Начало второго года обучения

Шла последняя неделя каникул. Гарри проводил свое время то в Блек Меноре, то в Гринграсс Меноре, то в Замке Поттеров. Два месяца были потрачены на то, чтобы узнать как можно больше от Альфреда Поттера, который был рад снова учить своего потомка. Гарри проводил много времени за изучением рун и зелий у Альфреда, а также нескольких заклинаний из семейного гримуара. Сириус дополнил его образование, ускорив обучение Гарри по Защите и Трансфигурации. Он также сказал Гарри, к огромной радости мальчика, что начнет учить его, как стать анимагом. В последнюю неделю августа наконец-то пришли списки книг. Как раз когда он собирался направиться в поместье Блеков, в столовую ворвались три эльфа. Было похоже, что они дрались. — Хозяин, Добби пытается проникнуть в замок, — яростно закричала Типпи. Гарри не упустил резкого контраста в их внешности. В то время как Типпи и Салли были одеты в приличную форму, другой эльф, казавшийся довольно слабым и нездоровым, был одет в ужасное кухонное полотенце. — Кто ты? — спросил Гарри, прищурившись. — И почему ты пытался проникнуть в мой дом? — Я Добби, сэр, — пропищал эльф. — Добби пришёл сюда, чтобы предупредить вас, сэр. Гарри Поттер не должен возвращаться в школу Хогвартс в этом году! Запланированы темные дела! Добби должен защитить Гарри Поттера! — Типпи, Салли, отпустите его, — приказал Гарри. Он опустился на колени, чтобы соответствовать росту эльфа, и спросил: — О чем ты говоришь, Добби? О каких ужасных вещах? Добби расплакался от этого жеста. — Гарри Поттер лучше, чем Добби когда-либо думал! Он обращается с Добби как с равным! Но Гарри Поттер, сэр, не должен возвращаться в школу. Существует заговор, заговор, чтобы произошли самые опасные вещи! — Какие опасные вещи? Кто их замышляет? — Добби не может сказать, сэр. Хозяин Добби даже не знает, что он здесь! Добби придется гладить себе руки за то, что он предал своего хозяина. Но Добби это не волнует, безопасность Гарри Поттера превыше всего. Не едьте в школу, сэр. В этом году замок постигнет большая опасность. Гарри Поттер должен защитить себя и оставаться в безопасности, — сказал эльф, щелкнул пальцами и исчез. Гарри нахмурился. — Ребята, а кто хозяин Добби? — Добби — эльф Малфоев, хозяева Гарри. Хозяева обращаются с ним очень, очень плохо, — грустно ответила Салли. Гарри стиснул зубы. Он питал слабость к домовым эльфам и не любил, когда с ними плохо обращались. Но о чем говорил Добби? *** Через час Гарри и Сириус находились в Косом переулке, покупая школьные принадлежности. Несмотря на протесты своего крестника, Сириус настоял на своем и решил заплатить за все их покупки, заявив, что это его долг как опекуна Гарри. После того, как позаботились о школьной форме, ингредиентах для зелий и других канцелярских принадлежностях, они направились во Флориш и Блоттс, где собиралась толпа людей, включая прессу. — Эх, плохо, — пробормотал Гарри. — Быстрее, наложи на меня чары. — Хорошая идея, — кивнул Сириус. Взмахом его палочки они оба оказались под простыми чарами гламура. Это оказалось кстати, потому что Гилдерой Локхарт позировал для фотографов. Сразу после того, как Гарри закончил покупать книги для четвертого и пятого курсов, у входа в магазин произошла потасовка. Дуэт удивленно переглянулся, когда увидел, что Артур Уизли физически сражается с Люциусом Малфоем. Гарри услышал последнюю часть их разговора. — Вот твоя книжка, девочка. Получше твой отец не в состоянии купить, — прорычал Люциус, засовывая книги в ее котел. Сириус покачал головой, выводя Гарри из магазина. — Что это всё значит? — Закон Артура Уизли о защите магглов, — ответил Сириус. — В связи с законопроектом было проведено несколько рейдов. На самом деле он одобрен Дамблдором, но сам законопроект плохо написан. Люциус Малфой очень возмущён по поводу него. — Я тоже, — слегка нахмурился Гарри. — Должен быть акт защиты волшебника от угрозы, известной как магглы, а не наоборот. Мы в опасности, но я не слышу об этом разговоров! Сириус склонил голову