Ромашки в воде

      Рина как обычно лежала на груди у Сатору. Но барьер всё-равно мешал прикоснуться к тёплой коже. Светильник на тумбе у кровати заливался нежно-жёлтым цветом по постели. Будто закат освещал их спальню. Такой тёплый и приятный. Дыхание уже успокоилось, мужчина дышал сонно и тихо. Рина выводила острыми коготками узоры, несмотря на то, что не могла прикоснуться и вызвать дрожь у Сатору. С одной стороны она смирилась, а с другой, это будто барьер между их отношениями. — У нас будут дети? — Рина приподняла голову, чтобы взглянуть на Сатору. Почему-то ей захотелось задать этот вопрос именно сейчас. — Мгу. — мужчина лишь промычал в знак согласия. Его веки были прикрыты, а белоснежные волосы беспорядочно ложились на лицо. — Сатору, это не ответ. — девушка приподнялась на локоть, чтобы взглянуть на Годжо сверху. Голос звучал жёстче, её явно не устраивал ответ. На это мужчина лишь повторил свой, нудно и непринуждённо промычав. Даже не открыл глаза ни на миллиметр шелохнул ресницами. Девушка впервые за долгое время почувствовала ненависть к мужчине всей её жизни. Она поняла что действительно хочет детей. От него. И никого больше. Молчание Сатору выводило из себя и девушка замахнулась. Подняла белоснежную, тонкую ладонь в надежде зажать идеальный нос Сатору меж длинных пальцев и хорошенечко оттискать за такой ответ. Но вместо этого получила барьер, который заставил Рину удариться. Резкая боль прошлась по всем костяшкам и девушка зашипела. — Будут, когда-нибудь. — Сатору впервые открыл глаза, его холодный взгляд вызвал дрожь. Рина тяжело вздохнула, пытаясь сдержать слёзы. — Ты мог. Просто ответить или сказать, что не хочешь об этом говорить. — Рина не могла без него дышать, а Сатору ставил барьер, барьер между их отношениями. Не хотелось его видеть, в этот момент когда она нуждалась в нём, он возвёл стену. Рина встала с кровати, не сказав ни слова. Просто ушла в гардероб за вещами, оставив Сатору в одиночестве. Тихом, немного тёплом, но томительном одиночестве. Годжо понимал, что сказал, то чего не стоило, обидел её. Подойти и извиниться было бы бессмысленно. Они редко ссорятся, но даже так он знает, что Рина его оттолкнёт. Лучше подождать, дать ей время, именно этого она сейчас хочет. Девушка ненавидела холодный душ, но всё-равно стояла под ледяным потоком воды. Именно это ей нужно и время. Халатное отношение Годжо в этом разговоре её сильно расстроило. Она не понимала, почему так обиделась на него. Но где-то мерзкое, давящее чувство разъедало её изнутри. Будто все бабочки умерли, быстро и безболезненно, оставляя за собой тухлые тельца, покрывшиеся плесенью. И теперь они гниют, заставляя все погибать внутри. Рина приложила тёплую ладонь к животу, холодному и мокрому, хотелось что-то почувствовать, услышать. Но ничего не было. Она закончила эту пытку, выходя из душа, вся кожа была бледная и в мурашках, заставляя всё тело дрожать. Магия облегчала жизнь в несколько раз. Рина подошла к зеркалу и ужаснулась. Мокрые сосульки вместо пепельных волос, нездоровый цвет кожи, уставшие глаза и искусанные губы. Благодаря магии крови она успешно справилась с синяками под глазами, ранами на губах и придала румянец и живой цвет кожи. Сейчас девушка смотрела на своё отражение и выглядела намного лучше чем пару минут назад. Она немного улыбнулась, хотя глубоко в душе ненавидела свою внешность и тело. Натянув на себя нижнее бельё, Рина надела футболку и направилась на кухню. За панорамным окном начало светать. Лёгкий, холодный свет наполнял квартиру мерзкой и мрачной аурой, будто это место больше не родное. Здесь не было уюта, холодный пол, однотипные стены и засохшие ромашки в вазе. С противной, жёлтой водой и опавшими лепестками. В горле пересохло, но когда Рина захотела сглотнуть, почувствовала гнустный и отвратный вкус. Она подошла к столешнице, закидывая в стеклянную кружку пару ложек кофе и сахара. Залила всё это кипятком, закурив сигарету.       