***

      Поздний вечер. Все шторы плотно задёрнуты, не пропуская и намёка на алый луч луны. Тихо — слышно лишь размеренное дыхание человека.       Она сидит в кресте, сложив руки на ногах. Не двигается. Почти не моргает, уставившись невидящим взглядом в стену. Но она прекрасна, даже похожей на статую, на мертвеца.       Послышался стук в дверь. Ничего. Ещё два. Тогда уже женщина оживилась. Моргнула и медленно перевела свой взгляд в сторону коридора.       Изящными руками опёрлась об подлокотник, помогая себе встать. Дейли долгое время нехорошо, но может она это показать, лишь оставшись наедине с собой, со своими мыслями, слившись с этим миром.       Наконец, медленно открыла дверь непрошенным гостям. Там были дети в неряшливых нарядах, сделанных из порванной дешёвой ткани и подручных материалов. В этот день даже бедняки могли позволить себе попытать удачу у более обеспеченных граждан.       — Сладости или гадости?       Они улыбались ярко-ярко, но увидев мрачный взгляд женщины, их улыбка быстро слетела с губ и на лицах появилось недоумённое выражение.       Они ещё маленькие, они ничего не понимают, думают: как в праздник у этой красивой тёти может быть такое печальное лицо?       Дейли долго стояла, смотря на них. В конце концов она развернулась, уйдя вглубь и через время вернулась со жменью конфет, которые кинула детям в хлипкие ведёрки вместе с несколькими пенни. Дети очень удивились, но и очень обрадовались.       — Благодарим вас, мисс!       И сразу убежали к другому дому. Дейли продолжала наблюдать, как их то принимали, давая конфеты, то прогоняли и пока они не исчезли из её поля зрения, она не вернулась обратно в дом.       — Хеллоуин… — было произнесено в тишине.       Губы сомкнулись, глаза закрылись. Снова она осталась одна.       Когда-то Дейли мечтала о том, что будет проводить все праздники с Данном. Вдвоём… А сейчас ей остаётся лишь бесконечно ходить на задания, желая набраться опыта и продвинуться на следующую последовательность, или же закрываться дома, весь вечер сидя в тишине.       Она стремилась к сладости, но в итоге, в один, в один проклятый день, её жизнь обреклась на одну лишь гадость.