Глава 11. Ужин

— Привет, — Хван сильно близко наклонился ко мне, серьёзно смотря в мои растерянные глаза. Отведя взгляд с меня, он наклонился к мячу на асфальте и ловким движением руки поднял его, невозмутимо выпрямившись. В другой же руке я заметила небольшой пакет с какими-то продуктами. — Привет. Ты меня напугал немного своей явкой здесь, — от неловкости я отвела глаза в сторону ближайших деревьев, которые качались от усиливающегося ветра, поэтому становилось ещё холоднее. — Прости, — Хван выдал короткую тихую усмешку, но затем его лицо стало прежде серьёзным. Сделав ещё один шаг ко мне, он мягко обнял, согревая своим телом от холода. В ответ я положила свои ладошки ему на спину, заботливо поглаживая и прижимаясь к нему всем телом. В животе снова разгораются те чувства, что и всегда при касании с ним. Когда мы разговариваем, чаще всего я чувствую только и холод, но стоит ему коснуться меня — могу ощутить его заботу и любовь. Такой у него язык любви. Хёнджин медленно отстраняется и осторожно кладёт руки на предплечья. Немного склонив голову, чтобы посмотреть в мои глаза, спрашивает: — Холодно? — его глаза всё также бесчувственны, будто его это не особо-то и волнует. Но парень начинает снимать с себя чёрную зипку с серебряным замком, в следующий момент обхватывая и опуская мне на плечи. Всё-таки волнует, но… какое-то чувство напряжённости не покидает меня. — Вот почему ты задержалась так, — я повернула голову направо и увидела улыбающегося Сынмина, который только подошёл к нам. И как я не услышала его приближающихся шагов? — Хёнджин, уже хорошо себя чувствуешь? — Да. И ты не мог подождать меня дома? — голос Хёнджина стал твёрже и строже, а губы поджались. Он злится? — Миён телефон забыла, и я пришёл отдать его ей. Парень всё также стоял с поджатыми губами, потом также серьёзно взглянул на меня. Зол, потому что он не подождал его? Не глупо ли? — Холодно… Давайте в дом? — я быстро сообразила сказать чего-нибудь, потому что мне показалось, что со злости он выдаст что-то обидное. А неприятностей не хотелось от слова совсем. Оба в тот же момент обернулись на мой голос. — Если что, родителей нет, — значительно посмотрела я на своего парня, и он кивнул. — Пойдём, — Хёнджин сбоку обнял меня одной рукой, и мы двинулись к дому. Его этот тактильный жест точно заметил Сынмин и, кажется, он уже давно догадался о наших романтических отношениях, ведь далеко неглупенький.

***

— Ты ела? — снимая свои крутые голубые найки, заботливо спросил Хван. — Ещё нет. — Отлично. Я вот прикупил рамёна и напитков, — брюнет поднял с пола тот самый пакет и протянул его мне. — Спасибо, — легко улыбнувшись, я отправилась на кухню, по пути подзывая и Сынмина, который уселся на уже полюбившемся диванчике, не отрывая взгляда от своего мобильника. Подняв на меня взгляд, он немедленно спрятал телефон в карман серых спортивных штанов и воодушевлённо встал с дивана, шагая к нам, на кухню. — А я так хотел есть! Спасибо, спаситель. Хёнджин уже вёл себя естественно, но его лицо будто бы ничего не выражало. Абсолютно. Что же случилось? Этот вопрос будет терзать меня до тех пор, пока он всё не расскажет. Ну не может же он выглядеть таким, когда всё отлично и лучше некуда! — Давно я не ел рамён, — выдал Хёнджин и, совсем как дома, развернулся в сторону кухонной гарнитуры. — Где я могу взять кастрюлю? — парень повернулся к сидящей ко мне, смотря на меня сверху вниз, со спавшими чёрными волосами на глаза. Я встала и подошла к нему, чтобы присесть и достать с нижнего шкафчика нужный предмет, который находился прямо перед его длинными ногами. Заметив это, брюнет немного отодвинулся, наблюдая за моими действиями. Достав большую кастрюлю, чтобы на всех хватило, я сама положила её на плиту. Взяв рядом с собой графин, вылила оттуда достаточное количество воды. — Принеси пока лапшу, — сказав это, я включила огонь, пока он развернулся к столу. Вернувшись, он открыл пакетики и добавил всю лапшу, затем и данные приправы. — Миён-а, где здесь у тебя… — я