набок, когда они переместились в Блек Менор. Он некоторое время наблюдал за Гарри и сказал: — Тебе не нравятся магглы, не так ли? — А это тут вообще причём? — защищаясь, спросил Гарри. Сириус только прищурил глаза, и его юный подопечный слегка покраснел под его суровым взглядом. — Я спрашиваю тебя, потому что мне нужно знать, — сказал Сириус, когда они вошли в неформальную гостиную. — Я твои регент и представляю тебя в Визенгамоте, и для этого мне нужно знать, что ты думаешь. Я заметил, что ты не являешься либералом, но я никогда не считал тебя ярым традиционалистом. — Нет, — поправил его Гарри, снова обретая контроль над своими эмоциями. — Я больше центрист, судя по тому, что сказал мне портрет дедушки Карлуса, то есть балнсирую между ними. Я считаю, что нам нужны новые идеи, сохраняя при этом наши магические традиции и верования. Ты должен понимать, что я рос как в маггловском, так и магических мирах. У меня есть уникальная точка зрения. Я глубоко уважаю наши традиции и не хочу, чтобы они исчезли. Сторонники Дамблдора имеют очень ограниченное представление о том, что они считают темным и светлым. Они превратят магический мир в копию мира магглов, если у них будет достаточно силы. Традиционалисты, с другой стороны, настолько глубоко укоренились в своих убеждениях, что они никогда не смогут мыслить нестандартно, из того, что я читал из истории и наблюдал за собой. Мы будем гнить изнутри, если они будут у власти. Нам нужен баланс между двумя фракциями. Наверняка и там, и там есть те, кто не является экстремистами. — Это определенно новая идея, — сказал Сириус через несколько минут. — И я должен сказать, что согласен с тобой. Но я должен спросить… Что ты думаешь о магглах и магглорожденных? Гарри глубоко вздохнул. — У меня нет проблем с магглорожденными. На самом деле, я считаю, что они обладают удивительным потенциалом и нестандартным мышлением. Ты только посмотри на некоторых магглорожденных, которые есть у нас сегодня! Моя мать была не единственной исключительной ведьмой или волшебницей, которые можно вспомнить. Обязательно найдутся и другие талантливые люди. Но есть и такие, кто склонен смотреть на нас свысока, говоря, что мы отсталые по сравнению с магглами. Я слышал, как пара магглорожденных говорила так. По словам Гермионы Грейнджер, моей бывшей одноклассницы, у волшебников нет ни капли логики. Она считает, что мы архаичны, а ее хваленый магловский мир совершенен, и что нам нужно изменить свой образ жизни и стать более похожими на маглов, — он усмехнулся, когда сказал: — Скажи мне, что тебя это не злит. Сириус медленно кивнул. — Должен признаться, эти утверждения меня бесят. Ты должен понять, Гарри, что с обеих сторон есть фанатики, а Пожиратели Смерти использовали таких магглорожденных в качестве примеров для продвижения своих планов. Твоя мать никогда не была такой, знаешь ли. Она полностью приняла волшебный мир, когда попала в Хогвартс. В течение нескольких лет никто не мог сказать, воспитана ли она магглами или волшебниками. К сожалению, не все магглорожденные такие. Отношение Лили… То, как она всем сердцем приняла нашу культуру и традиции, было единственной причиной, почему твои бабушка и дедушка согласились на брак. Сначала они были в ярости, когда поняли, что Джеймс хочет жениться на магглорожденной. После нескольких ссор Джеймсу удалось убедить их встретиться с Лили и дать ей шанс. Первая встреча несколько скомканной, из того, что я слышал, но тете Дорее пришлось неохотно признать, что Лили вела себя не так, как другие маглорожденные. Через несколько месяцев, после того как они узнали ее поближе, твои бабушка и дедушка согласились на брак. — Я знаю. Их портреты сказали мне, и я также читал дневники своих родителей. Но я считаю, что традиционалисты всегда будут указывать на таких магглорожденных и использовать это против остальных. Кроме того, Сириус, ты не думаешь, что нарушается «Международный статут о секретности», когда каждый маглорожденный получает письмо? Каждый магглорожденный означает, что два