правильное настроение для любовного письма, а ты пока сильно зажата — так не пойдет, — Теодор говорил с видом эксперта. — Ну… если ты говоришь, что надо, тогда давай, — Дафна протянула руку, в которую Нотт вложил стакан. Он подошел ближе к девушке. Она была гораздо ниже Нотта, поэтому ей пришлось задрать голову, чтобы смотреть ему в лицо. Теодор поднял свой стакан и самым сексуальным голосом из своего арсенала произнес: — За нас и нашу работу, — аккуратно чокнувшись со стаканом Дафны, проговорил он. Гринграсс нервничала — это было видно не только по выражению ее лица, но и по тому, что она осушила сразу весь бокал, после чего, естественно, закашлялась. — Ого, а говорила — никогда не пила. Обманула меня? — Нотт продолжал говорить сладким голосом, осторожно потягивая свой напиток. — Ничего я не обманывала. Я в кино видела, что так делают — вот и повторила. Не думала, что на вкус это будет так ужасно. — Ты у меня первая, — вдруг сказал Нотт. — Что?! — ошеломлённо переспросила Гринграсс. — Говорю, что ты первая, кто оценил Macallan 1926 как «что-то ужасное». А ты что подумала? — ехидно уточнил Теодор. — Я…Я… Нет, ничего, — Дафна опустила глаза. — Тео, можно вопрос? — Не называй меня так, — сказал ей Нотт, пытаясь скрыть раздражение. — Почему? По-моему, очень красиво звучит, — она будто задумалась и проговорила, растягивая — Т-е-е-е-о-о-о. — Не важно, просто не называй — и все, — он держался изо всех сил, чтобы не нагрубить ей и не похерить весь их с Пенси план на начальных этапах. — Так что за вопрос? — Но я хочу знать! — притворно заныла Дафна. «А я хочу, чтобы ты перестала до меня доёбываться, но не всё коту масленица», — подумал он. Но вместо этого сказал: — Вопрос, Дафна. — Ты когда-нибудь любил? Он ожидал чего угодно — но не этого. Теодор ничего не знал об этом чувстве. В его голове все было просто: либо «хочу», либо «не хочу». Нежность, сладкие речи, какие-то жесты никогда не несли в себе никаких глубоких чувств. — Конечно! — выпалил он — Как бы я взялся помогать тебе с письмом, если бы это было не так. Ничего не поделаешь. Пришлось врать. — Точно, — отозвалась Дафна. — Кстати, о письме. Приступим? — он протянул ей свою руку, приглашая. — Мы что куда-то уходим? — Дафна напряглась. — Выдыхай, далеко не уведу. Всего лишь на второй этаж, — Нотт не опускал руку. — А чем плоха гостиная? Здесь удобно. — Ну, я же говорил: для любовных писем нужна определенная атмосфера. И я как раз подготовил такую — у себя в спальне. Дафна маленько поколебалась, но, кажется, стакан виски сделал своё дело, потому что она без какого-либо страха ответила: — Ну, показывай, что у тебя там за атмосфера такая. — Я уверен — тебе понравится.

***

Трек: Cherry Glazzer — Isolation — Готово! — Дафна вскинула руку с листочком над головой. — Кстати, я представляла твою комнату по-другому. Она, не меняя положения, обвела взглядом ту часть комнаты, которая находилась в её поле зрения, после чего протянула за спину пустой стакан: — У меня закончился кокте-е-е-йль. Хочу еще! «Как же дохуя ты хочешь», — с раздражением думал Нотт, но стакан забрал, решив, что ей достаточно. Дафна лежала на животе на кровати и болтала ногами. Это был её третий коктейль за вечер, не считая виски. Она не видела, чем занимался Нотт за её спиной. Он стоял у окна, облокотившись на подоконник. Теодор на самом деле не собирался вести девушку в свою комнату, поэтому выбрал одну из многочисленных гостевых, которая, как ему показалось, подходила больше других. Темно-серые тона, по его мнению, отлично гармонировали с состоянием его души, а немногочисленная мебель — а точнее, полное отсутствие всего, за исключением кровати — намекали на то, что гостья — пустышка. Нотт хмыкнул. Возможно, он ошибался, и девчонка не так глупа, как он думает. Почему она задала тот вопрос? — Давай-ка посмотрим, что у тебя получилось, — он взял письмо из её рук, но, прочитав пару строк, выбросил его в мусорное ведро. А нет, он не ошибся. — Просто прекрасно, Даф! Дин будет в восторге, — сказал Нотт, сделав для себя пометку написать письмо самостоятельно. «И на что я надеялся?» — подумал он. — Ты так думаешь? — спросила Дафна. — Я просто уверен в этом. — Знаешь, иногда мне кажется, что я придумала себе то, что я ему нравлюсь. Посмотри на меня, — с этими словами Гринграсс вскочила на кровати и сняла толстовку. — Видишь? Фигура — отстой, грудь маленькая, лицо вообще мрак! Сказав это, она рухнула на кровать, приземлившись на спину, и закрыла лицо ладонями, будто подкрепляя этим жестом свои слова. — Как я вообще могу хоть кому-то нравиться? — обречённо простонала девушка. «Ну нет. Нет. Нет. Нет! Неужели всё будет ТАК легко? Она настолько не уверенна в себе? Это только сыграет мне на руку!» — прикрыв глаза, подумал Теодор с удовлетворением. — Ты шутишь? Дафна, ты просто прекрасна, — Нотт