Глава 1. Апрель

            Над городом навис густой туман, скрывая последние этажи высоток. Люди, выбирающиеся из своих кроватей, зябко передёргивали плечами и без особой охоты покидали квартиры, кутаясь в тёплые вещи. Весна пришла в Ишгар с опозданием, и солнце, которое пробивалось сквозь серое небо, всё ещё не могло отогреть пальцы. Поэтому юная секретарша обхватывала ладонью бумажный стаканчик с кофе, чтобы хоть как-то спастись. Горячая жидкость не только бодрила в такой серый день, но и давала надежду, что после полудня за окном станет хоть чуточку светлее.             Магнолия — самый популярный город для жизни. Концентрация корпораций и малых предприятий давно перешагнула всевозможные лимиты, заставляя людей задыхаться в попытке угнаться за ритмом, который задавал местный бизнес. В последние десять лет Магнолия сильно продвинулась в развитии, становясь едва ли не самым привлекательным местом для тех, кто мечтал построить грандиозную карьеру. Многие школьники со страхом ждали предстоящие экзамены, которые должны были определить их судьбу. Поступить в университет Магнолии означало зацепиться за это место и пустить корни. Требования, правда, были невообразимыми, но результат оправдывал средства.             Люси Хартфилия успела сделать глоток из своего стаканчика до того, как загорелся зелёный свет на светофоре, а затем поспешила вперёд, огибая фигуры, идущие навстречу. На глаза ей попалась группа школьников, которые явно были не местными. Они заворожённо смотрели по сторонам, не понимая, почему все люди вокруг так спешат. Когда-то Хартфилия была такой же. Семь лет назад она приехала в Магнолию, чтобы устроиться на работу. Девушке тогда едва исполнилось восемнадцать, и на руках у неё была лишь справка об окончании школы. Ни о каком дипломе и университете и речи быть не могло. Некогда Хартфилии было учиться. Её мать — Лейла Хартфилия — оказалась тяжело больна, а маленький бизнес отца не приносил тех денег, которые необходимы были на лекарства и врачей, поэтому Люси приняла единственное правильное решение. Пусть глава семейства и требовал от дочери поступления в высшее учебное заведение, но обстоятельства оказались сильнее, и Хартфилия никогда бы себе не простила, если бы мама скончалась по причине отсутствия финансов на всё необходимое.             Сморгнув воспоминания, девушка ускорила шаг и переступила лужу. Высокие каблуки отбивали какой-то свой такт по асфальту, пока Хартфилия уверенно шла к высотке. Та мало чем отличалась от большинства других, но всё-таки имела вес и силу. Не само здание, конечно, но то, что было в нём. «Фэйри Корпорэйшн» существовала уже очень много лёт. Компания начинала с небольшого предприятия в провинции, но им удалось завоевать доверие жителей, а потому грандиозный успех был лишь вопросом времени. От маленького офиса давно ничего не осталось. Его сменили окна с видом на город, продвинутая техника и увлажнители воздуха.             Хартфилия семь лет назад даже подумать не могла о том, что ей удастся попасть сюда без высшего образования. Она отправила своё резюме во множество компаний, но почему-то именно эта пригласила её на собеседование. Им требовался личный ассистент для президента. Тогда во главе организации стоял Макаров Дреяр, которому нужна была молодая и шустрая помощница. Узнав о том, что у выпускницы школы нет никакого опыта за плечами, старик расхохотался, озадачив весь остальной персонал, но потом успокоился и пояснил, что опыт — дело наживное, и у Люси будет время всему обучиться. Она работала на Макарова три года, а потом тот решил отойти от дел. Его место занял перспективный внук — Лексус. Хартфилия в тот момент внутренне приготовилась к увольнению, но младший Дреяр лишь смерил девчонку взглядом и сразу же принялся отдавать распоряжения.             Если что-то Хартфилия и могла сказать о своём новом начальнике, так это то, что он был куда более требователен и суров, но ко всему можно было привыкнуть. Тем более «Фэйри Корпорэйшн» достойно платила своим сотрудникам за труд, и вакансия Люси всё ещё была чертовски привлекательной несмотря на то, что работа на Лексуса лишала девушку хоть малейшего шанса на устройство личной жизни. Времени едва хватало на здоровый сон. Младшему Дреяру нужно было знать всё и обо всём. По рабочим вопросам, конечно. Он никогда не спрашивал про личные дела и его не волновали сторонние обстоятельства, если они не касались компании. Первое время, когда Лексус пришёл к власти, было сложно. Люси выдыхалась уже к середине дня, пытаясь дотянуть до того уровня, который от неё требовал Дреяр, но прошло четыре года, и Хартфилия привыкла.             Она знала расписание наизусть едва ли не на два месяца вперёд, была в курсе всех текущих дел, блестяще разбиралась в отчётах и имела тот же доступ к информации, что и президент. И если в первый год Люси отчаянно боролась с желанием бросить всё и уволиться, то на исходе четвёртого не могла себе представить обстоятельств, с которыми ей не удалось бы справиться.                    — Хартфилия! — она как раз вышла из лифта, когда её перехватила за локоть Эвергрин. Симпатичная девушка тридцати лет с пышными русыми волосами, собранными в высокий пучок, прижимала к груди стопку документов. Отдел маркетинга работал как часы именно благодаря её твёрдой руке. — Доброе утро. Есть минутка?             — Доброе утро, — Люси бросила взгляд на наручные часы. Стрелки показывали восемь сорок. — Минутка есть, но не более того. Ты же знаешь нашего президента. Он будет крайне недоволен, если на его столе не будет лежать твой отчёт. Кстати, где он? — Эвергрин на этих словах нахмурилась и бросила беглый взгляд по сторонам. Обычно сотрудники занимали свои места только в девять утра, раньше положенного срока в офис приходили только те, кто по каким-то причинам не успевал выполнять свои ежедневные задачи.             Насколько Хартфилия помнила, Эв предпочитала появляться в стенах здания не раньше одиннадцати, но и сидела она здесь почти до половины десятого. Несколько раз девушкам даже пришлось заказывать ужин из ресторана в офис, чтобы не умереть с голоду. Но то была вынужденная мера. Перед выходом новой коллекции в компании все сходили с ума и носились словно ошпаренные. Люси сначала тоже носилась, но потом поняла, что данное событие должно стать рутинным, обыденным и регулярным.             — Вот он, но есть нюанс, — девушка пыталась говорить спокойно, но Хартфилия прекрасно знала эту интонацию. Взяв протянутую папку, Хартфилия распахнула её и принялась бегать глазами по строчкам. Обилие графиков зашкаливало, и любой другой человек уничтожил бы несколько часов на изучение данных, но Люси потребовалось не больше минуты, чтобы понять причину напряжения Эвергрин. Девушка подняла на руководителя отдела маркетинга взгляд и тяжело вздохнула. — Не смотри так. Я знаю, что продвижение не сработало.             — Почему не пошла к Фуллбастеру? — Люси захлопнула папку. — Ты же знаешь, что продажи можно было увеличить хотя бы ещё на три процента, — Эвергрин поморщилась. Девушка терпеть ненавидела просить кого-то о помощи, полагая, что её подчинённые в состоянии справиться с любой задачей, но сейчас практика показывала обратное. Хартфилия постучала каблуком по полу, после чего покачала головой, прикидывая варианты. — Он всё равно это увидит. Могу только посоветовать придумать стратегию на следующий месяц, которая перекроет эти показатели. И, Эв, обратись к Фуллбастеру, — ещё несколько лет назад Люси не смела разговаривать подобным образом с другими сотрудниками, но требовательность Лексуса словно наложила на девушку свой отпечаток, и теперь Хартфилия могла по щелчку пальцев включать ту самую секретаршу, которой восхищались. Она развернулась и направилась в сторону нужного кабинета.                    Как Люси и полагала, цифры президенту не понравились, и на утренней летучке влетело всем и сразу. Хартфилия, которая наспех конспектировала основные тезисы из совещания, не поднимала головы от бумаги. Когда Дреяр сообщил о том, что все могут вернуться к своей работе, девушка с места не сдвинулась. Лексус поднялся с кресла и застегнул пуговицу на пиджаке, после чего отошёл к широкому окну, задумчиво сложив руки за спиной. Хартфилия посмотрела на часы.             — Мистер Дреяр, с минуты на минуту должна прийти журналистка из «Фэшн сити». Хотите принять её в своём кабинете или подготовить конференц-зал? — девушка методично собирала документы со стола и складывала их в прозрачную папку. Список ближайших задач был надёжно зафиксирован, и Люси необходимо было вернуться к работе. Пока босс будет давать интервью, она сможет сходить в цех и проверить, как идут дела с подготовкой к новой коллекции, которая была намечена на конец июля. Конечно, времени было ещё много, но Люси не привыкла пускать всё на самотёк.             — В моём кабинете, — Дреяр чуть повернул голову, и Хартфилия сразу же выпрямилась, встав по стойке смирно. За столько лет работы в компании девушка привыкла быть идеальной, всегда вежливой и ко всему готовой. — Будешь с нами. Хочу, чтобы под рукой были все данные, если вдруг понадобится показать какие-то цифры, — мысленно Люси чертыхнулась, но на лице подобное никаким образом не отразилась. Она лишь доброжелательно улыбнулась и согласно кивнула, направившись к выходу.             Кабинет к приезду журналиста нужно было ещё подготовить.                    Хартфилия разложила все необходимые документы и тяжело выдохнула. В кабинет заглянула Эвергрин, которая сообщила о журналистке. Люси тотчас же поспешила в лобби, чтобы встретить её. Выйдя из лифта, Люси сразу зацепилась взглядом за симпатичную женщину лет тридцати. Пышные каштановые волосы волнами спадали на плечи, в руках у неё был планшет, а сумочка имела замочек в виде логотипа компании «Тайтл». Вещь дорогая, если не роскошная. Хартфилия приветливо улыбнулась.             — Мисс Альберона, — Люси протянула руку, и девушка сжала её ладонь в ответ. — Я помощница президента. Люсьена Хартфилия, но вы можете называть меня просто Люси.             — Очень рада познакомиться, — они прошли к лифту, стуча каблуками. Пусть на улице и была просто отвратительная серая погода, которая навевала тоску, обе девушки были одеты не совсем по сезону. Голые щиколотки привлекали внимание мужчин, заставляя их непроизвольно оглядываться, чтобы проводить точёные силуэты взглядом. — Я так ждала встречи с президентом вашей компании. Вы себе и представить не можете.             Вообще-то Люси очень даже могла. Они регулярно отбивались от прессы и папарацци. Такие приёмы тщательно планировались и обсуждались. Хартфилия лично направила в издательство список вопросов, который необходимо было подтвердить. Одним из условий, которое согласовывалось изначально, — если журналист задаёт вопрос, не относящийся к указанному перечню, то всё издательство попадает в чёрный список компании. По сути, это означало запрет на доступ к какой-либо информации о показах, производстве, планах и прочему. Контракт на данное интервью был подписан с двух сторон в трёх экземплярах ещё месяц назад.             — Мы счастливы принять вас, — Хартфилия держала в руках смартфон, который попросту некуда было деть. Карманов юбка не предусматривала, что было катастрофически неудобно, но стиль требовал определённых жертв. Девушка снова улыбнулась журналистке. — Хотите чай или кофе?             — Не отказалась бы от вина, но кофе тоже подойдёт. Чёрный с двумя ложками сахара, — они вышли на нужном этаже, и Кана осмотрела коридор, после чего удовлетворённо хмыкнула. — Слышала, это здание построили двадцать лет назад.             — Да, верно, — секретарша по долгу службы обязана знать всё, а потому она была вполне в состоянии провести небольшую экскурсию. — Макаров Дреяр сам утвердил данный проект. На тот момент компания уже имела большую известность. Прошу… — Люси открыла перед Альбероной дверь кабинета и позволила девушке войти первой. Хартфилия в следующую секунду шагнула следом. — Мистер Дреяр, это…             — Кана, — Люси не сразу поняла, кому принадлежал голос, но потом сморгнула несколько раз и лично убедилась, что тот раздался от её начальника. Она никогда не слышала, чтобы Дреяр терял самообладание.             — Ну здравствуй, Лексус. Скучал? — девушка не шагала по полу. У Хартфилии сложилось впечатление, что Альберона плывёт в пространстве подобно какому-то паруснику. Настолько плавными были её движения. Сама Люси такой грацией не отличалась. Да и некогда ей было так вальяжно расхаживать, разве что на благотворительных приёмах, на которых она сопровождала босса. — Тебе к лицу президентское кресло, — Кана оказалась близко к Лексусу, но обнимать его или целовать в щёку не стала. Просто замерла, будто ожидала каких-нибудь действий с его стороны.             — Рад видеть тебя, — Дреяр ничего не предпринял. Наоборот, отшагнул от девушки в сторону и жестом руки указал на диван, который располагался рядом с окном. Сам же президент занял мягкое кресло. Люси, которая не понимала, что делать в такой ситуации, осталась стоять у двери. — Что ж, интервью?             — Даже не спросишь, как у меня дела? — Альберона откинулась на спинку дивана и закинула ногу на ногу. Ответа от Лексуса не последовало. — Ни капельки не изменился. Всегда думал только о работе, — шатенка закатила глаза, после чего почти лениво откинула мягкий чехол с планшета. Её пальцы заскользили по экрану, а затем она достала диктофон, который положила на прозрачный журнальный столик. — Тогда начнём.             Люси принялась делать кофе, который поставила рядом с Альбероной, а затем снова вернулась к месту у двери, словно больше ей себя деть было некуда.                    Несмотря на неловкость в самом начале, Хартфилия со знанием дела могла сказать, что интервью прошло хорошо. Альберона задавала вопросы по утверждённому списку, а Дреяр выдавал корректные ответы, даже два раза пошутил. Когда Кана выключила диктофон, то Люси едва заметно выдохнула с облегчением.             — Думаю, всё прошло чудесно, — Альберона поднялась на ноги и, Люси была готова в этом поклясться, кокетливо подмигнула президенту. — Вижу, что дела в компании при твоём правлении идут хорошо.             — А ты думала, что может быть иначе? — голос Дреяра, который до этого сохранял деловой стиль, вдруг смягчился. С Хартфилией он себе никогда такого не позволял. Задело ли это секретаршу? Нисколько. Она прекрасно знала о том, что Лексус мужчина, и у него могут быть женщины, с которыми тот спит. К сожалению самой Люси, это почему-то тоже было частью её работы, поэтому девушка знала всё о пассиях, которые удовлетворяли определённые потребности её начальника. Только вот по неведомой причине отношения Лексус ни с кем не заводил. Да и вообще обычно дальше одной ночи у него ни с кем не заходило, словно женщины интересовали его лишь в качестве какого-то инструмента, но не более того.             — Ни капли в тебе не сомневалась. И очень счастлива получить подтверждение, — шатенка потрясла электроникой в руке, а затем посмотрела на Люси. — Вы проводите меня до…             Дверь кабинета резко открылась, и на пороге возникла Эвергрин, у которой в руках было две ярко жёлтые папки. Начальница отдела маркетинга замерла, вцепившись взглядом в журналистку, а затем её глаза распахнулись шире.             — Неужели Кана Альберона? — Эв преодолела расстояние в несколько шагов, а затем девушки обнялись. Хартфилия, которая продолжала стоять почти неподвижно, окончательно потеряла связь с реальностью. — Какими судьбами? Лексус, вот документы, — девушка водрузила папки на стол. — А я украду Кану посплетничать. Люси, не переживай, я сама её провожу, — никто и слова сказать не успел, как Эвергрин скрылась вместе с Каной за дверью.             В кабинете повисла давящая тишина. Люси даже перестала дышать, боясь выбесить своего начальника. Но Лексус сидел всё в той же позе, только взгляд его затуманился, словно он провалился куда-то внутрь себя, крепко задумавшись. Хартфилия честно выждала целую минуту, после чего шагнула в сторону широкого стола и взяла две папки. Только после этого Лексус обратил на неё внимание.             — Я изучу и сообщу результаты. Мистер Дреяр, — девушка растянула губы в вежливой улыбке. — Это будет хорошее интервью. Хотите кофе?             — Нет, — он качнул головой, после чего встал. — Что у нас с производством? Дизайнеры справляются?             — Собираюсь это выяснить в ближайший час.             — Отлично, — Лексус отошёл к окну и сложил руки на груди. Вид, который открывался из кабинета президента, можно было назвать восхитительным, но Дреяр словно бы перед собой вообще ничего не видел. Взгляд его блуждал по верхушкам зданий и никак не мог зацепиться за что-то конкретное. — Отлично, — тихо повторил Дреяр, но Хартфилия его уже не услышала. Дверь за ней тихонько закрылась.       