родителя проинформированы, а, возможно, и братья и сестры. Чем больше магглорожденных, тем больше магглы знают о магии. Разве это не противоречит цели секретность? Как можно проверить, что слухи о существовании магии не распространятся среди магглов? Я очень озадачен этим вопросом. — Гарри, ты вступил на скользкую дорожку, — предупредил Сириус. — То, что ты говоришь, — это именно то, о чем проповедовал Волан-де-Морт. — Я знаю, — горько сказал Гарри. — Вот почему я никогда не поднимал этот вопрос ни с кем, кроме тебя, но я действительно хочу знать ответ. Я жил с магглами, Сириус. Я имел дело не только с моими родственниками, но и с магглами по соседству и в школе. Поверь мне, есть причина, по которой я не люблю магглов. Никто из них не отреагирует благосклонно, если их ребенок родится волшебником. Думаешь, я единственный ребенок в мире, который подвергся насилию со стороны магглов из-за магии? Должны быть и другие, верно? Существует ли в этом правда? Не поэтому ли МАКУСА полностью отрезан от мира магглов, запрещая волшебникам взаимодействовать с магглами? Я слышал, что похоже есть в Азии и Африке. Почему мы не можем сделать то же самое? — Это правда, что Магическая Европа гораздо более либеральна, когда дело доходит до отношений волшебников и магглов, по сравнению с остальным миром. Скажи мне кое-что. Ты говоришь все это только из-за своего опыта общения с маглами? Что насчёт тех маглов, которые хорошо относятся к магии? Ты не можешь просто поносить всех магглов или ожидать, что другие будут делать это только потому, что у тебя был плохой опыт общения с ними. Это означало бы, что ты навязываешь свои убеждения другим, в чем и заключалась последняя война. Подумай об этом. Позже Сириус ушел в свою комнату, размышляя над этим вопросом. Он никогда не думал, что доживет до того дня, когда сын Джеймса и Лили станет противником магглов. Он честно не знал, как поступить, потому что аргумент его крестника имел смысл. Ему придется подумать об этом и узнать больше. У рода Блек были контакты по всей Европе, так что он может провести небольшое расследование. Амелия также имела международные связи, не говоря уже о доступе к ограниченной информации в Министерстве Магии. Он должен ответить Гарри, потому что ему самому пришлось признать, что то, что сказал Гарри, было правдой. Будучи воспитанным Блеком, он знал истинную причину того, почему волшебники вообще скрывались, а не разбавленную версию, которую сделали доступной сочувствующие магглам историки, такие как Батильда Бэгшот. Охота на ведьм тогда была действительно ужасающей, а не такой, как описывали её школьные учебники. Десятки тысяч ведьм и волшебников, а может и больше, особенно беззащитных детей, были тогда замучены до смерти, и это только в Магической Европе. Бесчисленное множество умерло по всему миру. Ситуация была слишком ужасной, чтобы думать о ней. Вот почему все международное сообщество объединилось для создания Международного статута о секретности, и именно поэтому МКМ так жестко соблюдала его. Но он также беспокоился о Гарри. Мальчик шел по опасному пути, по которому раньше шли такие личности, как Грин-де-Вальд и Волан-де-Морт. Сириус поклялся, что сделает все, что в его силах, чтобы его крестник не сделал ошибочный жизненный выбор ради того, что, по его мнению, было правильным. Кто знал, что быть родителем может быть так сложно? *** Первого сентября Гарри встал ни свет ни заря. Гарри потратил своё время на сборы, позавтракал и после этого уменьшил свой чемодан и добрался до платформы, где он сел в поезд. Он заметил Дафну и Трейси, поэтому сел к ним и начал говорить. У него не было времени много читать, так как ему постоянно задавали вопросы о дуэльном турнире его знакомые со всех четырех факультетов. Невилл Лонгботтом был в восторге, потому что он послушался совета профессора Флитвика в конце предыдущего семестра и купил подходящую ему палочку. Летом он практиковал магию и был вполне доволен результатами. Когда они достигли Хогсмида, Гарри кивнул Драко Малфою, который