Неизменность

0 часов до суда Дверь криокапсулы захлопывается, закрывая внутри себя нечто называемое раньше "человеком", но сейчас именуемым более как "туша" полная боли. Один единственный уцелевший глаз голубого цвета нервно бегал из стороны в сторону, прежде чем остановится и посмотреть на виновника всего произошедшего торжества на этом корабле. Джимми. Лучший друг капитана. Того кто даже и подумать плохого о нём не мог, сейчас смотрел на изувеченного катастрофой мужчину. Мëртвые глаза переполненные тоской смотрели на один единственный, бьющийся в агонии. Как же так случилось? Где он мог пропустить тот момент когда всё пошло наперекосяк? Человек за криокапсулой протянул свою руку к панели и начал запускать процесс заморозки. В его голове это была хорошей идеей, спасти того, кто предпочтёт забвение–мучением от постоянной боли. — Всё хорошо, Кëрли. С потресканных губ слетели слова в которые не верил сам человек произнесший. Точно говорил их ради того, чтобы успокоить друга сидящего внутри. — Всë будет хорошо. — Продолжал Джимми, словно пытался убедить в этом ещё и самого себя. — Ты всегда был готов прийти мне на помощь, а я отплатил тебе болью. Хоть и хотел всех спасти. Его побитая и испачканная в крови рука сжала рукоять пистолета. Сознательно готовясь к своему последнему, как он считал "правильному" поступку. — Но теперь ты точно будешь жить. — Мимолётно опустив глаза к пистолету, он попытался перевести дух от давления ощущаемого под взглядом одного единственного глаза. — Всё, как ты и говорил. Вместе нам всë под силу. Второй пилот и по совместительству временный капитан отпрял от стекла капсулы и принял стойку смирно, приложив руку к своей пустой голове. Такой глупый в данной ситуации жест, словно бы после окончания обучения управлением кораблём. — Капитан. Я горжусь, что имел честь летать с вами. И быть другом. — Слова про друга звучали печальнее прочих других. "Другом" отдавалось эхом в голове у Кëрли. — Больше тебя никто не тронет. Отсалютовав своему товарищу он опускает взгляд ниже. У него почти не оставалось сил продолжать смотреть прямо в глаза единственному человеку, которого тот мог назвать своим "другом". — Мы всё исправили. — Полушëпотом произносит Джимми, поднимая взгляд обратно. — Я… всë исправил… Было смешно. Конечно, "исправил". Нажав последнюю комбинацию кнопок и включив заморозку, мужчина уходит в сторону. Ему хотелось вышибить себе мозги, но только не на глазах у единственного живого члена экипажа. Зайдя за слепую зону капсулы, мужчина принялся рассматривать пистолет в своих руках. Оружие из которого тот пристрелил Свонси. Инструмент оставленный капитану на случай экстренного положения на корабле. Сейчас это не более чем способ полного ухода от всей сложившейся ситуации в которой оказался мужчина. Две пули. Осталось всего две пули. Какая же злая ирония. Две пули как и два члена экипажа Тулпара. Разве, что только один из них останется в живых и получит помощь. От такой злобной шутки жизни, на заросшем растительностью лице появилась ухмылка. Абсолютно весь экипаж мёртв. Капитан замораживается в этом морозильнкие, а главный виновник стоит и смеётся, полностью осознавая какая каша была им заварена. Но расхлëбывать ту смысла уже не имело. Смешно. Какая же смешная шутка. Избегание отвественности за содеянные поступки и игра в хорошего капитана. Как же уморительны были слова "Я всё исправил". Ничего он не исправил. Ничегошеньки. Лишь только усугублял без того бедственное положение экипажа. Мысли об этом разъедали его голову. На нём вся отвественность. Он виновен! Виновен во всём том, что произошло на этом корабле! Перестав тихо смеяться себе под нос от собственной ничтожности. Джимми взводвит курок. Громкий звон заполняет без того тихое помещение и эхом отдаётся по всему остальному кораблю. Делая вдох и выдох он медленно подносит дуло к своему виску. Умирать было страшно. Но желание сбежать от совершëнных поступков и сделанных ошибок было куда сильнее. Палец дрожал на спусковом крючке не в силах нажать на него. Всё тело дрожало, а мозг пытался как-то остановить попытку своей смерти. Но нахлынувшее