Всех люблю, идите нахуй

Снедая плод земли, роятся черви. И ни мысли о высоком, голову так забивать зачем, ведь Настоящее - песчинки в длани, Будущее столь же зыбко, прошлое - как излагаем. Свежевырытая яма и в руках топор. Над горизонтом шляпка вырастает, мир объяв теплом. Но паники не нужно, братка, не боись, Ведь смерти больше нет, есть отрицательная жизнь. А в мире проклятом любовь - запрет. Любить нужно трудиться, ненавидеть так и вовсе нет. И да, я знаю, так нельзя, дружище. Так неправильно любить. Нас обязательно отыщут. Но прошу тебя не плачь, подруга. Перед приговором крепче хват, ведь я держу тебя за руку. Да и похуй, будь, что будет, хули. Раз того желают в гневе праведном бездушном люди. А вот Бог всех любит одинаково, Не обессудьте, получилось так, что нас побольше, правда. Правда требует всегда печати, А инакомыслие иносказательно, что примечательно. Мораль, ну, это прямо вот моё любимое. Ты, как не посмотри, увидишь разную со всех сторон картину. Но в разрезе вижу только мрак и кровь. Моя улыбка искренняя, также точно как и боль. И я давно уже попытки бросил В летние шелка рядить, вдруг ставшую мне милой, осень. Градус всё на совесть красит, И тем лучше, чем погода за окном ненастней. Я пытаюсь, честно, Видеть что-то кроме блядства в этом уебанском месте. Но, как плохо не было бы тут, Возненавидеть вас, вот хоть убейте, не могу. И я как на иголках, без иронии. Так надоело понимать, лишь хочется быть кем-то понятым. Не страшно умирать, ну, лишь немного, Но гораздо хуже потерять, что сердцу слишком дорого. Не вскрою вены ни себе и никому. Куда ещё мертвее, люди - хтонь, и я уже почти что труп. Я вас люблю, но шли б вы нахуй, человеки. "Если любишь, отпусти." Я отпускаю. Развлекайтесь, черти.