***

            Рабочий день подошёл к концу как-то незаметно. Люси бы и не обратила внимания на часы, если бы в приёмную президента, где и располагалось место Хартфилии, не ввалилась самая шумная компания их фирмы. Нет, пока они сидели по своим кабинетам и занимались обязанностями, возложенными на их плечи, то ребят можно было назвать тихими, но стоило им собраться после трудового дня, как у Люси от их болтовни начинала болеть голова. Бикслоу, Фрид и Эвергрин смеялись и перебрасывались фразами.             — О, Хартфилия, ещё сидишь? — Бикслоу руководил отделом закупок. Он же устраивал тендеры. Многие считали молодого мужчину слишком придирчивым и грубым, потому что тот всегда открыто высказывал своё мнение и даже не думал щадить чувства других людей. Бикслоу облокотился о стол Люси и подхватил из стакана карандаш, покрутив его между длинными пальцами. — Босс у себя?             — Уже уехал, — секретарша абсолютно безэмоционально выдернула письменную принадлежность из чужих рук и поставила её на место. Бикслоу на это лишь хмыкнул. — Если вы чего-то хотели, то опоздали.             — Да нет, — Фрид прижался плечом к стенке и вздохнул. Высокий парень с зелёными волосами пользовался просто бешеной популярностью у девушек. Тех, можно сказать, швыряло к его ногам. Хартфилия тоже едва не купилась, когда они только познакомились, но потом Люси взяла себя в руки и разгадала чужой секрет. Фрид Джастин никогда не желал к себе такого внимания, но спокойный уравновешенный характер, тяга к работе и исключительное воспитание делали из него предмет обожания. Он мог подвинуть женщине стул, придержать дверь, всегда был щедр на подарки и никогда не повышал голос, даже если вокруг происходили вещи, которые любого вывели бы из себя. Хартфилия полагала, что Джастина назначили на должность руководителя производства именно по этой причине. Никто не справился бы лучше с теми обязанностями, которые необходимо было выполнять в этом подразделении. Тем более в основном там работали девушки и женщины, которые готовы были из кожи вон вылезти, лишь бы угодить начальнику. — Мы к тебе.             — И по какому поводу? — у Люси от удивления даже лицо вытянулось. Она, конечно, была востребованным специалистом, но обычно именно ей приходилось бегать по кабинетам и собирать всю информацию, чтобы представить её Дреяру в лучшем виде. В конце концов, в этом заключалась её работа. Хартфилия отложила бумаги и сложила руки на столе друг на друга, давая понять, что она готова выслушать суть вопроса.             — Хотели узнать, не говорил ли Лексус чего-нибудь о журналистке, — Эвергрин нетерпеливо переминалась с ноги на ногу, пытаясь унять любопытство, которое сжирало девушку изнутри. Хартфилия непонимающе нахмурилась. — Господи, Люси, они знакомы. Ты должна была это понять! — а вот с этим у секретарши не было никаких проблем, она сразу же уяснила этот факт, как только увидела Лексуса и Кану вместе. — Он что-нибудь сказал? Может, просил узнать, где она живёт или… Не знаю, хотел, чтобы ты навела какие-нибудь справки о ней.             — Ничего такого, — если в чём-то Люси и разбиралась, так это в своей работе. И если бы Дреяр дал ей такое задание, то она точно его запомнила бы. Но босс не проронил ни слова по поводу интервью и ни разу не заикнулся об Альбероне. — А должен был?             — Я выиграл, — Фрид отлип от стены и подошёл к столу Хартфилии. — Гоните деньги. Люси, не обращай на них внимание. Они почему-то думали, что Лексус предпримет какие-нибудь действия в отношении Каны. А я говорил, что этого не будет, — он смерил взглядом друзей, после чего протянул ладонь. Бикслоу и Эвергрин синхронно скривились, после чего вложили в руку Джастина купюры крупного номинала. Хартфилия потрясла головой, ничего не понимая.             — Если хочешь, можем посплетничать, — голос Эвергрин, до этого пылающий предвкушением, стал тихим и подавленным. Видать новость о том, что Дреяр не оправдал её надежд, сильно расстроила девушку. А ещё Люси была прекрасно осведомлена о том, что ничего так не могло поднять Эв настроение, как сплетни. Хартфилия окинула свой рабочий стол взглядом, а затем тяжело вздохнула. Отказать Эвергрин было попросту невозможно, но кое-какая работа ещё оставалась.             — Ладно, давайте посплетничаем, — девушка встала из-за стола, а затем натянула на плечи куртку. Повесив сумку на плечо, Люси подхватила несколько папок. С ними она могла разобраться и дома.             — Кто ж работу тащит в личную жизнь? — Бикслоу от подобного зрелища поморщился, на что Люси лишь улыбнулась и пожала плечами.             Как она могла объяснить им то, что никакой личной жизни у неё не было? Они бы попросту не поняли такую истину.                    В машине Бикслоу пахло дорогой кожей, а из колонок доносилась приглушённая музыка. Всё это расслабляло, и Люси позволила себе шумно выдохнуть, когда оказалась на заднем сиденье. Рядом с ней расположилась Эвергрин, а Фрид занял соседнее место с водителем. Когда завёлся движок, а машина тронулась с места, Эв вдруг села полубоком, опираясь спиной о дверь, и сложила руки на груди.             — Я поверить не могу, что он ничего не сделал, — в её голосе была целая тонна обиды и невысказанных обвинений.             — Не понимаю, чему вы удивляетесь, — взгляд Джастина был направлен куда-то в лобовое стекло. Бикслоу молчал, отстукивая пальцами по рулю такт музыки. Его, кажется, уже совершенно не заботили проигранные деньги. — Всё-таки больше десяти лет прошло.             — И что? — Эвергрин отказывалась успокаиваться. Она придвинулась ближе к сиденью Джастина и положила руки ему на плечи. — Вот ты как бы себя повёл?             — Может, вы мне объясните, что вообще происходит? — секретарша подала голос, после чего поймала на себе взгляд Эв. Та задумалась и кивнула.             — Но только после того, как доберёмся до бара. Мне надо выпить. Я такое рассказывать на трезвую голову не могу!             Хартфилия не первый раз сидела в этой машине и составляла им компанию. Пару лет назад, когда она наконец-то освоилась при новом начальнике, Эвергрин предложила им отметить успешную сделку. Лексус сослался на семейные дела и уехал, а Люси решила, что имеет право отдохнуть. Она, конечно, могла провести вечер в компании Грея Фуллбастера или Леви МакГарден, которая работа в компании дизайнером, но те оказались слишком занятыми, поэтому отказываться от предложения смысла не было. С тех пор они иногда собирались таким вот старым составом, но Хартфилии ещё ни разу не доводилось слышать историй из их прошлого.             Девушка была в курсе, что эта троица училась вместе с Лексусом в старшей школе. Какое-то элитное учебное заведение, в которое не каждый может попасть из-за высокой стоимости. Поэтому Хартфилия не была удивлена тому, что они могли позволять себе вольности в адрес Дреяра. Пусть на работе ребята и старались следить за дисциплиной, но совместное прошлое сказывалось на них не всегда самым лучшим образом.                    Машина остановилась около небольшого ресторанчика, и все они выбрались из салона. Фрид помог выйти Эфергрин, а Бикслоу любезно придержал дверь для Хартфилии. В помещении их радушно поприветствовали и отвели к закрытой vip-комнате, что означало эксклюзивное обслуживание. Хартфилия оттянула ворот рубашки, который вдруг словно начал давить на шею.             — Не беспокойся, — Джастин вежливо отодвинул стул, предлагая Люси присесть. — Я угощаю. Всё-таки эти бездари мне проиграли, — поймав взгляд друзей, Фрид самодовольно усмехнулся, после чего занял место рядом с Эвергрин, напротив Хартфилии. Бикслоу расположился по правую руку от секретарши. Отказываться от такой подачки Люси не стала, тем более она не потянула бы подобное заведение. Несмотря на достойную зарплату, девушка не баловала себя подобными развлечениями.             Через пять минут им принесли бутылку текилы, официант поставил на стол четыре блюдца. С сахаром, с солью, с дольками лимона и с дольками апельсина. Эвергрин нетерпеливо взмахнула рукой, отгоняя официанта, а затем сама открыла бутылку и принялась разливать её содержимое по прозрачным стопкам. Лизнув ладонь, Эв прижала влажную кожу к сахару, после чего глубоко вздохнула. Парни проделали тот же фокус с солью, а Люси последовала примеру девушки.             Первая порция алкоголя пошла через силу. Хартфилия зажмурилась, быстро слизала сахар и потянулась за апельсином, в который сразу же вцепилась зубами, пуская сок по языку и горлу. Дышать сразу же стало легче. Эвергрин шумно выдохнула, поставив стопку с характерным звуком обратно на стол, а затем подняла взгляд.             — Кана училась вместе с нами. И Лексус сох по ней с седьмого класса, — она выложила это на одном дыхании, после чего перевела взгляд на парней, словно надеялась, что им есть что добавить, но те лишь невозмутимо закусывали лимоном.             — Они не встречались? — зная о похождениях своего начальника, Люси не могла представить, что в его жизни была какая-то девушка, которая ему бы отказала.             — Нет, — Бикслоу облизал губы от лимонного сока, а затем задумался. — А точнее… Дреяр понятия не имел, что нужно делать, а потому даже не попытался позвать Альберону на свидание. Мы не лезли, потому что у нас не было принято навязываться друг другу. Тем более Лексус всегда держался особняком и делал вид, что у него всё под контролем. Нам потребовалось время, чтобы понять — он просто всё проебал, — пусть Хартфилия и привыкла к тому, что эта тройка не всегда лицеприятно отзывалась о президенте, но ей всё равно было неловко слышать такую оценку его личности, словно было в этом что-то неправильное.             — Проще говоря, он не решился, — Джастин прочистил горло и потянулся к бутылке, после чего снова наполнил стопки. — Мы его за это не осуждаем…             — Говори за себя Фрид, — девушка нагло влезла в чужую речь, но Фрид оставил эту реплику без комментариев.             —…но каждый из нас за него переживает. Всё-таки Лексусу уже тридцать, а он весь в делах компании. Появление Альбероны заставило нас преисполниться надеждой, что он решится на шаг в сторону своей первой любви, но… — губы Фрида дрогнули в грустной улыбке, и Люси протянула руку, чтобы коснуться его, словно в желании подбодрить. — Они ошиблись. А я нет.             — Нашёл, чем гордиться! — Бикслоу закатил глаза и провёл ладонью по волосам, зачёсывая их назад.             — Только вот не нужно злиться из-за того, что я знаю его лучше вас, — реплика Джастина заставила Бикслоу осечься, и Хартфилия увидела, как тот крепко сжал челюсть. Неприятно было ему такое слышать, но правда иногда бывает болезненной. Тут уж ничего нельзя было сделать. Из всей этой ситуации и правда выходило, что Фрид знал Лексуса вдоль и поперёк, раз смог предугадать исход событий. — Извините, я не хотел.             — Ладно уж, — Бикслоу отмахнулся и потянулся к стопке. — Может, просто не сегодня.             — Ага… Может, он переспит с этой мыслью и… — Эвергрин оборвала сама себя на полуслове.             Всем им почему-то хотелось, чтобы Дреяр поддался чувствам и проявил внимание в сторону Альбероны, словно каждый в этом помещении видел в них хорошую пару. Хартфилии было тяжело это понять, но она могла разделить с ними эту странную печаль.                    Утро началось с головной боли и трёх таблеток, чтобы её унять. В офисе Люси была вовремя, а вот с документами разобраться не успела, поэтому корпела над ними до тех пор, пока не открылся лифт. Стоило Дреяру выйти в коридор, как Хартфилия сразу же вскочила из-за стола и поприветствовала его. Он смерил девушку взглядом, а затем кивнул в сторону кабинета. Выражение лица президента было нечитаемым, и Люси не знала, о чём он думал.             Хартфилия привычно отчиталась по всем пунктам, которые были составлены в качестве повестки дня. Они обсудили ещё несколько важных вопросов, касающихся будущего показа, и Люси готова была выйти из кабинета, но в последний момент остановилась у двери.             — Мистер Дреяр, — она привычно сложила руки на юбке, держа телефон между пальцами. — Могу я задать вопрос?             — Да, — он всегда был немногословен, словно у него имелся какой-то ограниченный запас реплик на сутки. Люси уже привыкла понимать желания босса по одному взгляду, но первое время ей было чертовски тяжело.             — Вчерашнее интервью прошло хорошо. Может, стоит отправите госпоже Альбероне цветы? — в эту же секунду Хартфилия прикусила себе язык. Вообще-то в подобном не было необходимости, потому что они никогда не отсылали подарки журналистам, но с Каной всё обстояло немного иначе. Не знай Люси некой правды по поводу своего начальника и той очаровательной женщины, то и не заикнулась бы о подобном, но вчерашний рассказ ребят заставил её предпринять попытку как-то подтолкнуть Дреяра.             Он поднял на Хартфилию взгляд и чуть прищурился. Девушке стало неловко, но она с места не сдвинулась и в лице не поменялась. За столько лет она мастерски научилась притворяться.             — Зачем? — вопрос был резонным, но Хартфилия не была бы собой, если б не подготовилась.             — Молодая, красивая женщина. Ей будет приятно, если мы отправим ей слова благодарности за потраченное время.             — От лица компании?             — Конечно, — хотя Люси полагала, что Альберона бы обрадовалась, будь в записке намёк на то, что букет непосредственно от президента, но искушать судьбу не стоило. Дреяр откинулся на спинку кресла, не отводя взгляда от помощницы, а затем медленно кивнул. Хартфилия едва сдержала широкую улыбку, после чего поспешила убраться из кабинета.                    Цветы пришлось выбирать самостоятельно. Хартфилия тщательно осматривала бутоны роз. Ей хотелось, чтобы результат вышел не вульгарным, но обещающим продолжение. На вопрос «а зачем я всё это делают вообще?» Люси старалась не отвлекаться. Ей ведь и правда не нужно было заниматься подобными вещами, но стоило только вспомнить расстроенное лицо Эвергрин, как в девушке просыпалось желание исправить ситуацию. В итоге Люси обнаружила, что в букете нет роз. Он состоял из шикарных кремовых пионов, которые выглядели дорого и презентабельно. Для полноты картины было бы славно вставить записку, которую написал бы сам Дреяр, но такой возможности не было, поэтому Люси самостоятельно надиктовала девушке за прилавком текст, который напечатали. Оплатив покупку, Хартфилия вернулась в офис и перехватила курьера, вручив ему букет и назвав нужны адрес и имя получательницы.             Конечно, подобный жест не мог гарантировать какого-либо продолжения, но Хартфилия решила, что для начала этого достаточно. Девушка вернулась к своим рутинным обязанностям. И какого же было её удивление, когда через два часа раздался звонок, а на том конце провода прозвучал голос Альбероны.             — Люси, добрый день. Ваш начальник на месте? — тон у девушки был довольным, и Хартфилия смогла разобрать, как на заднем фоне шелестит упаковка. — Я бы хотела поблагодарить его за такой подарок.             — Госпожа Альберона, подождите минуту, пожалуйста, — Люси поставила звонок на ожидание, а затем поднялась из-за стола.             В кабинете Лексус был один и просматривал отчёты в компьютере, иногда щёлкая мышкой.             — Мистер Дреяр, госпожа Альберона на первой линии. Она хотела бы поблагодарить за букет. Я… Мне перевести её на Вас?             — Зачем? Она же уже выразила благодарность тебе, — Дреяр не отрывал глаз от экрана, хотя Люси точно увидела, как напряглись его плечи.             — Но она хочет поговорить с Вами.             — Я занят, — его брови сошлись к переносице, и Люси кивнула.             Она вернулась к своему столу и бросила взгляд на телефон, после чего тяжело выдохнула и снова взяла трубку.             — Госпожа Альберона, мне очень жаль, но мистер Дреяр не может сейчас ответить на звонок. Я обязательно передам, что Вы звонили.             — Хорошо. Скажите ему, что я буду ждать его звонка.             — Конечно.             Всё это было немного неловко, и Люси чувствовала отчасти свою вину. Идея с букетом ведь полностью принадлежала ей, а это означало лишь то, что и ответственность ложилась на плечи секретарши. «И чем я вообще думала?». Но злость в данной ситуации не решала проблемы. Потоптавшись около своего стола, Хартфилия всё-таки решилась и снова зашла в кабинет президента.             — Что ещё? — в чужом голосе прослеживалось раздражение. Любой рядовой сотрудник испугался бы и торопливо извинился, но Хартфилии за последние четыре года приходилось видеть Дреяра и не таким, поэтому она прошла к его столу и села на стул напротив.             — Я могу говорить с Вами не как с начальником? — подобный вопрос заставил Лексуса перевести взгляд с монитора на секретаршу, которая выглядела как обычно, но он всё равно чувствовал какой-то подвох. За всё то время, что они работали вместе, Люси ни разу не позволила себе какую-нибудь вольность, она прекрасно справлялась с любыми задачами и никогда не жаловалась на свою тяжёлую долю. Дреяр прищурился и коротко кивнул, отодвигаясь от стола и убирая руки с клавиатуры. — Кана Альберона… Она ведь Ваша знакомая, — девушка не спрашивала, так как считала, что это вполне уже известный факт. Тем более она была в кабинете, когда журналистка обратилась к президенту по имени. Не все могли себе такое позволить. — И, исходя из того, что она перезвонила и ясно дала понять, что ждёт Вашего звонка, я подумала, что девушка питает к Вам интерес.             — Ты лезешь не в своё дело, — что-то опасное промелькнуло в его голосе, но Хартфилия твёрдо решила, что не будет останавливаться.             — Возможно, но я всё-таки попытаюсь, — девушка прочистила горло и продолжила. — Вы испытываете проблемы со свиданиями?             — С чего ты взяла такую глупость?             — Потому что я работаю на Вас уже четыре года. И за это время Вы ни разу не завели роман. Либо у Вас проблемы, либо Вы гей. Выбирайте.             — Поосторожнее со словами, Хартфилия, — Лексус поднялся с кресла, и Люси чуть задрала подбородок, продолжая смотреть на него как верная секретарша, какой она и являлась.             — Моя работа заключается в том, чтобы максимально облегчить Вашу жизнь, поэтому я предлагаю свою помощь и в этой…сфере деятельности, — подобное, конечно, было глупостью в чистом виде. Как Люси могла помочь ему с Каной, когда у неё самой был довольно скудный опыт с мужчинами? Нет, девственницей она не была, но так и речь шла не про секс. Романтические встречи, щедрые жесты. Всё то, что так любили девушки. Мелочи, которые заставляли сердце биться быстрее, а голову думать об избраннике чаще. В этом Хартфилия отлично разбиралась.             — Значит, это часть твоей работы? Так ты расцениваешь свою роль в компании? — бровь Дреяра насмешливо изогнулось. Он расстегнул пуговицу на пиджаке и сунул руки в карманы брюк.             — Я мультизадачна, — девушка тоже встала со своего места, считая неприличным оставаться на стуле в то время, как начальник был на ногах. — По поводу данных о продажах. Я уже их подготовила и выслала на Вашу почту, можете ознакомиться. Буду на своём месте, — она улыбнулась так, словно никакого неловкого разговора не было, а затем направилась к двери.             — Хартфилия, — он окликнул девушку, не сдвинувшись с места. Люси обернулась, взявшись за ручку двери. — Идея с букетом ведь неспроста, верно? — секретарша замешкалась на секунду, а затем кивнула. Дреяр сделала глубокий вдох и снова занял своё кресло. — Неплохо. Я посмотрю отчёт. Иди.             Девушка ретировалась за дверь, за которой наконец-то смогла тяжело выдохнуть от облегчения. Что ж, Лексус Дреяр не попытался её уволить, а это уже было хорошим знаком. Даже если он откажется от её спонтанной помощи, то Люси с уверенностью могла сказать, что сделала всё в своих силах, чтобы улучшить качество жизни своего президента.       

