Начало от конца

где-то слева сердце отбивает глухой ритм. первый удар отдался эхом в грудной клетке, звуча приглушённо, будто бы совсем далеко и затягиваясь тошнотворной полосой на шее. Второй удар, пугающе чёткий, заставляющий сжаться изнутри в порыве кошмарно жалких надежд. Третий удар. Взывает к горькой мысли - "всё ещё жива." Это было несомненно так, судя по рвущему глотку порыву воздуха - хочется пить. Дыхание сбитое, как если бы она пробежала несколько десятков километров без остановки. Глухая боль безжалостно пронзала голову, будто бы впиваясь в самое сознание и отдаваясь в позвоночник. В нос ударил отвратительный запах. Это - запах спирта, резины и ржавчины с приторной химией сомнительного происхождения, его нельзя спутать ни с чем другим, он впитывался в кожу с ног до головы и оставался на всю оставшуюся жизнь. отвратительно. отвратительно. отвратительно. открыть уставшие глаза, белки которых медленно приобретали нездоровый желтоватый оттенок было бы самым настоящим подвигом. Свет холодных прожекторов ослепляет и без того слабые глаза. Потускневший, затравленный взгляд цепляется за свои же давно потерявшие цвет руки, бессильно разложившиеся на ледяном металле - тут всегда было холодно. Холод окружал практически всегда, это - неотъемлемая часть своеобразного интерьера. как само собой разумеющееся, покинуть помещение было бы весьма проблематично. Дверь тяжелая и металлическая, очевидно, заперта. Ноги стянуты ремнями - туго и больно. Синяки неизбежны. Было бы смешно представить попытки выбраться из этой ловушки. Эта глупая мысль заставила обладательницу бледно болотных волос невидимо улыбнуться. звонкий звук привычных каблуков по кафельному полу разрезает ушные перепонки в кровь и вызывает бессознательную тревогу. Она знала - этот звук предвещает только абсолютную нескончаемую боль, это стало до идеала выученным правилом. — Доброе утро, — Пронеслось беззаботно над ухом. Звучал не голос, звучал самый настоящий оркестр ужаса протекающий в крови ледяной волной. — Сегодня особенно загруженный день, извинишь меня? Дотторе. Кошмар воплоти. Перед глазами замаячило продолговатое лицо перекрытое тенью маски, из под которой виднелись столь ненавистные глаза, тошнотворно яркого рубинового цвета, ужасно хотелось выцарапать их своими же ногтями. Взгляд вызывал ничего более, чем чувство тревожности. Живот предательски скрутило. — Надеюсь, ты не в обиде? — Театрально кривит лицо в гримасе сожаления. Очевидно, переигрывает. — Наверняка, ты очень скучала, — Опускается в издавшее жалобный скрип кресло, подпирает свой же подбородок рукой. Она чувствует на себе выпытывающий взгляд. Пропал из поля зрения, что не может не радовать. Поворачивать голову в его сторону до банальности не хочется. — Сегодня ты особенно не разговорчива, — Звучит как ужасное издевательство. уже большое количество времени это стало негласным обычаем - игнорировать речь ученого, что дико его раздражало. Это нравилось Коллеи. Чужая рука в перчатке без стеснения потянулась к зеленым волосам, заставляя их обладательницу заметно вздрогнуть, скорее по инерции. Пальцы доктора скучающе перебирали чужие пряди. Сопротивление бесполезно, просто не имело смысла. — Знаешь, мне всегда не очень нравилось играть в молчанку, — Голос меняется, становится непривычно тихим. Это не сулит ничему хорошему. Это заставляет невероятно сильно напрячься. — Может быть, ты захочешь поиграть в гляделки? — Риторический вопрос. Он поднимается, при этом выдавливая из себя лукавую улыбку. Слух пронзает вызывающий глубокую панику звук перебирания приборов. Болезненно ярко перед взором всплывает блеск идеально отточенного скальпеля. — Но пока твои глаза на месте, это было бы слишком скучно, — Снова это выражение лица, снова надутые в печали губы. Всё в его мимике и жестах вызывало отторжение. Лезвие совсем близко к сузившемуся до невозможных размеров зрачку. В голову ударили четкие слова. "Нужно что-то делать". животный страх всегда даёт о себе знать, заставляя воображение работать. Не было возможным отбить инструмент, он бы впился в глаз гораздо быстрее, чем она смогла бы поднять руку. Появившееся молчание резко рассёк тихий и хриплый голос, когда-то давно бывший звонким. — Пожалуйста... — нервно сглатывает — Не надо. — Глупая попытка, но как ни странно, лезвие не двигалось дальше, лишь в каменном остолбенении застыло совсем рядом. После этого не последовало так ожидаемой дикой боли, лишь напряженное молчание длившееся несколько секунд, но для неё оно стало вечностью. Вечность прерывало только учащенное хриплое дыхание, раздирающее легкие. удивленный взгляд доктора, после чего картинный почти влюбленный вздох и скальпель быстрой пулей отдаляется, оказываясь между его фаланг пальцев, скрепленных воедино в восторженном жесте под его щекой. — Коллеи, какой приятный сюрприз! — Он невесомо опускает руку со скальпелем вниз, на металлический стол, примерно там где находились колени жертвы. Неосторожное решение. — Кажется, уже очень долго я не слышал твоего голоса, — Складывает в замочек пальцы и опирается подбородком на них. — Ты могла бы оказывать такую честь гораздо чаще, не так ли? — Расплывается в мерзкой улыбке. Хотелось сравнять это лицо с грудой неузнаваемого мяса. безумно хотелось бы. Пальцы нащупывают острый металлический инструмент у ног. Волнение захлестнуло искалеченный разум девушки, это было ничто иное как её шанс! медленно, расчетливо перехватывает скальпель, неотрывно держа вороватый взгляд на лице доктора, по неосторожности впавшего в раздумья. Резкое движение "пациентки" рассекает пространство и медицинское лезвие рвано движется в сторону шеи ученого. Первый удар, будто сквозь пелену сознания перебил монолог напряжения, вытекая алым цветом из чужих артерий. Второй удар, окрасил руки и крохотные пальцы столь желанным цветом, цветом до безумия приторно сладкой мести, заставляющий руки дрожать в приступе решительности. Третий удар. Вызывает сомнения расплывающиеся по телу новой волной. В глазах плывёт - практически не чувствуется звук упавшего металлического предмета об пол, вызвавший не заставившее себя долго ждать эхо. Как и практически не чувствуются руки в неизменно белых перчатках на своих плечах. Так не должно быть. — Меткий удар! — Слышится приглушенно знакомый голос.