Opium

Опиумные войны начались из-за торговли, разрушившей баланс между Китаем и Великобританией. В XIX веке британские купцы ввозили в Китай огромные объемы опиума, чтобы получить серебро в обмен на чай и шелк. Видя, как наркотик подрывает здоровье народа и истощает страну, китайский император приказал уничтожить все запасы опиума. В ответ Великобритания, защищая свои торговые интересы, развернула войну. Так начался кровавый конфликт, который завершился поражением Китая и открытием его портов для иностранцев. Хотя большинство опиума шло на экспорт, небольшие объемы оставались внутри страны. В XIX веке препараты из опиума, такие как «лауданум», стали популярными для снятия боли, лечения бессонницы и даже как успокоительное. Эти лекарства широко применялись и продавались без рецепта, что привело к росту зависимости. *** Великобритания был воплощением своей страны, а точнее объединённых стран. Но это не мешало ему иметь самостоятельную сущность и отражать желания его народа на себе. Воплощения стран являлись отражением своего народа и политики. И посему Великобритания не мог скрыть интереса, когда узнал про "чудо-лекарство", которое могло избавить от всех страданий этого мира. Поняв, что опиум можно использовать в качестве политического оружия, Великобритания начал снабжать Китай этим лекарством, но многие запасы также оставались в стране как средство для снятия такой невыносимой боли. Все те войны, экономические кризисы и проблемы отражались на воплощении страны ужасаемыми ранами и болью. Страдая от невыносимого чувства, Великобритания мог желать лишь одного – избавления от страданий. Но не смертью, нет. Наблюдая за действием опиумного мака, Великобритания видел последствия и понимал, что употребляющие становились зависимыми, а те кто перебарщивал с дозой умирал. Но желание его народа отражалось сильнее, казалось бы здравого разума, и Великобритания решил попробовать. Ему нужно было лишь снять страдания, не более. Достав изысканную шкатулку, он открыл её и рассмотрел содержимое. Слуги достали лучший опиум и лучшее курительное устройство. Великобритания выдавил из себя еле заметную улыбку, но после сразу же вернулся к своему первоначальному выражению лица, соотвествуя туманности и дождливости его региона. Раскрыв маленький мешочек с содержимым опиума, он аккуратно наполнил курильницу этим чудо-средством и подготовился поджигать. Многие люди скончались от слишком большой дозы лекарства... Посему Великобритания будет осторожен с дозой. Достав из кармашка в пиджаке коробок спичек, он треснул раз по коробку и на удивление, спичка покрылась пламенем с первого раза. Великобритания аккуратно поднёс огонь к опиуму и дождавшись превращения складного шарика в пар, закурил. Первый эффект, как и впечатления, были невероятно расслабляющими. Великобритания устроился в роскошном кресле и не брезгнул сделать вторую затяжку. Расслабление достигло эпигея и вот уже мысли летали где-то далеко, проблемы более не волновали, а на лице курильщика застыла лёгкая улыбка. Сделав ещё затяжку, Великобритания задал немой вопрос сам себе, почему же до этого не пробовал столь расслабляющее лекарство? Вскоре он открыл глаза и посмотрел в зеркало, стоящее рядом. Поза была довольно расслабленной, руки медленно покачивались, немного спадая с кресла. Зрачки же сузились до невероятных размеров, что выглядело довольно непривычно. В целом его образ был наполнен аристократической лёгкостью, чем Великобритания не мог не наслаждаться. Переведя взгляд на интерьер комнаты, Великобритания закрыл глаза и вдохнул умиротворяющего яда. Спустя время он всё же решил открыть свой взор на окружающую его обстановку вновь. Взор расплывался, а сделать любое движение предостовлялось нелёгким делом. Тем не менее, Великобритания был в эпогее удовольствия и лишь продолжал хило улыбаться. Вскоре послышался стук в дверь. —Говорите не входя – медленно сказал Великобритания. —Sir! – ответил слуга – Вы приказывали принести вам чаю. Вам всё ещё нужен он? Чай? Ах, точно... Как же он позабыл... —Мне самый обыкновенный чёрный чай с листьями Бергамота и лимоном. Без сахара– расплывчато ответил Великобритания, улетая куда-то далеко. —...А! – очнувшись, добавил он –И ипринести мне его не раньше четырёх часов... Тишина. Слуга ушёл, а Великобритания предпринял попытку подняться, но в тот же момент покачнувшись, опёрся об стол, тихо хихикнув про себя от осознания иронии происходящего. Осознав в полной мере то, что ближайшее время у него займёт полное расслабление от проблем, он открыл окно и подошёл к ближайшей книжной полке. На выбор предоставилось максимально большой выбор и естественно было предположить, что Великобритания прочёл их все. Но любимые всё же были. «О богатстве народов» Адама Смита пришлась Великобритании по вкусу, потому что она отразила дух времени, когда страна становилась крупнейшей промышленной и колониальной державой. В своем труде Смит представил идеи свободного рынка, конкуренции и минимального вмешательства государства, которые полностью соответствовали интересам и устремлениям британской элиты и предпринимателей. Его теория невидимой руки рынка оправдывала стремление к свободной торговле, поддерживала нарастающую роль частного капитала и мотивировала дальнейшее развитие промышленности и международной торговли. Великобритания в конце XVIII века активно развивала торговлю и расширяла свою колониальную империю. Смит, описывая принципы свободной экономики, фактически дал философское и экономическое обоснование этому процессу, подчеркнув, что обогащение каждого отдельного предпринимателя приведет к процветанию всего общества. Это было особенно актуально для Британской империи, где благодаря этому труду экономическая теория слилась с политической практикой, поддерживая идеи свободного рынка, которыми пользовались на протяжении всего XIX века и в колониях, и на родине. Именно эти идеи способствовали созданию новых торговых путей, интенсивному развитию мануфактур и, в конечном итоге, привели Британию к лидерству в промышленной революции. Такова была причина любви Британии к данному произведению. Вскоре опиумный эффект начал улетучиваться, в то время как Великобритания продолжал перечитывать и расслабляться. Вскоре также принесли чай. Пускай запах и оставался, но слуга не задал ни одного вопроса и лишь ушёл, оставив Великобританию в одиночестве. В конечном итоге, это была великолепнейшая пора, посему лучше было бы оставаться в Викторианской эпохе... Не так ли? Шли года и происходило множество событий. Были и ужасаемые трагедии, были и прекрасные победы. После индустриальный революции последовал невероятный прорыв в физике. Войны... они стали ужасаемыми и посему один швейцарец создал Красный Крест. Прелестная организация. И вот, спустя года, Великобритания перестал быть империей. Монархия сохранилась, но констуционная. Парламент пришёл на смену реальной власти, опиум же оказался свирепым ядом. Но не смотря на то, что этот яд убивал изнутри, Великобритания помнил свою любовь к нему и посему взяв перо в руку и макнув его в чернила, начал писать: Туманно стелется дурман, Маня в заоблачный обман. Опиум — нежный, млечный яд, Собой чарует и влечет назад. Вздохнешь — и растворится боль, Забудет сердце свою роль. Где сон и грезы, свет погас, И жизнь уходит, словно в сказ. Он обещает легкий путь, Зовет забыться, утонуть, В тиши цветочных мягких снов, В миражах грез и древних слов. Но, словно зыбкий свет луны, Он дарит лишь тени весны. В его чарующей петле — Лишь призрак жизни на земле. И время шло, и сны менялись, но любовь к яду оставалась лишь в своих воспоминаниях. Не так ли было ведь всегда? Love yourself, not the poison that will destroy you.