единственная

Ласковый, теплый, предвкушающий встречу, самый нежный месяц года, когда весь снег окончательно растаял, лучи солнца наполняют улицы теплом и ароматом зелени. Внутри каждого снова появляется желание жить самую прекрасную и беззаботную жизнь. Маша выделила этот месяц еще три с половиной года назад, когда в ее жизни произошли колоссальные изменения. Взяла календарь и вычеркивала каждый день карандашом, приближаясь к заветной дате, выделенной ярким маркером. Этот ритуал помогал просыпаться по утрам, побуждал готовиться к новому и просто жить по-человечески. Можно ли жить с разбитым сердцем в одиноком ожидании? На этот вопрос трудно ответить, но девушка научилась брать от каждого дня свое, радоваться мелочам и во всем видеть прекрасное. С утра вкусный сладкий чай, работа, без которой сейчас невозможно, в свободное время - компьютерные игры, долгие прогулки с подругой и ночные беседы с мамой. Жизнь разделилась на до и после после вердикта судьи о трех с половиной годах лишения свободы. Окружающим были слышны звуки разбитого сердца девушки. Она всего-то и успела, что обнять и поцеловать дорогого и любимого всем сердцем человека в щеку перед тем, как их разлучили. Она уже забыла тот день, как приехала домой и рыдала навзрыд, задыхаясь в бездонном омуте. Забыла, как собрала вещи и уехала обратно к матери в родной город, как училась заново жить без него. Забыла все, как страшный сон. У девушки забрали её половину, вырвав с корнями без прелюдий. За время его отсутствия она так и не смогла заполнить пустоту. Вопрос не смогли решить ни деньги, ни алкоголь, ни шоппинг с любимой подругой. Маше уже двадцать четыре года, девушка в самом рассвете сил. Ее красота только набирает обороты. До отмеченной даты осталось пять дней. Девушке одобрили отпуск на целый месяц в то время, как раньше она не видела смысла в нем, работала в усиленном темпе. Труд был физически тяжелым, что помогала хоть немного справиться с бессонницей. Блондинка ушла с головой в работу, лишь бы уснуть, придя домой, и встретиться с любимым во снах, которых она ждала больше всего на свете! Отпуск начался со дня рождения близкой подруги. Только в последний год учебы и выпускного девушки сблизились, стали самыми родными людьми, делились сокровенным. Так произошло и в этот раз, когда Маша попросила у Лизы встретиться. Подруга была в невероятном шоке от услышанного, всячески поддерживала Марию. Сколько раз они встречались за это время - не сосчитать!Устраивали чаепития, мечтали о счастье и любви, гуляли, ездили вместе по выходным в другие города, строили совместные планы. Стали неделимы. От мыслей Машу отвлек звонок на телефон. Звонила Лиза. Девушке это даже подняло настроение и она широко улыбнулась, поднимая трубку. — А у кого сегодня день рождения?! — радостно воскликнула девушка, предвкушая вечеринку за городом. — Скорее всего, у Елизаветы Великой, императрицы разбитых мужских сердец, — девушки заливались смехом, пока именинница не вспомнила, зачем позвонила. — Машуль, я заказала платье, а приехал вообще далеко не мой размер. Я тебе сейчас курьера отправлю, приходи, пожалуйста, сегодня в нем на мой день рождения. Это платье как под тебя сшили. — Лиза! — с возмущение пробурчала блондинка. — У меня скоро шкаф треснет от твоих подарков. Должно быть наоборот! — Пш, тебя плохо слышно, пш, я перезвоню! — протороторила брюнетка и скинула трубку. Маша с улыбкой закатила глаза, откладывая телефон и направляясь на кухню, где, благодаря золотым рукам матери, дом наполнялся запахом вкусной еды. Девушка украдкой подошла к женщине и обняла со спины. — Мамочка, доброе утро! — Дочурка, я бы тебя так и огрела сковородой, - с долей правды пошутила женщина, накрывая стол. — Во сколько ты планируешь выехать? — Лиза нас попросила с тобой приезжать к шести, помочь с организацией. Ты точно хочешь поехать с мной? — А кто же вам двум пигалицам будет держать волосы в обоюдной токсикации? Этим утренний диалог закончился и завтрак прошел в полной тишине. После завтрака раздался звонок в двери. «Боже, она реально это сделала!?» За дверью ожидал курьер с крафтовым пакетом в руках. Забрав пакет и поблагодарив посыльного, Маша убежала в комнату примерять подарок подруги. Внутри оказалось до неприличия короткое белоснежное платье без бретель с такими же перчатками до локтей. Ткань была качественная и до того приятная наощупь, что хотелось взлететь. Девушка сняла домашнюю одежду, запрыгивая в приятные объятия подарка. Примерив