Глава 1. Gaudete

Ночь мягко укутала царство вечной мерзлоты, опустив температуру воздуха ещё ниже. Снежная всегда славилась своим суровым климатом и тяжёлыми условиями жизни. Солнце не в состоянии прогреть ни землю, ни сердца снежнайцев. В этом месте правит холод и Луна - молчаливый страж заснеженной долины. И это всего лишь очередная ночь. Ночь, которую просто хочется пережить. Да, в Снежной сейчас действительно тяжко. Но региону угрожает вовсе не Селестия, не Бездна, не каэнрийские твари, а... кошмарный кризис. Так уж получилось, что распределение моры с недавних пор пошло в совершенно другом ключе. В первую очередь финансируются дипломаты и Предвестники за границей. Потом уже всё остальное. Репутация за этой самой границей для Царицы оказалась важнее собственного народа. Таков её приказ, уж ничего не поделаешь. Даже если народ умирает от голода. Именно об этом размышляла Арлекино, сидя в своём кабинете в Доме Очага. О том, как жить дальше; о том, как не разбить морду Панталоне первым попавшимся кирпичом; о том, как не сдохнуть от голода в скором времени. Арлекино отдавала 95% своего жалования на содержание приютских детей, а на остальное выживала сама. Безусловно благородный поступок, особенно если бы Предвестница не исхудала окончательно. А ведь кому-то скоро ехать в Фонтейн. Панталоне пытался вразумить девушку, что нельзя абсолютно всё отдавать детям, и даже пытался подкармливать её. Однако Арлекино еду не брала - не давали принципы. Лучше бы Богач Царицу вразумил, а не предлагал ей каждый вечер поесть сумерской шаурмы в заснеженном парке под сдохшим от времени и холода фонарём. Мысли мыслями, только часы уже 15 минут назад пробили два часа ночи. Пора бы и спать. Арлекино бросила взгляд на камин. Причудливые язычки яркого пламени задорно трещали, наполняя помещение каким-то уютом и ностальгией. Гасить его не стоит, а то так и замёрзнуть можно. Не насмерть конечно (хотя с таким развитием событий в стране, это скоро будет очень вероятно), но простудиться весьма несложно. Навалившаяся усталость застала Четвёртую врасплох. Девушка откинулась назад в своем кресле и уснула.

***

Сон продлился недолго, вскоре в дверь постучали. Кажется, Арлекино снилось что-то непристойное, из-за чего она недовольно поморщилась. Пламя в камине потухло, а догорающие угли не могли осветить маленький силуэт в коридоре. Однако Четвёртая узнала маленькую Карину, одну из приютских детей. Девочка была ростом чуть выше пояса Арлекино, потому она забавно держалась за ручку двери, пристав на цыпочки. Что могло привести к ней ребёнка в столь позднее время? Хотя умом девушка знала ответ, сердцем надеялась, что ошибается... -"Демиан пропал! Он сказал, что скоро вернётся и исчез!", - выпалила Карина, не дожидаясь вопроса Арлекино. Кажется, она хотела добавить что-то ещё, но детский страх взял вверх и девочка расплакалась, бросившись на колени к Четвёртой. Демиан - мальчишка родом из Фонтейна. Несколько месяцев назад он приехал с родителями по работе. Только вот родители, журналисты "Паровой Птицы", накопали интересный компромат на Доктора, одного из Предвестников. Назревал огромный скандал, потому родителей просто устранили, а мальчика отдали в Дом Очага. Неизвестно, живы ли они ещё.. Хотя, если и живы, то вряд ли имеют что-то общее с людьми. Дотторе никогда не щадил своих подопытных кроликов. Малышка Карина очень привязалась к Демиану, с первых дней его пребывания в приюте они были не разлей вода. Демиан... Стал 11 пропавшим за этот месяц ребёнком. Арлекино посадила девочку к себе на колени и укрыла пледом. Крошечное тело дрожало от холода и пролитых слёз. - "Пожалуйста, успокойся. Мы найдем Демиана и всех пропавших ребят. Я обещаю тебе". Четвёртую полоснул жгучий стыд. Опрометчиво бросаться такими обещаниями, ведь она искренне без понятия что делать. Все поиски были закончены безрезультатно. - "Мама...Ты можешь спеть песенку? Ту самую про зиму и мороз? Пожалуйста!" - девочка посмотрела на ту, которую только что назвала мамой, глазами полными слёз и надежды. "Мама" отвела взгляд. Она не понимала почему вдруг дети стали звать её мамой. Но особо и не возражала. А петь она не любила. Но видеть боль и горе детей она не просто не любила, а просто ненавидела. Потому...

