1

Парень еле успел добраться до метро, не сильно промокнув под неожиданно нахлынувшим дождем. Тут же купил жетон на проезд и прошел на платформу. Снаружи все больше чернеющие тучи так наседали над землей, что казалось: протяни руку — она утонет в этой черноте. От холодного и сильного ветра у Чонина не то что руки онемели, он весь продрог и готов был пожертвовать всем, лишь бы оказаться близ хорошо протопленного камина с огромной чашкой крепкого чая. Но во-первых, в квартире у него камина и подавно нет, а во-вторых, до дома он доберется не меньше чем через полчаса. И это если повезет — если погода не испортится пуще прежнего и Яну не придется искать укрытие. На станции как всегда было темно и совершенно пусто. Эхо гуляло жуткое такое, от малейшего звука. Почему-то именно в середине дня и именно на этой станции людей меньше по сравнению с той, на которую приезжает поезд: уж там полно народу, в какое бы время суток ты не попал туда. Пары Чонина были только с утра, так что дома он был уже в послеобеденное время. В ожидании метро парень, как завелось, переписывался с другом из университета — Бан Чаном, — который учился во второй половине дня. За беседой ни о чем они оба скоротали время, и поезд Яна по расписанию уже должен был прибыть. Но станция как пустовала, так и осталась пустовать. Безлюдная платформа смотрелась особенно жутко в этот момент, хотя Чонин пытался сосредоточить мысли не о ней, а о доме с отоплением, куда так яро хотел быстрее попасть. Учеба вымотала, холод до костей пробирал, поэтому придавать огромное значение всего-то задержке поезда не хотелось: было бы лишь в тягость думать об этом. Подождав еще десять минут, Ян решил не терять времени и вызвать такси, пусть тогда денег на поход за продуктами не останется, но зато он в срок подготовит презентации и не завалит учебу. Только брюнет начал набирать номер услуги, как из динамиков на высоких колоннах прозвучало механическим тоном: «Возникли технические неполадки. Пожалуйста, ожидайте второй поезд» Хоть так, подумал Чонин. Другой так другой, чего уж тут сверхъестественного? Из глубины тоннеля послышался громыхающий шум, а на табличке высветилась надпись «Отойдите от края платформы!». Наконец поезд прибыл, остановился, вызвав оглушительный визг тормозов. Но вид его доверия у парня не вызвал: потрескавшееся и кое-где взбугрившееся покрытие краски, ржавые проемы дверей и окон, непонятные темные потекшие пятна везде, куда ни взгляни. Поезд «выпустил пар», и двери перед Яном с трудом раздвинулись. Из динамиков по какой-то причине не донеслось привычное «Поезд прибыл, будьте аккуратны при входе и выходе». Подумав, что других вариантов, кроме данной ему развалюхи, нет и не будет, брюнет покорно зашел на борт. Как только он сел, начал сомневаться. В вагоне не было абсолютно никого, освещение тусклое, свет моргал, будто скоро погаснет. Двери ещё не закрылись, и Чонин подумал: а не вернуться ли обратно? Но поезд уже тронулся. Сначала раздался жутко громкий скрип и затем транспорт начал набирать скорость, сопровождаясь отвратительными звуками. Парень надел наушники, чтобы окунуться в приятную музыку, а не в то, что сейчас режет уши. Сеть ловило намного хуже, чем на платформе, поэтому сообщения до Чана не доходили. Это было странно, ведь мало где встретишь метро, в котором интернета нет. Может быть, на этом Чонин бы и заострил внимание, но ему слишком сильно хотелось побыстрее доехать хоть на чем-нибудь и оказаться дома. Поезд вдруг начал стремительно набирать скорость, что заставило Яна вжаться в сидение, чтобы не упасть. Транспорт весь наполнился кучей звуков. Сбои электричества теперь ясно проявлялись, и лампы над головой готовы были вот-вот погаснуть. Хоть бы живым доехать. Ненароком Чонину вспомнились