повернула голову на голос Сынмина, который внимательно осматривал содержимое холодильника, но тут же остановился, приметив что-то нужное. — А, всё, нашёл, — парень достал пачку закрытого плавленного сыра. — Только вот зелень не могу найти… Я подошла к холодильнику и, открыв его, с нижней полочки достала их. — Ну вот же! — шуточно закатив глаза, я направилась туда, где находилась доска для нарезки и, взяв её, начала аккуратно нарезать зелень. — Хорошо, я запомню, — Сынмин усмехнулся и пошёл в нашу сторону. Принюхавшись к образовавшемуся аппетитному аромату, он закрыл глаза в наслаждении. Закончив с зеленью, я добавила её и несколько треугольников сыра, затем закрыв крышкой, чтобы лучше проварилось. — Миён, подарю тебе на день рождения новую кастрюлю, — Ким нагнулся, внимательно присматриваясь к ней, а затем свёл брови к переносице. — А то она какая-то старая… Я на это усмехнулась, тоже посмотрев на кастрюлю. И вправду старая… Но если так и дальше пойдёт, то он мне тут всю кухню обустроит на своё усмотрение. — Когда? — коротко спросил Хёнджин, но я сразу поняла, о чём он. — Второго августа, — после сказанных слов я принялась открывать крышку, чтобы проверить, как там обстоят дела с лапшой. Как только я подняла её, из-под крышки вышел наружу скопившийся пар за это время и приятно вкусно запахло. — Такой праздник будет! — воодушевленно произнёс Ким, осматривая гостиную, а затем уселся на стул. — Просторненько. — Чувство, будто день рождения твой, — я тихо хихикнула и выключила огонь. Теперь нужно было достать фарфоровые суповые тарелки для предстоящего ужина. Но вот проблемка, которая меня раздражает: шкафчик с этими самыми тарелками находится слишком высоко. Но я ведь сейчас не одна дома, чтобы ещё залазить на стул, что меня уже совсем достало каждый раз. Попросить я решила своего парня, так как он был ближе. — Хёнджин, — он подставил уши близко к моим губам, хотя и так всё мог услышать. — Достань, пожалуйста, три тарелки оттуда, — боднула я на нужный верхний шкафчик, а он ровно проследил за моим взглядом и без лишних слов и проблем достал необходимое количество, положив рядом. Я же достала снизу металлические палочки для еды. Разделив рамён по всем тарелкам и раздав каждому, я уселась на своё место. — Приятного аппетита, — взяла палочки и начала есть. — Вкусно получилось! Да? — Сынмин взглянул на друга рядом, который будто был в трансе, но медленно кушал. — А? Да. Конечно, — он приподнял уголки губ, в попытке улыбнуться как можно искренне, но потом это выражение тихо спало. Да что с ним? Как сам не свой… Такой задумчивый взгляд, будто сейчас решает самую сложную задачу по математике. И такой грустный, будто он её не решит. — Чего ты будто бы грустный? — мои мысли точно прочитал Ким, который взволнованно смотрел на Хёнджина. После этого он открыл банку колу с характерным звуком и сделал глоток. Хван поднял на него всё те же глаза и снова мягко улыбнулся. — Всё хорошо. Я просто устал за день, — он опустил голову, продолжая трапезу. — Миён, ты следи за ним, — Сынмин качнул на него, не отрывая взгляда. — Он ещё не до конца выздоровел, похоже. А я пойду, — он поднялся со стула и медленно стал направляться к выходу. — Было вкусно. Спасибо, что была доброй хозяюшкой, — без шуток он никак не может. Я встала следом, чтобы сопровождать гостя до калитки. Хёнджин продолжил сидеть на месте и доедать. — Тебе не будет в этом холодно? — дойдя до прихожей, спросила я. Ким был одет лишь в тонюсенькую футболку, подходящую под лето, но не под развернувшуюся погоду этим вечером. — Да нет, всё нормально. Я же быстренько на такси доеду. Дойдя до калитки, мы остановились. — Миён, — внимательно и задумчиво посмотрел на меня Ким. Впервые он так серьёзно смотрит на меня. — Поговори с Хёнджином. Как его друг скажу, что без причины он не выглядит таким. И… эта причина не усталость. — друг посмотрел на свои кроссовки и, засунув руки в карманы, немного покачался из стороны в сторону. Было заметно, что ему холодно. — Кстати, что между