Сатору спустился по лестнице, направляясь к дивану. На нём были только спортивные штаны. Он шёл медленно, но решительно. Рина провожала его взглядом, таким холодным и безразличным, пока мужчина не лег на диван, глядя на девушку. — Ты вроде спать хотел. — девушка подняла на Годжо вопросительный взгляд, выдыхая едкий дым. — Хочу за тобой приглядеть, вдруг что сделаешь с собой.— Сатору закинул руку за голову, его глаза были скрыты за повязкой. Рина не могла понять его взгляд, или просто не хотела. — Мне не пять лет, чтобы приглядывать за мной. — девушка сделала глоток горького кофе. — Но всё же.       Рине это надоело, он будто испытывал её. Захотелось кинуть в него что-то. Взгляд девушки мельком упал на корзину с яблоками. Они всегда там были, но их как-будто никто никогда не ел. Ну чтож Годжо Сатору это будет последняя капля. Рина схватила зелёный фрукт и кинула прямиком в милое личико мужчины. Вместо того, чтобы его поймать, благодаря прекрасной реакции Годжо, он снова поставил барьер. Яблоко ударилось и с тихим хрустом начало падать. Девушка, с помощью потока ветра, подхватила его и схватила. На фрукте осталась мелкая вмятина, из которой текла тонкая струя сока. Рина убрала яблока к остальным в корзину, зная что оно всё-равно сгниёт. — Ну давай. — голос Сатору был тихий, но серьёзный. Девушка удивлённо посмотрела на мужчину, не понимая чего он хочет.— Разве ты кинула яблоко, не для того чтобы узнать поймаю я его или оттолкну барьером? Я жду, твою "последнюю каплю" — Рина остолбенела, Годжо её провёл не хитрыми действиям вокруг пальца и оставил не с чем. — Хорошо. Начнём с легкого. — девушка протянулась к пачке, закуривая ещё одну сигарету. Разговор будет не лёгким. — Ты детей, от меня не хочешь? — она была настроена серьёзно, поэтому готова порыться в грязном белье. — Нет, я в принципе не хочу. Сейчас. Тем более ты ещё слишком молода. — Молода? А когда ещё. Сатору, ты можешь ждать ещё десять лет, тебе не убудет. Но я не бессмертна. Я смогу постареть и умереть, я не ты. Тем более ты знаешь что я использую магию крови, а она сокращает мою жизнь вдвое. — Так перестань! Ты прекрасно знаешь, что эта магия тебя убивает. Ты можешь прожить долгую жизнь и без неё. — Я не могу.— Рина повысила тон.— Это часть моей жизнь, и жизнь она мне спасала неоднократно. Это магия и есть моя жизнь. — Нет Рина! Она тебя убивает. Прошу, ради меня, перестань её использовать. — Сатору приподнялся, чтобы сесть. Его голос звучал мягко, он не приказывал, а просил. — Сатору.— Рина упёрлась руками в столешницу, она тоже больше не кричала. — Нам нужно расстаться. — девушка подняла взгляд на мужчину. Такой пустой и безжизненный. — Что? Ты сейчас шутишь? - мужчина приподнялся, резко и с напряжением. Сатору не понимал где грань реальности и сарказма. - Нет, я серьёзно. - Рина ненавидела его томное молчание. Его паузы, когда он её испытывает, она чувствует как внутри всё скручивается и поливается кислатой. - Это потому что я детей не хочу? - Нет! Чёрт нет, это всё из-за твоего отношения. Отношение ко мне, к жизни и к нам. Для тебя будто время бесконечно, ты разбрасываешься им на право и на лево. Но это не так, Сатору. Ты чувствуешь себя богом, но пра спуститься с небес. - Рина направилась к лестнице в спальню. - Ты уже не маленький мальчик, повзрослей наконец.       Годжо также сидел на диване, не меняя позы. Слова Рины его тронули, задели за те сокровенные места к которым никто не мог подобраться. Только она. Он слышал как Рина рыдала наверху, как собирала вещи и звонила отцу с просьбой забрать.