комплект, Маша подошла к зеркалу. Черт возьми! Как же ей шло это платье! Длина чуть не доходила до половины бедра, ноги от ушей! Покатые плечи подчеркивали и без этого нежную натуру девушки. И цвет был как только что выпавший снег, моментально переносивший ассоциациями в зимние уютные вечера. — Видел бы тебя сейчас Кирилл, — неожиданно раздался восхищенный голос мамы, заставляя сердце пропустить удар. — Да, он бы не разрешил принять такой подарок и не позволил бы его носить, — с некоторой грустью сказала девушка, не в силах отвести глаз от своего отражения. — Да у него бы кровь из носа брызнула! Ты такая красавица, — женщина подошла сзади, подправила платье, убирая некоторые складки ткани. — Сюда хорошо подойдут босоножки белые, которые мы пару недель назад купили. Лишь бы теперь тебя такую пустили на праздник, а то будешь красивее именинницы. Спустя время дамы собрались и поехали в салон красоты за образами. На это мероприятие вход был только по дресс коду, о чем Маша знала заранее. Пока мастер маникюра делала свою работу, Маша погрузилась глубоко в мысли. Совсем скоро она снова встретится с ним, готовая разделить жизнь и забыться напрочь. Его, чей аромат сводил с ума и подгибал колени от одной мысли нежных и в то же время сильных объятий. Им давно ясно, что они не просто пара. Миллениум. Это слово действительно определяет их сумасшествие, строптивый нрав, баланс, гармонию, которые достигались лишь взглядом глаза в глаза. Они оба сто раз, а то и тысячи!, пожалели о последних двух неделях перед разлукой. Ежедневные скандалы, ссоры, крики, истерики выводили из себя, истрачивая все силы на всё негативное, что у них было. Хотелось вернуться вспять и все исправить, чтобы избежать этого глубоко засевшего чувства вины и горечи. Маша все это время жила прошлым, вспоминая хорошие и плохие моменты с Кириллом, как они познакомились, как начали встречаться, как захотели связать с ним судьбу. Привязанность, самозабвение, слабость, зависимость - все это было отношением к нему и к ней. Они терялись друг в друге, забывались и находили себя. Ни о ком не хотелось больше думать, только о нем. Хочется прыгнуть в пропасть, забыть гордость, напрочь послать принципы и банально умереть в один день. Все эти мысли посещали на протяжении тысячи дней. Кто бы мог представить такое число с одними и теми же мыслями? Тем самым время отмерялось посекундно, приближаясь к заветной встрече. Время незаметно пролетело с мыслями о нем, а образ закончили. Девушке сделали укладку с утонченными локонами, маникюр в цвет платья, классический макияж с легкой коррекцией и нежными ресницами. Ей, конечно, не по душе было сее мероприятие, но подруга искала предлог отвлечься от всего на свете, чьи мысли поддержала и мама. Ничего не оставалось делать, как согласиться. Хочется, чтобы такую её, красавицу, увидел Кирилл. Время подходило у раннему вечеру и за девушками приехало такси. Маша взяла с собой только сигареты и телефон, зная, что весь комфорт обеспечит ей Лиза. Дорога заняла около часа с учетом пробок, но за это время никак не набирало обороты праздничное настроение. «А стоит ли вообще приезжать с такой кислой рожей?» В груди рацветало чувство тревоги и страха, словнодолжно было что-то случится, что-то серьёзное, сокрушительное, даже страшное. Ничем она не могла объяснить этот ком в груди и холод в лопатках, страх, который дыбит волосы на затылке и посылает стаю мурашек по телу. Дыхание сорвалось на прерывистое и кончики пальцев нащупали край платья, в попытках его оттянуть до коленей. Хотелось закрыться, спрятаться, убежать и пропасть, а лучше все сразу и прямо здесь. В это время машина доехала до конечной точки и водитель заглушил мотор. Маша открыла дверь, осторожно выскальзывая из автомобиля. Навстречу уже бежала брюнетка на бешеных каблуках и еще более откровенном платье. Она не изменяла своим привычкам: красная помада, уложенное каре, пушистые ресницы, ровная осанка, походка от бедра и откровенная одежда, оголяющее места на теле с её тату. Была бы воля, она бы ходила голой, татуировки - это отдельный вид искусства и смысл жизни для неё, никак иначе. Лиза налетела на гостью, обнимая как можно крепче. — Я так и знала, что тебе пойдет это платье! Ты в нем такая изящная, — с самыми нежными нотами пропела именинница, оглядывая с ног до головы свою подругу. — Даже если бы был мой размер, я не подхожу под него. — Ой, да прекрати! Ты постоянно меня так смущаешь своими комплиментами, боюсь скоро