Я убил Бога

Я убиваю Бога, Без стыда оскверняя залу, Где когда-то в полуденным солнце Проносили лихую молву. В руках зажигаю я пламя, Антиминс сгорает дотла — Пламени нету покоя, А святому нету угла. На постаменте нету налоя И иконы в чёрной крови, Как малым предательством Бога, Опаляют святые огни. Я убиваю Бога, Лампады потухли давно, Пелена зловещим узором Покрывает рисунки того. В пророческом слове находят Причину явленья жреца, Лишь малые знают достойных, Остальными могила полна. В тех анналах не было горя И сейчас там нет ничего — Куколь грязнится в пустовье, Ахерон клемена давно. И пусть убиваю я Бога, Безстудно глядя в гроши, По моим рукам течёт кровью Разбитый осколок души. Сатана стонает от боли; В тишине разбивается крик. Его руки чернее смоли, И скрывается солнца блик. Где-то там убивают Бога, И сгорел священный текст. Не осталось ни веры, ни рока, – Лишь одиноко висящий крест. От огня остаются золы, А дьявол и вовсе сник; Лица с фресок давно скололи, Затерялся последний миг. И теряется в чёрной крови Человечества светлая часть. Наставленья забыты христовы, И дьяволу нечего красть. А у Бога стекают слёзы, Дети почти не милы; Но отречься не в праве он, Боже, Далеко не судья же ты. Не его ли словами вещали, Лишь с покаяньем нужно прийти. Прощения христова получит Каждый угол души. Не в праве винить он их, Боже, Не их ведь это стяза, И пусть человечество схоже На дьявольские глаза. В конце всё стеряется, что же. Разве же будет он их винить? Даже если крестовы Насовсем оборвали нить.