кивнул ему в ответ. Они мало разговаривали и держались на расстоянии, предпочитая кивать друг другу, если другой проходил мимо. У них нет общих занятий, поэтому у них нет возможности взаимодействовать, поскольку у каждого есть свой круг друзей. Гарри также поговорил со старшекурсниками, с которыми он ходил еа занятия в прошлом семестре. Он будет их одноклассником еще один семестр, так как на этот раз он будет посещать занятия с четвёртым курсом. После зимних каникул он перейдет на пятый курс. Распределение прошло как обычно, и вскоре Гарри снова оказался в своей комнате в Башне Когтеврана. Типпи уже расширил комнату и убрал одежду, так что Гарри просто разделся и лег в постель. На следующее утро он, как обычно, был у озера, бегал и тренировался почти два часа. Закончив, он принял душ и оделся. Когда он вошел в Большой Зал, на него смотрело гораздо больше людей, но он старался не обращать на это внимание. Он получил свое расписание от профессора Флитвика и присоединился к остальным четверокурсникам, чтобы отправиться в класс защиты, который он делил с гриффиндорцами. — Я искренне надеюсь, что он компетентен, — тихо сказал Гарри. — Почему… -… Ты так говоришь? — Я прочитал все его книги, и знаете, что я обнаружил? Ничего. Нигде не упоминалось ни одного заклинания, — объяснил Гарри, садясь на свое обычное место рядом с Фредом и Джорджем Уизли. — Какой смысл назначать их в качестве учебников, если они не помогут нам учиться? Я начинаю задаваться вопросом, не сфальсифицировал ли он все это, утверждая, что вымысел соответствует действительности. — Наша мама — большая поклонница дорогого Локхарта, — сказал Джордж. — Если это окажется правдой, то она будет убита горем, — согласился Фред. Их профессор Защиты вскоре вошел в кабинет, одетый в ярко-желтую мантию. Гарри поморщился. Такую ​​одежду он сжег бы из принципа. На его вкус они были слишком веселыми. Локхарт драматически вошел, указал на свои портреты и сказал: — Это я, — сказал он и подмигнул. — Гилдерой Локхарт, рыцарь ордена Мерлина третьей степени, почетный член Лиги защиты от темных сил и пятикратный обладатель приза «Магического еженедельника» за самую обаятельную улыбку. Но не будем сейчас об этом. Поверьте, я избавился от ирландского привидения, возвещающего смерть, отнюдь не улыбкой! Я вижу, вы все купили полный комплект моих книг. Как это прекрасно! Он раздал всем листы пергамента. — Пожалуй, начнем урок с проверочной работы. Не пугайтесь! Я только хочу проверить, как внимательно вы их прочитали и что из них усвоили. Гарри недоверчиво посмотрел на вопросы. Все они были о Локхарте, и ни один из них не имел отношения к предмету, за преподавание которого ему платят! Кого, черт возьми, волнует, какой у этого человека любимый цвет или каковы его тайные амбиции? Это смешно! Он слышал, как Фред и Джордж хихикают рядом с ним, поэтому он понял, что они вдвоем пишут что-то смущающее. Вместо этого он написал на полях своим аккуратным почерком: Я не записывался на курсы о Гилдерое Локхарте. Я записался на урок защиты. Я отказываюсь участвовать. Всё. Сделано.Он достал из сумки свой экземпляр «Проклятий и контрпроклятий» и начал читать. Когда Локхарт собрал листы с ответами после того, как время истекло, его глаза вылезли из орбит, когда он увидел ответы, написанные Фредом и Джорджем, но также заметил пустой лист, принадлежавший Гарри Поттеру, за исключением строчки вверху. — Отработки со мной, мистеры Уизли и мистер Поттер, — сказал Локхарт с лучезарной улыбкой. — Я уверен, что вы поймете, почему я даю эти тесты, как только мы лучше узнаем друг друга. Гарри закатил глаза. Он схватил медальон, висевший у него на шее, и активировалось заклинание «не замечай меня». Если этот дурак не собирается учить чему-либо, то Гарри ничего не может сделать, но будь он проклят, если будет тратить время впустую в классе. До его СОВ оставалось меньше года, и он должен к ним подготовиться. После Защиты и Чар Гарри направлялся к Большому Залу, когда его ослеп ла яркая вспышка света. Гарри