Часть 24

Всё вокруг покрыто белым снегом: поляны, опушка запретного леса, который выглядел ещё более таинственным и загадочным. С неба тихо падают снежинки, кружа хоровод. В воздухе витал запах скорого праздника. Ученики уже вовсю думали о подарках, которые они подарят родным и друзьям. Все, кроме Скорпиуса. Ему было некому их дарить. Отцу и деду было плевать на это. Но в этом году он хотел подарить что-то Лили, только вот не знал, что нравится или что её интересует. Поняв, что девушка направляется в сторону хижины старика Хагрида, парень двинулся за ней. — Эй, Поттер, сбегаешь из школы? — шутливо протянул Скорпиус, наконец поравнявшись с Лили Гриффиндорка вздрогнула от неожиданности, — О Мерлин! Ты напугал меня! — девушка схватилась за сердце, чувствуя, как под рукой оно ускорило ритм — Спасибо конечно, но я не Мерлин, — усмехнулся Малфой, — куда спешишь так? — К Хагриду! Пойдёшь со мной? — с горящими глазами предложила девушка, — ты представляешь, кто вылупился у Хагрида? — с восторгом говорила она — Что-то ужасное, гадкое, слюнявое и мерзкое? — сморщился Скорпиус. Любовью к всяким тварям он не отличался. Однажды, когда он был совсем ребёнком, решил без спроса покататься на Диком пони, но тот скинул его с себя, после того случая, животные ему не очень нравятся. — А вот и нет, думаю тебе понравится... — Я сомневаюсь, — возмутился Малфой, но было поздно, Лили уже стащила его в сторону хижины полувеликана Он впервые в жизни шёл туда, был пару раз на уроках, но чтобы пойти по собственному желанию, нет уж, такого он точно не делал. Да и сам старикан его недолюбливает, вообще он ко всем Малфоям особой любовью не отличался. — Лили, какие гости меня посетили, — радостно воскликнул Рубеус. Детей Гарри он любил больше всех, считал их как внуками. Но вдруг его взгляд подуровень при видя Скорпиуса, — А этот что здесь делает? — грубовато спросил Хагрид — Он со мной, и будет хорошо себя вести, я за него ручаюсь, — уверено заверило его Гриффиндорка Хагрид недоверчиво покосился на парня, но согласно кивнул. — Альбус нам рассказал что у тебя вылупился гиппогриф, можно посмотреть? Честно говоря, Скорпиус надеялся что Хагрид откажет им, и они скорее уйдёт отсюда подальше, но его желаниям не дано было сбыться, ведь мужчина был так счастлив рождению гиппогрифа, что готов был со всеми вокруг поделиться своей радостью. — Только осторожно, Мэврик пока ещё нервничает при виде незнакомых людей, он такой стеснительный, — пробасил Рубеус. Он отворил массивную дверь, пропуская студентов внутрь. Хижина выглядела весьма скромно, она была полностью сделана из дерева, в ней было всего две комнатушки, скорее закрытая дверь вела в кладовую. Было тесно, но Хагриду места хватало. Посреди комнаты стоял огромный дубовый стол, пару стульев, небольшая лавка, у стены находилась кровать, рядом горел камин. Мужчина взял с кровати небольшую корзину завёрнутую в меховой плед, и поставил на стол. — Малыш пока мëрзнет, — тихонько проговорил Хагрид, аккуратно приоткрывая одеяльце. Он обращая с ним так, будто это был маленький ребёнок — Вау, он такой... Эээ... Сморщенный, но довольно милый, — детёныш выглядел совсем крохой, оперения почти не было, глаза были полузакрыты, а крылья еще не приобрели форму Скорпиус же сдержался от комментариев. На улице уже начинало темнеть, и Хагрид поторопил ребят в замок. — У вас вот вот начнёт ужин, вам лучше поторопиться, — мужчина проводил их до двери и Лили со Скорпиусом поспешили в школу. Они шли не торопясь. Несмотря на падающий снег, на улице было довольно тепло, хоть и солнце уже практически скрылось за горизонтом. — Лил, у тебя кровь, — нахмурился Малфой, указывая девушке на лицо Дотронувшись до носа, она обнаружила, что из носа и правда идёт кровь. Слизеринец сунул руку в свой карман и вытащил оттуда белоснежный платок, протянув его Лили. — Всё в порядке, такое иногда бывает, — тут же сказала Лилан, уловив обеспокоенный взгляд парня, — просто немного устала. — Это не похоже на простую усталость, — он подхватил Лили под руку, прижимая ближе к себе, он повёл её в школе, — я отведу тебя в больничное крыло — Нет, я не пойду. — Пойдёшь! — нахмурился Скорпиус, — ты вся побледнела — Я просто не переношу вид крови вот и всё. У меня такое бывает, ничего страшного, — Лили убрала платок от своего носа, — вот видишь, кровь остановилась Нехотя, но Скорпиус всё же согласился, не верил он, что это просто усталость, но доставать расспросами больше не стал. Руку девушки, он всё же не отпускал, не обращая внимания на препирательства Лили о том, что она и сама может дойти. Он никогда не беспокоился так о девушках, всё что он проявлял к ним, так это временный интерес, чтобы затащить очередную идиотку в постель, которая думала, что она у него единственная. Забота