Часть 6

ИНТЕРЛЮДИЯ. Поздним вечером, когда уроки подошли к концу и выдалась свободная минутка, Гораций остался на ужин в своих комнатах. Он поудобнее перехватил палочку в пальцах и лёгким и непринуждённым взмахом, отработанным уже не один десяток тысяч раз, зажёг огонь в камине. В так любимых им подземельях Хогвартса было холодней чем во всём остальном замке, особенно хорошо эта разница чувствовалась в тёмное время суток. И поэтому часто приходилось или ходить под согревающими чарами, или использовать в качестве отопления помещений камин, установленный у него в гостиной. Мужчина уселся в свое любимое кресло. Взяв в руки старую книгу о зельях, которая была у него ещё со времён его юношества, он начал с перечитывать её. Это позволяло ему сбросить накопившуюся за день ментальную усталость. Мало кто знал эту сторону личности профессора зельеварения, потому что обычно он показывал себя всем, как заядлого любителя вечеринок клубня слизней. Но Гораций любил проводить время в одиночестве, отдыхая от шума и суеты школьной жизни за чтением любимых книг. Но в этот раз насладиться долгожданным отдыхом помешали мысли о первогодке Слизеринце. Реджинальд Фриман. Кто бы мог подумать, что шляпа когда-нибудь отправит маглорождённого на факультет чистокровных! Но сей факт уже был в прошлом, а потому ни сомнениям, ни отрицанию не подлежал. Это уже свершилось. Поначалу Гораций ожидал от первогодки проблем, как никак тот был из мира магглов и с магией никогда, скорее всего, до поступления в Хогвартс не сталкивался. Требовалось бы переговорить с новым подопечным с глазу на глаз, но... этого не потребовалось делать. Фриман был спокойным, в чужой монастырь со своим уставом не лез, как это обычно бывало с другими маглокровками и старался ни с кем не конфликтовать, предпочитая силовому методу решения вопросов, слова. Хоть и не всегда получалось. Было необычно это признавать, но... Реджинальд мог бы быть идеальным учеником, не будь он... слишком слабым магически. Можно было бы признать его сквибом, если бы у него уже не было своей палочки. Да и для справедливости, пару заклинаний он всё же использовать мог. Слизнорт задумался о том, как сложно, должно быть было Фриману оказаться на Слизерине. Мужчина знал, что его змейки были все сплошь чистокровными с редким вкраплением полукровок, и не все с готовностью принимали в свои ряды маглорождённого. Но Гораций не хотел бы, чтобы Реджинальд чувствовал себя одиноким на его факультете. По той простой причине, что у него уже был один такой ученик, окружённый толпой, но всегда одиночка. И мужчина до сих пор помнил, чем в итоге всё закончилось. И повторения подобной истории... "Ну почему мальчик не попал на Гриффиндор? Или хотя бы в Пуффендуй." Прикрыв глаза, Гораций придался воспоминаниям о сегодняшнем уроке зельеварения... Он нервно постукивал костяшками пальцев по поверхности стола, наблюдая со своего места за учениками, корпящими над котлами. Ученики были разделены на пары по двое, и обычно Гораций старался не смешивать разные факультеты, позволяя детям самим выбирать с кем им сидеть. Так вышло и в этот раз. Рецепт и инструкции к варке уже были выведены с помощью магии мелом на доске и всё что оставалось, это просто старательно следовать им. Зелье Виггенвельда, целебное зелье, которое они варили, было несложным в приготовлении, но требовало высокой точности и внимательности. Слизнорт чувствовал себя неуютно. В его кабинете