Черный Дом

Наша мудрость так сладка. Попробуй – и узнай. ПЕРЕДАЧА – инициировать сигнал Новой Англии – ПРИЕМ – инициировать ритм сгорания – В СЛУЧАЕ ПОЖАРА, ВЫХОД НАХОДИТСЯ ЗДЕСЬ – инициировать мантру забвения – УЗРИ – Черный Дом. Идем с нами. К заброшенному дому на краю леса, недалеко от Мотеля Оверлук. Идем с нами. Опустошенный огнем тридцать лет назад, он сгорбился в почерневшей, извращенной агонии, обугленный, словно муравейник, познавший жгучий детский садизм. Дом – тихое и уродливое последствие. Но в наших силах прочесть надписи на шрамах. Инициировать ритм травмы. Ужасная вещь случилась здесь. Ты видишь то, что видим мы? Пламя сжигает вину, оставляя лишь пепел. Ты видишь то, что видим мы? Никто не осмеливается подойти к Черному Дому. Кингсмут все еще чувствует вину, и у этой вины есть имя. Ты слышал историю о Кэрри Киллиан, сладкий? Она переехала в Кингсмут и построила этот дом в 1974 году. Она работала на дому, предлагая помощь и консультации через языческие обряды. Тогда она нравилась всем. Обнаружен злоумышленник! Здесь, в узоре пепла. Око и Пирамида. Ты видишь то, что видим мы? Кэрри Киллиан была не мошенницей, а независимым практиком магических искусств. Это встревожило иллюминатов. Им не нравилось, как она наблюдала за Иннсмутской Академией. Огонь – могущественный инструмент, сладкий, первая открытая вами технология. Мы видели ту встречу в темной комнате. Нужна лишь искра. Губы стали шептать речи, полные коварства, разнося слухи, и распуская их в уши жителей города. Огонь разгорался. «Она оказывает дурное влияние на наших детей». Злая судьба, и злые слова, и Киллиан продолжала страдать, тем не менее продолжая предлагать свои услуги всем тем лицемерам, которые в лицо просили о помощи, а за спиной – осуждали. Огонь легко может выйти из-под контроля. Распространение слухов превратилось в остракизм. «Мошенница» превратилась в «уродку», а затем – в «дяволопоклонницу». «Этот чудесный дом» стал «пристанищем зла». Кричащая обезьяна наконец набралась смелости, и прежде чем вновь забраться на дерево, позвала своих сородичей взяться за палки. Порой, в огонь разливается бензин. В 1987 году из Мотеля Оверлук пропало несколько постояльцев. Коварные уста шептали новые слухи. Расследование доказало, что Кэрри Киллиан была невиновна, но порочное семя уже было посажено в головах жителей. Мы навестили нескольких твоих сородичей, и, порхая над их кроватями, пытались предупредить о грядущей катастрофе, но, увидев нас, они лишились рассудка. Когда возле дома Мисс Киллиан нашли двух растерзанных детей, было уже слишком поздно. Факелы. Толпа. Намерение припугнуть исказилось всеми накопленными недоразумениями. Рев огня, что вышел из-под контроля. Крики женщины. Шокированная тишина толпы, увидевшей в пламени свое отражение. Вина превращается в историю, которая будет приемлима для всех. История продолжала изменяться месяцы спустя после пожара. «Дом уже горел, когда мы пришли, и мы видели ее через окно, она смеялась», рассказывает мужчина в баре за выпивкой. Городской совет быстро организовал похороны. Никто не скорбил. Кэрри Киллиан кремировали и похоронили под дешевым надгробием. Черный Дом все еще стоит. Никто не хочет его сносить. Никто не хочет лишний раз дразнить вину. Они покрыли ее историями о страшном колдовстве. Мы слышали стишки милых детишек про Кэрри Киллиан, и они были похожи на песенки о Черной Чуме. Пепел. Пепел. Мы все падаем.