доламаюсь! - Двор заполнился смехом до хватки в животе. — Я уже три года стараюсь, давно пора! Ладно, девчонки, по сигаретке и за праздник. Также и не поменялись сигареты с тех пор. Длинная сигарета в миг последнего слова затлела и наполнила легкие ядом, разливая по организму кайф. Кто бы что не говорил про силу воли, сигареты надо хотеть бросить, но это уже было подобием рутины и обряда. Маша уже профессионально пропускала мимо ушей слова, с правильной амплитудой кивала и периодически смотрела на Лизу. Она никогда бы не обидела её своим поведением, но иногда мысли заглушают её слух и блондинка не в силах справиться с этим. Все ближе становился праздник. Девушки накрыли стол, оформили дом на праздничный лад, настроили освещение с музыкой. Все походило на вечеринку наивысшего разряда, все в стиле Лизы. Приехали родители, немногочисленные близкие друзья со школы и коллеги брюнетки. В общей сложности двадцать человек наполнили коттедж праздничной атмосферой. Все дружно фотографировались, обменивались комплиментами, делились яркими событиями. Первый тост сказала мама Лизы, который растрогал не только виновницу торжества до слез, но и гостей. Таких теплых слов нельзя услышать от кого-либо, только от мамы. Для гостей именинница делала коктейли по собственному рецепту, намешивая отличный виски с разными напитками и специями. Праздник протекал как по маслу, сказать ничего нельзя. В бокале Маши было красное полусладкое, которое дурманило и растекалось наслаждением по телу. Пальцы находили обручальное кольцо, периодически его ощупывали, снимали с пальца, вертели, надевали и так раз за разом. — Маш, все хорошо? Блондинка аж передернулась от резкости подруги. Девушка настолько глубоко засела в свои мысли, что в реальность возвращал только горьковатый вкус коктейля. — Может, выйдем покурим? Девушки вышли на задний двор. Здесь находился уютный шашлычный дворик с беседкой и одинокой пепельницей на краю стола. Чтобы подругам никто не помешал, Лиза закрыла дверь, ведущая на задний двор, на ключ. — Рассказывай, что случилось у тебя, — беспокойство в голосе было слышно сквозь мириады и бесконечность. Спустя стлевшую сигарету в молчании, Маша наконец-то вспомнила, как говорить. — Нам не пора возвращаться? — Нет, Маш. Мы будем здесь столько, сколько понадобиться, — женские пальцы потушили фильтр сигареты, крадясь к пачке за второй. — Спрашиваю в притык, это как-то связано с Кириллом? Глаза быстро поднялись с наборе надутых губ и бровей домиком. — Да. — Таки что именно? Давай начинай, я тут не молодею. — Лиз, я не знаю, сможешь ли ты меня понять, но мне страшно. Тревожно, я будто бы превращаюсь в атом под действием этих чувств и эмоций. Совсем скоро мы встретимся, но... Прошло по меньшей мере пару минут, чем Маша смогла найти слова. — Но если передо мной будет не Кирилл? А самый натуральный зек, мужлан из сериалов про тюрьмы? Я его не видела уже так давно, и я боюсь, что не смогу его признать и принять после прожитого друг без... Весь этот монолог сбился заливистым смехом брюнетки, которая угораздилась потушить сигарету об стол. Маше сквозь дискомфорт сама улыбнулась от такого яркого смеха, что даже сама чуть не засмеялась. Блондинку всегда удивляла манера подруги быть достаточно трезвой для её дозы, но вытворять такие запахи. — Маш, — с придыханием начала Лиза, — я тебя понимаю. Я пережила ровно такое же. — Правда?! — искренность этого удивления было не подделать, — и что же было? — Немного было по-другому, я не видела свою подругу Дашу восемь лет. И самое смешное, я думала, что встречу третьеклассницу с бантами на голове! Но меня уже встретила красивейшая девушка в полном рассвете сил. Мне даже сталось неловко, но спустя пары диалогов я поняла, что внутри это моя самая близкая и любимая подруга. Беседка наполнилась молчанием, которое решила нарушить Лиза. — И даже если это не идет в сравнение с твоими чувствами, я скажу тебе так. Я помню твои глаза в тот день, когда ты рассказала об этом. Твои глаза были наполнены страхом и непониманием от происходящего, было очень больно и обидно от всего, что тебя окружило в те дни. Когда я услышала от тебя про Кирилла в первый раз, то увидела, какая ты счастливая, правда, без прекрас. Ты могла рассказывать как вы срались, как дрались, как орали друг на друга, но ты буквально своим видом кричала о том, как искренне и сильно его любишь. Когда я слушала о вас и думала о вас, я не нашла самого подходящего для вас слова. Маш, вы миллениум. Я это