***

            Дреяр не перезвонил Альбероне. Он несколько раз порывался набрать номер, который Хартфилия любезно оставила на его столе, но пальцы никак не могли нажать кнопку вызова. Подобное казалось ему чем-то спонтанным и нелогичным. Даже с учётом того, что он прекрасно знал, что Кана ждала. Прошла целая неделя, а он так и не решился. Лексус всегда действовал по чёткому плану и терпеть не мог, когда появлялись переменные, которые влияли на ситуацию. В голове всё чаще всплывали слова секретарши о том, что она могла бы помочь ему с этим деликатным делом.             Люси работала на него верой и правдой все это время, клала на алтарь продуктивности личную жизнь, корпела над бумагами и усердно составляла отчёты, словно ей больше всех было надо. Конечно, Лексус не был таким бессердечным, каким его многие считали. Он прекрасно знал о финансовом положении каждого сотрудника, потому что ему необходимо было быть в курсе мотивации своих подчинённых. Хартфилия была не единственной, кто выплачивал долги и кредиты своих родителей, только вот работала одна едва ли не усерднее всех прочих. Поэтому он и оставил её на этой должности после того, как занял место президента. Дед настоятельно рекомендовал девчонку, которой на тот момент исполнился всего двадцать один год. Она была юна, активна и совершенно не умела жалеть себя. Ценные навыки для сотрудника, нужно заметить.             Мужчина замер около своего рабочего стола, размышляя над своей жизнью. Нельзя сказать, что та была плоха. Дреяр выучился, получил достойную квалификацию и занял место президента по наследству. Перспективный молодой человек, который уже успел набраться опыта и повидать мир. Дед им гордился и всячески нахваливал, но не в лицо. Макаров считал, что в таком деле лучше не переусердствовать, чтобы внук не возомнил о себе невесть что. После смерти родителей Лексуса вся ответственность за осиротевшего ребёнка легла на плечи дедушки, и тот попытался дать мальчишке всё, что было в его силах. К сожалению, никто не смог объяснить Дреяру, как правильно строить романтические отношения. Рядом не было отца, который дал бы подсказку, а спрашивать такое у Макарова казалось чем-то неловким и слегка постыдным. Так мальчишка оброс секретами, и ими не с кем было поделиться. В то время, как Бикслоу или Фрид уже крутили школьные романы, Дреяр украдкой поглядывал в сторону первой красавицы школы и не решался сделать хоть что-нибудь. Так незаметно наступили экзамены, а потом их разбросала жизнь.             Встретить Альберону вот так — настоящее потрясение. Лексус лишь смог отметить то, что она стала ещё краше. Добавилась женственность, игривость и кокетство. Её глаза были похожи на две яркие звезды, пока она брала у него интервью. И всё это откинуло Дреяра назад во времени. Он словно снова оказался на школьной скамье, где смотрел на девушку, которая ему до одури нравилась. Люди поговаривали, что первая любовь западает в душу раз и навсегда. Теперь Лексус мог данную истину подтвердить собственным опытом.             Дверь хлопнула, и в кабинет, стуча каблуками, зашла Хартфилия. Руки её были заняты обилием толстых папок, которые девушка едва могла удержать. Она поставила стопку на стол и постаралась сдержать глубокий вдох. Люси всегда сохраняла образ идеальной секретарши. Даже если вдруг Дреяр срывался и выговаривал её за косяки других сотрудников, она лишь мило улыбалась и убеждала его, что со всем разберётся. Надо отметить, слово своё девушка держала. Проблемы ликвидировались в рекордные сроки. В ней можно было не сомневаться.             — Вы хотели посмотреть ткани от разных поставщиков. Мистер Бикслоу получил данные материалы от участников будущего тендера, — Хартфилия взяла первую папку и открыла её. — Я отобрала только тех конкурсантов, которые предоставили качественный материал, — Лексус сел в кресло и придвинулся к столу, разглядывая образцы. Пальцы скользнули по кусочкам ткани.             — МакГарден видела? — работа занимала большую часть жизни Дреяра, и он хорошо разбирался в том, что делал. Поэтому прекрасно понимал, что мнение дизайнера на вес золота. Если одарённую девчонку не устроит хоть что-то, то коллекции не быть. У Лексуса имелось достаточно опыта, чтобы понимать — каждый сотрудник в компании по-настоящему важен, и с ними нужно считаться.             — Да, я была у неё. Леви сказала, что все эти ткани ей подойдут.             — По поводу твоего предложения, — Лексус поднял взгляд на Хартфилию. У той совершенно не изменилось лицо. — Я хочу принять его, — на секунду глаза девушки распахнулись шире обычного, но она быстро взяла себя в руки и понимающе кивнула. — Но никто не должен об этом знать, Хартфилия.             — Конечно, мистер Дреяр, — она была, как и всегда, вежлива и учтива. Тем более за столько лет девушка полностью уяснила понятие конфиденциальности. — Если Вам будет спокойнее, то мы можем составить договор, и я его подпишу.             — В этом нет необходимости, — Лексус совершенно не хотелось привлекать юриста к их внезапному соглашению. — Просто доверюсь тебе.             Он заметил, как она замерла, как дрогнули длинные пальцы без колец. Хартфилия почему-то не признавала никаких украшений. Только в проколотых мочках виднелись простенькие серёжки, которые можно было назвать универсальными. Они подходили к любому образу и никак не выделялись. Люси медленно кивнула.             — Когда хотите начать? — их идиотский разговор всё равно имел деловой оттенок, к которому оба привыкли за годы работы сообща. Это уже давно перестало их смущать.             — Сегодня? — Лексус не был уверен в этом, но ему казалось, что, чем раньше они начнут, тем быстрее смогут закончить. Тем более не стоило оттягивать звонок Альбероне ещё на несколько недель. Люси снова кивнула.             — Не беспокойтесь, я всё подготовлю, — девушка покинула кабинет, а Дреяр вдруг почувствовал себя круглым дураком.             Ну какой ещё самодостаточный молодой мужчина будет прибегать к помощи секретарши в делах сердечных? Смешно даже. Но Хартфилия была надёжной и верной, а ещё умела держать язык за зубами. Если Лексус на кого-то и мог положиться в этой компании, не опасаясь за свою репутацию, так это только на неё.       

***

            После семи вечера в офисе погасили верхний свет. Обычная практика для экономии, так как сотрудников уже не должно было быть в офисе. Кабинет Дреяра освещался двумя лампами. Одна высокая стояла в углу возле окна, а вторая умостилась на краю стола. Люси вошла в кабинет без стука. Точнее — она заглянула и, заметив кивок начальника, скользнула внутрь.             Дреяр переместился на диван и Хартфилия заняла место рядом с ним. В её руках была папка без подписи, и девушка открыла её, уложив на журнальный столик. Казалось, только вчера Кана именно на этом диване брала интервью у Лексуса, но с тех пор прошло уже семь дней.             — Сначала нам необходимо узнать, чем живёт Кана Альберона, — девушка кивнула в сторону папки.             — Как ты всё это достала? — у Лексуса никогда не возникало подобных вопросов, если дело касалось работы, но сейчас перед ним лежало чуть ли не досье на женщину, в которую он был когда-то по уши влюблён. Обилие информации его шокировало, при этом на лице Хартфилии было почти спокойное выражение.             — Прошерстила социальные сети и обзвонила некоторые места, — она пожала плечами. — Всё-таки это моя работа.             Дреяр почему-то не думал, что свои рабочие навыки девушка может использовать и таким образом. И, глядя на обилие данных, которые Хартфилии удалось собрать, он мог только восхититься и самую малость ужаснуться. Люси проделала абсолютно немыслимую работу за какие-то несколько часов. Делало ли это её профессионалом в этой области? Дреяр полагал, что да, делало.                    То, что удалось найти Хартфилии, заслуживало внимания. Лексус ведь ничего не знал о Кане, потому что даже не думал интересоваться её жизнью после выпуска, а вообще-то стоило. После того, как они окончили школу, Альберона получила степень по журналистике в столице, ей поступило предложение стажироваться в крупном издании, и она довольно быстро сделала себя имя модницы, которая мастерски умела оценивать тренды. Помимо каких-то рабочих моментов Люси удалось выяснить и кое-что об увлечениях журналистки. Например, она обожала ходить по барам. В распечатках из её социальных сетей можно было сделать вывод, что девушка предпочитает каждые выходные посещать новые места, но также прослеживалась одна маленькая тенденция. Каждую пятницу Альберона зависала в одном и том же баре, который находился всего в двух кварталах от её места работы. Об этом заведении Хартфилия также приложила информацию. «Кватро Цербер» имел оценку на картах ниже среднего, но это почему-то не мешало Кане посещать данное место.             — Можете сделать из этого какой-нибудь вывод? — Люси придвинула папку ближе к Лексусу и сложила руки на коленях. — Есть мысли?             — Что я должен из этого понять? — его раздражало то, что он не мог уловить суть. Хартфилия явно хотела что-то услышать, но Дреяр понятия не имел, какой ответ может быть правильным. — Что-то о ней? Всё это её как-то характеризует?             — Я поняла, — блондинка прочистила горло и села ровнее. — Давайте я подведу итог, и мы вместе его обсудим, — Лексус медленно кивнул. — Кана активно ведёт свои социальные сети. У неё большое количество знакомых, и она часто бывает занята. Ей нравится ходить в новые места, но и привычки у девушки присутствуют. Например, этот бар… — Хартфилия пальцем указала на идиотское, по мнению Дреяра, название. — Место подошло бы для случайной встречи. Или можно дождаться, когда она сама пригласит Вас туда. Это будет означать, что Альберона готова поделиться с Вами значимой частью своей жизни, — девушка спокойно объясняла, казалось бы, элементарные вещи, а Дреяр поражался тому, насколько хорошо Люси может разбираться в людях. — Поскольку она работает в таком издании, то круг общения у неё довольно разнообразный. От актёров до бизнесменов. То есть Вы идеально вписываетесь в её нишу в любом случае. А ещё… — Хартфилия перевернула страницу папки и указала на список ресторанов, которые Кана посещала в последний месяц. —…она просто обожает оценивать все места, в которых бывает. Пишет подробную характеристику. Думаю, это часть профессиональной деформации, но нам это только на руку. Я сделала выгрузку её комментариев, а потому могу понять, на что она обращает внимание, что ей нравится в интерьере и атмосфере. Так мы сможем подобрать подходящее место для первого свидание, которое будет для Каны новым, но приятным. Сможете произвести на неё впечатление.             — И ты всё это поняла из этих документов? — брови Лексуса сосредоточенно сползли к переносице, и Хартфилия, замешкавшись на секунду, кивнула. — Что-то ещё?             — На свой странице Кана писала о том, что хочет пойти на матч по бейсболу, который будет проходить в конце мая. И ещё ей нравится помогать приютам, которые занимаются бездомными животными. Кана переводит в фонд помощи определённую сумму каждый месяц. Мистер Дреяр, с вами всё хорошо? У вас лицо…             — Да, всё в порядке. Я полагал, что ты просто объяснишь мне, как вести себя с девушками, а ты подготовила досье, — от его слов Хартфилия растерялась и не смогла найтись со словами. Она как-то упустила тот момент, что у Лексуса может быть сложность не с поиском информации. Ей стало не по себе, и девушка торопливо потянулась к папке, чтобы её захлопнуть. Дреяр перехватил её за запястье, призывая остановиться. — Нет, не надо. Ты проделала большую работу. И эти данные действительно могут помочь, но помимо этого есть вещи, в которых я…не разбираюсь, — ему трудно было говорить подобное своей секретарше. И это после того, как Хартфилия видела его в одном полотенце, когда приехала к нему домой, чтобы помочь с выбором костюма на мероприятие. Было много случаев, которые должны были вызвать стыд или неловкость, но они оба относились к таким вещам по-деловому. Но всё-таки признавать собственную неосведомлённость было паршиво. Дреяр тяжело выдохнул.             — Хотите мы проведём тестовое свидание? — Люси ляпнула первое, что пришло в голову, а затем сразу же стиснула зубы. Наверное, подобное было лишним. Нет, она не покраснела, но определённый дискомфорт в груди осел тяжким грузом. — Я имею в виду, что мы разыграем сценку, где я буду в роли Каны. У нас появится возможность сразу же скорректировать Ваше поведение.             — Интересное предложение. Сейчас? — он и сам не думал, что будет готов провернуть нечто подобное этим же вечером. Люси снова замешкалась. — Что не так?             — Для начала Вы должны меня пригласить, и мы должны договорить о времени. Попробуете?             — Кхм… — Лексус выпрямился в спине и повернулся к Хартфилии всем корпусом. — Люси…             — Нет-нет, — девушка подняла руку. — Я — Кана.             — Да, точно, — он прочистил горло. — Кана, хочешь поужинать со мной? — обращаться к блондинке таким образом было очень странно. Во-первых, та совершенно не была похожа на Альберону. Хартфилия уступала журналистке в росте. Во-вторых, их цвет волос разительно отличался. У Каны были пышные каштановые волосы, а Люси была блондинкой, которая вечно собирала локоны в высокий хвост или пучок. В-третьих, Альберона пришла на встречу в платье, которое никак нельзя было назвать деловым, а Хартфилия всегда носила исключительно офисную одежду. Честно говоря, Дреяр даже затруднялся представить её в чём-то другом.             — Хочу, — девушке оказалось довольно просто подхватить эту игру, и она даже с каким-то восторгом посмотрела на Лексуса, словно наблюдала за ребёнком, который учился делать первые шаги. Неуверенные, шаткие, корявые, но у него всё-таки получалось. Только вот повисла неловкая пауза, и Хартфилия постучала указательным пальцем по наручным часам, намекая Лексусу на дальнейшую реплику.             — Я могу заехать за тобой в среду в восемь вечера? — он тщательно подбирал слова, и каждое его слово звучало неубедительно, но Люси утвердительно кивнула, и Дреяр смог выдохнуть.             — Мне подходит. Тогда скину адрес в сообщении.             — Но мы же знаем её адрес, — Лексус бросил взгляд на папку.             — Ей необязательно быть в курсе того, какое досье мы на неё собрали. Так что пусть она сама делится информацией. Вам нужно будет лишь иногда с ней сверяться, — Хартфилия поднялась на ноги, но к папке не потянулась, решив оставить её президенту для изучения. — Это был продуктивный урок. Продолжим в следующий раз.             — В среду в восемь вечера? — Люси и не поняла, что стиснула пальцами телефон крепче, глядя на начальника.             — Я скину адрес в сообщении, — она снова улыбалась, не понимая, отчего сердце вдруг забилось быстрее. Это ведь совершенно ничего не значило. Девушка просто выполняла свою работу.             — Я знаю твой адрес, — Лексус поднялся на ноги и усмехнулся. Что ж, он и правда знал. Люси кивнула и покинула кабинет. Мужчина бросил взгляд на папку, а затем медленно дошёл до окна, замерев возле. Ночная Магнолия была прекрасна в это время. Множество огоньков создавали иллюзию того, что на город обрушилось огромное количество звёзд.             Через какое-то время Дреяр увидел, как тонкая фигура вышла из центрального входа и стремительно направилась к пешеходному переходу. На сегодня рабочий день можно было считать оконченным, но для начала ему стоило разобраться с той информацией, которую Хартфилии удалось добыть ряди него. Удивительным было то, на что была способна какая-то рядовая секретарша. «Старик, не зря ты взял её на работу в своё время». У Макарова, который давно отошёл от дел, явно было определённое чутьё на людей. И в этот раз оно его тоже не подвело.       

***

            Она нервничала всю среду. Даже Эвергрин на работе отметила повышенную нервозность секретарши. И Люси искренне пыталась понять, что же заставляет её так тревожиться, пока не поняла, что дело было в свидании. Напомнив себе ещё три раза о том, что подобное мероприятие — лишь часть работы и не имеет никакого отношения к личной жизни, девушка подуспокоилась. Дреяр был удивительно щедрым, а потому позволил Люси уйти домой пораньше. Он никаким образом не напоминал о планах на вечер, словно они вообще ни о чём не договаривались.             Оказавшись в своей небольшой квартире на окраине города, девушка даже подумала о том, что Дреяр мог забыть об этом, но на всякий случай Люси решила, что лучше подготовиться, чтобы не ударить в грязь лицом. Вечерних платьев у неё было всего две штуки, и оба варианта предполагали поход на какой-нибудь вечер в качестве помощницы президента. Ничего вызывающего. Тем более Лексус уже видел её в этих нарядах. Выйдя из душа, девушка остановилась около зеркала и задумалась. А нужно ли ей вообще было наряжаться? С чего она взяла, что это необходимо? В конце концов, должно было случиться тестовое свидание, а не настоящее. Простонав что-то о том, что она ведёт себя как идиотка, Хартфилия запихнула наряды обратно в шкаф, остановив свой выбор на повседневном трикотажном платье. Девушка купила его для работы, но так ни разу и не надела, потому что в юбке и рубашке было комфортнее. Бежевое мягкое платье идеально сочеталось с базовой сумкой и ботинками на каблуке. В таком и в ресторан не стыдно было пойти.             Часы показывали без пяти минут восемь, когда телефон Хартфилии завибрировал, а экран один раз моргнул. Уведомление ясно говорило о том, что пришло сообщение от шефа. Люси провела пальцем по стеклу и уставилась на буквы.       

