Прогулка в лесу

Джису шагала по лесу с лёгкостью, наслаждаясь спокойствием вокруг. Солнечный свет пробивался сквозь ветви деревьев, создавая мягкие пятна света на её лице, и каждый её шаг отзывался тихим шорохом листвы под ногами. Она дышала глубоко, чувствуя аромат влажной земли и мха, чувствуя себя свободной и наполненной лёгким счастьем. В её мире не было ни спешки, ни забот — только тишина леса и её собственные мысли. Когда солнце начало клониться к горизонту, мир вокруг Джису медленно изменился. Тёплый, светлый лес, в котором царила безмятежность, стал погружаться во мрак. Единственное, что освещало теперь путь, был тусклый свет заката — тёмно-красный, словно алые пятна, растёкшиеся по небу. Эти огненные блики пробивались сквозь деревья, но не давали тепла, а только подчёркивали тревожную тишину, нависшую над лесом. Лес, который недавно казался таким гостеприимным, теперь дышал холодом и одиночеством, его каждое дерево превращалось в угрожающий силуэт, а тишина становилась давящей и зловещей. Она остановилась, осознавая, что не узнаёт ни одной тропы вокруг. Джису вздрогнула, когда за спиной послышался шорох, словно кто-то наблюдал за ней из глубины леса. Сердце забилось чаще, дыхание стало прерывистым, а холодные пальцы страха сжали её сознание. Паника нарастала с каждой минутой. Она бросала взгляд в каждую сторону, но все деревья выглядели одинаково, а свет кровавого заката становился всё тусклее, словно забирая с собой её последние надежды на спасение. Вокруг царила лишь тьма и странное, неестественное спокойствие, от которого становилось ещё страшнее. Её взгляд метался, и казалось, что тёмные деревья сгущались всё плотнее вокруг неё, словно хотели скрыть любую надежду на выход. Она закричала, но звук её голоса затерялся в зловещем молчании леса. Теперь каждое дерево выглядело как тень, каждый шорох усиливал ощущение, что она здесь не одна. Темнота окончательно поглотила лес, оставив Джису в полном одиночестве, окруженную лишь зловещей тишиной и тенями. Но вдруг за спиной послышался хруст сухих веток. Стараясь не выдать своего страха, она медленно обернулась, и в этот момент увидела фигуру, которая казалась и человеком, и зверем одновременно. Высокая тень шагнула ближе, и её глаза сверкнули янтарным светом, освещая лицо с неестественно вытянутыми чертами. Джису почувствовала, как холодок пробежал по спине, но не смогла отвести взгляда от его зловещего оскала. Его кожа будто бы была покрыта тёмной шерстью, руки вытянулись, и от них, казалось, исходила дикая, хищная сила. Тогда Джису поняла, что перед ней стоит оборотень. Она замерла, ощущая, как по всему телу пронесся леденящий ужас. Существо сделало ещё один шаг вперёд, его взгляд насмешливо скользнул по её лицу. Оборотень медленно наклонился, словно в ожидании её следующего движения, и его губы раздвинулись в жутковатой ухмылке, обнажив острые клыки, блестящие в тусклом, кровавом свете заката. В ужасе, чувствуя, как вены будто леденеют, Джису рванулась бежать. Каждая ветка, каждый корень цеплялись за неё, словно лес сам был против её спасения. Она слышала его приближающиеся шаги — они становились тяжелее, грубее, и сердце Джису сжалось от страха. Оборотень превратился полностью; она понимала это по звукам, по глухому рычанию, раздающемуся из глубины его груди. Но в следующий миг её обдало волной ярости и нечеловеческой силы. Она упала на землю, выбивая дыхание, и попыталась приподняться, но что-то тяжелое и грубое прижимало её к холодной земле. Джису повернула голову, и в тусклом свете увидела его лицо — больше не человеческое, глаза пылали жестокой яростью, а его дыхание было горячим и резким, касаясь её кожи. Он приблизился ещё больше, заставляя её вжаться в землю. Его когти болезненно впивались ей в плечи, словно он наслаждался её страхом, каждым её напряжённым вдохом и дрожью, что охватывала её тело. — Нет. Отпусти меня, — отбросив страх, Джису начала вырываться. Попытки были слабы и беспомощны перед этим зверем. — Пожалуйста. Я же знаю, что ты меня слышишь. Слышишь и понимаешь. Джису пыталась вырваться, но каждая попытка была тщетной. Оборотень нависал над ней, словно воплощение самой ночи, холодный свет луны отражался в его звериных глазах. Он изучал её, склонив голову, и в этот момент Джису поняла, что для него её страх — словно забава, он смаковал её отчаяние, находя в этом своеобразное удовольствие. Не обратив внимание на женский голос, оборотень медленными движениями приблизился к тоненькой