Стадия 2: Осознание

Ночь долго стояла над озером и домами. Везде был потушен свет. Туман аккуратно расплывался по окрестности. Мрак стоял час, после чего небо начало белеть. Белые ночи дают знать о себе. Когда начался рассвет, один из героев проснулся. Это был Сева. Парень медленно сел, после чего десять минут смотрел в одну точку. Помотав головой, он посмотрел время. Косицкий расстроился. Капитан не любил рано вставать, особенно если на работу. Он тихо сполз с кровати и посмотрел на спящую Вику. Та обнимала кусок одеяла, одновременно прячась от лучей солнца. Брюнет потянулся и стащил со стула плавки с полотенцем. В голове мелькнула мысль, почему бы не искупаться в такую рань, ведь это давняя его мечта. Через минуту он уже стоял на ледяном и мокром песке, смотря в глубокую даль места. Туман прикрывал обзор, но на фоне елей это выглядело потрясающе. Недолго думая, Косицкий кинул на ветку полотенце, после чего разбежался и прыгнул с пирса в воду. Вынырнув, он встряхнул головой от воды и поплыл подальше. И вот парень лежит на поверхности тихой и спокойной воды посередине озера. Кромешная тишина. Изредка слышались крики проснувшихся чаек и ворон. Брюнет раскинул руки и ноги, смотря на небо. Облака светились ярко желтым цветом. В какой-то момент Косицкого что-то схватило за ногу. Он дёрнулся и в панике отплыл. — Господи, Берсеева!!! — Что, напугался, наш смелый капитан? — Тебе показалось. Подожди, ты же только что спала. — С твоего "только что" прошёл час. Просил не будить раньше одиннадцати, а сам... — Ну, простите, я же не виноват. — Я просто над тобой стебусь, не извиняйся. Поплыли к берегу, как-то холодно. — Вика, да ты мерзлячка! Тебе ни чем не угодишь. Вода двадцать три градуса! В ответ девушка игриво закатила глаза и усмехнулась. Они оба вернулись на берег и сели на пирс, укрываясь полотенцем. — Ты же вроде говорила, что не любишь купаться. — Ты меня со своей бывшей путаешь, я такого не говорила. — Н-да, сколько мне еще предстоит вспоминать о тебе... — Это не обязательно, оно само придёт. — Вииик. — Ну? — Я есть хочу. — Поздравляю, я тоже. Но, к сожалению, нечего. Они огляделись между собой и грустно повздыхали. Вика неожиданно положила свою голову на плечо Севы. Тот в ответ улыбнулся и приобнял её. — Доброе утро, простите, что отвлекаю... — Антон?! — вскрикнули ребята, обернувшись, — ты что тут делаешь? — Ну... Меня опять соединили с вами, но до конца расследования. И да, Вика, до тебя никто не может дозвониться. — А Сева? Ему звонили? — Я же утопил свой телефон. Я тебе не рассказал? — Так, дорогие друзья, может уже пойдем в дом или вы ещё посидите, посмотрите на восход? — Конечно с тобой пойдём, ты бы знал, как мы скучали! Друзья прошли в дом. Спицин привез своим коллегам презент в виде еды. Радости для хозяевов дома не было предела. Вика сварила всем кофе, Антон приготовил еду, а Сева просто валялся на диванчике, наблюдая за осами за окном. Но аромат капучино сбил его с толку. Обернувшись, он никого не увидел. — Что-то ищешь? — Господи, Антон! Не пугай так. У вас новый прикол меня до белой горячки доводить, да? - Косицкий нахмурился и отправился в комнату. Через несколько секунд послышался возмутимый крик, а после и тапок полетел из комнаты в сторону Севы, - СПИЦИН!!! Почему ты не сказал, что она там...ну... Короче, черт ты! — А не догадаться? — Класс, мне не жить теперь. — Поздравляю. Садись, завтракай. Парни сели рядом и начали есть. Антон долго думал по поводу своего нового вопроса, но так и не решился его спросить. Он изредка оглядывался в сторону Косицкого. — У тебя нервный тик, Антон? Ты к Вайсбергу зайди, он то поможет. — С чего ты взял? — У тебя глаза бегают. — Не выспался. — Кстати, омлет огонь. Ладно, пойду прошвырнусь. — Вику может подождешь? А, и ещё... К нам в отдел вернулась Женя. Заменяет Верочку временно. И ещё, Родимин всю ночь в офисе пробыл и к нему пришла идея о том, что убийцей может быть хозяин этого места. — Нет, спасибо, я хочу ещё пожить... Стоп, Женька?! Это прекрасно, родная душа. А по поводу Димы, ну это надо будет проверить. Антон, ты это, похожи по территории, может кого-нибудь и встретишь. — Без проблем. До обеда никаких вестей не было. Только ближе к вечеру команда нашла железные улики на владельца домов. Его отвезли в офис на допрос. Сейчас же группа отдыхает. Главный джентельмен отдела лежит головой на своём чемоданчике, парень с приколами дремлет на диване, а капитан команды читает книгу за своим столиком. Она изредко смотрела то на Севу, то на Антона. — Вы правда так утомились за день? — негромко спросила Берсеева, когда