Глава 1.

Проснулась рывком, как будто и не спала вовсе. Голова раскалывалась, как будто внутри насыпали стекла и потрясли. Воспоминания смутно мелькали в голове, но понять толком ничего не получалось. Я вырубилась буквально за 5 секунд. Можно сказать, и не просыпалась толком.  Второе пробуждение было лучше. Хотя голова немного гудела, но я смогла сесть (как сесть, скорее голову приподнять на 1–2 см) и оглядеться. Смутно знакомая избушка и... Ни-ко-го. Я под кроватью в уголке, на мне относительно чистая одежда (но в ней много то ли песка, то ли пыли). С грязной головой (я буквально ощущаю, как по мне ползают насекомые, фу, чешется и зудит, зараза) и на грязном полу. Я отчётливо вижу сантиметровый слой земли на полу. И грязные отпечатки ног, и грязь, принесённую с улицы. В общем, ситуация не айс.  Я посмотрела на свою ладонь и усомнилась в желании жить. Маленькая, худенькая, жёлтая ладошка, очень похожа на обезьянью лапку. Но я точно не обезьяна, потому что у меня волосы до плеч на голове и нет шерсти на теле. Хотя размер у меня сейчас как у обезьяны, но я скорей всего ребёнок. Ну, я надеюсь на это. В конце концов, судя по обстановке, я живу в бедной семье в древние времена. Что, честно говоря, ужасно.  И у меня большие неприятности. Я, судя по всему, урод или монстр. По крайней мере в глазах местных. Почему? Из-за волос. Они двухцветные. Знаете таких персонажей: Круэлла де Виль(чёрно-белые волосы), Сенджу Итама(чёрно-жëлтые волосы) или Шото Тодороки(бело-красные волосы)? Я похожа на них. У меня чëрно-красные (или чëрно-коричневые, или чëрно-рыжие, или вообще не чëрно-какие-то, а другие). Они такие грязные, что если их помыть, то, скорей всего, с них вода потемнеет раза в четыре, и они изменят свой окрас. С грязно-...-какого-то на свой истинный цвет. Но они точно двухцветные. Это видно даже сквозь грязь. И, возможно, глаза тоже двухцветные (включаю пессимизм на максимум). А может и...  *Скрип двери* Я замерла и затаила дыхание. Шаги были знакомые, но интуиция подсказывает, что что-то здесь не так. Первой вошла женщина с ребёнком и легла на кровать. Ребёнок держался за неё, как приклеенный. Тут же вошли двое мужчин в одинаковых костюмах. Они что-то сказали и ушли. Ребёнок закрыл дверь и вернулся к матери. Они поговорили очень тихо. Я услышала: «...окна». Ребёнок побежал, закрывая окно. И шебуршал там минут 5, наверное. И наконец вернулся. Опустился на колени, нагнулся ко мне. Протянул руку. Я тоже. Он меня потихоньку вытащил. Я вылезла из-под кровати и нормально села. Ноги немного затекли и покалывали. Ребëнок, ах нет. В голове тут же всплыло её имя. Карин прижалась ко мне и тихо зашептала: — Маме опять плохо. Её водили не в здание, а куда-то на поле. Там палатки и много-много людей. Они маму опять кусали. Ей плохо-плохо стало. Она упала. Потом её тоже положили. Потом её кусали, но не получилось. И они отправили нас домой. Сегодня меня тоже кто-то укусил...  Она всхлипнула. Я обняла еë. Ужас! Какой ужас! Карин! Карин Узумаки из аниме «Наруто». А я Мито Узумаки. И наша мать... Я оглянулась и ужаснулась. Бледно-розовые волосы смотрелись почти серыми. Слабый взгляд серых глаз почти погас. Ой, блин. В сюжете она имела бесчисленные следы укусов на своём теле оттого, что она неоднократно позволяла людям поглощать свою чакру, чтобы залечить раны. В конце концов её чакру поглотили, и она умерла. А Карин стала еë заменой. Судя по всему, мы недалеко от этого. Но что я могу сделать? Меня даже нет к началу сюжета, и вероятно, я скоро умру. Хотя нет. В аниме упоминалось о семье Карин, и была только мать и дочь. Возможно, я в другой версии. Где есть отклонение от канона. Или Карин забудет меня из-за моей ужасной смерти. Черт. Может, стоит самоубиться? Не хочу умирать в мучениях.  *Динь* [Замечены опасные заблуждения!  Система вынуждена активироваться заранее.  Загрузка.....[.](fix::)] [Вас приветствует система Спасителя. Вы — спаситель, избранный миром. ] [Доступна базовая система.  Доступны базовые атрибуты.  Доступ к библиотеке.....[.](fix::)] [Доступ к библиотеке ограничен базовой информацией. Доступ родословной.....[.](fix::)] [Доступна родословная.  Загрузка базовых родословных талантов.....[.](fix::)] [Загрузка завершена.  Проверка.....[.](fix::)] [Проверка успешно завершена.  Система функционирует стабильно.  Некоторые способности были заблокированы, пожалуйста, откройте их самостоятельно. ] Что?  Ах, система? Что это значит? Эм, статус?  [Имя: Мито (Узумаки)  Раса: Ооцуцуки (подвид: узумаки_учиха)  Уровень: 1 Характеристики: Сила: 1 Ловкость: 1 Скорость: 1 Выносливость: 8 Интеллект: 10 Мудрость: 6 Интуиция: 4 Сила духа: 16 Воля: 2 Чакра: 31 Харизма: 0 Удача: 4 Достижения: нет.  Активные навыки: "Чакра". Пассивные навыки: "Цепи чакры", "Исцеляющий укус", "Запечатывание", "Сердце Кагура", "Шаринган".] Хм, что-то плохо, что-то хорошо, и что? А задания? А инструкция, как оно работает? Мне с этим что делать? Как что разблокировать?  [Система рекомендует пользователю быть более самостоятельным и не влияет на выбор Спасителя.  Единственное задание: "Спасти".  Других заданий нет и не будет.  Согласно данным системы, у вас есть вся необходимая информация. ] Блин. Вот влипла. Нет, что? Учиха, шаринган... Я правильно понимаю? Наш папа — Учиха? Слов нет, одни эмоции. Хм, погодите-ка. Шаринган обладает иллюзией с момента пробуждения. Таким образом, если я смогу его пробудить, то могу загипнотизировать окружающих и сбежать. Но для пробуждения требуются негативные эмоции. Не знаю, получится ли...  Задумавшись, я не заметила, что, сосредоточившись на негативных эмоциях, рядом произошли изменения. Карин, дрожавшая от страха и переполненная негативом, словно начала очищаться. Она медленно успокаивалась, чувствуя, как будто объятья, как водоворот, поглощают негатив: страх, сопротивление, гнев, отвращение. Сознание очищалось, и эмоции постепенно успокаивались. Карин удивлëнно взглянула на сестру и почуствовала, что она незаметно изменилась. Такая спокойная, такая... другая.  Я почувствовала покалывание в глазах и зажмурилась. Потерев глаза руками, всё прошло. Открыв глаза, я... Удивилась. Мягко говоря. Зрение сильно изменилось. Это... как будто очки надела. Всё стало таким чëтким, что было видно пыль в воздухе и грязь в углах комнаты. В глазах Карин я увидела своë отражение: симпатичная, но грязная мордашка; растрëпанные двухцветные волосы и глаза... Красные с движущейся точкой... Шаринган с одним томоэ? Но я же ещё не начала...  — Мито, твои глаза...  Карин прикрыла рот ладошками и замолчала. Мама пошевелилась и прошептала: "Подойди...". Я подошла, мать с трудом подняла руку и погладила моё лицо. На её лице появилась слабая улыбка. Карин тоже подошла и встала рядом. Мама погладила и её. Устало опустив руку, она сказала: — Мито, ты пробудила Шаринган, родословную клана Учиха. Это сильный клан... Жаль, если бы мы были в Конохе, они помогли бы нам... Но до этого времени никому не показывай эти глаза. Они принесут беду...  