Часть 8

Драко выбежал из кухни, напрочь позабыв о еде, рисунках и природе. Ему нужно перевести дыхание и покурить. Срочно. Он не стал уходить далеко и поднялся в коридор, который использовали реже всего. Влажными руками он достал пачку сигарет из кармана. — Блять, — сигарета выскользнула и упала в окно. Драко облокотился о стену и забрался на подоконник. Достал из пачки ещё одну и закурил. Его мозг ломался. Он искренне не понимал, что именно его так привлекает в этой чертовой гриффиндорке. Раньше он мог заинтересоваться ею только в сексуальном плане, но теперь он хотел разговаривать с ней. Узнавать её. Это пугало. Мысли путались и были похожи на хаотично переплетённые нити, но даже в этом хаосе была одна вещь, которая никак не укладывалась в голове и лежала на отдельной полке. Колье. Парень был уверен на сто процентов, что где-то его видел. Это было не так давно, потому что образ не до конца размылся. Школьная библиотека не могла помочь ему с разгадкой, он сразу это понял. Ему нужна информация другого спектра. Например, старинные фолианты его домашней библиотеки, где были записи не только о белой магии, но и тёмной. Необузданной. Через месяц начнутся осенние каникулы, на которых он сможет достаточно глубоко изучить эту тему. Не может всё быть так просто. Грейнджер не могла его заинтересовать. Просто не могла. Даже на завтраке Драко не мог впихнуть в себя хоть маленький кусочек. Есть совсем не хотелось, в горле застрял ком, от которого не так просто избавиться. Пэнси эмоционально что-то рассказывала, но её голос был где-то на фоне. Мыслями слизеринец был не тут. Хотелось встать и уйти. Хотелось тишины и спокойствия. Драко неосознанно поднял глаза и заметил гриффиндорку. Она сидела напротив него, но между ними было четыре обеденных стола. Достаточно далеко, чтобы он мог незаметно наблюдать за ней. Он подмечал каждую деталь. То как она закалывала волосы в неопрятный пучок, но с её кудряшками это смотрелось очень мило, то как она перебирала пальцы, когда задумывалась над чем-то. Пухлые губы, покусанные от стресса. Глаза, такие яркие и глубокие, которые теперь смотрели прямо на него… Почему она смотрит на него? А почему он смотрит на неё? Малфой одёрнул себя, не сразу, но у него все же получилось оторваться от её пожирающих глаз. Он повернулся к Паркинсон и сделал вид, что очень увлечён её рассказом. Но мысли занимала Гермиона Грейнджер. Это все больше походило на безумие. Каждый раз он повторял себе, что эта грязнокровка не может ему нравится. Это точно наваждение или любовное зелье. Он был уверен. После завтрака у них стоял совместный урок. Драко молился всем богам, которых знал, чтобы Грейнджер сама держалась от него подальше. Не разговаривала с ним и не смотрела на него. Боги были злы. Они сделали все ровно наоборот. Теперь гриффиндорка стояла рядом и их поставили в пару. Нужно было сварить зелье, оно не было сложным, но требовало пристального внимания. Малфой старался лишний раз не говорить с ней и не смотреть в её сторону. — Разотри листья растопырника. — Тебе нужно, ты и разотри, — чертова Грейнджер. Драко старался держаться. Помимо душевных мук, он так же испытывал физические. Рука, которую он обжег из-за Гермионы, жутко болела и чесалась. Парень пытался унять дрожь, но выходило не очень хорошо. Пар все сильнее нагревал кисти, от чего старые волдыри сильнее набухли, а тут ещё эта сука выпендривается. -Грейнджер, мы не в детском саду. У нас совместное задание и тебе стоит постараться, ведь тащить тебя на себе у меня нет ни малейшего желания. Или оценки перестали играть для тебя роль? — Малфой скривил рот. Видимо до неё дошло. — Болит? — Не самое приятное чувство, — прошептал Драко, с плохо скрытой враждебностью. Гермиона задумалась на пару секунд, а потом резко