«Я приехал»

            У секретарши перехватило дыхание, и она не сразу смогла взять себя в руки. В этой фразе не было ничего такого. Лексус и раньше ей сообщал о своём прибытии, если это были какие-то деловые встречи или что-то в этом духе, но сейчас Хартфилия ощущала всё словно бы как-то иначе. Дёрнувшись в сторону зеркала, девушка поправила свой высокий хвост, затянув его потуже, а затем выскочила за дверь. Её квартира располагалась на первом этаже, так что не было никакой преграды в виде лифта или лестницы. Выйдя на улицу, в глаза сразу же бросилась дорогая машина элитного класса. Люси как-то и не подумала об этом, и теперь была большая вероятность, что по району поползут слухи о богатеньком ухажёре. Их квартал был маленьким, а потому почти все знали друг друга.             Он стоял возле машины, сложив руки на груди. Люси отметила то, что он тоже переоделся. Нет, Дреяр всё ещё был в костюме, но уже в другом. Она машинально улыбнулась ему, Лексус напряжённо кивнул. Было видно, как ему неловко стоять на этой улице и ждать девушку, которая явно не соответствовала его положению. Хартфилия снова напомнила себе, что это просто тренировка.             — Здравствуй, Лексус, — она никогда не обращалась к нему по имени, но ведь и Альберона не будет называть его «мистер Дреяр». Лицо Лексуса удивлённо вытянулось. Он совсем не ожидал такого приветствия.             — Здравствуй… Кана? — Люси на это лишь кивнула. Да, если он будет и дальше её так называть, то всё в порядке. Это не позволит ей забыть о том, что творится на самом деле.             — Отлично. Теперь можете сделать комплимент одежде, — Люси направилась к другой стороне машины, чтобы сесть на переднее пассажирское сиденье, но остановилась. — И лучше будет, если Вы откроете мне дверь. Это…вежливо.             Дреяр медленно проследовал за Хартфилией, после чего и правда дёрнул ручку. Дверца плавно открылась в сторону, и Люси кивнула.             — Ты чудесно выглядишь, — голос его показался Люси низким, словно бы где-то в горле была лёгкая хрипотца, которая заставила странные мурашки пробежаться по позвоночнику под платьем. Девушка даже сглотнула.             — Спасибо, — она села в машину, и Лексус захлопнул дверь.             Заняв место водителя, Дреяр завёл машину, и та тронулась с места. Люси сжимала пальцами маленькую дамскую сумочку, которая удобно умостилась на коленках. Повисла неловкая пауза, и Хартфилия посчитала своим долгим объяснить нюансы.             — Если Вы чувствуете, что тишина угнетает, то можете задать какой-нибудь абстрактный вопрос. Спросите у Каны, как прошёл её день. Или поинтересуйтесь, как обстоят дела с работой. Но не спрашивайте об интервью.             — Почему?             — Это будет выглядеть странно, словно вы пригласили её лишь ради того, чтобы прознать, как обстоят дела с публикацией, — Лексус задумчиво кивнул, после чего машина свернула налево. — Можете включить музыку. Она разбавит молчание, — под спокойный голос Хартфилии Дреяр и правда потянулся к магнитоле. Стоило ему нажать клавишу, как из динамиков в салон полилась ненавязчивая мелодия. — А куда мы едем?             — Я забронировал нам столик в ресторане, — он бросил взгляд на Хартфилию, которая вдруг растерялась. — Я подумал, что, если уж приглашение идёт с моей стороны, то мне и подбирать ресторан.             — Вы…             — Да, я прочитал её комментарии. Как ты и сказала, постарался выбрать место на основании того, что она писала, — от этого заявления Хартфилия даже не нашлась с ответом, лишь молча кивнула. — Удивлена? Твой президент ещё может тебя чем-то обескуражить?             — Это довольно приятное удивление, — пальцы потянулись к волосам, чтобы их пригладить на затылке, словно девушка ощущала себя в уязвимой позиции. — Вы делаете успехи, — Лексус неопределённо хмыкнул на эту похвалу. — Так как Вы давно не виделись с Каной, то есть определённый перечень тем, которые я не могу с обсудить с Вами вместо неё, но…             — Тогда поговорим о других темах, — прервал её Лексус, паркуясь рядом с двухэтажным зданием. Он первый вышел из машины, после чего открыл дверь со стороны пассажира и протянул Люси руку. В этом не было необходимости, но девушка вложила свою ладонь в чужую, выбираясь из салона. Дреяр краем сознания отметил, что у Хартфилии тонкие и изящные пальцы. Раньше он не замечал ничего такого. Он вообще не видел в Люси женщину, но сейчас приходилось, потому что она умело играла роль той, кого Лексус правда хотел бы увидеть рядом с собой.             Их встретили у гардеробной, где Люси сдала свою чёрную куртку, а затем проводили к столику. Заведение было шикарным. Впрочем, ничего другого Хартфилия от Лексуса не ожидала. Свободных мест было довольно много, что, впрочем, не казалось чем-то удивительным. Всё-таки середина рабочей недели. Люси села на стул, и официант любезно придвинул её ближе к столу. Девушка благодарно кивнула.             У неё было достаточно времени, чтобы изучить этикет и проникнуться атмосферой роскоши. Всё-таки время от времени девушка обязана была соответствовать, так как её начальник крутился именно в таких кругах.             — Всё за мой счёт, Хартфилия, — любезно сообщил Лексус, когда перед ними положили меню.             — В подобном нет необходимости, ведь это тренировочное свидание, а не настоящее, — проговорив это вслух, Люси словно бы напомнила себе о причине подобного мероприятия.             — Я настаиваю.             — Не надо.             — Это моё распоряжение, — Дреяр попытался надавить своим авторитетом и заметил, что пальцы Хартфилии на меню едва заметно дрогнули. Девушка сразу же крепче вцепилась в несчастную картонку. — Как начальника.             — Рабочий день закончился несколько часов назад, — Лексус невольно задался вопросом, а всегда ли Люси была такой упрямой, но вот с ответом не нашёлся.             — Позволь мне тебя угостить, — он смотрел прямо на неё, и от этого взгляда у Хартфилии пересохло в горле.             Дреяр никогда не разглядывал девушку, которая на него работала. Она просто хорошо вписывалась в его компанию, в его расписание, в его мир. Стала чем-то естественным. У Люси был ответ на любой рабочий вопрос, а даже если не было, то она наверняка знала, где его быстро достать. И, наверное, сегодня он впервые видел перед собой не просто секретаря. Она нервничала и беспокоилась, хотя на её губах всё ещё была эта вежливая улыбка, которая словно приклеилась к лицу намертво. Он не помнил другого выражения на этом лице.             — Хорошо, — голос был тихим, но Лексус внезапно оказался рад получить согласие.             Какое-то время они оба смотрели в меню, и Хартфилия заставляла себя не читать цены, чтобы не давать лишний повод для нервозности, которая и так превысила все доступные лимиты на сегодня. Стоило просто выполнить свою работу и со спокойной душой отправиться домой, тем более у Дреяра отлично получалось вести себя подобающим образом. Люси даже прикинула, что ему хватит от силы нескольких таких встреч, а затем его можно будет отпускать в абсолютно свободное плаванье с девушкой, которой всё это действительно могло быть нужно.             Официант принял заказ и забрал меню.             — Темы? — Лексус сложил руки на столе.             — Да, точно, — Хартфилия схватилась за телефон и залезла в заметки.             Какое-то время они обсуждали довольно скупой список реплик, которые Дреяр мог использовать на встрече с Альбероной. Люси выдвинула предположение, что Лексусу должно быть видней, о чём они действительно могли бы поговорить. К этому моменту официант принёс закуски и вино. Первый тост они выпили за встречу Дреяра и «Каны», пускай только фальшивой. Алкоголь приятно согрел горло и пищевод, и Люси стало легче дышать. Напиваться она не планировала, а потому приняла решение ограничиться только одним бокалом.             Еда была удивительно вкусной, а после второго глотка Люси стало совсем спокойно. Лишнее напряжение вымылось из тела, и она наконец-то смогла начать дышать ровно. Атмосферу хотелось назвать романтичной, но Хартфилия себе подобные мысли запрещала. Работа есть работа, даже если она оборачивается чем-то таким странным и немного нелогичным.             — Вас, наверное, многое связывало, раз она так рада была увидеться, — девушка закончила с сочным стейком и погладила пальцами ножку бокала. Лексус отложил приборы, подняв взгляд на секретаршу. Она не была пьяна, но он заметил, что девушка наконец-то перестала держать себя в ежовых рукавицах.             — Учились вместе.             — Расскажите, какая она была в то время. Может, я смогу как-то помочь со списком тем на ваш ужин. Если Вы, конечно, не против.             — Она была…популярной, за ней бегали парни.             — Но не Вы.             На губах Лексуса появилась усмешка. Вспоминая те времена, он часто думал о том, почему этого не делал вместе со всеми другими мальчиками, которые сворачивали себе шеи при виде Альбероны. Без шуток, у одного такого было даже растяжение в этой области. Ему безумно нравилось смотреть на неё. Искромётное чувство юмора и умение постоять за себя придавали Кане какой-то утончённый шарм, который сразу же бросался в глаза. Девушка хорошо училась, несмотря на постоянные проделки, которые они устраивали вместе с её лучшей подругой. Мираджейн Штраус училась в параллельном классе и слыла той ещё оторвой, Дреяру даже было интересно посмотреть, изменилась ли девушка за столько лет или сохранила тот дух бунтарства. Кана вот словно бы совсем не поменялась. Нет, она определённо повзрослела и похорошела, но определённые черты сохранились и всё ещё цепляли Дреяра.             Он чувствовал себя тем же мальчишкой, который испытывал искренний восторг, глядя в её сторону. Вроде бы много времени миновало, а он никак не мог отпустить чарующий образ, возникающий перед глазами каждый раз, как Дреяр опускал веки. Наваждение, не иначе.             — Но не я, — он кивнул и подозвал жестом руки официанта, чтобы он дополнил бокалы. Люси было дёрнулась накрыть свой ладонью, но банально не успела. — Не понравилось вино?             — Я планировала не злоупотреблять алкоголем сегодня.             — А Кана начала пить ещё подростком, — Лексус тяжело вздохнул. — Помню, как она со своей подружкой явились в школу с ужасным похмельем, но даже тогда Кана… — он осёкся и бросил взгляд на девушку, что сидела напротив. Казалось, Хартфилия слушала его с небывалым интересом. — Неважно.             — Мисс Альберона очень сильно Вам нравилась, — умозаключение Люси попало прямиком в какую-то болезненную точку. Дреяр не хотел признавать свою слабость, но увернуться не получилось. — Это нормально. Вам нечего стесняться.             — Ты так спокойно говоришь о таких вещах. Тоже пользовалась популярностью? Много у тебя в жизни было свиданий? — он не собирался нападать на Люси. Не после того, как она безвозмездно вызвалась ему помогать, но слова сорвались с языка сами собой. На долю секунды улыбка слетела с пухлых губ, и Лексус понял, что задел девушку. Но даже в этот момент ей удалось взять себя в руки. — Прости, это было лишним.             — Ничего страшного, — пальцы Люси потянулись к ножке бокала, и она сделала глубокий глоток, выигрывая себе время на ответ. — У меня не такой большой опыт, но я занималась организацией мероприятий последние семь лет. Не думаю, что свидание может быть сложнее показа, — колкая шпилька прилетела прямиком в адрес Дреяра, и он вдруг тихо посмеялся себе под нос.             — Ты права. Никто не справится с этой задачей лучше тебя, Хартфилия.             — Очень ценно, что подобное признаёт сам президент, — напряжение, которое на миг охватило грудную клетку после чужих слов, опустилось в желудок и растворилось в вине, не оставляя осадка. — Думаю, на сегодня достаточно.             — Да, уже поздно, — Лексус снова подозвал официанта.             Люси справилась с природным любопытством и не заглянула в счёт, когда его принесли. Дреяр расплатился платиновой картой, после чего они покинули ресторан и направились к машине, которая была припаркована на одном из свободных мест рядом с заведением.             — Вам не стоит садиться за руль, Вы выпили, — Люси не подумала об этом, когда Лексус заказывал алкоголь.             — Всё в порядке. Об этом подумал я. Трезвый водитель будет с минуты на минуту, — он открыл перед Хартфилией заднюю дверцу машины и помог девушке сесть.             Она сразу же поставила сумочку на колени и дождалась, когда Дреяр сядет рядом с другой стороны. Повисло молчание. При постороннем человеке они не смогут подвести итоги этого тренировочного свидания. Хартфилия открыла было рот, чтобы высказать своё мнение, но тут водительское кресло занял молодой мужчина, которому Дреяр передал ключи. Люси назвала адрес, и машина тронулась с места.             Молчание было угнетающим, тяжёлым. Девушка сглотнула ком, вставший поперёк горла. В этот момент она увидела, как Лексус протянул ей ладонь. В этом жесте не было ничего такого, по крайней мере, Хартфилия так подумала, вкладывая собственную руку в чужую. Пальцы Дреяра оказались крепкими, сильными. Он сжал её ладонь и хмыкнул. Чтобы сохранить деловой тон данной поездки, Люси согласно кивнула. Да, именно это следовало сделать Лексусу на будущем свидании с Альбероной. Раз уж Хартфилия вызывалась играть эту роль, то справится с ней на всевозможные проценты.             Машина остановилась через тридцать минут около нужного подъезда, и всё это время Дреяр держал секретаршу за руку, но потом ему пришлось разжать пальцы и выйти. Он открыл перед Люси дверь и снова подал руку. Девушка не сопротивлялась и не отталкивала его. Он отвёл её к входной двери, где Люси наконец-то почувствовала себя по-настоящему спокойно, а то сердце всю дорогу бухало где-то под горлом.             — Я считаю, что Вы чудесно справились, — она ощущала даже какую-то странную гордость. — Кое-что даже делали без моих подсказок.             — Полагаю, это заслуга этикета, — Дреяр сунул руки в карманы брюк, отчего-то уходить не хотелось. — Это тренировочное свидание было полезным. Полагается ли мне поцеловать свою спутницу на прощание?             Хартфилия сделала глубокий вдох. Она не думала о подобном до этого момента. Только вот Лексус смотрел на неё так пристально своими янтарными глазами, что девушка решила, что если она скажет — да, должен, то он и впрямь её поцелует, а это уже точно нельзя было назвать деловым тоном. Коллеги такими вещами не занимаются.             — Зависит от обстоятельств. Но если её глаза будут сиять, то Вы поймёте, что поцеловать и правда нужно, — девушка неосознанно облизнула собственные губы, ощущая сухость во рту. — Если не уверены, то лучше не целовать и не спрашивать. Вопросы в подобных ситуациях обычно всё портят. Если зададите его, то получите отказ с вероятностью в девяносто девять процентов.             Даже на расстоянии вытянутой руки Хартфилии казалось, что она ощущала тепло его тела в этот апрельский вечер. Можно было сделать всего лишь шаг, чтобы окунуться в тяжёлый запах мужского одеколона, только вот это было бы уже слишком. Люси опустила взгляд, прерывая зрительный контакт, а затем полезла в сумочку, чтобы выудить ключи.             — Доброй ночи, мистер Дреяр.             Лексус не был идиотом, а потому понял, что означал этот жест. Он кивнул девушке, а затем отправился обратно к машине. Сев на заднее сиденье, Дреяр бросил взгляд на дом, увидев, как загорается свет в окнах на первом этаже. Стиснув зубы, мужчина посмотрел на собственную ладонь. Казалось, что рука Люси всё ещё в его захвате. Это было чертовски странно, непривычно. Лексус сжал пальцы в кулак и прижал его к губам.             Когда машина тронулась с места, Дреяр окончательно провалился внутрь себя, размышляя о прошедшем вечере. Всё было…хорошо? Подходило ли это слово вообще? И сияли ли глаза Хартфилии, когда он проводил её до подъезда?       

***

            У них было ещё два тренировочных свидания, только вот прикосновений больше не случалось. Хартфилия вдруг решила сохранять дистанцию, а потому Дреяру приходилось вслух проговаривать действия, которые он предположительно хотел сделать для Каны в том или ином случае. Люси каждый раз его хвалила и иногда корректировала. Это не было плохо, и Лексус понял, что общую суть вполне смог уловить. И всё-таки ощущение чужой руки в ладони никуда не исчезло. Иногда оно фантомно накатывало, заставляя Дреяра на несколько мгновений потерять связь с реальностью.             В итоге Хартфилия со знанием дела заявила, что Лексус вполне готов к тому, чтобы позвонить Альбероне. От этой новости у мужчины неприятно скрутило желудок и вспотели пальцы. Номер, который он набрал на мобильном, казался совершенно равнодушным.             — Я пойду, — Люси, наблюдавшая за начальником всё то время, что тот тыкал цифры в экране, не была уверена, что ей стоит присутствовать в такой интимный момент.             — Нет, останься, — слова сорвались с губ, и Лексус отвернулся. Если честно, то ему было спокойнее, когда секретарша находилась поблизости. Словно некая палочка-выручалочка, которой можно воспользоваться, если всё идёт наперекосяк. Дреяр прижал трубку к уху и замер в ожидании. Хартфилия и сама едва дышала, глядя в широкую спину.             Ей и правда хотелось, чтобы всё прошло гладко. Звонок — это ведь не самое страшное, если так подумать. Всё будет зависеть от того, как пройдёт настоящее свидание, а не подставное. Кана взяла телефон, и Лексус прочистил горло. Их беседа была…обычной. Мужчина предложил женщине поужинать, и та явно дала согласие. Он обернулся и бросил взгляд на Люси. Девушка указала на часы, и Дреяр сразу же уточнил, в какое время Альбероне будет удобно.             — Хорошо, я понял. Да, на этот номер. Я заеду. До встречи, — положив трубку, Лексус шумно выдохнул. — Она согласилась. Завтра в восемь. Я поведу её в тот ресторан, в которым мы были с тобой в первый раз.             — Чудесный выбор, — Хартфилия кивнула.             — Тебе правда там понравилось?             — Да, вкусная еда, приятная атмосфера. И на меня не смотрели косо, несмотря на простенькое платье, — Люси улыбнулась. В тот вечер наряд не особо соответствовал заведению, но об этом девушка подумала только после того, как оказалась дома. — Всё будет в порядке. Не беспокойтесь. Хотите посмотреть сегодня отчёт по продажам?             — Спасибо, Хартфилия, — Лексус не знал, за что именно благодарил свою помощницу. За отчёт или за ту помощь, которую она ему оказала. В любом случае, Дреяру давно нужно было принять тот факт, что Хартфилия вносила определённую лепту не только в деятельность компании, но и в его жизнь, при этом сохраняя полную конфиденциальность и оставаясь непредвзятой.             Она ведь абсолютно спокойно объясняла ему элементарные вещи и показывала, какие жесты следует адресовать Альбероне при встрече. Благодаря Люси он понял, что за девушками нужно именно ухаживать, а не просто швырять их в постель так, словно они созданы лишь ради удовлетворения глубинных желаний. И все эти новые действия оказались не менее приятными. Наверное, Дреяр впервые почувствовал себя достойным мужчиной.             — Забронировать столик?             — Я сам.             Она кивнула и оставила Лексуса в одиночестве, а он ещё какое-то время смотрел в закрытую дверь, пытаясь понять, что чувствует по этому поводу. В пальцах легонько кололо от предвкушения предстоящей встречи с Альбероной, а под рёбрами гулко стучало сердце. Он был полностью готов к тому, чтобы отправиться на первое в своей жизни полноценное свидание. Оказалось ли подобное возможно без поддержки Хартфилии?