Серферы метро. Обычная легенда, которую скорее всего из воздуха взяли школьники, чтобы попугать младшеклассников. Возможно. Легенда гласила, что поезд может появиться по разным причинам и разными способами. Забирает только тех, кто на платформе один, а это бывает редко. И того человека, если он без раздумий сел в поезд, больше никто увидеть не сможет. В живых — точно нет. Детские сказки. Видно же, что легенда составлена какими-то дурачками. Никаких подробностей, как убивает этот поезд, как он выглядит и кто вообще эти Серферы метро, нет. Точно школьники сочиняли: наверное, играли в ту пору в «Subway Surfers», вот и вдохновились. Поезд начало потряхивать. Поначалу еле ощутимо, но затем все сильнее и сильнее. На секунду Яну показалось, что поезд возьмет и сойдет с рельс, всего-то нужно подождать… Он уже не на шутку перепугался. Холодный пот обволок все тело, а страх — весь разум. Парня начала бить мелкая дрожь, но держался он по-прежнему хорошо, не паниковал и просто покрепче ухватился за перила. Разом тряска успокоилась. Словно затишье перед бурей. Прежде зажмуренные глаза Чонин открыл и увидел: сквозь щели дверей, снизу просачивалось что-то черное. Медленно, распределяясь по полу в первую очередь, это что-то надвигалось на брюнета и заполняло весь вагон. Становилось темно. — Кажется, у поезда неполадки. На незнакомый голос Ян вздрогнул и рефлекторно пригнул голову. Обернулся. Высокий длинноволосый брюнет в черном кожаном пальто шел прямиком к нему. — Вы кто? — сходу спросил студент. В происходящее не верилось. Вокруг было темным-темно, лампы наверху лишь кое-как не давали погрузить все в полный мрак. Незнакомец присел рядом с Яном, закинул ногу на ногу, как-то по-элегантному, что ли, и приобнял его одной рукой за плечо. — Да из соседнего вагона, — махнул он свободной рукой. — Что-то случилось, наверное. Я так спешу… Чонина пробирали мурашки, стало заметно холоднее, чем до прихода незнакомца. Парень осмелился взглянуть на него: стройная осанка, волосы до плеч, хитрый взгляд, нос прямой и пухловатые губы. Странное создавал впечатление, но вроде бы по возрасту от брюнета уходил недалеко. — Хван Хенджин, кстати, — произнёс незнакомец и протянул руку. — Ян Чонин, — ответил студент на рукопожатие. Продолжать эту беседу Яну не хотелось, поэтому на пару мгновений повисла томящая и нагнетающая тишина. Прервал ее новоиспеченный знакомый: — Ха-ха, знаете что вспомнил? Легенду о Серферах метро. — Да-а, была такая… — нехотя подхватил брюнет, ежась от мороза. — Как там она гласила?.. А! Никому не известный поезд забирает «одиноких путников», да? Потом якобы ломается, а дальше… Не припомню. Дальше, дальше… Чонину с каждой секундой становилось всё неуютнее рядом с этим человеком, но скрыться-то ему негде было. Многое можно понять, но то, что этот парень такой разговорчивый с незнакомым человеком, было вне всякого понимания для Яна. Он сам не то чтобы тихоня тихоней, но подобное внимание со стороны чужих людей ему не нравилось. — А-а, говорят, потом как будто трубу прорывает — вода через весь тоннель к поезду, а рельсы же электрические, так человека током и поражает… Наутро почва под рельсами видно, что мокрая, да и трупы без повреждений находят. Ого, студент таких подробностей ни от кого не слышал. — Почва из-за влажности снаружи такая. — Сам себя успокаивал Чонин. — Ну, кто знает. — Молчание заполнило пространство, но ненадолго. — А как вы думаете, куда тогда деваются люди? — Разные причины бывают, я этого не знаю, — ответил Ян. — А почему вы здесь? — задал вопрос Хван, который Чонин находил очень странным и бессмысленным. Грубить он и не думал, поэтому неохотно, но ответил: — Домой еду. — С этой станции? Один в свою сторону? — Казалось, незнакомец проявлял нездоровый