Как кошка с собакой, или Кисюн и Пёссюн

«- Женя, я не понимаю смысла этой охоты. - Смысл? Смысл накормить и напоить зверя. – Это очень гуманно.» (с) к/ф «Особенности национальной охоты» Вася (для своих), он же Василий Петрович (на заводе), он же Васян (в гаражах), он же Мужчина-Не-Задерживайте-Очередь (в местном магазине) был везде свой в доску, ибо удобный он и излишне не конфликтный. В гаражах его ценили за то, что алкашом он был тихим и приличным, много на дармовщинку не пил, товарищей не объедал, свою часть закуси приносил. На заводе – за то, что не опаздывал, от внеурочных смен не отказывался, да и работал честно, халявщиком не был. В местном магазинчике – потому что, приходя за вожделенной чекушкой стоимостью 150 российских рэ, никогда не заявлялся с пятитысячной купюрой, как, например, Иваныч, которому местные водилы из соседнего таксопарка приплачивали за «размен валюты рублей покрупней на деньги человеческого номинала», и приходил Иваныч за водичкой местного розлива стоимостью 15,34 рэ с одной пятитысячной по утру, напрягая полусонную продавщицу Валентину идти за разменом в подсобку, а кому оно по утру-то надо. И для своих, в коих числились соседи по подъезду, Василий тоже был человеком на хорошем счету – никогда не откажет бабулькам по дороге хлебушка прикупить, или внучка со спортплощадки от плохой компании отогнать. В общем, нормальным и удобным он был, беззлобным и в меру общительным. Обычный, скучноватый простой человек. Но не всё с ним было так просто. Василий очень любил животных. Да что уж говорить, с некоторыми представителями фауны, особенно после принятия на грудь и знакомства с местной флорой, представленной в ассортименте местячковых самокруток, он был весьма продвинут в ряде важных вопросов, связанных с биологическим разнообразием региональных, так сказать, аутентичных видов бытия живых существ. В переводе на язык Валентины из продмага: да Васька-то, он нормальный, пока или с «белочкой» не встретится после зарплаты, или с местными за гаражами косяк не вкурит. Но серьезных претензий к нему, ибо не был он злостным неплательщиком ни по алиментам, ни по проезду в городском транспорте, ни в долгах в местном продмаге, не было. Так и жил себе человечек, скучный, ничем не выделяющийся из общей массы приличных или относительно таковых людей, до одного конкретного дня. Но это – долгая история. Итак, как уже выше было сказано, Васисуалий очень любил животных. Доброй же души был человек, и каждый раз, видя голодную бездомную обделенную любовью и лаской зверушку, старался он жизнь разнесчастной животинки по мере возможностей своих скудных привести в относительный порядок. Проще говоря, как там было у Рогожкина, в легендарной картине про «Особенности национальной охоты»: накормить и напоить зверя -это очень гуманно. В последний год, или два, или три, да слегка уж временные рамки размылись в усталом от бесконечной заботы о благоденствии бедных и несчастных бездомных животных мозгу Васисуалия, проходя мимо облюбованной им точки общепита с не сильно вредящими здоровью чебуреками и лавчонкой с недорогим горячительным, заметил он интересную парочку. На улице, совершенно не боясь и не стесняясь друг друга попрошайничали дружно одной слаженной командой облезлый, на половину головы лысый рыжий кот и слегка прихрамывающий с драным ухом черный пёс. Почему именно кот (а не кошка), и пёс (а не собачка) неплохо учившийся в школе и изучавший биологию Василий понял, что наличие неких мохнатых мешочков, покрытых редковатой шерстью, и обозначало принадлежность животного к мужскому полу. Мохнатые мешки не трогали воображение совершенно нормального гражданина абсолютно адекватного городка, но, подкармливая бедных побирушек в течение долгого времени, Василий, как истинно вежливый, даже по отношению к проказнице-белочке, человек не мог не дать им имен. С фантазией у доброго Васи было не особо туго, но и не был он доктором филологии и прочих