царила необычная атмосфера, не свойственная обычному уроку зельеварения. Несколько раз он поймал себя на том, что украдкой наблюдает за Реджинальдом Фриманом, маглорождённым волшебником, которого распределяющая шляпа отправила учиться к нему на факультет. Мальчик сидел в паре с Оливией Хиггс, чистокровной волшебницей, и старался не отставать от неё. Его лицо было сосредоточенным, а глаза — неотрывно следили за медленно закипающим котлом. Тот явно был увлечён зельеварением, что, впрочем, не удивительно — мужчине были известны преследующие мальчика проблемы с магией. Они с мисс Хиггс были странным тандемом, маглорождённого и чистокровной. Иногда, когда взгляд мужчины падал на эту пару, он жалел о том, что не все его змейки могли быть такими же открытыми к новому, как Оливия. Решив немного размять ноги, что успели затечь от долгого сидения за столом, Гораций начал прохаживаться между парт, по очереди заглядывая в котлы учеников. У кого-то получалось справиться с зельем, у кого-то возникали проблемы. Из всего класса, Слизнорт мог бы выделить, пожалуй трёх человек: Северуса Снейпа, Лили Эванс и Реджинальда Фримана. Первый был редким талантом в зельеварении, и наверняка этот талант он унаследовал от своей матери. Снейп словно каким-то шестым чувством знал когда стоит добавлять тот или иной ингредиент, сколько раз и в какую сторону стоит помешать. Ещё ни разу Гораций не видел, чтобы мальчик ошибался и его зелье получалось хуже чем на оценку Превосходно. Вот уж кто точно горел этой наукой, как и сам Слизнорт. Юного Снейпа ждало великое будущее зельевара, если он не зароет свой талант в землю раньше времени. Но что-то подсказывало профессору, что беспокоиться об этом не стоит. Вторая была не такой талантливой в зельях, как её друг, но её более посредственный талант вполне компенсировала усидчивость и внимательность. Лили Эванс делала всё точно по инструкции, ни на шаг не отступая от неё, и поэтому все её зелья получали высокие оценки. Хотя, конечно, с таким подходом стать Мастером Зельеварения ей было бы очень сложно. Впрочем, Гораций видел, что таланты девочки лежали совсем в других плоскостях. И, наконец, третий ученик. Низкий уровень магии не мешал Фриману варить хорошие зелья. Его движения были точными, уверенными и следовали правильной последовательности. С какой-то стороны то, как Реджинальд варил зелья, походило на танец. Благодаря терпению и какому-то странному понимаю происходящих процессов, мальчик мог обойти большинство проблем, которые так или иначе возникали у начинающих зельеваров. Сам Слизнорт добился такого эффекта лишь спустя месяцы каждодневной практики. — Мистер Поттер, поменьше сыпьте шипов крылатки. Не переусердствуйте. — Да, профессор! Проходя мимо стола Джеймса Поттера, который как и обычно работал в паре с Сириусом Блэком, Гораций бросил беглый взгляд в их котлы и тут же сделал замечание. Цвет становился слишком насыщенным, из бледно-жёлтого он стал почти оранжевым. — Не забывайте, что Зельеварение — это искусство, — сказал Гораций, обращаясь к классу. — И как и в любом искусстве, здесь важно не только соблюдать рецепты, но и чувствовать сам процесс. Не бойтесь экспериментировать, но помните о безопасности! Выдав это нравоучение, Слизнорт закончил обход класса и вернулся за свой стол. В целом он остался доволен увиденным. Теперь нужно было только дождаться конца урока и собрать приготовленные учениками зелья на оценку.