"Gaudete, gaudete, как выходит зимний ветер Из ледового чертога, из железного дворца. Он жестокий, ясный, синий, весь в узорах клавесина, И с морозным звонким треском разбиваются сердца...."

Арлекино знала слова наизусть. Эту колыбельную ей пели ещё когда она сама была ребёнком. Только вот кто - она не помнила.

"...Gaudete, gaudete, кровью горного рассвета, Встречей взглядов и пожатием обветренной руки, Коль тропой хрустальных трещин путь волхвовый бесконечен, Принесу тебе дары я - сердце, вечность и коньки... "

Вообще, она не считала, что хорошо поёт. Откровенно говоря, она считала, что не пение отвратительно. Наверное из Тартальи быстрее получится что-то адекватное, чем из неё певица. Но детям нравится. И ладно.

"...Gaudete, gaudete, gaudete; Gaudete, gaudete gaudete; Gaudete..."

Арлекино закрыла глаза. Она достаточно долго наблюдала за Колумбиной и смогла запомнить несколько её приёмов. Вот уж кто точно имеет бесподобный голос. Да и вообще идею вернуть колыбельные в приют - её идея. Четвёртая была ей за это благодарна и крайне зла одновременно. Петь приходится ей, но чего не сделаешь для счастья воспитанников. Особенно в такое неспокойное время.

"...Gaudete, gaudete, мы друг другом ли согреты, Мы ль дыханием одеты прозреваем сердце тьмы. Так возрадуемся, други - се дитя огня и вьюги, Gaudete, gaudete, се грядет король зимы..."

***

Девушка выдохнула. Карина уснула, хотя изначальную проблему это не решало, но отдало остаток ночи для размышления. Демиан... Демиан... Дот..торе? Она боялась того, что возможно в пропаже детей замешан именно он. Поводы для беспокойства были, она прекрасно помнит историю с фаршировкой школьников остатками мёртвых божеств и беглянку Коллеи. Неужели всё нужно испытывать на людях? Арлекино отнесла Карину в спальню. Уложив девочку, она огляделась: вроде ничего не нарушало покоя меж рядов детских кроватей. Здесь спали малыши в возрасте от 3 до 6 лет, за ними должна присматривать одна крио магов цицинов. Кстати, а где она? Няньки нигде не было. Четвёртая уже хотела разозлиться, но заглянув в кладовку, она поняла, что сегодняшняя сменщица просто спит на куче старого барахла. Пора бы выкинуть этот хлам, который периодически стаскивает сюда Третья. Просто в её комнате заканчивается место, вот она и стаскивает всё в эту кладовку, подкупая персонал дешевыми невкусными конфетами из новогодних подарков. Такое даже Пульчинелла есть не станет, хотя он ещё тот дед-доед. Странные какие-то. Хотя голод не тётка, скоро снежнайцы будут с руками этот мусор отрывать. Видимо эта куча просто вклад в будущее, когда за этот хлам можно будет выручить немного моры. Теперь понятно почему Колумбина третья среди предвестников. Далеко не каждый славится такой дальновидностью.

***

Арлекино закрыла дверь и вышла в коридор. Сняв с вешалки свой плащ, она вышла на улицу. Метель успокоилась, обнажив чистое звёздное покрывало небосвода. Луна бледно сияла во тьме ночи. Её свет заставлял миллионы снежинок сверкать и хоть как-то разбавлять белизну этого вечного снежного покрова. Девушка заглянула в почтовый ящик. Как обычно, куча писем. Счета, долг за аренду, спам, снова спам, снова счета, письмо Панталоне, опять счета, уведомление об отключении горячей воды... Так, стоп. Чьё письмо? Арлекино вытащила небольшой конвертик и сначала не проверила своим глазам. С чего это он начал письма слать? Всегда посылал кого-то из своих прихвостней. Какого хиличурла происходит? Четвёртая поднялась к себе в кабинет. Любопытство взяло вверх над желанием погулять под луной. Дрожащими руками она вскрыла конверт... "Дорогая Арлекино, Пожалуйста, пусть содержимое этого конверта останется строго между нами. В противном случае, мы оба рискуем попасть в неприятности. Мне удалось узнать по поводу пропажи детей. Встретимся у меня на следующей неделе. Останешься должна. Ах да, возьми. Здесь некоторая сумма денег. Пожалуйста, потрать эту мору себе на еду. Твой Панталоне. " Что? Должна что?..