Солнце и Луна любят дурачиться

Один из мрачных коридоров Хогвартса освещался двумя мощными палочками. — ...О да, эти два светила всегда выходили за рамки понимания обычных волшебников. А как иначе, это же Солнце и Луна. — Только вот если убрать ту всю мишуру с представлениями маглов об этих светилах, то нет там ничего романтичного. Солнце — звезда, а Луна просто спутник. И спутник не Солнца, а Земли. — И всё таки Луна сияет только благодаря Солнцу... — И это сияние видят только жители планеты Земля, не более. Профессор Дамблдор, вы всегда меня умели удивить, но в этот раз... Такие разговоры странные заводите, что аж не верится, что это вы... Два опытных волшебника вели свой загадочный диалог. А ведь всё начиналось с довольно серьезной темы заклинаний, которые выполняются только во время затмений. Скоро должно быть контрольное испытание на эту тему для старших классов. Внезапно из рук профессора Дамблдора кто-то молнией выхватил его сильнейшую палочку. В конце коридора послышался заливистый смех. — Браво, Мицуки! Теперь у нас есть все шансы совершить задуманное! Юный гриффиндорец ласково гладил голубую шевелюру... Ядовитые жёлтые глаза щурились в удовольствии, а сам их обладатель чуть не мурчал от счастья. Определённо один из Даров Смерти выхватил этот слизеринец. Ему бы могло хватить на это сил, но вот как-то совсем не в его характере такие не рассудительные бездумные поступки. Вероятно, он, как всегда, исполнял очередную дурную прихоть своего Солнца? — О нет, только не эти двое! Профессор Снейп, будьте добры, остановите этих неразумных детей!.. Иначе минус пятьдесят очков и Гриффиндору и Слизерину. Снейп спохватился, хоть и не сильно волнуясь, — ну, максимум, школу разгромить могут детишки, как это было прошлого месяца, — однако всё же как-то попал несильным заклинанием по воришке. Правда, палочку тот успел передать гриффиндорцу, а сам обратился в маленькую белоснежную змейку и спрятался внутри его черного плаща. Как так вообще получилось, что Гриффиндор и Слизерин сработались вместе, и при этом даже ни разу не осквернив друг друга какими нибудь проклятыми словами? Это была загадка ещё та, над которой голову ломал не один учитель. О да, эти двое всегда слишком выделялись. Эти двое всегда сногсшибательно действовали наперекор всем правилам. И удача у них была просто дьявольская, — не иначе как Тот, Имя Кого Нельзя Называть был их покровителем. Что они задумали на этот раз? Разрисовать Стену Портретов хентай-картинками? Накормить всю школу адовым чили? Или просто раздолбать половину корпуса? И самое страшное, что выгнать из Хогвартса таких гениальных волшебников и не хотелось, и опасно было бы. — Боруто, шшшш... Уже превратившись обратно в человеческий облик, змей придерживал за горячую руку молодого волшебника. Они стояли перед какими-то слишком большими вычурными дверьми, с фреской Дракона на самом верху стены. — Эта палочка обязана их открыть..! Голубые глаза горели, в них читалось то самое детское волнение перед чем-то желанным, но запретным. Двери со скрипом открылись, и на детей глазело огромнейшее существо. Дракон. — Ух ты, даттебаса! Мицуки, ты их точно умеешь приручать? Его друг лукаво улыбнулся и снова превратился в ядовитую рептилию. Немножко особенного яда, и дракон полностью подчиняется змею, который шипя взобрался по гигантской спине ближе к чешуйчатой шее, туда, где обычно сидели драконьи наездники. — Э, только без меня не лети! Гриффиндорец умело бросил ему свой серебряный значок в виде солнца, и телепортировался сразу на дракона. — Ну чё, ща устроим полную Авада Кедавру! Размахивая Бузинной палочкой, юный волшебник скомандовал дракона улетать, пока его змеиный друг ластился к солнечным волосам сзади. — О нет, куда летят эти двое!? Дамблдор с ужасом смотрел на всевидящий шар, в котором на огромнейшем железнобрюхом драконе летело двое юных волшебников. О да, эти двое получили самую мощную палочку. О да, эти двое летят покорять небеса. Эти двое — Солнце и Луна...