вскрикнула. — Драко! Гриффиндорка выхватила деревянную ложку из его рук и бедром оттолкнула от котла. Место, где она его коснулась в ту же секунду запылало. Малфой пытался сопротивляться. Он пытался сделать все возможное, но проиграл. — У тебя же рука больная, а я и не подумала… Он почувствовал, что в штанах стало неуютно. Его тело решило подшутить над ним. Зрачки расширились и забегали по лицу Грейнджер. — Ты… Как хорошо, что мантия скрывала большую часть его тела. — Спасибо, но не стоило, — он проклинал её, честно, он хотел её задушить. Драко сильнее укутался в мантию, максимально стараясь скрыть свой стояк. Больше он на неё не смотрел. От этого было только хуже. Как только урок закончился, он пулей вылетел из кабинета, ни сказав ни слова. Ему нужно было не думать об этом. Это мерзко, недопустимо и неправильно. Слизеринец прикурил сигарету и уселся на излюбленный подоконник. «Что со мной происходит? Эта чертовка точно подлила мне что-то, а иначе, иначе я просто не понимаю!» Драко решил не идти на следующие уроки, боясь встретить Грейнджер в коридоре. Он направился в свою комнату, где решил просто поспать. Дневной сон точно на пользу. И снова судьба была не на его стороне. Он не мог заснуть. Всё думал о Грейнджер. О её тонких ручках, которые она, наверное, обожгла, когда перемешивала зелье. Обожгла из-за него. В тумбочке лежало много средств, которые он хранил для разных ситуаций. Малфой все чаще попадал в неприятности, поэтому ассортимент был обширным. Парень переложил успокаивающую мазь в маленькую баночку и отправил сову, чтобы не встречаться с ней лично. Совесть не позволяла ему сделать иначе, хоть изначально виновата была Грейнджер. Это ведь она первая его обожгла. Мёрфи — сова Драко, вернулся достаточно быстро. Мордочка была довольной. — Она покормила тебя? Не так ли мальчик? — парень погладил его клюв одним пальцем и отпустил. Малфой решил, что стоит нарисовать то самое колье ещё с нескольких ракурсов, чтобы потом легко узнать его в книге или справочнике, если он найдёт информацию о нем. После парочки быстрых набросков он отправился на прогулку, в надежде, что свежий воздух поможет легче уснуть. В сумраке коридоров было что-то завораживающее и таинственное. Парень вышел во внутренний дворик, прошёлся вокруг него и направился дальше по коридорам. Он рассматривал каждую картину. Ему, как художнику, было интересно наблюдать за таким творчеством. Драко не заметил, как пришёл к коридорам у библиотеки. К тому времени, гул в голове утих и стал гораздо меньше. Больше не хотелось курить. Он заметил, что из-за нервов стал делать это в несколько раз чаще. Тишина вокруг невольно заставила задуматься, картинки из прошлого так и всплывали перед глазами. Малфой уставился в одну точку, пожираемый призраками минувших дней. Это было его личным кошмаром. Каждый раз, когда он оставался один и вокруг не было ни души, его мозг старался воспроизвести все то плохое, что он совершил. А список был не маленьким. Дыхание становилось все более поверхностным, это было предпосылкой панической атаки. Они стали мучить парня, после убийства той учительницы. Когда слизеринец понял к чему все идёт, он начал искать вещи, на которые он мог отвлечься и избежать паники. Повернул голову к началу коридора и стал бегло изучать интерьер. Повернув голову в другую сторону, он застал странную картину. Грейнджер тайком выходила из библиотеки и натянула капюшон на голову. Малфой наблюдал за ней, как она медленно выдохнула и аккуратно пошла дальше. Ему было до жути интересно, что гриффиндорка делала в библиотеке ночью, да ещё и пытаясь скрыться, хоть и неудачно. Да, он старался избегать контакта с ней, но интерес переубедил слизеринца. — Твои кудряшки торчат из-под капюшона, Грейнджер, — надев маску язвительности, сказал Драко.