Спор без правильного ответа

— Люди — существа нетерпеливые и очень тщеславные. Они пойдут на всё, лишь бы утолить свою похоть, — говорил Хенджин одному из ангелов, с коим завязался спор. — Нет, люди очень смышленные и добрые существа. У них есть чувства, эмоции, и главное — любовь. — говорил белокурый парень, смотря на Хенджина, у которого были красные волосы. И в цвет к волосам черный кожаный костюм, идеально подходящий к его роли. — Если я докажу обратное, что тогда ты мне дашь? — спросил Хён, с недовольством сложил руки на груди и перевёл хмурый взгляд на ангела. — Признаю свою вину… — сказал задумчиво тот. — И надо будет стереть память той, с кем ты будешь доказывать мне обратное. — Новое развлечение с простолюдинкой?.. — протянул весело тот, уголками губ усмехаясь, — По рукам. Заключив рукопожатие, они разошлись в стороны. Так и началась миссия доказать то, что люди — глупые и ненадёжные существа, способные пойти на всё, лишь бы утолить свою жажду в похоти. *** Я подготавливалась к своему выходу на сцену, с волнением оглядывала себя в зеркале: короткая юбка выше колена и еле прикрывающая ягодицы, топ на тоненьких лямках и высокие каблуки на платформе. — Эй, твой выход, девчушка, — позвал менеджер и я встала из-за туалетного столика, выходя из гримёрки. «Всего один раз. Один раз» — успокаивала себя в мыслях я. — «Твою мать, Арым. Вот какого хрена ты мне задала проработала в стриптиз клубе целую неделю?» В мыслях я уже поимела свою подругу во всех позах, чтоб ей неладно было. То, что она задала в одной из недавних игр в правду или действие пойти работать в стриптизе — напрочь убило во мне надежду, что она может быть моей подругой. Но подначивания остальных людей в компании не оставили мне выбора и по итогу пришлось согласиться. И к чему это привело? Я стою на чертовой сцене в свете софитов и на меня смотрят не менее пятидесяти голодных уродливых мужиков, что готовы глотки драть, лишь бы заглядеть мне под юбку во время танца. Вдох, выдох. Я справлюсь. В зале была гробовая тишина, а яркий белый свет ослеплял, отчего пришлось щуриться. Но с объявлением моего номера свет погас, а позади включились светодиодные ленты, освещая силуэт. «Так хотя бы будет спокойнее, что они не увидят моего потного, но довольного лица.» Сегодняшний день был последним в этом дурацком челледже, отчего на душе становилось легче. «Почему бы сегодня не выжать из себя по максимуму?» Всю неделю я отказывала на предложения менеджера принять дополнительные услуги за большую сумму, которую мне давали за один вечер просто танцев. Но сегодня было что-то иначе. Хотелось принять какого-нибудь красивого и сексуального парня к себе в покои и навсегда забыть эту неделю как страшный сон. Спокойная и даже протяжная музыка стала обволакивать зал, начиная со сцены и заканчивая углами комнаты, задевая каждого, кто был на этом концерте. Концерте соблазнения. Плавные движения рук, начиная очерчивать лодыжки, поднимаясь к икрам, коленям, бёдрам и талии. Мягкие и в то же время такие соблазнительные. Бедра покачивались в такт музыке, а руки гладили талию и ворошили волосы, зарываясь в мягкие пряди. Время шеста. Обернувшись и увидев шест, я подошла к нему, обошла и присела. С новой нотой я медленно поднялась, и откинулась в противоположную сторону, протянула руку. *** Закончив номер, я тихо выдохнула, наконец-то понимая, что никогда в жизни больше не буду танцевать чёртов стриптиз. Из зала послышались хлопки и низкие одобрительные возгласы. Чёртовы мужики. — А ты хорошо поработала сегодня, — сказал менеджер, протянул салфетку, чтобы я могла обмакнуть пот с лица. — На сегодня твоя работа закончена. — Я хочу остаться. Заметив удивлённое выражение лица мужчины, я кротко улыбнулась и получила кивок. — Если хочешь — конечно. — Спасибо, — улыбнулась сквозь усталость я и вошла в гримёрку. Переодеваться не было смысла, поэтому я просто скинула грязную салфетку в мусорку и пошла в зал, где обычно было довольно шумно. Быстрая смена цветов в комнате, духота и полная энтузиазма толпа. Люди танцевали, кричали и целовались, словно сумасшедшие. Лишь одна комната отделяла от безмерного веселья и тихой роскоши. Протискиваясь по стенке к бару, я уселась на свободный барный стул и наконец-то выдохнула. — Джин-тоник, — крикнула я бармену. Оглядывая людей за барной стойкой, я не заметила кого-то, кто мог бы меня зацепить, поэтому повернулась спиной к бармену и стала оглядывать другие части зала. Толпа веселилась, двигалась в лучах софитов и ничего не замечала вокруг. Кроме одного парня. Взгляд столкнулся с одним высоким и довольно привлекательным парнем с необычно красными волосами. Его взгляд был направлен ко мне, отчего