Устало сказала она и потеряла сознание. Или уснула? Надеюсь, уснула, потому что при ближайшем осмотре ситуация показалась ужасной. Её руки были покусаны во многих местах, и многие раны были... недавними и глубокими. Страшно представить, как больно было получить такой укус... Тут я вспомнила...  — Карин, где тебя укусили? Это ещё болит?  — Ничего страшного. Он уже почти зажил.  Она показала мне левую руку. На ней был слабый розовый отпечаток зубов, но размер... Смотрелось, как будто укусила собака с целью раскусить её руку пополам. На детской ручке отпечаток занимал две трети ширины! Нам надо бежать! И как можно скорей!  Но... Я ощутила беспомощность. Как сбежать, куда идти? Еда, деньги, одежда, что брать? Хотя... Я огляделась. Даже если бы я хотела, я бы не смогла ничего взять. Кровать, стол, окно, дверь. Тут нет ни одеяла, ни одежды, ни тем более еды! С такой точки зрения нам нечего терять. Тут даже посуды и той нет. Надо идти. Решила я. Мы должны уйти отсюда несмотря ни на что. Брать нечего — плюс. Надо будет тащить маму — это, безусловно, минус, но справимся. Как уйти? Смотреть в глаза всем подряд, накладывая иллюзию на каждого встречного? Нереально.  Дёрнулась дверь. Потом в неё постучали и крикнули:  — Еда. Открывай, мелкая, иначе хуже будет!  Карин попыталась запихнуть меня под кровать, а я еë. Я сказала:  — Есть идея. Поверь мне.  Она не спряталась, но прекратила попытки запихнуть меня под кровать. Мы подошли к двери, пока Карин открывала еë, я стояла сбоку. Послышался нетерпеливый стук. Дверь наконец открылась. Я стояла за дверью. Вошёл мужчина. Поставив пакет на стол, он развернулся. Я в это время закрыла дверьи встала, подняв голову. Он увидел меня и открыл рот, но не успел ничего сказать. Мы встретились взглядом, и он застыл. Я интуитивно наложила иллюзию и поняла, что держать его в таком состоянии пару часов не проблема. Но потом я отключусь от истощения. Так что надо заканчивать побыстрее. Я взглянула на статус: [Чакра: 25/31] Подумала, мне бы журнал о расходе чакры...  [Обработка запроса.  Запрос принят. ]  [Добавлена новая функция: журнал. ] [Пробуждение Шарингана. Чакра -3. ] [Поддержание Шарингана активным. Постоянный расход в процессе: Чакра -0,0003 в секунду (Чакра -0,1 = 5 минут). ] [Наложена иллюзия. Чакра -1. ] [Сопротивление иллюзии. Чакра -0,2. Повторное наложение. Чакра -1,5. ] Хм, неплохо. Вот так сразу понятней стало. Что, куда, зачем. Теперь разберëмся с нинзя. После нескольких попыток мне удалось узнать от него, что всё не так плохо, как я думала. Как оказалось, он был нашим охранником-надзирателем. Кроме него нас никто не охранял. Все боеспособные нинзя были на войне. Он же генин с хорошим происхождением. Его дядя — помощник заместителя советника... Ну, в общем, ого-го. Он сам по себе как нинзя полный неудачник, на войну идти — верная смерть. Поэтому стал нашим сторожем. За нами особый уход не нужен, мы слабы. И так получилось, что он тоже слабак, но выглядит внушительно. Честно говоря, этого действительно хватало. Пока не появилась я. А если бы не моё знание предполагаемого будущего, то я бы, возможно, не была бы такой дерзкой, и всё продолжалось бы подобным образом ещё много лет. Я сжала кулаки. Это наш шанс. Немного подумав, сказала: — Карин, дай маме половину своей чакры. Мы должны двигаться быстро.  — Ты уверена? А вдруг он врëт и это ловушка?  — Нам надо уходить. Мама не переживëт, если так продолжится.  Я знала, что мы рискуем. Но что если?