умственно значимых дисциплин. Посему, попрошайки получили от него простые и добрые имена, которые не так уж сложно запомнить: Кисюн и Пёссюн. Ну, если с Кисюном все было достаточно прозаично, кот, киса, котик – Кисюн, то вот имя пса родилось в результате долгих и мучительных интеллектуальных терзаний: пёс, он ведь не собачка, и имя ему подобрать не так уж просто, при Васиной-то богатой фантазии, сложновато. Хотел он, памятуя прочитанные по молодости книги о пиратах и приключениях, смотря на рваное пёсье ухо, назвать бедолагу Капитаном Бладом, да как-то понял, что при наличии девочки-белочки за спиной, выговорить это имечко будет достаточно трудно. А вдруг подумаю, что он про блуд орет, что он бедных животных… Ох, даже и нельзя о таком думать, сам бы за такое прибил живодера. Был, был прецедент у него в жизни… С завода в тот вечер Василий трубу стальную позаимствовал в бесконечное пользование (хотел в металлолом сдать, так сказать, на хлебушек подкопить, дабы вкусненько покушать), но идя мимо пустыря по темени, увидел уродов, что собаку схватили и… И Вася не стерпел, уж на что он милый был и спокойный, вступился за здоровье и честь животинки. Уроды разбежались, а он на ветстанцию Шарика отнес, там медсестричка с пониманием работала, нормальная девушка, до сих пор Шарик их территорию охраняет, но это уже совсем другая история. В тот памятный день Василий не набрал искомую сумму на покупку горячительного, но, увидев на входе давно ему знакомую закадычную парочку, и поняв, что уж даже при его скудных финансовых возможностях сообразить на троих им сегодня удастся, чтобы было хорошо всем, он купил литр кефира-просрочки, у которого срок годности истекал буквально через пару часов. Этим. Ну, зверям, короче. Ах, да, и про имя пса. Так вот сложилось, что пёс-попрошайка – стал просто Псом, ну или ласково Пёсиком, Пёссюнчиком. Вася, он ж такой, снаружи грубый, а в душе – как теленок ласковый, что маму потерял и любви на стороне ищет. Но, возвращаясь к нашим персонажам в тот памятный день ритуального распития кефира. Надо отметить, что вышеупомянутые хвостатые граждане в лице, давайте уж будем называть их своими новыми именами: Кисюна и Пёссюна, отлично подготовились. Да они всегда были готовы, а сегодня был сложный день: перед ними стоял грязноватый пустой куриный гробик, ну то есть упаковка из-под куриной тушки. Пустая упаковка. Выйдя на улицу, нашарив усталым взглядом постоянных дружбанов, Васисуалий радостно помахал им ручкой. О, конечно, если бы это были совершенно дикие и невоспитанные животные, то им вид огромного мужика, принявшего уже на работе свои положенные поллитра, машущего огромной ручищей в их сторону, испугал бы несчастных бедолажек. Но Кисюн и его приятель отлично понимали, что никакой опасности от этой огромной человеческой тушки не исходит, потому спокойно приблизились к, своей порядком загаженной мухами миске, в ожидании очередного угощения. Василий, рассчитывавший в тот день на свидание с дополнительным чебуреком от лучшей поварихи завода и, потому оснащенный гигиеническими салфетками, способными оттереть даже машинное масло, увидев, что он один одинёшенек в обозначенном пространстве, и поняв, из какого свинарника на выезде приходится вкушать его, Васисуалия, дары на выходе из магазина, умильно пустив слезу, протер дорогостоящим кусочком странного вида миску. Отчистив её до идеальной частоты. - Энто ж надо, такими быть, так к животным относиться, как будто бы они не твари божии, а скот, ну просто скот, - и скупая мужская слеза оросила небритую щеку добропорядочного слегка нетрезвого гражданина, которому, в силу выхода во внезапный отгул бессовестной поварихи, так и не удалось применить это чудо из мира чистящих средств в свою пользу. Короче говоря, облом вышел с поглощением чебуреков. Кефир был разделен ровно поровну – половина пошла бедным мохнатым голодранцам в отчищенную миску, а вторая стала ужином для добродетельного