чувство вины и давящий груз отвественности заглушили весь страх. Вдохнув своими ноздрями поглубже и закрыв глаза. Рука крепко сжимает пистолет. Без лишних колебаний. На выдохе. Выстрел. Оглушительный в и без того тихом корабле звук заполонил собой всё пространство. Не было слышно глухого стука от упавшего тела или звона отлетевшего в угол комнаты пистолета. Мозги вместе с кровью были размазаны по боковой части криокапсулы и стекали вниз к полу, где лежало бездыханное тело человека, решившего таким нетривиальным образом полностью снять с себя всякую ответственность. В абсолютном одиночестве и тишине остался исключительно капитан, что стремительно замораживался внутри этой капсулы. Самоубийство Джимми распахивает свои глаза. Они в ужасе озираются по сторонам. Где он? Что это за место? Неужели ад действительно существует? Окружение вокруг было привычной и осточертевшей ему кабиной пилота, но за открытой дверью открывался совершенно иной мир. Абсолютная чернота и окровавленный пол со стенами. Коридор ведущий в зловещую неизвестность и летавший повсюду необъяснимые белые частицы. Уши заполнил жуткий шум. Мужчина очень громко и отчётливо, словно оно исходило из самой его головы, слышал скрежет. Свои собственные стоны боли и всхлипы, а также перекрикивающий поверх них искажённый голос орущий о ненависти ко всему на свете. Пытаясь не обращать внимания на весь этот шум внутри своей черепной коробке, он ступает вперёд по проклятому коридору. Звуки в голове становились всё более и более отвратительным, а этот мир казался страшнее и зловещее. Коридор на его пути стал скручиваться. Он на ходу менял свою форму и направление, вызывая больше и больше чувства паники. Изначально прямая дорога искривилась в лево, а весь коридор будто бы лёг на бок. Стены стали полом. "Что за ужас тут творится?!" кричал Джимми. Но голоса в голове и скрежет были настолько громкие, что просто перекрыли собой его. Ужас утонул в пучине страха. Первая развилка ведущая тремя путями. Налево, прямо и направо. Издевательство. Думать во всей ситуации было просто невозможно, а эта чëртова дорога ещё и предлагает выбор! Вначале была выбрана идея пойти прямо, но коридор посчитал иначе. Пол и стены со звуком гнущегося металла стал подниматься, вздымая дорогу вверх и делая абсолютно невозможным продвижение по нему дальше. Выбегая с тропы, Джимми сворачивает направо, но и там дорога решает посмеяться над ним и опускается со скрежетом вниз. В самую бездну куда прыгать, мужчина, желание особого вообще не имел. Ему никто не дал выбора, и потому ему оставалось просто пойти в левый коридор. Зайдя в него и пройдя за угол, пространство в нём тоже принялось меняться, но дорога оставалась не изменной. Ровно как и первый коридор, всё просто легло на бок. Пробегая по окровавленному пути стараясь как можно быстрее найти отсюда выход, второй пилот почти настигает объятий чëрной пустоты и только размахивание руками помогает ему не улететь в дыру ведущую вниз. Куда теперь? Впереди пролетает очередной раскарëжнный и перекрученный коридор, который останавливается перед ним на расстоянии прыжка. Отойдя на пару шагов и надеясь, что у него получится допрыгнуть, мужчина срывается с места. Что там обычно кричали парашютисты когда прыгали? Джеронимо? Арапахо? К его счастью прыжок оказывается удачным, хотя приземление и было неприятным. Нога чуть подвернулась, но уж лучше так чем бесконечный полёт в неизвестность не так ли? Шипя через зубы и держась за больную ногу. Джимми продолжил свой путь. Встав у стены и ведя по ней рукой. Ощущение было словно старая, ржавая металлическая дверь больших гаражных ворот была использована для того, чтобы сделать из неё эту самую стену. От неё так и пахло ржавчиной. Или может это всё засохшая кровь? К счастью за поворотом виднелась заветная дверь. Неужели он смог добраться до выхода из этого ада? С уже более приподнятым настроением он ускоряет хромой шаг, предвкушая как откроет эту дверь и покинет сей ад. Коридор так не считает. Дверь начинает отдаляться от мужчины каждый раз, как он подходил к ней достаточно близко. Это раздражало и также пугало, как