моргнул и выхватил палочку из кобуры, заподозрив угрозу, но обнаружил, что первокурсник смотрит на него большими глазами. — Ты не думаешь, что неуместно фотографировать кого-то без их разрешения? — раздраженно рявкнул Гарри. Зная, что его магия изменчива, он медленно выдохнул, чтобы успокоиться, и через несколько секунд его бесчувственная маска вернулась на место. Он посмотрел на фотографа холодным взглядом. Мальчик, о котором идет речь, покраснел, но его волнение было видно. — Привет, Гарри, — сказал он нетерпеливо. — Я Колин, Колин Криви. Я первокурсник Гриффиндора. Как ты думаешь, было бы нормально, если… Знаешь… Я бы мог сфотографироваться с тобой? Прежде чем он успел ответить, всё пошло под откос. Один из семикурсников Когтеврана, громко протестовавший против участия Гарри в ускоренной программе, расхохотался. — Что на этот раз, Поттер? — ехидно спросил он. — Не можешь выдержать того, чтобы быть на первой полосе газеты достаточно часто, из-за чего теперь даешь подписанные фотографии? Локхарт выбрал именно этот момент, чтобы появиться на месте происшествия, очевидно, сам направляясь на обед, и услышал последний комментарий. — О, подписанные фотографии? Кто подписывает фотографии? Да ладно вам, мистер Криви. Двойной портрет, лучше этого не придумаешь. Мы оба подпишем для вас! — Я так не думаю, — прервал его Гарри, отталкивая нового учителя. — У меня нет ни времени, ни терпения, чтобы заниматься подобной ерундой. Наймите себе кого-нибудь другого, чтобы укрепить свою славу, профессор Локхарт. Я недоступен. Гарри даже не стал ждать ответа мужчины, потому что уже направлялся к слизеринскому столу в Большом зале. Он сел рядом с Дафной и начал наполнять свою тарелку едой. — Проблемы? — нерешительно спросила Дафна. — Какой-то гриффиндорский придурок решил сфотографировать меня посреди коридора, — сердито сказал Гарри. — Тогда Джонс повел себя как ревнивый придурок. В этот момент появляется Локхарт, который раздражает меня еще больше. Этот мужчина — придурок. Кто, черт возьми, назначил его учителем? — Я скажу тебе, кто, — ответил Тео Нотт, садясь напротив них. — Это кто-то с длинной седой бородой называет себя директором школы. Локхарт ужасен. Он был у нас на последнем уроке. — Что он делал? — Что он не сделал? — воскликнула Дафна. — Он выпустил группу корнуоллских пикси на свободу в классе. Пикси разрушили класс, подняли беднягу Невилла, повесили его на люстре и устроили хаос. Профессор-идиот решил бежать, а не помочь. Грейнджер сказала, что он дает нам «практический опыт». — Есть ли шанс, что мы можем избавиться от него? — с надеждой спросил Гарри. — Нет, — сказал Блез Забини. — У всех учителей подписан контракт. Если Локхарт не сделает что-то радикальное, мы застрянем с ним на год. — Отлично, — пробормотал Гарри. — Дамблдор только что выбрал самого худшего учителя для моего года СОВ. Как мы справимся? На его вопрос остальные ответили молчанием. *** Неделю спустя Гарри оказался на поле для квиддича, где проходили пробы для команды Когтеврана. Хотя его не беспокоило, выиграет ли его факультет Кубок по квиддичу или нет, он не может игнорировать тот факт, что игра ему очень нравилась. Итак, после некоторой поддержки Сириуса и Дафны, он решил попробовать. Держа в руке свой новый «Нимбус две тысячи один», Гарри стоял с остальными потенциальными игроками, пытавшимися стать ловцом. Место уже заняла третьекурсница Чжоу Чанг, но по традиции проходили отборы на все должности, кроме капитанской. А так как капитан команды Когтеврана был охотником, а не ловцом, у него есть шанс занять место Чжоу Чанг. Сначала пробы начались для охотников и загонщиков, а затем для вратарей. Как только остальная часть команды была сформирована, капитан, шестикурсница по имени Эбигейл Тернер, обратила свое внимание на ловцов. После нескольких раундов на выбывание осталось только двое — Гарри и Чжоу. — Хорошо, вы двое, я буду проще. Вам нужно пройти еще два раунда — поймать снитч один раз без бладжеров и еще раз поймать его с бладжерами. В