сел на кровать, слегка нависая над девушкой. — Если честно, мне ужасно хочется тебя поцеловать. Можно? Он был не до конца уверен, что она согласится сразу же, но алкоголь отлично справился с задачей раскрепостить девушку, поэтому Теодор услышал только: — Поцеловать? Конечно! Это я уже умею, — она вытянула губы и закрыла глаза. Теодор ухмыльнулся и, слегка чмокнув ее в губы, приблизился к уху. — Нет-нет, Даф, ты не поняла. Я не хочу целовать тебя сюда, — он дотронулся большим пальцем до её нижней губы. Она резко выдохнула. — Я хочу поцеловать тебя туда. Удовлетворившись непониманием на её лице, он начал медленно вести ладонью от шеи вниз, задевая грудь, поглаживая живот и, наконец, дойдя до нужной точки, слегка надавил на неё, обозначая свои намерения. — Что? — Дафна, лёжа на спине, смотрела на него уже затуманенным, но всё ещё осторожным взглядом. — Что значит «туда»? — Я объясню. Сначала я сниму с тебя эту прекрасную маечку, — с этими словами он дотронулся до ткани и, не встретив сопротивления, аккуратно снял майку, слегка удивившись: она была без лифчика. — Затем мы избавимся от нижней части твоей одежды. Встав с кровати, Теодор подошел к ножному краю и потянулся к её ногам. — Подвинься чуть ближе и подними свою симпатичную попку, чтобы я смог сделать то, о чём сказал. Дафна, будто в трансе, сделала всё, как он и попросил. — Теперь я начну целовать твою прекрасную шею и буду двигаться всё ниже и ниже, пока не доберусь до десерта, — говоря это, Теодор приближался к ней по кровати, словно тигр, который поймал свою добычу. — Я…— Дафна не смогла сказать ни слова, так как Теодор мазнул по её шее языком, от чего она задохнулась. Ей было приятно. Нотт и сам начал возбуждаться. Еще бы — столько дней его только и делали, что дразнили. Но сегодня нужно было сделать всё аккуратно, поэтому он и выбрал оральные ласки. Причем, скорее всего, только с его стороны. Закончив с шеей, он спустился к её груди. У Дафны была упругая, небольших размеров грудь с красивыми сосками. Недолго думая, Теодор обвёл языком сначала один сосок, затем другой, после чего слегка прикусил, вырвав из Дафны стон. Наигравшись с грудью, Нотт решил, что пора бы приступить к самому интересному. — Сейчас я дотронусь до тебя. — Дотронешься? — словно в тумане спросила Дафна. Она тяжело дышала. — Будет приятно, я обещаю. Он стянул с неё трусики и, очертив большим пальцем небольшой круг вокруг клитора, ввел в нее сразу два пальца. Дафна выгнулась и застонала. — Ты уже совсем готова. Тогда я, пожалуй, попробую свой десерт. Нотт проделал дорожку из поцелуев от пупка и, помедлив, лизнул разбухший от возбуждения клитор. Дафна пыталась сдержать свои стоны. Теодор оторвался: — Мы здесь одни. Ты можешь не сдерживаться, — посмотрев ей в глаза, сказал Нотт. Увидев, что Дафна коротко кивнула, он вернулся к начатому, не разрывая зрительного контакта. Медленно двигая языком, он выводил разные узоры, когда почувствовал, что Дафна зарылась пальцами в его волосы и простонала: — Пожалуйста, не останавливайся… Прошло совсем не много времени, прежде чем Теодор сделал несколько движений и уловил, что Гринграсс содрогнулась всем телом. Последний раз проведя языком по самой возбужденной точке, Нотт поднялся, вытерев влагу с губ ладонью. — Ты и на вкус просто невероятна, — проговорил Нотт наблюдая за Дафной, которая, раскрасневшись, тяжело дышала. Не задерживаясь, он встал с кровати, направляясь в душ. — Может…— неуверенно начала Гринграсс. — Может, я тоже для тебя что-нибудь сделаю? Он посмотрел на нее. Девушка сидела в кровати, прикрывшись одеялом. Лицо пылало от смущения. — На сегодня достаточно. Может, в другой раз, — он подошел к двери в ванную, но перед тем, как закрыть её, обернулся: — Тебе пора. Письмо я отправлю сам. Стоя под струями воды, Нотт думал о том, что происходило с ним в последние несколько дней. Спор с Пенси и её вечная привычка дразнить его, Грейнджер в одном белье, их «свидание» в бассейне и, наконец-то, сегодняшний вечер. Надо признать, у малышки Дафны есть потенциал. Не выдержав больше, он обхватил свой член — нужно было хотя бы так снять напряжение. Проведя рукой вверх-вниз, Нотт слегка простонал. Картинки сегодняшнего вечера мелькали у него перед глазами. Вот только… в какой-то момент светлые прямые волосы начали превращаться в каштановые и кудрявые. Через пару минут Теодор вовсю дрочил на то, как в своих мыслях отлизывает Грейнджер. Кончив, он поднял голову, надеясь, что капли воды смоют и унесут в водосток все ненужные мысли. Но это было невозможно. Уже знакомое ему странное чувство мазнуло где-то в районе грудной клетки. — Блядь! — выругался он, облокотившись лбом о стену. Выйдя из душа и обвернув полотенце вокруг талии, Теодор провел рукой по запотевшему зеркалу и сказал своему отражению: — Кажется, Нотт, ты в полном дерьме.