непрекращающиеся звуки внутри его головы. Терпение исчезало, а вместе с ней и всякие силы продолжать дорогу. Джимми был готов уже самолично броситься в бездну, или даже хуже, перегрызть зубами собственные вены. К его, возможно, счастью. Экзекуция над ним закончилась и дверь перестала от него отдаляться. Уставший но довольный тем, что это всё закончилось, его рука хватается за ручку и распахивает дверь. … Белый свет ударяет в глаза, но это было гораздо лучше чем тот непрекращающийся шум и бесконечная тема. Голоса в голове стали утихать и на смену им пришёл звон в ушах. Он, кажется, глушил собою какой-то голос на фоне. Идя вперёд через свет и не останавливаясь ни на секунду мужчина улыбался. Наконец он покинул тот ад! Неужели его в действительности ждёт забвение в котором не нужно нести никакой ответственности на себе? В какой-то момент он запинается своими ногами о невидимую преграду на его пути и летит вниз, чувствуя как ударяется об железный пол. Звон стал проходить и голос становился отчётливее. Яркий свет тускнел. — Джимми! — Кричал до боли внутри знакомый голос. Казалось, словно мужчина не слышал его целую вечность. — Джимми! Ты в порядке? Открывая свои сжатые глаза, мыльная картинка перед ними стала понемногу приобретать более чёткие очертания. А голос зовущий его по имени становился слышен всё более отчётливо, словно выплывая из толщи воды. Да. Ощущения его не подвели. Он действительно лежал на железном полу и признаться падение было достаточно болезненым. Приподнимаясь на своих руках, Джимми также взглянул на человека зовущего его по имени. Взглянул и раскрыл свои глаза ещё шире, чем они были когда тот увидел окровавленный коридор. Перед ним опустившись на одно колено сидел Кëрли. Бинтов нет, все глаза на месте. Волосы тоже. Абсолютно целый в фирменной униформе и, конечно, обеспокоенный за состоянием своего друга. — Джимми меня слышно? — Он пощелкал пальцами перед его лицом, желая убедиться, что тот вернулся в сознание. — Ты не ушибся? Не веря тому, что прямо сейчас с ним происходило. Мужчина медленно поднимался на ноги, оглядываясь. Здесь был не только его друг, но и все остальные члены экипажа. Дайске. Свонси. Аня. Все живые и здоровые, смотревшие на своего второго пилота кто как. — Ну ты и полетел конечно. — Сказал Дайске. Звучала как какая-то шутка, хотя по голосу он переживал не меньше прочих в этой комнате. — Хоть нос не разбил. Я помню, как сам упал неаккуратно. Из носа кровь хлестала. Джимми с неверием смотрел на молодого парня в гавайской рубашке. В его голове отчётливо проносилось как тот весь изрезанный, истекающий кровью лежал на спальном мешке. Как он заливал его раны ополаскивателем для рта, чтобы те не кровили. Чëрт возьми мужчина видел как тому вонзили топор в голову! Джимми поднял свой указательный палец на юношу, прежде чем перевёл его на Свонси. — Что такое, Джимбо? А Джимбо не может нужные слова подобрать. Ком в горле и только. Ведь с какими подробностями тот помнил как стрелял по нему из пистолета, чтобы остановить. Помнил как выпустил последнюю ему прямо в голову. А сейчас он стоит здесь живой, как и все остальные. Аня ничего не говорила и лишь держала руку у своего рта. Ну, не удивительно почему она решила промолчать. Больше пугала та застывшая картина её мёртвого лица. Глаза закатаны вверх, из носа кровь. Ужасная картина смерти от передозировки таблетками. И последней конечно же Кëрли, который с обеспокоенным лицом стоял и смотрел на своего друга. Джимми отчётливо помнил его единственный живой глаз, что всегда сверлил его. Но теперь на него смотрело целых два. Что здесь вообще происходит? Комната тоже была ценой. Никакой пены или оранжевого цвета говорящего о критичности ситуации. Простой общий зал, с целым экраном показывающий чистое голубое небо. Все живы. Никакого крушения. — Джимми. У тебя, что-то случилось? — Кёрли положил руку на плечо своему непонимающему другу. — Мы с тобой в кабине сидели, как ты вдруг начал смотреть в пустоту и молча пошёл оттуда. Подобрать слова не получалось. Это вот, что получается. Абсолютно все те события которые он видел, были его собственные