Васисуалия. Так и укрепилась эта странная, давненько зародившаяся на ступеньках провинциального магазинчика, тройная дружба: Вася, Кисюн и Пёссюн. Однако, одиночество для человека типа Васисуалия всё же дает свои плоды, ну пусть и в виде орешков от Белочки. Вася стал зашибать, круто, часто, ежедневно. Хоть и не в одиночку пил, а со своими новыми хвостатыми приятелями, но… коту и псу ж водки не нальешь, им – ряженка, кефирчик… А, водочка, вода огненная, мать её так раз так, её Вася для себя покупал. Да так привык, что и в гаражи перестал ходить. Но, честно говоря, и мужики тоже, ведь жены-то не дуры, это Ладу-Жигули можно было месяцами в четыре мозга чинить, а чудо китайского автопрома – добро пожаловать в авторизированный техцентр. Итак, помимо пса и кота, Вася стал частенько проводить время в женской компании, в компании девочки-белочки, что и привело к его предсказуемому увольнению. На хорошем счету он был, и начальник цеха, отличный мужик, дай Бог здоровья ему и всем его близким, Васе заплатил все деньги за не отгулянные годами отпуска, переработки, да ещё и ребята в цехе скинулись. Ну, пусть не много – но зато от души. Васька был хорошим и удобным коллегой. - Ты, Васька, только сразу не пропей, ты на счет положи, пусть проценты капают, а ты в месяц их иметь будешь и жить… - Это меня судьба поимела, - заплетающимся языком молвил новоиспеченный свободный от работного рабства человек. Всю жизнь тут, на этом заводе, после школы пропахал, а мне уж возраст, так куда ж мне теперь податься? В курьеры? Так хожу медленно и, как у пенса, безлимитного проезда нет. Это там, в столицах всяких самокаты и прочие мобильности в доступе. Да я бы на такое и не полез, ну нафиг. Я ж городишко свой люблю. Денег вроде дали на выходе, а вроде бы как и не столь уж много их было. И пошел Василий по проторенному пути, с друзьями своими лучшими поболтать за поллитрой. Тем более, что им-то и кефира хватало, а значит вся поллитра вкусного водочного напитка – его. Пришел, как обычно, ровно в 20-20 вечера в магазин, меховая парочка уже на месте была, сидела, ну тут как тут. Да, всё, как всегда, стабильно - кот, традиционно облезлый, да пёс с драным ухом. Правда, странно они на него сегодня смотрели, как будто прям убогими своими мозгами понимали эти звери, что горе у него, выкинули его на обочину жизни, из привычного ему мира станков. Да хрен их, бездомных тварей, поймешь. И Василий заорал в пустоту: - Всё-ё-ё—ё. Не будет больше вам кефира! Мохнатые ж вы твари. А я-то не виноват! Чё смотрите? Тот день был особым, обычно Васисуалий шел в магазин не после встречи с Белочкой и её меховым хвостом, а до этого счастливого момента. Но в этот день, получив на руки приличную сумму, эх, спасибо бригадиру, что остальное на карту кинули, он ж сказал, завтра протрезвеешь и приходи за картой-то, а то просрёшь сегодня всё по горю… Ну, правда, прав ли он был… Сегодня Васю слегка пошатывало уже на входе в магазин, поэтому уже когда он только поднимался на крыльцо, ему показалось, что эти странные, но ежедневные кот и пёс странно переглянулись между собой, а потом провожали его долгим взглядом. Так, много алкашки не брать, а то уже мерещится всякое, подумал остатками трезвого разума Васисуалий, кинув последний трезвый (относительно) взгляд за спину. Там, на входе, привычно побирались эти облезлые, никому не нужные звери – полулысый кот и рваный пёс. И, потом, буквально на входе в магазин передумав, взял Вася колбасы обычной вареной грамм с восемьсот, воды обычной без газа с поллитра, кефира привычно, и поллитра белого прозрачного нектара, что точно принесет ему забвение, то есть водовочки. Вышел Василий, чуть с крыльца магазина не навернувшись, увидел друзей своих единственных, и тут проняло его до глубины души. - Да что ж я это, скотина-то такая… - вытирал брутальный мужик слезы и сопли рукавом замызганной рубахи, - вот вы ж мои кореша, друзья-то вы мои единственные, уж не