интерес, судя по тому, каким неверящим, удивлённым и любопытным взглядом посмотрел на студента. — Угу, с этой еду один. Почти всегда. — И мыслей о самоубийстве на такой тихой и пустой станции у вас не возникало? Чонина этот бестактный, пречудной и в то же время переходящий границы вопрос разозлил. Да так, что, подорвавшись с сиденья, он воскликнул: — Извините, но это не вашего ума дело! Только Ян хотел пересесть подальше от парня, как поезд сотрясает мощная волна и сбивает с ног брюнета. Волна прорывает хлипкие стены поезда с ужасающей внезапностью и оглушительным ревом. — Рано! — послышался голос Хвана, который вскочил с места с беспокойством на лице. Это Чонин при падении смог-таки заметить. Хлещет отовсюду, спастись невозможно. — Хендж!.. — студент не договорил, хотел уцепиться за парня, будто он его сможет спасти. Челюсть как стрелой пронзило — настолько больно было даже открыть рот. Чонин начал захлёбываться, перед глазами стояла красная картина, ничего больше. Тут уже подавлять панику не получалось. Барахтаясь в затопленном вагоне, парень неистово размахивал руками, хотел сделать что-то, чтобы высвободиться из поезда, но что и как — не понимал, хотя мозг лихорадочно пытался придумывать способы. Казалось, для Чонина в том числе, что все это происходило долго, но на деле — всего мгновение. После Ян выгнулся от боли по всему телу, точно разряд прошёл через него, и сознание повисло в темноте. *** Из-за мокрых, слипшихся на лбу волос не удавалось ничего разглядеть. Одежда тоже прилипла к телу — омерзительно, противно. Когда до сознания только дошла мысль о том, что парень жив, — а дошла она молниеносно, — то парень всполошился и начал хватать ртом воздух. Ощущал себя как рыба без воды. Только спустя пару секунд он понял, где находится. Станция около дома. Вокруг Чонина мельтешат люди. Они взволнованы, испуганно на него глядят. Пару человек в спешке набирают номера по телефону, говорят с кем-то и параллельно смотрят на студента. Ему предлагают воды — нет, спасибо, уже напился. Помогают добраться до скамейки, не перестают спрашивать что-то, но Ян ничего разобрать не может и ответить тоже: челюсть сломана. Брюнет посмотрел поверх толпы, ведь что-то подсказало ему это сделать. Вот он, Хван Хенджин. Серьезный взгляд, но усмешка, застывшая на губах. Тот же кожаный плащ, ровная осанка. Чонин моргнул — глаза щипало, — Хенджина уже не было. *** — Ты меня спас? Хван кивнул, улыбнулся, довольный тем, что сделал это. — Почему? — Ты не самоубийца. Скучно с тобой было. Зачем ты мне, раз не пришёл убить себя? — был ответ. Видя, что Ян ничего совсем не понимает, длинноволосый начал объяснять: — Сюда покончить с жизнью приходят, а ты домой просто едешь. Какой с тебя толк? Живи уж. А этих бедолаг мало что переубедит, мы им поэтому и помогаем. — Кто ты такой? — Один из Серферов метро, Ян Чонин. В памяти остались строгие черты лица, пухлые губы, всегда растянутые в снисходительной полуулыбке-полуусмешке, и хитрые глаза. *** Чонин проснулся. Через силу заставил себя встать со скамьи: его поезд уже прибыл. Машинист, уже запомнив, что с этой станции по обычаю едет лишь один человек, вышел через вагон на платформу и застал студента сонно потирающим глаза. — Прости, вчера поломки случились, но починили быстро. Домой добрался нормально? — спросил пожилой малорослый мужчина. — Д-да, — запнулся Ян, совсем сбитый с толку. — Ну, заходи, поедем. Что это было? Наваждение, сон? Хенджин явился еще раз, для объяснения, почему оставил в живых. Оказывается, Серферы метро — никакая не легенда и уж тем более не новеллизация игры, не выдумки школьников. В этом можно убедиться самому. Они забирают самоубийц — тех, кому помочь уже нельзя. Я таким не являлся, и меня… отпустили? Так просто?