галюцинации? Если это так, то по возвращению на землю его с распростёртыми объятиями будет ждать психлечебница и тонны таблеток. — Ты язык проглотил? — Свонси начинала раздражать вся эта ситуация с молчанием и поведением Джимми. — Выглядишь паршиво. Будто призрака увидел. — Толпу призраков! — Дополнил Дайске. — Во-во. — Джимми. — Наконец-то заговорила Аня. — Может тебе дать успокоительное? Я видел пачку в медпункте. Ничего из этого мужчина не хотел. Но и отвечать сил в нём не было. Оглядев всех остальных беглым взглядом, он молча поплелся к кухне. Второй пилот вообще не обращал внимания на слова которые ему вслед говорили остальные, если они ему вообще там, что-то говорили. Ситуация была настолько нереальной и сюрреалистичной, что не было абсолютно никаких эмоций которые смогут описать состояние мужчины. Подняв пакетик с водой он зубами вгрызается в его уголок и отрывает сплёвывая в сторону. Немного воды капает на его униформу. Жидкость хранимая внутри быстро полилась прямиком в рот. Было приятно и странно. Приятно выпить нормальной воды, а не ополаскиватель. Странно от того, что ощущения этой воды были реалистичны. Настолько, что списать на предсмертный бред было сложно. Да и какой к чёрту предсмертный бред? Он вышиб себе мозги! С какого ражна у него вообще были такие реалистичные галлюцинации? Жадно опустошив пакетик с водой и отбросив его в сторону, он упирается руками в столик, начиная дышать носом и выдыхать ртом. — Кëрли. — От того как мужчина неожиданно заговорил, все стоявшие рядом с ним немного дëрнулись. — Сколько нам ещё лететь? — Эээ… — Весьма внезапный вопрос, обрушившийся на голову капитана подобно снегу в июне. — Плюс-минус восемь месяцев. — Угу. — Мужчина стал нервно крутить стоявшую на столе кружку, пытаясь таким способом сосредоточиться на словах друга. — Какой сейчас день? — Мужик. Тут скорее нам следует задавать тебе вопросы, чем наоборот. — Сказал Свонси. Кажется он был не совсем доволен сложившийся ситуацией и поведением их второго пилота. — Например:всё ли в порядке с твоей головушкой. — Оставить пререкания! — Приказал Кëрли. — Сегодня десятое ноября. "Угу… Десять дней…" прошептал себе под нос Джимми, надеясь, что никто его не услышал. — Десять дней? — Неожиданное появление лица Дайске справа напугало мужчину, заставив немного подпрыгнуть на месте. — Десять дней до чего? — Ни до чего. Отвянь. — Злобно произнёс Джимми, убирая своей рукой лицо парня в сторону. — Внеплановая перепроверка информации и всё. — У тебя точно всё в порядке? Может– — Его прервал Джимми. — Всё со мной прекрасно! Просто чудесно! — Огрызнулся тот. — Может настроение паршивое. С утра проснулся, побриться хотел. А бритвы не нашёл. Кëрли непонимающе поднял свою бровь. — Так. — Протяжно говорит он. — У тебя же нет бритвы. Тут Джимми понял, что сказал лишнего не подумав. Действительно он вообще не брал с собой ни бритву, ни тем более какой-либо предмет ещё. Кроме мыла и полотенца. Бритву ему давал его друг. — Ну… — Слова оправданий вертелись на языке и смешивались превращаясь в причудливые неологизмы. — От того и паршиво! Всё же надо было взять! В поисках того, на что можно перевести тему, его глаза стали сверлить Полли. — Ещё лошадь вот эта– — Это конь. — Да какая в жопу разница? — Он ударил рукой по столу. — Конь, лошадь. Меня раздражает эта противная улыбающаяся морда! Все взглянули на стоящего у них в комнате Полли. Коричневый конь в жёлтой футболке приветливо улыбался. — А по-моему милый жеребец. — Говорит Кëрли. — Ага. Совсем не противный. — Добавляет Дайске. — Уж точно не противнее тебя прямо сейчас. — Делает свою ремарку на ситуацию Свонси. — Тебе точно не нужно успокоительное? — Не по теме спрашивает Аня. Громко вздохнув от всех этих абсолютно не имеющих смысла комментариев, Джимми решает быстро покинуть этот зал, оставляя весь экипаж на едине с мыслями. — Странный какой-то. Он всегда такой? — Нарушает повисшее молчание юноша в гавайке. — Я первый раз его таким вижу! Всё остальное обсуждение уже абсолютно не волновало ушедшего вон Джимма. Он направлялся прямой дорогой в кабину пилота, чтобы в тишине отсидеться и