шее, ощущая тоненький автомат цветочного парфюма. Когти по прежнему впиваются в тоненькую кожу, вызывая крики и стоны боли. Глаза зверя пылали похотью, отчего Джису ужасалась с новой силой. Звериный рык раздался у самого уха. Попытки высвободиться прекратились. Страх окончательно сковал тело. Джису знала — она не могла бежать, не могла спрятаться. Медленными, но урывистыми движениям оборотень начал изучать женское тело, обводя каждый изгиб напуганного, но стройного тела. Продолжая удерживать незнакомку большой лапой, оборотень коснулся носом оголенного живота: футболка здарлась в момент женского сопротивления. Его нос, острый и влажный, дрогнул, когда он вдохнул аромат ее тела. Существо стремительно поднималось все выше, создавая влажную дорожку на женском теле. Ещё немного и его нос оказался меж груди. Опъяненная страхом, Джису продолжила кричать, понимая, что лес поглотит каждый ее звук. В попытках докричаться до человека скрывающегося за шкурой опасного зверя, Ким попробовала ударить существо, чем вызвала только злость и усугубила и так разгорячившееся желание похоти. Рычание обрело более громкие звуки. Один взмах когтей, и футболка разорвалась на множество кусочков, что разлетелись в разные стороны. Женский крик поднял птиц с деревьев, заставляя их взлететь к облакам, навстречу восходящей луны. Обнаженная грудь, оказалась в пелну влажного, шершавого и горячего языка оборотня. Грубыми движениями оборотень вылизывал женское тело, изредка царапая клыками набухщие от удовольствия и страха соски. — Не-не надо. Убери отменя свою пасть! — продолжала кричать девушка, утопая в собственных слезах. Странное ощущение во всем теле создавало лёгкую пелену на глазах, но страх заставлял ее разум оставаться в сознании. Продолжая свои ласки, зверь клыками полоснул тоненькую шею, после чего принялся слизывать рвущуюся наружу струйку крови. Убрав лапу с женского тела, оборотень продолжил касаться языком открытых участков плоти, наслаждаясь криками, что давно смешались со сладкими, радующими душу стонами. Почувствовав свободу, Джису сразу же начала отползать назад до тех пор, пока не уткнулась спиной в дерево. Оборотень настигал медленными, полными грации шагами. Секунда и штаны разлетелись в след за футболкой. На ногах появились глубокие раны. Пронзительный крик рассыпался по лесу, теряясь в древесной гуще. Джису начала размахивать руками в разные стороны, в попытках ударить оборотня по носу, предполагая, что удар по самому уязвимому месту собьёт его с толку и она сможет убежать. Слезы продолжали капать с глаз, горло начало саднить от боли, раны на теле обжигало огнем, казалось, ещё немного и сылы покинут Джису. Однако грозное существо продолжало напирать, изучая языком все участки женской плоти. Медленными движениями, волк лизал тоненький, поднимающийся от глубоких вздохов живот, оставляя после себя дорожку слюны и новые крики. После очередного удара, которого словно и не было, оборотень прекратил свои действия, устремив на жертву взгляд полный злобы. Глаза, что отливали кровью вовсе почернели, тяжёлое дыхание и рык - все было адресовано сжатой в страхе девушке. На секунду все умолкло, даже природа словно перестала существовать: ветер стих, больше не слышен шелест деревьев, шорохи мелких зверьков прекратились. Лес умер на это время. Она осталась наедине с озлобленным зверем. Очередной поток слез отразился на девичьем лице. Закрывая собственное тело хрупкими руками, Джису с надеждой и мольбой в глазах отвечала чужому взгляду. Ей страшно, все тело дрожит, однако предпринять она ничего не может. Ещё секунда, и вот зверь уже облизывает мокрое от слез лицо. Слизывая каждую слизинку, оборотень приближался все ближе, вжимая женскую голову в дерево все сильней. Щеки, губы, глаза, уши, после шея - всюду побывал язык зверя. Решаясь на отчаянный шаг, Джису прикоснулась к волку. — Отпусти меня, пожалуйста, — удерживая чужую морду в своих руках, Джису хотела было встать на ноги, как тут же оказалась на земле под тяжёлой лапой зверя. Ее попытка провалилась. Продолжая изучать нагое тело, оборотень в очередной раз спустился ближе к груди, вылизывая соски большим шершавым языком. Тихий стон слетел с уст Джису. В надежде закрыться от волчих ласк, девушка в очередной раз прикрывает грудь руками. Мокрый нос спустился ниже, затем ещё ниже, нагоняя новую волну паники. Кровь, что продолжала течь из ран, оставленных оборотнем в районе ее ног, привлекла его внимание своим запахом. Медленными, но