первый год стол делим, копейки и кефир. Уволили меня, нахуй типа, Вася иди. Никому ты тут не нужен. На заводе этом ссячном. Да и пусть идут! А я вам – что, друзьям моим душевным? В миску кефира и всё? Вот, не по-божески это, не по-человечески, не по-дружески. Ей, меховая братва, а давайте ко мне? Там и накатим, я вон кефира снова аж литр купил, да колбаски взял дохторской. Я ж один живу, места-то много, ну не обожрёте ж вы меня. А так, жить-то в тепле всем вместе лучше, души друг о друга погреем. Короче, айда за мной… Вася нетрезвой походкой, постоянно оглядываясь на бедных оголодавших бездомышей, плетущихся за ним, ориентируясь на запах колбасы, повел друзей к себе домой. Не в гости, а так сказать, предложить им ПМЖ – то бишь постоянное место жительства. Кот и пёс шли, и в нетрезвом Васином сознании ему казалось, что они как будто примеряются, общаются между собой, взглядами, чувствами, походкой, вздохами и прочей хуйнёй которая только лишь могла померещиться полупьяному сознанию. - Ну, это, заходите, гости дорогие, - Вася уж расчувствовался настолько, что не мог контролировать слезы от обиды на судьбу. Да что ж такое, пинка под зад получил на работе, как… как бездомный кот или блохастый пёс. А ведь он и с бездомышами так себя не вел! Вот ж суки – эти люди! – Располагайтесь, звери, чувствуйте себя как дома. Он закрыл дверь, даже ключик в замке провернул… Спать собрался. Ну гости, ну и что, красть-то у него все равно нечего, не из богатых он. По старой привычке, дверь в комнату почти прикрыл, и тут за спиной услышал он мелодичный женский голос. - Ну да, ну да, чувствуйте себя как дома, но не забывайте, что вы в гостях. И на эту фразу другой, вроде бы как человек рассмеялся, добавив приятным мужским баритоном: - Спасибо, Василий, дождит на улице. Вредна такая погода для собачьего здоровья, ну как уж там в Простоквашино было, что и спину ломит, и хвост отваливается. Вася вскочил (это ему, конечно, показалось) с лежбища и замер у двери своей комнаты, уткнувшись в неё лицом в прямом смысле буквально. Всё, допился, точно, не просто так с завода его выгнали, это была последняя мысль, что промелькнула в Васиной голове, и он отчалил в края фантазии, сражаясь в приступе лихорадки с кораблями пиратов, будучи сам своим любимым героем - Капитаном Бладом. Пробуждение и возвращение в сознание было сложным. Вася, проснувшись, слегка начал ощущать собственное тело, а потом до его ушей донеслись звуки странного диалога. - Осталось только решить, кто из нас его укусит, я или ты, кого нам для полного счастья в доме не хватает – второго котика или второго пса. – Промурлыкал мягкий женский голос. - Да, кися, иди ты, какой из него кот? – Рявкнул неопознанный мужской баритон. – Он – нормальный мужик, в полном расцвете лет, бухать вот после укуса бросит, и он - отличный член стаи! - Член? Мур-р-р-р. Ну все твои мысли только о членах, да? – Помурлыкала невидимая дама. - А ты как думала? Будет вас - два кота. Ты плюс он. А я – пёс один, как мне вас двух защищать, если вы, например, на запах валерьянки в разные кусты попретесь. У нас тут не рай для животных, разорвут собаки настоящие в кустах, или коты подерут, что делать-то тогда? Регенерация с каждой раной все меньше, и меньше, слабее, ты ж понимаешь? Мужской голос начал возбужденный спор. - Лааадно, но в таком случае ты должен взять на себя полную ответственность за всё, за нас, за нас обоих! – Женщина начинает сдавать позиции. –Тогда ты его кусай. - Эммм, - подал голос уже окончательно проснувшийся Василий. – А это, где вы? Не надо меня кусать, у меня там в куртке заначка, восемь тысяч пятьсот двадцать рублей. Выдали мне налом. Возьмите, пожалуйста деньги, и … - О, проснулся наш благодетель! – Оба злыдня смеются. Вася, тихо и мирно лежавший до этого на своей старой продавленной кровати, наконец-то смог собрать силы и поднять голову. Рядом с его уютным лежбищем стояли двое: мужик среднего возраста с длинными