воздух! — крикнула она. Гарри схватил свой «Нимбус две тысячи один» и взлетел в воздух. Он взлетел на внушительную высоту и остановился. — Я выпускаю золотой снитч. СЕЙЧАС! Маленький золотой снитч сразу же исчез, так что искать его нет никакого смысла. Но Гарри не любит ждать появления снитча, от нечего делать. Несколько минут он летал по полю, пикировал и поднимался. Наконец, он увидел снитч возле земли у ворот. Он быстро ускорился и почувствовал Чанг позади себя. Он пикировал под острым углом, чтобы сбросить ее, но она была неумолима. Он приближался к земле со скоростью; он слышал испуганные крики нескольких девушек, но внезапно остановился, подняв вверх кулак в перчатке, держа золотой снитч. Он подошел к капитану, у которого от его выступления отвисла челюсть. — Ты мог меня убить! — закричала разъяренный Чжоу Чанг, приземлившись рядом с ним. — О чём ты думал, когда пикировал с такой скоростью? — В том-то и дело, что ловец противника не сможет следовать за мной. Капитан, не могли бы вы выпустить бладжеры? Эбигейл Тернер ухмыльнулась. — Мальчики, дайте ему лучшее, что у вас есть, — сказала она загонщикам. Загонщики взяли биты и выпустили бладжеры. Гарри и Чжоу заняли позиции, и Тернер снова выпустила снитч. Сразу же оба ловца обнаружили, что в их сторону направляются бладжеры, и им пришлось спикировать, чтобы уйти. Гарри снова начал летать с одного конца поля на другой. После пяти минут уклонения от бладжера он заметил снитч. Он тут же бросился к нему, но почувствовал приближающийся бладжер. Он замедлился, развернулся в воздухе на триста шестьдесят градусов и ударил хвостом метлы по бладжеру, чтобы он вместо этого беспокоил Чанг, и его цель была точной, поскольку он попал в нее. Он спикировал и поймал снитч. Когда он приземлился, люди аплодировали. — Это было потрясающе, Поттер! Ты не только поймал снитч, но и отогнал бладжер! Добро пожаловать в команду, — сказала Тернер. Гарри улыбнулся. *** В субботу второй недели сентября Гарри накинул на себя мантию-невидимку и выскользнул из больших дубовых дверей замка. Подойдя к Гремучей иве, он поднял в воздух палочку и использовал ее, чтобы сжать сучок у основания дерева, как его научил крестный отец. Дерево внезапно перестало буйствовать, и Гарри заполз в секретный проход, ведущий к Визжащей Хижине. Он снял мантию и пошел вверх по лестнице. Войдя в комнату, он увидел, как Сириус убирает ее несколькими взмахами палочки. — Привет, Сириус, — с легкой улыбкой поприветствовал его Гарри. — Я попал в команду Когтеврана по квиддичу! Сириус гордо усмехнулся. Он подошел ближе, чтобы обнять мальчика. — Поздравляю, Гарри! Я знал, что ты сможешь это сделать! Ловец, верно? — Да, — сказал Гарри, садясь в кресло. — Скоро состоится первый матч. Начнем? Сириус кивнул и тоже сел. Помолчав, чтобы собраться с мыслями, он начал. — Трансформация анимага не так ужасно сложна, как это представляют люди, — объяснил он. — Причина, по которой большинство считает её сложной, заключается в том, что Трансфигурация сама по себе является сложным предметом для освоения. Ты меняешь определение рассматриваемого объекта, а это значительно сложнее, чем чары, когда ты зачаровываешь объект. До сих пор, что бы ты не изучал, это трансфигурация неодушевленных или животных и основы элементальной трансфигурации, я прав? — Да, — быстро ответил Гарри. — элементная трансфигурация — это процесс, при котором один элемент заменяется другим. Это значительно сложнее, чем трансфигурация внутри одного и того же типа элемента. Заклинание — это пример элементальной трансформации, потому что оно превращает воздух во что-то другое. Заклинание исчезновения делает обратное. — Отлично, ты понял теорию. Теперь мы можем перейти к Трансфигурации Человека, которая значительно сложнее. Человеческое тело сильно отличается от тела, скажем, лягушки. Тебе нужно знать отличия животных, в которое ты собираешься трансформироваться, а также проблемы, связанные с трансфигурацией человека. Если ты ошибешься, то могут быть катастрофические последствия, поэтому