Часть 1

Это была всего лишь шутка, но вышло все как обычно. И снова не получается нормально дышать. Снова обида в сердце поселилась, снова ходят мурашки и дрожат руки, снова неконтролируемые слезы и холод, холод, холод, холод, холод, холод, холод, холод, холод, холод, холод. Холодно. Все еще холодно, и даже зимнее одеяло, сложенное вдвое не помогает. Ступни ледяные. Плохо. Сжигают мысли изнутри. Подташнивает. Ком в горле. В грудной клетке, по ощущениям, океан слез, и если не заполнять воздухом оставшееся пространство, глубоко дыша, то слезы выходят из берегов, и льются, льются, льются, льются баз конца. Но иногда даже воздух не помогает. Слезы остановить не в мочь, не получается. Это такое ужасное чувство беспомощности и никчемности. Хочется забиться в угол, залезть в маленькое пространство, хочется стать атомом, частицей, что бы не остаться в чьей-то памяти, хочется прекратить в такие моменты любое свое существование: не жить в чьих то воспоминаниях, переписках, списках, фотографиях… Потеряться хочется. Убраться ото всюду. Пожаловаться некому. Снова, вечером, пока все уснут прийдется достать личный дневник из под щели между столом и полом и исписать в нем страницы 3-4, при этом писать в каждой клетке. Поистерить тоже не получится. В детстве голос был громкий и звонкий, но все вокруг вновь и вновь твердили тише, да тише, не ори, не кричи, да чего ты так громко разглагольствуешь и т. д. Один раз во время ссоры, в детстве, фраза вышла более громкой. Нечаянно вырвалось. Но после этого прилетела пощечина. Теперь не получается кричать. Не получается повышать тон. Как только хочется начать кричать, голос совсем исчезает, и выглядит это так, словно это лишь притворство, ведь лишь уста шевелятся в немом крике. Голос зажимается и не идет. Совсем. Сначала идет короткий очень тонкий писк, а затем гробовая тишина, хотя по ощущениям скоро должно охрипнуть горло. После слез я каждый раз пытаюсь осознать ту пустоту, что остается внутри, она вроде и распирает, а вроде и поглощает, засасывая все: мысли, чувства, воздух, все, что у меня внутри. Кстати о воздухе. Кажется, что я не могу нормально дышать. Я вдыхаю сколько могу, а физического  ощущения заполненности так и не возникает. Это странно и неприятно. Так же как и неприятно от осознания того, что я смогла осознать, и от осознания того что есть еще что-то, что я еще не осознала, будто я брожу у невидимой двери, из за которой кто то ломится. Грудная клетка словно колодец без верха и дна: пуста, каждая редкая мысль и слово эхом рикошетят по стенам в поисках выражения и выхода, в поисках того, чего здесь нет… Ощущение опустошения тяготит, давит, тянет куда в вниз, куда то к отсутствию морали и сознанию того, что я никчемная тупица. От этого возникает диссонанс, который так же не выявляет в пустоте ничего. И лишь слезы льются, независимо от чего либо, льются, истощая все запасы жидкости в организме, льются, а одежда все мокнет и мокнет, мокнут рукава на запястьях и плечи, но это лишь внешний фактор, в пустоте так ничего и материализуется.