слово знала чуть ли не с пелёнок, но никто не смог подойти под это определение, как вы с Кириллом. Я его знаю только по наслышке, но мне достаточно видеть, как ты заливаешься счастьем, верой и глубиной, когда ты говоришь о нем. Твой страх безусловно понятен, но ты жила эти годы для того, чтобы снова его обнять и сказать, как же сильно ты его ждала. Я в любом случае поддержу любой твой выбор и решение, но тебе стоит отбросить этот страх, чтобы наконец-то обрести счастье, к которому вы оба стремились по две разные стороны этих событий. Лиза как можно осторожно обняла Машу, легко чмокая её в скулу. — Остались буквально считанные минуты до вашей встречи. Я могу помочь походить в салоны и настроиться к этому. Маша только и смогла, что обнять в ответ и положить голову на плечо, выпуская слезы. Возможно, она бы и смогла преодолеть этот путь сама, но поддержка в лице Лизы была самой весомой и нужной во многих моментах. Вся ситуация так была наполнена нежностью, интимом, секретом, что любая мелочь и деталь могла разрушить эту атмосферу. — Спасибо, Лиз. — Мария, скажите мне это шепотом на ушко в другом месте и обстоятельствах. А теперь побежали веселиться! А в доме не изменилось от слова совсем ничего: все также танцевали и веселилсь, пили и ели, пели и сплетничали — все в стиле праздника Лизы, не иначе. Найдя бутылку белого полусладкого, Маша наполнила две трети бокала и оперлась спиной о шкаф, что стоял в трех метрах о лестницы. Сама виновница сего праздника села на стол, изящно держа бокал с виски-колой за ножку. Маша думала о разговоре на улице и невольно пустила слезу. Может, на неё так повлияла безвылазная работа и образ жизни, но для неё это было самым правильным решение. — Маша, ало! - Лиза щелкала пальцами перед лицом блондинки. — Я кому рассказывала тост о том, какая я молодец? — брюнетка выхватила у зеленоглазой бокал, поворачиваясь к гостям. — Повторяю еще раз! Хочу выпить за то, что ни разу на две недели я не соврала Маше о том, что её парень будет здесь! Сердце пропустило удар. Казалось, даже два и три. Лиза по озорному отошла от подруги, пока за ней стояла её половина. Маше что-то стрельнуло в голову, и она развернулась на сто восемьдесят градусов, и тогда её сердце остановилось. Хочется потеряться, какой же он красивый. А как же он изменился. Плечи стали шире, а торс как будто бы вытянулся пуще прежнего. Появилась с тех пор мужественность на совсем другом уровне и статность. Лицо стало жестче, но не менее красивое, как в день разлуки. Действительно, что не поменялось, это глаза цвета сумеречного леса, наполненные нежностью и любовью. Как будто бы между ними сейчас прошла вечность и вёрсты. Словно они не знакомы вовсе. Не любили, не говорили до утра, не скуривали пачки сигарет до фильтра, не допивали до капли бутылки, не гуляли до первых лучей и последних звезд. Они смотрели друг на друга будто бы на экспонаты, пытаясь зацепиться за все то, что могло бы напомнить им о том времени, когда они сходили с ума друг от друга. Глаза нашли веснушки, что покрывали возмужалое лицо, шею и уши. Раньше их было видно за километры, но с возрастом они как будто стали исчезать. Руки, что сводили с ума от одного уверенного и выученного движения, пальцы, что нежно закапывались в волосах, нос, что прятался в шее, в надежде ухватить желанный аромат. Первый, что проснулся от этого реалистичного сна, стала Маша. Женская рука упокоилась на груди уже мужчины, нащупывая пульс. Казалось, что крепкая грудная клетка разорвется и оттуда выпрыгнет сердце прям в лицо. Это касание передалось током по пальцам девушки и груди парня, непроизвольно заставляя дернуться от неожиданности. — Вот так и беги к тебе навстречу, убьешь током и всё, не было меня. А голос... Правда не поменялся. Стая мурашек мигом пробежалась туда обратно от макушки до кончиков пальцев. Какие слова произносил этот стойкий и уверенный голос, он ей снился каждый день. Обещал вернуться, обнять, заласкать, облюбить, зацеловать, свести с ума и покорить. Ноги сами сократили расстояние и руки сами обняли его за шею. Она практически ничего не видела из-за пелены слез, но все же аромат дал ей понять, что это все по-настоящему. Губы сами потянулись поцеловать, почувствовать, прощупать, но сил и воли хватило на короткое прикосновение перед тем, как зарыдать навзрыд. — Как же я по тебе скучала, медвежонок. Все хлопали в ладоши, кричали в унисон, выпивали и радовались, но не придали значения их крепким объятиям и стуку их сердец.