осмыслить всё произошедшее. *** Итак у нас имеется:Невероятные воспоминания крушения и смерти абсолютно всех, в том числе и своей. Видение какого-то проклятого места с искривляющимися коридорами. А теперь возвращение в нормальные условия, когда до сообщения о приближающемся спутнике десять дней! Вопрос дня–галлюцинации это то, что он видит сейчас или же абсолютно всё то, что было до этого? Голова болела от одних только размышлений об этом. Хотя внешне каких-то сильных действий не было. Джимми просто сидел в своём кресле и пялился в потолок. Думать тяжело. Отвлечься не на, что. Хоть сиди и съедай себя мыслями о том какой ты ужасный человек и безответственная личность. Ну в общем-то всё то, чем каждый день занимается мужчина. Конечно же, всячески пытаясь убежать от этого. Тяжело думать здраво и адекватно, когда галлюцинации являются частыми его гостями. А чего уж говорить о тараканах в голове имя которым "зависть" и "безалаберность". Краем глаза Джимми заметил какую-то тень, что двинулась к выходу из кабины. Посмотрев туда никого он конечно не обнаружил. Мужчина прекрасно знал, что боковым зрением можно увидеть всё, что угодно. Но то совсем не выглядело как бесформенная тень. Он чëтко разглядел человеческие очертания и фирменную униформу. Следуя порывам своего воспалëнного любопытства, Джимми поднимается с кресла направляясь к выходу. За дверью не было ровным счётом никого. Пусто. Только лишь большие стальные двери с надписью "кокпит" и ничего. Но кривая дорожка желания узнать, что это было повела и за них. Ворота открылись и мимолётно глаза зацепились за фигуру, что уходила за угол. Кто это там разгул устроить решил? Вряд ли то были Свонси с Кëрли. У первого забот невпроворот, а второй если бы зашёл к нему, без расспросов точно не оставил. Аня? Тоже бред, она сторонится его всеми способами. Направляясь вслед за таинственной тенью, что появилась из неоткуда, на грудь Джимми давило странное ощущение. Словно нечто шарообразное проталкивалось через его грудную клетку. За поворотом силуэт опять скрывается, на этот раз зайдя в комнату с криокамерами. "Нет. Здесь определённо, что-то не чисто!" сжав руки в кулак он уже быстрым шагом направляется вслед за таинственным человеком. Его начинала раздражать эта игра в кошки-мышки. Мужчина был готов прибить этого шутника как только он его увидит. Открыв дверь его глазам предстаёт совсем иное помещение. Оно было пустым. Никаких криокамер или чего-то прочего. Одинокий свисающий с потолка фонарь. Два стула стоящие друг напротив друга и стол между ними. — Что за– Закончить фразу ему не дал жуткий и скрипучий голос. Звучащий как искажённая запись. — При͡с͡ядь̓ Было невозможно описать то какой ужас испытал Джимми после того как осознал–слова он слышал внутри своей головы. Идея покинуть комнату как можно скорее не увенчалась успехом. Вместо двери была исключительная и осязаемая тьма. Какого дьявола здесь происходит? Голос в голове продолжал призывать его к тому, чтобы сесть и с каждым разом оно становилось громче и настойчивее. Ещё хуже было от знакомого скрежета, что повис внутри этой комнаты. Сдавшись мужчина всё же садится за этот стол и скрежет прекращается. Напротив него начинают появляться более менее адекватные очертания чьего-то тела, но их было тяжело разглядеть. Силуэт был до боли знакомый, но свет от лампы освещал только сам стол перед ними и лишь половину от тела этого человека. Быть может лица и не видно, но зато отчётливо видно другие не самые приятные детали. Руки этого человека были по самый локоть в крови. Правой он отодвигает стул назад, чтобы сесть. Левую держит спокойно прежде чем поднять и удивить мужчину. В ней был пистолет из тревожного чемоданчика. Полностью заряженный, но курок не взведённый. Таинственный силуэт кладёт его посередине стола. Также странным в нём казались другие детали, не только кровавые руки. С шеи по некоторую часть груди было видно запëкшуюся кровь и какие-то другие пятна. Униформа выглядела изрядно поношенной, словно её не меняли целую вечность. — Д͟жи̉мм́и,́ ͠Д͌ж̏имм͠и͜. — Этот голос казался слишком знакомым мужчине, но где он его мог вообще слышать? Было ощущение, что ещё совсем недавно. — В̚е͜сь͜ ͝так͜о͑й̓ ͑в͝ажн̒ый͛.