ты не должен пытаться это делать без меня на начальных этапах. Понял? Гарри кивнул. — Первый шаг — найти свое ядро. Для тебя это не составит труда, поскольку ты являешься природным окклюментом. Когда ты закончишь, мы начнем с твоих пальцев и постепенно продолжим оттуда. Когда ты точно будешь знать, какая твоя животная форма, ты сможешь завершить окончательную трансформацию. — О, кстати, я должен сказать тебе кое-что важное, — внезапно сказал Сириус, прерывая их разговор. На мгновение он заколебался, словно не зная, как воспримет новость его крестник, и продолжил: — Мы с Амелией планируем пожениться этой зимой. Что думаешь? Гарри удивленно моргнул, не ожидая этого. Как только его разум обработал то, что ему сказали, он искренне улыбнулся. — Отличные новости! Поздравляю, Сириус. Я рад за вас обоих. Волшебник с облегчением взглянул на то, что его юный подопечный не расстроился известием. — Спасибо, Гарри. Кроме тебя, со стороны моей семьи нет никого, кроме Андромеды и Нарциссы, так что твое одобрение действительно много значит для меня. Мы планируем передать всю подготовку к свадьбе хорошо известной компании по организации мероприятий в Косом переулке, но мы еще не определились с местом. — Почему бы тебе не провести свадьбу в Блек Менор? — предложил Гарри. — Её будет легче провести, не говоря уже о том, что это обеспечит красивый фон. Церемонию можно провести снаружи, а прием можно провести внутри, в Большом бальном зале. — Знаешь, это действительно хорошая идея, — пробормотал Сириус, глядя вдаль. — Я спрошу у Амелии. Молодец, малыш. Я буду держать тебя в курсе всех событий. А теперь вернемся к нашему обсуждению трансфигурации человека. Три часа спустя изнеможденный Гарри вернулся в Башню Когтеврана. Когда Сириус сказал, что процесс будет утомительным, он не шутил. На сегодняшний день его крестный отец не позволил ему трансфигурировать что-либо, кроме ногтей, но сказал ему продолжать практиковаться, а также заглянуть глубоко в себя, чтобы узнать больше о своей животной форме. Чем больше он узнавал, кем он собирается быть, тем легче это становилось. Тридцать первого октября в Большом зале отмечали традиционный праздник Самайн. Как ни странно Гарри был в хорошем настроении после очередного занятия по становлению анимагом, поэтому он решил быть более общительным этим вечером. Сначала все его соседи по дому были озадачены, но никто не жаловался. Гарри владеет огромным количеством информации, и люди вокруг часами болтали с ним, пока пир не закончился. После пира когтевранцы вместе направились к Большой лестнице и через несколько минут один за другим вошли в гостиную Когтеврана. Внизу, на первом этаже, были обнаружены окаменевшие тела Аргуса Филча и миссис Норрис вместе с сообщением об открытии Тайной Комнаты. *** Следующие несколько дней были наполнены неразберихой и глубокими размышлениями о Тайной Комнате и о том, что могло вызвать оцепенение Филча и миссис Норрис. Гарри, как и все остальные, полагал, что кто-то, должно быть, проклял их и написал сообщение на стене, чтобы вызвать проблемы, но в глубине души у него возникло щемящее чувство, что он ошибается. Что-то в Комнате было хорошо знакомым, но он не мог понять что. Драко Малфой громче всех говорил об этом инциденте, считая, что нападение и предполагаемое открытие Тайной комнаты — хорошее дело. Похоже, мальчик также попал в команду Слизерина по квиддичу в качестве ловца, а его отец купил для всей команды новый «Нимбус две тысячи один». Гарри задавался вопросом, как остальные члены Совета Попечителей допустили это, но он ничего не имел против пожертвования мётел школе. На самом деле, когда он разговаривал с Сириусом, Гарри был проинформирован о том, что на самом деле существует налоговые льготы с любого пожертвования магическим школам Британии, так что это наверняка будет беспроигрышный сценарий для Люциуса Малфоя. В то субботнее утро Гарри проснулся рано и тихо вышел на улицу, чтобы закончить утреннюю зарядку. Поскольку Когтевран и Слизерин были финалистами