* * *

Гораций молча наблюдал за тем, как ученики, собрав учебники с пергаментами и приведя свои рабочие места в порядок, начали выходить из класса. И когда они проходили мимо его стола, то ставили маленькие склянки с готовыми зельями. После ему предстояло проверить каждое, но до тех пор у него было время чтобы пообедать. И как раз, когда почти все покинули кабинет и сам мужчина решил последовать за ними, перед ним словно из ниоткуда появился Реджинальд Фриман. Последний шум уходящих учеников утих и тишина заполнила класс, а в его сердце воцарилась лёгкая тревога. Чутьё подсказывало Горацию, что не просто так этот мальчик решил остаться в классе. Слизнорт, как человек, который ценил талант и потенциал, соврал бы, если сказал, что не присматривался с самого начала к этому юноше. Реджинальд был тих, спокоен и наблюдателен. Он не выделялся среди остальных учеников, не стремился к лидерству и не вступал в конфликты. Но в его глазах, всегда спокойных и проницательных, Гораций видел огонёк любопытства, жажду знаний, которая, как он знал, может завести очень далеко. — Да, мистер Фриман? Я вас слушаю. — Профессор Слизнорт, я хотел бы попросить вас о помощи... — начал Реджинальд, неуверенно перебирая пальцами края рукавов. Мужчина с улыбкой кивнул, приглашая мальчика продолжить. — Я... — Фриман сглотнул, словно приготовившись перед погружением на глубину. — Я хотел бы получить доступ к Запретной секции библиотеки. Вы же знаете как мне нравятся зелья, и я изучаю разные учебники по зельеварению и... мне кажется... что там я смогу найти что-то, что помогло бы мне ещё лучше понять это искусство. Слизнорт, скрывая лёгкое удивление, хмыкнул. Доступ к Запретной секции – это привилегия, доступная только избранным, и уж точно не первогодкам, не проучившимся в Хогвартсе и месяца. — Реджинальд... ты же не против что я к тебе так обращаюсь наедине? — получив ответный кивок от юноши, Гораций продолжил. — Ты прекрасно знаешь, что доступ к Запретной секции строго ограничен. Это место для… для более опытных волшебников, которые могут оценить и понять содержащуюся там информацию. Реджинальд, несмотря на свой юный возраст, проявил удивительную настойчивость. — Профессор, я понимаю, что это большая ответственность. Но я готов к этому! Прошу, я не стану причиной проблем. Слизнорт с интересом наблюдал за Реджинальдом. В его голосе не было ни капли высокомерия, только искреннее желание набраться новых знаний. Впрочем, не сказать, что Гораций не подозревал и о настоящей подоплёке этой просьбы. Отказать ученику было бы очень просто. Но правильный путь не всегда самый простой, уж в этом зельевар успел убедиться на собственном опыте. — Хорошо, Реджинальд. Я вижу, что ты действительно относишься к этому серьёзно. Но я не могу просто так дать тебе доступ к Запретной секции. Ты должен доказать мне, что достоин этого доверия. Фриман, казалось, на секунду удивился тому что его не выставили сразу же после первого отказа, а даже согласились предоставить ему заветный пропуск. Разумеется, только в том случае, если он как-то докажет, что достоин попасть в Запретную секцию. — Я готов к испытанию, профессор! — выпалил, чересчур быстро согласившись, Реджинальд. Словно боялся что профессор, подумав немного, заберёт свои слова назад. — Что вы хотите, чтобы я сделал? Слизнорт, заинтригованный решительностью юноши, задумчиво потёр подбородок. Он не хотел давать ему слишком простое задание, но и давать что-то слишком сложное нельзя. Иначе какое это испытание? Подумав немного, Гораций вздохнул и провёл пятернёй по подбородку. — Знаете что, мистер Фриман. Давайте вы подойдёте ко мне завтра после уроков? И тогда я скажу вам всё. — Конечно, профессор!

* * *

И вот теперь Горацию нужно было придумать, как испытать искавшего опасных знаний ученика. Он знал, что так просто тот не отступиться и поэтому всё, что ему оставалось, это не бросать мальчика на произвол судьбы. Можно было бы, конечно, обратиться к директору. Но тот человек и без того занятой, и отрывать его от важных дел из-за одного ученика... "О Томе я думал так же. И где теперь тот мальчик?" Покатав эту мысль и так, и сяк, Гораций пришёл к заключению, что попробует справиться с этим сам. "Реджинальд, в отличии от Тома ещё не настолько глубоко погрузился в запретные знания. Он ещё в самом начале пути. И если вовремя протянуть ему руку помощи, то возможно... я смогу искупить то, что когда-то натворил. Да, мистер Фриман станет моим путём к искуплению. Решено! Я помогу этому юноше вырасти в замечательного волшебника." Придя к таким мыслям, Слизнорт чуть успокоился и расслабился в кресле перед камином, сложив руки на животе. КОНЕЦ ИНТЕРЛЮДИИ.