ͅ ͠Р̓е͜ш͝ил͠ в̈ ͒одй͟н̔оͅчку ͗п̓р͝ов̄е͒р̀и͝ть,͡ ͝к̹т͘о п̏ронӥќ ̽н̃а̊ ̕бо͌рт. — Кто или… — Он делает паузу пытаясь всмотреться в очертания лица. — Что ты такое? Силуэт издаёт зловещий гортанный звук. Звук между злобным смешком рычанием жуткого зверя. — Т̔ы и̑ ̿б̇е́з мен͑я зн̾аешь̒ — Оно протягивает руку обратно к пистолету. — Так ͐в͜ёд̿ь, Д̚жимбͅӧ?̒ Неизвестная сущность вынимает из барабана оружия пять пуль, оставляя внутри только одну. Затем кладёт предмет решения чрезвычайных ситуаций на место. За всеми его действиями внимательно следил Джимми, который пытался понять, кто это вообще сидит перед ним и кидает такие смелые заявления. — Я тебя и знать не знаю, урод. — Грубо отвечает мужчина насупившись. — И узнавать о тебе не собираюсь. Нечто сидящее перед ним вздыхает. Кажется ответ второго пилота его не устроил. Вероятнее всего тот надеялся на совершенно другую реакцию. — Как ͆жа̚ль. — Оно протягивает руку и прокручивает лежащий посередине пистолет. — М͜не͟,͟ знаеш͟ь-̎л͜и, ͡о͝бид͡нӧ.̿ Глаза Джимми внимательно следили за крутящимся перед ним пистолетом. Он крутился также быстро как и мысли у него в голове. Почему это необъяснимое нëх общается с ним как с другом? Откуда ему вообще знать, кто или что это? Дуло пистолета останавливается на таинственном силуэте. Тот берёт в свои кровавые руки пистолет и крутанув барабан с абсолютной уверенностью подставляет его к виску. Пара мгновений и слышится щелчок. Пусто. Оно протягивает пистолет к мужчине вперёд рукоятью. — Ѝгр̋ӑ͟й͠.̂ Не в силах задать какой-либо вопрос или даже банально отказаться от этой игры в русскую рулетку, он берёт в руки ствол. Руки слегка дрожали, хотя чего ему бояться. Ещё совсем недавно он вышибал себе мозги, как будто во второй раз страшнее. Поднеся к виску пистолет, уверенности в действиях было куда меньше. Желание умереть сейчас было поменьше чем тогда. Вдох-выдох. Вдох и выдох. Палец на крючке жмёт на него. Пусто. Мужчина резко кладёт пистолет обратно на середину стола дулом в сторону сущности. Пытаясь смотреть в сторону, как казалось пилоту, глаз. — Н̿еп̑л͠о́х͝о̄ Д͘жͅим͟м̽и͐. ͂Оӵ͝е͝нь н̋е̉плохо͒ — Хвалит его нечто. — П͊оч͋ему б̒о͘иш͟ьс̊я? Тогд́а̉ ͝т̆ы͘ нё̰ боял̆с̏я͜.͛ Этот разговор начинал по настоящему раздражать и выводить из себя. Что это за вопросы такие? Устраивает допрос во время русской рулетке? Откуда оно вообще вылезло и почему строит из себя такую разговорчивую личность? Бесит! — Заткнись! — Джимми бьёт своим кулаком по столу. — Я не имею и малейшего понятия о чём ты! Существо пропустила эти слова мимо своих ушей и лишь взяла пистолет обратно в руки. Только вместо того, чтобы также приложить его к виску, оно добавляет в барабан ещё один патрон. Ставки увеличиваются. — Что͝ же̔ т͜ы ͘зл͝о͝й ͝таќ̎ой? — Вопрошает сущность прокручивая пистолет. — С̎е̑к̐с͝а д͝авн̃о͠ ͒не̿ ̕был͊о̕? На сей раз фортуна решает обернуться спиной второму пилоту. Дуло смотрело на него, а это значит первым стрелять ему. Уже более уверенно и даже злобно, он берёт пистолет в свои руки и прокручивает барабан. Пистолет у виска. Щелчок. Пусто. Джимми со стуком кладёт на стол пушку и злобно зыркает в лицо тени. — Какое тебе дело ушлëпок? — Яд слетал с его уст, но был ли от него смысл? — Может быть перестанешь ходить вокруг да около и напрямую скажешь–кто ты? Нечто всё также печально вздыхает. Оно берёт пистолет в руки. — Н̚е͜уж̒ӗл̂и ͝сͅам ͜не̕ в̾йди̒ш͆ь̓?͛ — Сущность подносит пистолет к виску. — И͡ли ̓мо̿ж̃ет̊,̍ ͛не̕ х̉о̒ӵеш͆ь в̿идӣт͝ь?͒ Курок взводится. Щелчок. Пусто. — Уверен, рожа у тебя пиздец страшная. — Джимми сплёвывает на пол выражая абсолютное неуважение и отвращение к чему бы то ни было напротив него. — Честно скажу. Ты мне не нравишься. — Надо̅ ̿ж͜е̐.̂ ̀Ка͝кͅ "пӧ-͊взр́о̔слому". Не отпуская пушки из рук, он вставляет в барабан третий патрон. Кажется следующий раунд пройдёт куда веселее двух предыдущих. Очередное прокручивание пистолета и дуло указывает на силуэт. — Я ве͘д̏ь ͋зн͂а̎ю̍ теб͝я̐ л̔у̌ӵше др̔уг͠и̚х.̂ — Оно вытягивает свой палец в сторону Джимми, прежде чем взяться за оружие. — Поч͒е̕м͑у ̉же͌ ͛тыͅ ͡не́ ͂у͝з͝на͂ëшь ̃мѐ͠н̓я?