волосами и седой прядью с треть волос в Васином старом банном халате и девица с хитрыми чуть косенькими светло-шоколадными глазами, одетая в его же, Васину футболку. Вася пялился на них, недобрым словом поминая часто заходящую на огонек подружку-белочку, а они с доброй улыбкой взаимно на него. - Васенька, ну здравствуй, друг ты наш… - медленно наконец-то прервав неудобное молчание молвила дама. - Привет, кореш, - как будто пролаял нервно мужчина. – Мы, это, короче, ну спасибо тебе. Ты кормил нас, кефиром поил, последними крохами с нами делился. Благодаря тебе не сдохли мы. А тут вон и домой к себе позвал, ну, жить, то есть. Призыв в семью мы ценим! Жить… жить… Жить Васе хотелось, но при том желательно не в психушке. Позвал он, насколько уж он помнил, вчера с собой парочку облезлых и обездоленных вечно голодных бездомных зверей – облезлого кота и рваного пса. А они, суки, видать с собой пресловутую Белочку позвали. Твою ж мать. Ну что за жизнь, стоит лишь сделать доброе дело и… - Да ты, мужик, не ссы, - снова отрывисто протявкал мужик в Васином халате, - мы ж как лучше, ну мы ж типа это, приняли твое приглашение-то. Так что теперь семья мы одна. Разделили с тобой хлеб, жилье и переживания, осталось лишь немного, кровью договор скрепить и всё, мы все вместе навеки. - Не тормози, - промурлыкала дама, слегка переступая с ноги на ногу, при этом Васина футболка отлично оголяла её упругие бедра. – Ну что ты как не родной, три ж года уже вместе. Ты это, кем быть-то в итоге хочешь, котиком или пёсиком? - Ыы!!!??? - Все что смог после минутной задержки выдавить из себя несчастный Вася. Ну хоть белочкой быть не предложили, уже хорошо. - Поняла, кошка драная, - мужской баритон счастливо рассмеялся, - так что с этого дня у тебя два защитника. Не может он определиться, я - по праву сильнейшего кусаю! И мужчина в Васькином застиранном халате начал медленно наклоняться в сторону почти неподвижного Васиного похмельного тела. - Ох, ну и напился ж ты, новый член семьи, смердит спиртом-то, ау, оу. Но, ничего, это был твой последний раз. Нам, оборотням, такое напивалово противопоказано… Нам, оборотням? Все, что смогло зафиксировать ускользающее Васино сознание, это укус, настоящий укус в шею, а далее - темнота. А потом… А потом жили они долго и счастливо, ах, и смерть-то их не разлучила, ибо бессмертны оборотни в этом измерении пространства. Могут лишь в войнах и битвах погибнуть. Ну, а какие ж могут быть битвы для рядовых обывателей? Не с бабками ж в очереди за кефир драться? Кефира этого повсеместно – ну хоть машины им заправляй. Так-то, не в кефире счастье! Так что жили, живут, и будут жить. Так-то. Троица эта оборотней: котищще, пёссище и их тот самый, кто дал им возможность выжить, подружится и понять, то кусок колбасы на троих поделенный – возможность выжить всем троим, вместе, семьей, гнездом, бригадой, дружиной, коллективом, главное –что мы, близкие и нужные друг другу вместе. А ты, ей, приятель, ты в надежде на бессмертие, коль уж лишние пятьдесят рублей в кармане есть, а в душе совесть в наличии имеется, покормил бездомного котика или пёсика? Эээ…, жмотяра… Мимо голодного зверя прошел… Иди-иди. Мимо прошел, да и дальше иди, хрен тебе, а не вечная жизнь оборотня, полная приключений и переходов в иные миры. Вот и не светит тебе такая история. Вечность – она для тех, у кого искра в душе… искра добра. Но если ты – тот самый, делящийся добром, последним кусочком еды и последним уголком теплы, чтобы согреть маленькое нуждающееся в этом существо, то вот тебе мой подарок: десять дней удачи во всем, да благоволит Богиня, покровительница слабых и беззащитных к тому, что от всей души мир наш приносит милость её, помогает тем, кто в этом нуждается. От всей души. Не подделывай чувства, дорогой, расплата за подделку доброты страшней, что ты можешь придумать. С Хэллоуином тебя. Но, знаешь, дело не в нём… Хорошего дня, лично тебе… И загляни в свою душу…