грубыми движениями, язык касался разгоряченной от боли кожи, спускаясь вниз, то возвращаясь обратно. Сомкнув ноги вместе, Джису закрыла рот, дабы не давать зверю насладиться ее болью. Грозный рык, взмах лапой, и очередное сопротивление потерпело неудачу. Раздвинув тоненькие ножки, оборотень дико и яростно лизал внутренню сторону бедра, словно слизывая мед, что стекает по дереву. Мгновение и длинный язык оказался у самого сокровенного... Разорвав клыками тоненькую ткань трусиков, язык прильнул к женской плоти, касаясь клитора. Послышались стоны. Не в силах сдерживать нарастающее удовольствие, Джису сильней отвела ноги в сторону, дав волку желаемое. Язык продолжал касаться женской плоти, вылизывая все соки, что вытекали с влагалища. Стоны стали громче. Прогибая спину, Джису руками ухватилась за траву, наслаждаясь действиями оборотня. Страх полностью исчез, уступая место дикому желанию. Ей хотелось этих прикосновений. Нравилось, как волк лижет ее меж ног, как его язык проникает все глубже, а после вновь возвращается к половым губам. Больше сдерживаться не было сил, стоны стали громче, а тело непроизвольно начало двигаться навстречу ласкам. Мужская ладонь обхватила женскую грудь, царапая ее когтями. Джису, погруженная в собственное наслаждение, не заметила, как оборотень перевоплотился в человека. Продолжая погружаться глубже в женское тело, парень царапал клитор клыками, вызвая новые стоны. Дыхание участилось, стоны стали громче, стенки влагалища запульсировали, после чего совсем ещё юнная девушка забилась в своем первом экстазе. — Понравилось, — томный голос словно гром отразился в голове Джису, заставляя ту выйти из состояния возбуждения. Открывая глаза, перед ней показалось безумно красивое лицо взрослого парня. Лишь два красных словно кровь глаза напоминали о его сущности оборотня. — Как ты... Прекрати, — не успела договорить девушка, как парень впился в женские губы грубым, но не менее страстным поцелуем. Его движения были все также резки, руки гуляли по всему телу, сжимая бедра и грудь. Прервав поцелуй, парень впился в розовый сосок, прокусывя его до крови. Стоны снова начали заполнять лес. — Так сладко стонешь, — прошептал парень, касаясь маленького ушка. — Кто ты...— пытаясь сдерживаться, проговорила Джису в очередной раз прикрывая глаза от нарастающего удовольствия. — Юнги, — клыки прокулисли тоненькую шею, а после горячий язык аккуратно зализывал рану, даря удовольствие. Пристроившись меж женских ног, оборотень продолжал играть с женской грудью, посасывая набухшие бусины, а вместе с тем аккуратно приподнял маленький таз вверх. — Н-Нееет не надо, — последнее, что успела крикнуть девушка перед тем как парень проник в девственное тело. Адская боль разлилась по всему телу, а слезы с новой силой полились из глаз. Казалось, словно наслаждение покинуло ее, оставляя после себя лишь судороги. Не давая привыкнуть, парень начал двигаться, размашистыми движениями погружаясь все глубже. Не обратив внимания на крик, зверь с силой сжимал бедра, оставляя после себя кровавые следы. Движения становились все грубее, поцелуй захватили все тело, всюду укусы, засосы и синяки. Впиваясь в пухлые губы, Юнги на секунду замедлился, ухватив тихий стон. — Нравится, когда нежно? — ухмыльнувшись, Шуга с новой силой начал вдалбливать женское тело в землю, вызывая очередные крики боли, — Тебе не повезло. Последние слова звучали как приговор, однако Джису не подозревала, что уже через пару толчков начнет вновь ощущать те чувства, что испытала ранее. Спина непроизвольно изгибалась, подставляя парню грудь, бедра задвигались в такт, стремясь навстречу чужой плоти. Боль перемешалась с наслаждением. Запрокинув голову, Джису ухватилась руками за мужские плечи, до посинения сжимая собственные пальцы. Ей нужно было выпустить свое наслаждение, поделиться им... Очередной укус, волна боли и наслаждения. — Пожалуйста, — прошептала Джису, покрывая царапинами крепкую спину. — Я хочу... В очередной раз Джису не дали договорить. Волна экстаза, которую она так ждала разлилась по всему телу. Протяженный стон вырвался из женских уст, ноги задрожали от нахлынувшего удовольствия, а стенки влагалища сжали член парня, вызвая большее желание проникнуть глубже, чем то было возможно. Точки продолжались. Джису, теряя связь с внешним миром, невнятно проговаривала его имя, сбиваясь в собственных стонах. Секунды и парень изливается на плоский живот, целуя окрававленные губы. — Мы ещё не закончили, сладкая...