͘ Это уже откровенно злило. Кого он там не узнаёт? Если действительно знал, то сейчас искренне сожалеет о данном крайне неприятном знакомстве. Оставалось надеяться на то, что этот выстрел будет последним для этого нечто. Барабан прокручен. Курок взведён. Щелчок. … Пусто. Нечто протягивает пистолет. — Кë͠рли та͋к ̆те͡б̃я ̓н̓е ͘з̅н̉а́е͝т, к͑аќ͠ зна̅ю я̚. Эти слова про друга второго пилота ударили по больному. Вместо пистолета, тот хватает нечто за запястье и сжимает его. Рука на ощупь казалась до ужаса знакомой. Грубая кожа, много волос. К сожалению ослеплённый яростью, мужчина не мог точно сказать чью она ему напоминает. — Закрой пасть и не открывай её в сторону моего друга! — Сжав запястье ещё сильнее, было странное чувство. Фантомное ощущение боли в руке заставило его ослабить хватку и принять пистолет из руки. — Падонок. Хотелось выстрелить не себе в висок, а прямо в морду этому неизвестного происхождения существу, сидевшему напротив. Мало того, что оно говорил абсолютный бред, так ещё хватало смелости упоминать его товарища. Откуда это что-то знает имя капитана? В данный момент вопросы пока не имели смысла. Нужно продолжать игру. Пистолет подставлен. Курок взведён. Вдох. Щелчок. … … Пусто. Выдох. — В͜сё ́н́ё͝и͒ӟ́б͜е̚жͅн͝о͠, Д̓жӣмм̋и͡. — На этот раз положить пистолет не дали. Сущность сама его взяла в свои руки. — Тͅы̄ ̃н͝ѐуда̀ч̉ни̉ќ б́ѐз ц́ё̚ле̂й в̚ ͡жизн͛и.́ ͡По̏че͡му ̕же ̕др͘ӱг͡им͡ везёт͠? — Хватит! — Он намного сильнее чем в прошлый раз ударяет по столу. — Кончай говорить своими загадками и скажи кто ты!– На этот раз по столу ударила сущность. Да настолько сильно, что пули подпрыгнули от этого. Одна из них упала на пол и укатилась во тьму, а вот остальные ловко в воздухе ловит нечто и вставляет четвёртый с пятым. С грохотом оно кладёт пистолет дулом к Джимми и наклоняется к нему. Свет озаряет скрывающиеся в тени лик и глаза мужчины распахиваются в ужасе. Это же он! Его бледное окровавленное лицо с дыркой в левом виску и чёрным, пустыми глазами из которых подобно слезам шла кровь. Абсолютно безэмоциональное и мëртвое. — Прӑ͜вда͜ стра̀шна̀, не ̐т͠ак л̑и?͝ — Он прокручивает пистолет и тот останавливается на Джимми. — Т͠во̅й в͋згл͝яд͝ ͠гов͝о̕р̼ѝ̚т́ без́ ͘с͠л̍о͜в.͝ На этот раз в голове смешалось уже абсолютно всё. От самых банальных вопросов "какого чёрта?" до действительно важных "КАКОГО МАТЬ ЕГО ХУЯ?!" Взяв пистолет в руки он дрожащими глазами смотрел на него. В моменте ему показалось, что его собственные руки были полностью в крови. Барабан прокручен. Приложив дуло к виску, мужчина закрыл свои глаза, стараясь сконцентрироваться на своём дыхание. Вдох-выдох. Вдох и выдох. Курок взведён. … … Вместо выстрела следует абсолютно иная череда действий. Джимми резко встаёт со стула опрокидывая его на пол, а затем откидывает и стол в сторону. Сущность также поднимается со своего места. Выстрел! Пуля попадает в грудь существа напоминающего мужчину. Однако видимой реакции или боли не показывает. Лишь медленно начинает подходить к нему. А сам второй пилот стрелять не перестаёт. Вторая и третья пуля также в грудь, но к сожалению они всё ещё не останавливают приближающегося противника. Четвёртая выпущена ближе к шее, но и там ноль реакции. Несколько дыр и стекающая кровь абсолютно не беспокоили нечто. — Да! ДА СДОХНИ ЖЕ ТЫ! Крик полный ярости, а за ним контрольный выстрел в голову. Единственный выстрел заставивший искривиться это нечто и откинуть голову назад. Счастье и победа? Не тут-то было. С дырой в черепе зловещий призрак настоящего и прошлого хватает окровавленными руками мужчину. Пистолет из рук выбит. Удар локтем по челюсти и ноги подкашиваются падая вниз, а затем две руки крепко обхватывают шею начав душить её. — Т̈ы, ͝г͘л͌у̽пец!̚ Т̈а́к̋ ̕н͗и͡ч̅его̀ ͠и͟ не ͠по́нял̑? — Окровавленные руки мёртвой хваткой удерживали шею не давая сделать вдох или выдох. — Яͅ–̿тв͡ӧ́я͝ ͟уя͡звлӗн̀нӓ͟я̚ ͝г͠о͝р͋д̽ы́ня̚!̕ Я̂–р̃азъеда̓ю͠щ͘ее т̎вӧй͡ мͅозͅг ̐зав͝йсть̕!̇ ͐Я–э͟то̉ ͟всё̓ ̍т͋о̒,̽ ͟ч͊ем ̒я̀вл͝яе̓ш͝ь́с́я ͝ты͝ ͌сам̚! ͟Т̇е͑нь ко̆то̐р͜ӯ͘ю ты изб͠ег͜аешь̂!