вами? — Что? — я выпучила глаза, внимательно смотря на него, а он лишь приятно усмехнулся. — Желаю вам весело провести эту ночь! — не успела я и возмутиться, как он посмотрел на меня с неким намёком и проскользнул в открытую калитку и захлопнул ею. Вот же! Как я и догадывалась, он уже всё знает. Тогда, скорее всего, и остальные. Мы это в принципе не скрываем, но и не заявляем открыто. Почувствовав чей-то тяжелый вздох, я поняла, что сейчас стою здесь не одна. А после услышала неторопливые шаги за спиной, но не успела повернуться, как почувствовала мужские руки на талии. Сердце забилось чаще, как только ощутила его тёплые и большие ладони. Тут он наклоняет голову ещё ниже и оставляет лёгкий, совсем бесшумный поцелуй на щеке. Я чувствую, как щёки начинают гореть. Его прикосновения так и сводят с ума. — Весело… проведём эту ночь? — я чувствую, как щёки краснеют пуще прежнего от этих слов, сказанных тихо и с улыбкой. Его не было рядом, когда Сынмин сказал это. Значит… — Ты что, подслушивал? — я развернулась к нему и приготовила кулачок, чтобы шуточно зарядить ему в живот, но, завидев это, он схватив его рукой. Глаза его закрылись в полумесяце от того, что он улыбался. — Я был у порога двери, чтобы выйти. Только это услышал, — я поднимаю на него взгляд и вижу, как он смотрит с улыбкой, ожидая мою реакцию. — Но проведём ведь… весело? — брюнет наклоняется и мягко обхватывает мои красные щёки, с умилённым взглядом осматривая лицо. — Я…ну… — как не путаться в словах в таком положении и смущении? Он ведь специально так делает для забавы. — Что? — тут его лицо переменилось на непонимающее. — Ну, можем посмотреть какой-нибудь фильм, — и точно он издевается, ведь понимает, в каком ключе было сказано это «весело». Сговорились с Сынмином, что ли… — Весёлый фильм, — парень усмехнулся и, тиснув меня за щеку, убрал ладони. Но улыбка тут же спадает, а в голове только одно «нет, пожалуйста, нет». Не долго думая, я резко обнимаю его, что его точно удивило, ведь в основном первым делает это он. Я чувствовала, будто что-то не так, поэтому надеялась, что это Хёнджина как-то успокоит. Хван отвечает взаимностью, прижимая ещё сильнее. К моему счастью, к ушам доносится приятная усмешка. Как я рада, он бы знал. — Что мне от тебя ожидать? — с улыбкой в голосе спрашивает парень. С улыбкой… — Ты очаровательна, — парень совсем на чуть-чуть отстраняется, чтобы положить руку на мою голову и начать гладить. От милоты я готова была расплавиться тут же и сейчас. — Хёнджин… — я ещё немного отстранилась взяла его большую руку в свои, трепетно поглаживая. — Мне показалось… Мне тоже показалось, что ты какой-то грустный. — Я же сказал, что устал. Пойдём спать, — он внимательно заглянул в мои опечаленные глаза, а уголки губ поползли вниз. — Думаешь, я не вижу? — услышав это, парень растерянно посмотрел в сторону. Но, ничего не сказав, он медленно развернулся в сторону двери в дом, а я, не опуская его руки, пошла вместе с ним. И что значит это молчание? Может, и вправду уставший? Хотя недавние слова Сынмина заставляют усомниться. Зайдя в тёплый дом, я расслабилась, но без одежды Хёнджина было бы ещё холоднее, поэтому спасибо ему. — Как тебе моя новая причёска? — Хёнджин внимательно рассматривал свои волосы в зеркале неподалёку, а затем обхватил их руками и приподнял их так, что я увидела подстриженный затылок, а затем пропустил их через резинку. Теперь он выглядел как настоящий японский самурай. — Вау… Тебе очень идёт! — брюнет приподнял уголки губ на это, дальше рассматривая волосы, но будто уже смущённо. Но, наверное, мне показалось, ведь сложно поверить в это от самого Хван Хёнджина. С его лица я опустила взгляд на удачно освещённую шею. И очень зря. Стоило мне увидеть, что там, так всё мое очарование им спало на ноль: какая-то красноватая метка, которую я бы не заметила, не приглядевшись. И только немного приблизившись, я поняла, что это след от помады. Был бы он раньше с хвостиком, увидела бы эту «красоту» не только я, но и Ким Сынмин.