в прошлом году в матчах по квиддичу, то сегодня они сыграют первую игру сезона. Гарри усердно тренировался с командой Когтеврана, и он должен признать, что они довольно хороши. Настроение было испорчено новостями о новых мётлах слизеринской команды, но капитан сказал, что это не имеет значения. — Мы и раньше сталкивались с трудностями, — заверила Эбигейл Тернер команду, собравшуюся в раздевалке. — Это ничем не отличается. Они не знают, какое у нас преимущество. Мы никому не сообщали о наших действиях, так что это должно их удивить. Гарри, немедленно начинай свою игру. Если мы удивим их раньше, может быть, они потеряют уверенность в своих новых метлах, и мы можем использовать все преимущества, которые мы получим сегодня. — Понятно, — спокойно сказал Гарри, сжимая метлу. Семь членов команды встали у входа на поле и сели на метлы, взлетев в облачное небо. Сотни людей аплодировали снизу, и Гарри глубоко вздохнул, чтобы позаботиться о существующей нервозности. Укрепив свои ментальные щиты, его пустая маска вернулась на место, когда он взлетел высоко в небо. В любую минуту… — Приветствую всех на первой игре сезона, — крикнул Ли Джордан, его голос стал слышен всем. Сегодня наши участники Вороны играют против Змей! — По моему свистку, — крикнула мадам Хуч. — Три, два, один… Она дала свисток, и раздался могучий рев, когда игра началась. Гарри взмыл вверх, но его зеленые глаза были сосредоточены на игре внизу, а не на снитче. Драко Малфой был позади него, явно желая принять ответные меры, если Гарри сам увидит снитч. — И Маркус Флинт контролирует квоффл. Тернер пытается взять его, но… О, это было противно. Он уворачивается от бладжера и приближается к воротам, он… Подождите… Что такое? Когда у Гарри была отличная видимость Флинта, он резко спикировал, выжимая на максимум свой «Нимбус две тысячи один». Позади него Драко Малфой тоже спикировал, но Гарри не собирался ни поймать снитч, ни попытаться выполнить финт Вронского. Он направлялся прямо к Маркусу Флинту, и одним мощным ударом квоффл вырвался из рук взрослого мальчика. Гарри нырнул и повернулся, схватил квоффл и быстро передал его Роджеру Дэвису, который его забил. — Потрясающе! — закричал Ли Джордан. — Похоже, что Гарри Поттер играет в качестве мешающего ловца! Это был чертовски неприятный ход! Я думал, что он выполнит финт, но это оказалось не так. Роджер Дэвис забивает, и десять-ноль в пользу Когтеврана! Гарри увидел, как прямо на него летит бладжер, поэтому он увернуться от него, но бладжер тут же изменил курс! Он взлетел выше, как раз в тот момент, когда Джейкоб Сэмюэлс, один из двух загонщиков Когтеврана, нанес мощный удар бладжером в сторону Адриана Пьюси. — Ты в порядке, Гарри? — спросил Джейкоб. Как только Гарри кивнул мальчику, бладжер снова полетел к нему. Гарри нахмурился и спикировал на землю, чтобы увернуться от него, пытаясь сосредоточиться на неуловимом Золотом снитче. Слизерин уже забил дважды, доведя счет до двадцати к десяти. Никто из них не знал, почему бладжер преследует только Гарри, но он не хочет проигрывать игру из-за того, что чары на бладжере испортились. — Возращайтесь к игре, — закричал Гарри, когда загонщики пришли ему на помощь. — Мы никогда не победим, если вы продолжите следить за мной. Со мной все будет в порядке! Загонщики выглядели обеспокоенными, но решили следовать его указаниям. Через сорок минут счет был сто тридцать: пятьдесят в пользу Рейвенкло. Дождь лил сейчас сильно, ухудшая зрение. Гарри знал, что скоро ему нужно будет поймать снитч, поэтому он сделал его поиск своим главным приоритетом. Он поднимался все выше и выше и слышал бладжер позади себя. Он петлял и пикировал, зигзагами, спиралью и катился. — Готовишься к балету, Поттер? — крикнул Драко, ухмыляясь, пытаясь отвлечь Гарри, пока сам искал снитч. Внезапно Гарри увидел его. Снитч сверкал прямо у уха Малфоя. Не дожидаясь ни секунды, он толкнул Малфоя и чуть не сбросил его с метлы. Как только его пальцы сомкнулись на сопротивляющемся золотом снитче, бладжер вернулся. БАМ!