* * *

В назначенный час, когда закончился ужин и наступило свободное время, Реджинальд, чертыхаясь про себя и костеря "обезьян с палками", озираясь по сторонам, спустился в подземелья. Настроение, до этого бывшее где-то на уровне: Выше среднего, после розыгрыша, устроенного компашкой Поттера, опустилось на уровень: Чтоб вас всех бес попутал! Дабы скрыть оскорбительную ядовито-зелёную надпись на спине мантии, Реджи пришлось снять и, скомкав, убрать её в сумку. Так как никак не смог вручную избавиться от неё сам. Загружать профессоров своими проблемами ему не хотелось, да и в таком случае его репутация могла бы упасть ещё ниже, чем уже была. А это было последнее, чего ему хотелось бы. Так что только сам и своим умом. Путь его лежал в класс Горация Слизнорта, который, если его никто не задержал в пути от Большого зала, уже должен был ждать. Так и оказалось. Стоило только постучаться в дверь, которая была заперта, как та тут же распахнулась бесшумно, позволяя Реджи пройти. Профессор зельеварения стоял у стола около своего рабочего места, раскладывая на том всякие склянки, скрутки и мешочки. Одним словом: ингредиенты. Фриман заинтересованно приподнял вверх бровь, как раз подходя ближе к мужчине, который, ничего не дожидаясь, начал говорить первым. — Итак, Реджинальд. Ты всё таки пришёл. Значит не передумал попасть в Запретную секцию? — Не передумал, Профессор. — Прекрасно! Мне нравится твой настрой. Что же касается испытания... Я предлагаю тебе… приготовить зелье, которое вы будете проходить лишь на четвёртом курсе. Перед собой ты можешь видеть набор ингредиентов, и ты должен будешь сам определить, что это за зелье и как его приготовить. И не просто приготовить, а приготовить так, чтобы оно обладало определенными свойствами! Насладившись охмурившим выражением лица мальчика, Слизнорт с хитрой улыбкой добавил: — Конечно, я не буду раскрывать тебе все секреты. Но я дам тебе одну подсказку: это зелье связано с эмоциями. Реджинальд вперился взглядом в стол, на котором лежали ингредиенты — плоские листья, свернутые стебли цветков и крошечные бутыли с непонятным содержимым. Протянув руку, он кончиками пальцев провёл по столу, мысленно составляя перечень известных ему зелий, для которых могли бы потребоваться эти вещи. К размышлениям так же добавилась и подсказка от профессора. "Эмоции... только на четвёртом курсе... если это испытание, то оно должно нести какую-то цель. Только какую?" Решив начать понемногу подготавливать место для работы, Реджи одновременно старался раскусить план Слизнорта и при этом подготовить ингредиенты. Для начала требовалось определиться с последовательностью добавления. Что за чем последует в котёл. Так или иначе, каждый из представленных учителем ингредиентов был знаком мальчику. Он знал о возможных эффектах, которые те добавляли зелью. Но загвоздка заключалась в том, что каждый из предоставленных ингредиентов раньше выступал в одиночку и с другими вещами! "Хм... лепестки лаванды. Они имеют приятный, успокаивающий запах. То же касается и веточек мяты. Она помогает снять стресс и в целом хорошо воздействует на организм. А это что? Ммм, сердца?" Взяв одну из склянок, Реджи откупорил её и посмотрел содержимое. То оказались сердца, замоченные заранее в специальном растворе чтобы содержать их в хорошем состоянии. На вскидку Фриман мог назвать несколько зелий, в которых могли бы использоваться эти ингредиенты. И только одно из них он мог бы, при должном старании, сварить. Успокаивающий напиток. Реджинальд скосил взгляд на профессора Слизнорта, мысленно задавшись вопросом, а мог ли тот загадать ему сварить именно это зелье? По всему выходило, что... мог бы. И даже подсказка зельевара про эмоции при этом обретала смысл, который не сложно было понять. Поняв, какое зелье от него требуется сварить, Реджи попытался вспомнить в каком порядке нужно добавлять ингредиенты. Он как-то читал об этом напитке в одной из книг в библиотеке, даже подумал тогда, что это зелье наверное пользуется огромным спросом во время экзаменов! — Начинайте, мистер Фриман. Ваше время пошло, у вас есть ровно два часа чтобы приготовить зелье и сдать его на проверку. — прервал мысли Реджи голос Горация Слизнорта, когда тот перевернул песочные часы и уселся обратно за свой стол, вытянув ноги перед собой и сложив на животе руки. Сглотнув вмиг ставшую вязкой слюну, мальчик перевёл взгляд с профессора обратно на котёл, что стал медленно закипать. "Зелье за четвёртый курс... подумаешь! Я дол... хотя нет. Обязан справиться!"