Ты прочь бери поскорей...

«В снежных угодья, где холод царит, Завывает ветер, что душу мертвит»       Снаружи завывает ветер, то и дело занося хлопья снега в щели покосившегося заброшенного здания. Как он оказался здесь — никому не известно, разве что Богам. Среди снега, льда и вечной мерзлоты, совсем один. Лишь он и белоснежные чертоги холода, таящие в себе что-то жуткое, чуждое, опасное. Юноша обнимает себя дрожащими руками и прислоняется к промежутку меж досок, вглядываясь в белое маре. Марево, сквозь которое проступает одинокий далёкий свет. Сначала ему кажется, что ему блазнится, его поехавший рассудок манит его выйти и закончить уже свои страдания. Однако, голубой огонёк не пропадает даже после того, как человек потирает свои глаза. Приближается, чем ближе, тем заметнее лёгкое покачивание, словно фонарь рыбы удильщика. «Песня севера, порождение льда, В ней чёрствость, бездны беда» Юноша радостно подскакивает, открывает кое-как закрытую дверь и почти в чём мать родила идёт на манящий свет. Словно мотылёк, летящий на огонь свечи, он пробирается сквозь бурю, проваливаясь по колено в снег. Смертник, тянущийся к палачу в мольбе пощадить его. Там свет, там человек — его спасение. Спотыкаясь о что-то, юноша падает на колени в снег, гулко ухает и оборачивается. Что-то белёсое торчит из ещё более белого снега. Рука тянется вытащить предположительный камень или корень, но стоит ему отодвинуть верхний слой снега одним лишь движением, становится ясно — костяная человеческая рука. «Слушай, как звенит в тишине, Песня, что летит за душою твоей» Юноша отскакивает в сторону, взвизгнув от страха, тут же натыкается рукой на что-то под тонкой кромкой снега. Дёрнувшись, он оголяет человеческий череп. Человек поднимается как можно быстрее и оглядывается: вокруг него тонкая кромка снега, в отличии от сугробов немного поодаль, и по всему периметру видные различные выпуклости, где-то просачивающиеся алым. Он поднимает глаза на приближающийся к нему свет. Нет, нет, опасно. Нужно бежать. «В белом безмятежном чертоге, Ты отсюда беги поскорей. Пока пред глазами твоими не схлопнутся снега, Ты мчись прочь что есть силы, жизни слуга» Юноша оступается, сугробы тянут его вниз, а свет стремительно движется в чётком направлении, но он бежит. Не чувствуя ног, не ощущая замёрзших пальцев, он спешит обратно, пока перед глазами всплывают воспоминания. Кровь, крики людей, и огромная осклабившаяся пасть, полная острых клыков, рвущая их тела. Голубой искрящийся глаз, морда, забрызганная кровью. Драконья морда. — Н-нет, — хрипит юноша, падая на колени, но не перестаёт движение. Даже ползком. Ему нужно вернуться, скорее, пока это чудовище его не настигло. — Я не хочу умирать вот так… «Деревянный дом стоит среди снега, Жёлтые окна запыленные слезами. Тени танцуют у очага, Беги, пока не треснул лёд под ногами» Откуда-то слышится рык и нечеловеческий, леденящий душу вой. Чудовище, скрытое в белой пелене, шло за ним, жаждя его душу. Он в отчаянии грёб вперёд, скуля от ужаса и холода, но снег, как желоб, засасывал его назад. Каждое движение давалось труднее, дыхание сбивалось, а глаза метались в поисках укрытия, затерявшегося в метели. «Слышен смертоносный вой над горой, Никого не оставит он в покое. Он заглушает крик души живой, И сеет холод в сердце немое» Руки не слушались, ноги тоже — обмороженные они были полностью не подвластны юноше. Свет приближался, всё ближе и ближе. Юноша рухнул в снег, смотря, как снег рядом становится всё более и более освещённым жутким голубым свечением. Наверное, его глазом, того монстра. Человек прикрывает глаза, из которых по ледяным щекам текут горячие слёзы. Он больше не может бежать, вся его надежда рухнула в черную пучину. Что ж, он, хотя бы, что-то сделал… "В ледяных объятьях, где царствует ночь, Разорвана душа твоя на части. Тебя предупреждали — уноси ноги прочь, Но ты остался, не избежав его пасти" — Открывай глаза, — слышится спокойный, даже тёплый голос. Обычный, человеческий. Юноша распахивает глаза, поворачивает голову и видит… Обычного мужчину. Пепельные распущенные волосы, длинные одежду цветов цин и неба, а в руке голубой фонарь. Незнакомец снимает со спины меховую накидку, усаживает юношу, а после укрывает его тёплой тканью. — Зачем же ты убегал? — М-монстр, — только и хрипит растерянный и плачущий от облегчения юноша. Незнакомец качает головой, прикрывая глаза, а после слегка отводит фонарь в стороны, вновь открывая их. Только сейчас юноша замечает разные глаза: золотисто карий и искристый голубой. Такой же, как у того дракона. — Т-ты… Ты монстр! Незнакомец слегка усмехается, будто устало, и качает головой. Выпрямляется, оглядывает окружающий мир и задерживает взгляд где-то в стороне, куда бежал юноша. Он обходит его и становится между ним и его временным убежищем. — Ты что-то перепутал. Монстр тут лишь он, — он указывает фонарём в сторону покосившегося здания. Средь елей, обступивших сарай, мелькают чьи-то красные глаза, но стоит свету коснуться шкуры, тень с грохотом скрывается во тьме. — А я тот, кто пришёл тебя спасти. — Н-но, я же видел… Те люди, кости вон там… — наперебой шепчет юноша, сжимаясь под меховой накидкой. — Духи льда, не более. Злобные твари, ответвленные от демонов в средних землях. Они не люди, пусть и похожи чем-то на нас, — мужчина протягивает замёрзшему руку. — Пойдём, тебя нужно отогреть, пока ты не лишился конечностей и не застудил себе ещё чего. Юноша колеблется, кладёт ледяную руку в чужую… В белой перчатке. Слегка удивляется, но не обращает внимания, лишь старается безуспешно подняться. — Похоже, я немного запоздал. Что ж, придётся лететь, — говорит незнакомец и мелькают развивающиеся на ветру одежды. Гаснет фонарь, но в темноте юноша различает два больших разных глаза. На белом фоне проступает морда дракона, но он не успевает испугаться, когда знакомый голос раздаётся у него в голове. — Зацепись за мою лапу, долетим до моего дома. Юноша сглатывает, но цепляется трясущимися руками за изгибы лап. Дракон осторожно подцепляет его когтистыми пальцами, бережно держа укутанного юношу. Удостоверившись, что человеку ничего не мешает, он отталкивается задними лапами от земли и взмывает в воздух. Нет шороха крыльев, длинное тело извивается в небе, тонкие усы и шерсть на спине развиваются на ветру. Похоже, он зря волновался. Как глупец побежал от света, стоило увидеть кости. Хорошо, что он не успел добраться до здания, не хотелось бы встретиться с тварью, что скрывалась в тени тех деревьев…