скука уже лезла через край. — В отличие от некоторых мы бегали с одного края зоны, на другой. Это ты просто перепрашивала и давила. — Ну знаешь, Косицкий, это тоже дело не из легких. — Ребят, давайте не начинайте. И так голова раскалывается... Кстати, ваши две стороны перешли на новый уровень? — В смысле? — Просто я был поражён картиной, которую утром увидел. — Ой, Антон, забудь, пожалуйста. Личное остаётся личным. — Реально перешли на новый уровень... Ладно, пойду я что-ли домой. Надеюсь... Мы еще как-нибудь встретимся. — Антон, ты заходи к нам почаще. — Согласен с Викой, мне не у кого чай без спроса забирать. — Учту, до встречи. Спицин покинул компаньон. Остальные не сдвинулись с места. — А мы когда по домам поедем? — спросил брюнет, зевая. — Едь, мне нужно отчет дописать. — Нет, так дело не пойдет. Я без тебя ни-ни. Может ты сегодня ко мне? Поужинаем вместе. — Я согласна, но я ничего готовить не буду, учти. — А так хотелось... — Друзья!.. А, Антон уже ушёл? — вошли в помещение оба руководителя, — я вас поздравляю, чистосердечное у нас. — Ничего себе, это Татьяна Андреевна?! О, это все благодаря Вике. Она там своими способностями делов наделала. — Ты меня с Метелицей только не сравнивай. — Да, вот... Татьяна Андреевна вернулась, теперь покоя в офисе не будет. Давайте по домам. Вам с Антоном дам отгул на пару дней, отдыхайте. — Мне отчет надо дописать... — Да ладно тебе, Вик, потом допишешь. Дома к примеру. — Да ну вас, парней. Все на потом откладываете. — Виктория, я согласна с Вами. Ладно, доброй ночи. Косицкий недовольно вздохнул и откинулся назад. Он положил на лицо подушку и завопил. Вика закатила глаза и продолжила писать. Через пятнадцать минут она закончила. Берсеева кинула в парня подушку и взяла свою сумку. Тот же в ответ вскочил. Когда они сели в машину Севы, то к обоим пришёл один и тот же вопрос. Брюнет завел машину и повернулся к Вике. Та смотрела в окно на тусклое небо. — Слушай, Вик, я тут что подумал... А если в отделе узнают о наших отношениях? Это получается служебный роман? Нас же разделят. — Я только что об этом задумалась. Я думаю ничего не будет. Ты посмотри на Оленëву и Родимина, они такие же люди. Просто нужно скрывать это и все. — А если узнают, то есть компромат на... — Косицкий! — Ладно, ничего у меня нет. После этих слов машина тронулась с места. Разговор был закончен ещё у офиса. Парень пристально наблюдал за дорогой, матая головой в стороны время от времени. Берсеева сидела с закрытыми глазами, сложив руки на своей сумочке. Пробок в городе не было. В такое позднее время уже мало кто ездит. Через какое-то время они доехали и вышли во двор дома Севы. Тот, как настоящий джентельмен, открыл Вике дверь и подал руку. Та не на шутку удивилась. — Всеволод Александрович, вы сегодня в ударе. — Все для Вас, Виктория Михайловна. Знаешь, у меня тут парк у дома в пяти минутах ходьбы, может сходим после ужина? — Я не против... Брюнет заулыбался и поцеловал кудрявую в щеку. Они направились к парадной. В этот раз ужин готовил Косицкий. Он стоял в фартуке за плитой и держал в руке сковороду. Сева насвистывал какую-то мелодию и качался в стороны. Берсеева решила не упускать возможности отомстить за прошлое утро. Она тихо подошла и схватила за бока парня. Брюнет отскочил и кинул на плиту сковородку. — Берсеева, какого черта!... Хууух, а если бы я все уронил на пол? — Отвечу твоим самым частым и любимым ответом, - но ничего же не случилось. Я решила тебе припомнить вчерашнее утречко. — Вика, ты напросилась... Девушка сначала не поняла, но когда парень приблизился и взял её за талию, то все стало ясно. Она улыбнулась. Сева потянулся к её губам, но та приставила палец, как бы отказываясь. — Не-а, Сева, это заслужить надо. С улыбкой она отстранилась и села на кресло. Косицкий довольно покачал головой, не отрывая взгляда от майора. — Не пялься, давай готовь, а то в парк не пойдем. — С тобой и полюбить готовить можно. — У тебя лук горит. — Где?! На улице стало прохладнее. Чуть выше двадцати градусов. Пара идет в сторону озерца и разговаривает о разных вещах. Кроме их голосов были слышны только звуки сверчков. Трава мокрая. Деревья склонили головы, в ветер затих. Берсеева снова рассматривает бескрайнее голубое небо, а Косицкий её блестящие глаза. Они остановились на берегу. Парень не спускал своих глаз. Вика что-то ему говорила, но он уже давно потерялся в своих мыслях. Сева снова схватил её за талию и прижал к себе. — Ну... А сейчас, можно? — Ты вообще слушал, что я говорю?... — Не-а... Без всяких предупреждений, он прикоснулся к губам Берсеевы и закрыл глаза...