Жажда

(Т/И Малфой — старшая сестра Драко)

Однажды — в качестве забавного умственного упражнения — Волдеморт спрашивает себя, а не та ли эта любовь, про которую ему втолковывал старик. Лучше всего было размышлять над этим, когда Т/И лежала перед ним, словно раскрытая книга, с закатившимися глазами, приоткрытым ртом, трепещущая, беспомощная. Ему нравилось совмещать это с просмотром ее воспоминаний, неважно, ранних или совсем недавних, мелких или значительных, но обязательно таких, которые она никому бы не доверила. Волдеморт не просит об этом доверии, он пользуется им как уже данным и вламывается в нее как бы с двух сторон. Еще неизвестно, что из этого интимнее. К этому привыкаешь. Т/И вся как на ладони, сожми кулак — и не станет ее, но еще она — как чаша с прохладной водой, а его мучает жажда, сильнее которой нет на свете, мучает так давно, что он и забыл, как это — не жаждать. Волдеморт приходит к выводу, что это никак не может быть любовь, потому что Дамблдор через слово повторял, будто любовь дает великую силу, а он чувствует только, что девчонка Малфой каким-то непостижимым образом сделала его слабее, много слабее.