о ком-то была для него в новинку. — Ты точно в порядке? — Конечно! — улыбнулась Лили, она не отрываясь смотрела на парня, о чём-то размышляя — Почему ты так смотришь? — Слизеринец уловил её заинтересованный взгляд — Ничего, просто... — слегка смутилась Лилс, — почему ты так беспокоишься обо мне? — Ты нравишься мне, Лили, — не стал юлить юноша, — я рад что ты согласилась дружить с таким как я. Ты прости меня, что я обижал тебя раньше, — вдруг произнёс Малфой, наверное, он и сам не до конца осознал что сказал, но слова вернуть назад уже нельзя. Да и общаются они довольно неплохо. Может, он тоже ей нравится, хотя бы чу-чуть. В любом случае, он Малфой. Упорство у него в крови. Сдаваться он не собирается. — И ты прости. Мои родственники тоже часто перегибали палку, — поджала она губы, пропуская мимо ушей его признание. Поняла ли она, что он только что сказал, или специально сделала вид, Скорпиус не знал Между ними снова повисло молчание, то самое, когда они только начали общаться, когда не знали о чем говорить друг с другом. Прямо перед входом в Большой зал, Лили высвободила свое запястье из его руки. Глаза его потускнели, если бы девушка не убрала руку, то он так бы и зашёл с ней под руку, и плевать что на них будут смотреть, плевать что подумают и что будут говорить, плевать если отец и дед узнают об этом... Плевать! — Увидимся позже, — сказала Лили, и упархала за свой стол — Увидимся, — лишь одними губами прошептал Скорпиус. Кабинет директора. — Здравствуйте, профессор, — поздоровался Гарри Поттер — Здравствуй Гарри, — добродушно приветствуя бывшего ученика. Она всё ещё видела в нём того худощавого мальчишку, который переступил порог школы, — позвать твоих детей? — Нет, не стоит их отрывать, я увижусь с ним после. Я бы хотел поговорить с профессором Снейпом и профессором Дамблдором, если вы позволите Минерва понимала, зачем Гарри явился, и о чем хочет говорить. Хотя его и уверяли, что это весьма опасно и может привести к необратимым последствиям, но переубедить его никто не мог, да и больше не пытался. Кто знает, как бы себя повёл другой человек, когда жизнь твоего ребёнка была на волоске от смерти. Все, кроме Северуса. Он до сих пор был против, и не собирался принимать в этом участие, но именно его помощь нужна Поттеру больше всего. Со стены напротив на него взирали два портрета. Один побольше: оттуда на него смотрели добрые глаза, в которых читалась сила и мудрость, на губах лёгкая улыбка. Второй портрет был чуть меньше: оттуда на него взирал человек с ледяным взглядом, который пробирал до самых костей и сейчас, совсем как в школьные времена на уроках Зельеварения. — Даже не смотрите на меня, Поттер, — растягивая слова, проговорил Снейп. Он уже знал о чем будет просить его Поттер. В поисках лекарства для своей дочери, Гарри практически отчаялся найти его. Сколько он посетил магических больниц, и даже магловских, чтобы победить болезнь Лили. Не многие знают о болезни дочери великого Гарри Поттера, а те, кто посвящён, хранят молчание. Лили не хочет, чтобы её жалели и при каждой встречи одаривали сочувствующим взглядом. Но пару месяцев назад он наткнулся на огромный чёрный фолиант в сейфе дома Блэков. От магической книги веяло чёрной магией, и, Гарри конечно же убрал его обратно, не забыв наложить ещё парочку заклинаний, чтобы не у кого и в мыслях не было воспользоваться им. Пока что-то не щёлкнуло в его голове. После последнего приступа Лили, его будто что-то притянуло к тому тайнику, где хранилась книга. Обследовав уже пожелтевшие от времени страницы, он наткнулся на одно очень старинное заклинание, которое способно вылечить человека от любого недуга. Его радости не было предела, ведь раньше он никогда ничего подобного не встречал, а теперь, у его дочери есть шанс на счастливую и самое главное, долгую жизнь. Но радовался он недолго, пока его лучшая подруга и соратник Гермиона Грейнджер-Уизли не спустила его с небес на землю, показав все негативные стороны подобной магии. — Я собрал почти всё необходимое, но нужно одно... — Поттер замялся, — нужно одно зелье, которое без вашей помощи никто не сможет приготовить — Нет! — отрезал черноволосый мужчина, с презрением глядя на Гарри Поттера — Она умрёт, — отчаянно проговорил Гарри, закрывая лицо руками. Он опустился на стул, не зная как ему уговорить упрямца — Уверен, Поттер, твоя дочь попадет в лучший мир, это лучше, чем делать с ней то, что ты хочешь, — больше Северус не сказал не слова, развернувшись, он покинул портрет Молчавший до этого Альбус Дамблдор, что с сожалением смотрел на Гарри, покачал головой. — В его словах есть доля правды, — заключил Дамблдор, — но я попробую поговорить с ним ещё раз. Приди позже Гарри, Минерва сообщит тебе. Кивнув, мужчина вышел из кабинета.