ͅ Говоря все эти слова, Джимми чувствовал как разум его мутнеет. Глаза начинали слипаться, а тело теряет всякую силу сопротивляться. Со лба его тёмной стороны капала кровь прямо на лоб самого мужчины. Неужели конец? Ударив пилота по лицу, нечто отпускает его. Наконец появилась возможность дышать. Кашляя словно болея запущенной стадией туберкулёза–Джимми начинает жадно глотать воздух и пытается перевести дух. Кто же знал, что эта борьба окажется такой сложной? Почти невозможной. В живот прилетает сильный пинок, от удара которого во рту начинает чувствоваться смешанный вкус железа с шоколадом. Сплюнув кровь мужчина попытался подняться, но на его грудь плотно наступили и удерживали ногой. — Отв̌етст͡венно̀ст̍ь͡–у̑бӥвӓѐт͜ ̀99͘% ͐тё́х͆ ̆п̏робле̋мͅ,ͅ чт͜о ͡тͅы͘ ̋сам со͑здӓл.ͅ — В его руках поблескивал пистолет с заряженной внутрь пулей. — Н͘о̔ т͠ӹ͡ ̈с͘лиш͠ко́м͝ с̂лаб д̈а͜жͅе ̌для т͝ог͡о͝, ́ч̚т̄обы͂ ̎взя͡ть ̆о̕т̎ве͡тст̀в͒е͘нно̀ст̉ь з͐а ͟со͑бст͊вѐн̊ную ́ж́из͠нь!́ Эти слова были произнесены с особым презрением к мужчине. Жгучая ненависть вперемешку с желанием утопить того в пучине самобичевания за каждое жизненное решение. Было слышно как оно взвело курок. Дуло пистолета прямо сейчас смотрело в лицо беспомощного, абсолютно не способного ничего сейчас сделать мужчины. Насмехаясь над ним и его скорейшим концом. — П͘ӧллӥ ͘г͝о̚в͜ори́т͝:Не͟ ст̐о͝и̕т бр̈ат͝ься͐ ͝за ͜с͑л̊ожны͟е реше̕ни͝я͋ ͅтӓͅкому ͝н͟ик͗ч͝ë̆м̇н͡ому͆ ч̕ел͋о͂веку͗!̂ Прогремел выстрел. Белая пелена вместе с оглушительным звоном затмили абсолютно всё, что можно было бы увидеть или услышать. Ну, это уже точно конец! Так ведь? Да? … Космос. Бесконечный космос с тысячью экранов, что транслировали дрейфующему в этом безвоздушном пространстве абсолютно всё. Джимми видел там каждое своё действие совершенное при жизни. Каждую ошибку которую он совершал. Убрать свои глаза было некуда. Продолжался этот просмотр недолго. Спустя пару минут он уже смог ощутить твёрдую землю под ногами и увидеть пасмурное непроглядное небо. Впереди была развилка ведущая двумя путями в неизвестность, а самым нервирующим здесь было наличие той "Тени" — Есть два пути. — Произносит оно нормальным голосом Джимми. — Первый путь–ответственная дорога. Именно она приведёт тебя к тому, чтобы помочь разобраться в себе и покончить с этим всем. Оно делает паузу, а затем указывает на другой, ведущий в обратное направление. — Есть второй. Дорога для труса. — Оно поднимает свои чёрные глаза на мужчину. — Тебе под стать, не так ли? Посмотрев на первый, Джимми сразу понял, что он не хочет через него идти. Слишком страшно было проходить через сотню смотрящих глаз его друга. Невыносимо было проходить через весь тернистый путь осуждения и признания своих ошибок. Но ведь он же может поступить иначе? Пойти второй дорогой и стать… Героем! Хитрым героем! Приняв лёгкий путь и сбежав отсюда он может попытаться исправить всё! Точно как в тот раз, когда спас своего полуживого друга положив в криокамеру. Впрочем, как было ожидаемо с его стороны он пошёл второй дорогой. Жутким проводником отсюда для него стал нечеловеческий смех того, что называлось его самыми тёмными грехами. — Я͊ ӟн͠ал͟,͂ чт͔о͛ мо̑гу́ на ͟т͝еб̉я̎ р͝ас̀сч͠ӥ͟т̋ы͝в̀атͅь! 0 часов до суда Необъяснимая временная аномалия или он уже полностью сошёл с ума? Только сейчас тот уже десять раз накренил этот несчастный тулпар. ДЕСЯТЬ РАЗ! И вот он сидит рядом с криокамерой с Кëрли как тогда! В руках пистолет, но был ли смысл в том, чтобы его использовать вообще? Каждый раз как тот стрелял себе в голову он возвращался обратно за те пару дней до столкновения! Что этот мир от него хочет? Чтобы он наконец взял на себя ответственность за свои поступки? Ну нет. Больше напоминало его личный ад из которого нет никакого выхода! Не в силах терпеть свои же мысли по этому счëту, он в одиннадцатый раз стреляет себе в висок. Очередной раз. Очередной перезапуск. Этот цикл будет длиться бесконечное количество раз, а его тень из тёмных углов будет всегда наблюдать за ним и его действиями. Улыбаясь и смеясь. Злобно радуясь его смешным попыткам убедить себя в правильности и работоспособности своих "хитрых" манипуляций.