Глава 7. Предчувствие

— Будь моей девушкой, — он мягко переплетает наши пальцы, переминая их. От его прямого заявления моё сердце замирает. Он сказал это. То, чего можно было ожидать после произошедшего. Но всё же сердце не переставало трепетать. Повернув голову в его сторону, я закивала. — Хорошо, — неуверенно согласилась я, даже не подумав, что это глупо. Какие отношения? Они в любой момент могут рухнуть! Но и нет сказать — это пойти против воли. Пока пусть будет, что будет. — Хорошо, — парень довольно фыркнул и прижался ко мне. Я почувствовала, как ладошки потеют. Волнение вперемешку со странными ощущениями в животе. Словно бабочки порхают. И, похоже, его не особо волнуют родители. Его, как мне кажется, ничего не волнует. Абсолютно пофиг, если это против его желаний. Он ведь исправит всё. По крайней мере, хотелось в это верить. Когда Хван коснулся моей талии, легонько приобнимая, я вернулась в реальность. Какой же он всё-таки милый. Хоть я и не видела его лица, но то, как он прижался ко мне и обнимал, лёжа на груди — уже чертовски мило. Я стала тихонько поглаживать его мягкие, длинные волосы и просто наслаждаться тем, что он рядом. Что есть такая возможность. Такой тёплый. Как же комфортно. Его ладонь, держащая мою, расслабилась. Видимо, уже уснул.

***

Проснулась я от окутавшего меня холода. Место Хёнджина уже успело остыть. Не очень хотелось вставать, но замерзать от холода тоже, ведь вчера мы забыли закрыть окно. Я взглянула на настольные часы, что показывали ровно двенадцать. Но никаких звуков не слышно. Неужели, все спят ещё? Встав, я потопала к окну и, наконец, закрыла его. Шёл дождь, постукивая по навесу. Погода так и клонит в сон. Я уже решила отходить, но взгляд упал на стол под окном. Рабочий стол Хёнджина. Ну и бардак тут у него. Слышала, у творческих людей всегда так. Интересно бы посмотреть его рисунки, но без просу трогать вещи не хотелось. Но не получилось. Мой взгляд приковался за кусочек рисунка, что выглядывал из-за небольшого блокнота, так и прося его поскорее вынуть. На нём были заметны очень знакомые глаза. Любопытство взяло верх, и я вынула этот листок. Это была я. Настолько похоже, что я удивилась, и уголки губ машинально поднялись. Это всё-таки было приятно и мило. Конечно, я знала, что он рисует, но и в мыслях не было, как профессионально. Правда талант. Я сунула листок обратно на место, как нетронутое, и пошла заправить кровать, но тут же услышала резкий звук и передёрнулась. Будто удар по дереву. Я поспешно вышла из комнаты и увидела перед собой Сынмина, что так беспомощно держался за лоб, сжимая губы от боли. Я сразу же подбежала к нему ближе. — Ты как? — я заметила, что он не хило так ударился. — Я сейчас сбегаю за льдом, — сказав это, я быстро побежала в сторону кухни. Как хорошо, что в морозильнике были запрятаны кубики льда. Я их решительно обернула в несколько слоёв салфетки, так как не знала, где можно найти какую-нибудь ткань, и сразу поспешила к нему. — Доброе утро, Миён, — я обернулась и увидела сидящую на диване Чеён, которая вяло потирала себе глаза. — Что это за звук был? — Сынмин ударился, — тут я замечаю, как он выходит к нам и, шипя себе под нос, садится на диван. Как можно быстрее подойдя, я села рядом с ним и приложила лёд. — Спасибо, — сказал он и придержал лёд, чтобы я уже могла отпустить. — Как ты так ударился вообще… Как можно не заметить? Он глубоко выдохнул и взглянул на меня сонными глазами. — Мало спал ночью. Наверное, поэтому. — А… почему? — Ну… понимаешь… мне надо было узнать, чем всё закончится, — он слегка усмехнулся. Я недоуменно взглянула на него, ожидая продолжение его слов. — Да книга одна, — он умеренно махнул рукой, говоря мне особо не думать об этом. Теперь-то всё понятно. Я очень люблю читать и полностью могу его понять. Оторваться уж очень сложно, ведь всегда интересно узнать, что будет дальше. — Понимаю, — я улыбнулась и дотронулась до льда, что передвинуть его в нужное место. — Чонин ещё спит? — спросила Чеён Сынмина, наконец-то оторвавшись от своего мобильника. — Как видишь, да. Иди разбуди его, что за соня. — Кроме него сейчас ещё три таких сони, — она недовольно закатила глаза и ушла. Похоже, будить Чонина и других вместе с ним. Сейчас до меня дошло, что Хёнджина я так и не увидела. Куда-то ушёл, получается. — Айщ… — тихо прошипел Сынмин и дотронулся моей руки, которая всё ещё придерживала лёд. — Больно? Дай гляну, — медленно убрав лёд, я увидела еле ощутимый синяк, который казался кратковременным. Хорошо, что быстро лёд приложили. — Всё нормально, не переживай, — я обратно приложила лёд, и Сынмин стал держать его сам. — Ты бы ещё голову в холодильник засунул, — сзади раздался мужской голос, и я сразу же обернулась, уже убрав руку, и встретилась с задумчивыми глазами Хвана. И как я не услышала, как открылась входная дверь? Он стоял в уличной одежде и поджимал свои пухлые губы. — Правду говорю. Синяк слишком большой, — покачивает головой, а Сынмин недоуменно смотрит на него. — Просто бесит! — мы все обернулись на небольшой коридор, в которых и были все комнаты. Как я поняла, голос этот принадлежал Чанбину, и он был чем-то очень недоволен. Оттуда выбежал Чонин, а за ним шла хмурая Чеён. — Чонин, хватит вести себя, как маленький ребёнок, — Чеён замахнулась, а он даже не вздрогнул, зная, что она всё равно не ударит. — О, привет, — она приветливо взглянула на Хёнджина. — А я думала, ты спишь до сих пор, ведь больше всех из нас любишь делать это именно ты, — подруга улыбнулась, но это длилось до того момента, пока она не услышала грохот позади себя. Медленно оборачиваясь, перед ней красовалась такая картина: Чонин лежит на полу, а над ним Чанбин, который щекочет младшего чуть ли не до смерти. — Я же предупреждал не будить меня! — он смеялся, не прекращая щекотать. — Ладно, ладно! Я понял! Правда! — к огромному облегчению Чонина, Чанбин невольно отступил, ибо их уже разнимал Чан. — Ударился, что ли? — Чан взглянул на Сынмина, который прижимал лёд ко лбу, и присел рядом. Я начала глазами искать Хвана, чтобы поинтересоваться у него, куда он ходил так рано, но его уже рядом не было. Все остальные потихоньку уходили готовить себе поесть, но а я пока пошла в комнату Хёнджина. И к тому же мне нужно было забрать свой телефон, который случайно забыла на тумбочке. Если бы не этот звук, то не забыла бы. И вообще, что это за шутки у Хёнджина такие, когда Сынмин ударился, а он говорит голову в холодильник засунуть, вместо льда?? Не очень-то и смешно! Я постучалась в дверь, и через несколько секунд парень открывает её. — Доброе утро, — я не смотрела в его глаза, тупо уперев взгляд в грудь. Это смущало после того, что произошло ночью. Да потому что это был мой первый поцелуй, а он об этом даже не догадывается. Что-то ночью такого стеснения не было. — Доброе, — я почувствовала, как он улыбается, и в следующую секунду мягко обнимает меня. Даже не смотря на то, что это было недолго, засмущалась я ещё сильнее. — А куда ты ходил? — я отвела взгляд куда-то в стену. — К родителям. Их скоро уже выпишут. — А, хорошо, — протиснувшись, я прошла к тумбочке рядом с кроватью и забрала телефон. — Пойдём есть.

***

Одновременно кушая, я открыла телефон, чтобы проверить звонки от мамы. К счастью, пропущенных нет, но есть одно сообщение, которое не от мамы. Как только прочитала отправителя «Джуён», я тут же подавилась. Рядом сидящий Хёнджин испугался и начал хлопать меня по плечу, а за ним и Чеён рядом. — Всё хорошо? — он налил мне воды с графина и подал. — Да. Нет. Да. Парень недоуменно уставился на меня. — Так да или нет? - спросил Хван. Хоть я и не посмотрела, что она там скинула, но предчувствие того, что меня это не обрадует, точно было. Да и что мне можно ожидать от неё? Конечно, ничего хорошего.