к тазу подошло возбуждение. Его выступающие бицепсы были видны из-под короткой кожаной безрукавки и крепкие бедра, обтянутые кожаными штанами. Закусив губу я отвернулась, получая заказанный напиток и протянула трубочку к губам, выпивая глоток. Рядом появилось движение и совсем близко парень протянул купюру бармену. — Можете оплатить за эту прекрасную девушку? — сказал баритон, отчего на спине прошлись мурашки. Это был парень, с которым я столкнулась взглядом пару минут назад. Я не смогла отвести взгляд вновь и он заметил это. Нависнув надо мной он пронзительно изучал меня взглядом. — Хенджин, — протянул руку он. — Приятно познакомиться, — кивнула я и пожала руку. — А свое имя не хочешь сказать, милая леди? — он обворожительно улыбнулся, но он не смог меня переубедить. — Нет, зачем. — пожала плечами я и отпила весь напиток, — Это ведь всего лишь интрижка. Поднявшись со стула, я стала пробираться сквозь толпу, держа парня за его ладонь. Его ладонь была очень горячая и согревала мои вечно холодные руки. Он шёл прямо за мной, отчего возбуждение подбиралось всё ближе и ближе, не давая трезво думать. Я зашла в свою гримёрку, впуская молодого парня в комнату и закрыла дверь на защёлку. Не повернулась, желая успокоить своё бешено бьющееся сердце, но почувствовала, что парень стоял прямо за моей спиной. Рядом с головой появилась рука, оперлась на дверь, а тело парня стало давить на меня, прижимая к двери. Я повернулась к нему, оленьими глазками хлопая в невинности. Его тёмный и очень сексуальный взгляд пробрал меня до костей. Он опустился к моему уху, тихо пробираясь прямо в душу своим низким бархатным голосом. — Только скажи и я сделаю с тобой всё, что пожелаешь. Я не смогла устоять перед этим демоном и впилась в его кожу на шее, кусая и оттягивая её, желая оставить как можно больше багровых засосов на тонкой и белоснежной шее. Хёнджин рычал где-то сверху, наслаждаясь моим безумием, что больше заводило нас обоих. Он забрался горячими ладонями под юбку, сжал ягодицы и подкинул над полом, прижимая к двери и вставая между моих ног, вжимаясь половым органом, что чувствовался даже сквозь кожаные штаны. — Сумасшедший, — стонала я, пока он целовал мою шею и ключицы, кусая так же, как и я пару секунд назад. На мое высказывание он лишь усмехнулся, щекоча дыханием мою кожу. Сменив положение, он повалил меня на кожаный диван, вписываясь словно умалишённый в мои губы, кусая до боли. Но мне нравилось. Нравилось настолько, что я пробралась под его безрукавку, провела по спине ладонями и ногтями стала медленно царапать кожу. Он прорычал мне в грудь и разорвал хлюпенький топик. Грудь подскочила, а Хён впился в мягкую грудь, кусая и оттягивая сосок, второй рукой грубо сжимая второе полушарие груди. Я сняла с парня безрукавку, желая наконец увидеть, что за формы скрывались под ней, и не разочаровалась: поднятутый живот с кубиками пресса, крепкая грудь и ни одного волоса на теле. Он словно был вырезан из мрамора — ни одного дефекта или недочёта. — Такой сексуальный, — прошептала я и закусила губу, на что получила мокрый поцелуй в низу живота и почувствовала, как Хён залез под юбку, пробуя растянуть меня пальцами. Из горла вырвался стон. Парень прекрасно знал, что я уже была на грани, и опустившись на колени передо мной, он посмотрел мне в глаза и припал губами к половым губам и взбухшему клитору, вызывая бурный оргазм. Я вцепилась в его волосы руками, желая притянуть ближе к промежности, и пока Хён вытворял со мной то, что никто никогда в жизни сделать не смог. Я билась в экстазе. Он единственный, кто смог меня удовлетворить за всю мою жизнь. Единственный, кто действительно старался дать мне удовольствие. Хенджин — мой дар, и моё проклятие. Пока я пыталась прийти в себя, он поднялся, снимая свои штаны и пристраиваясь к моей промежности, протянул руку к моему лицу, поглаживая по щеке. — Сейчас тебе будет очень хорошо. — и вошёл на всю длину. Не отойдя от прошлого оргазма, я попыталась сжать внутри орган, пыталась привыкнуть, пока он простонал и закатил глаза, стал резко и глубоко двигаться, желая войти дальше. Быстрые толчки бедрами, стоны обоих и полное сумасшествие. Двигаясь резко и глубоко, он доставал до самого конца, вбиваясь по чёртовы яйца в меня, пока сжимал мою грудь и кусал ключицы и шею. Я готова была сойти с ума от этого парня. Закатывая глаза, я царапала широкую спину, оставляя красные полосы на ней, пока Хенджин вбивался в меня, склонившись низко надо мной и дотрагиваясь своей грудью до моей. Он вышел из меня, кончая на грудь и живот, обливая полностью, пока я старалась отдышаться от бешенного секса. — Ты сумасшедший. — пыхтела я. — Ты свела меня с ума, — шепнул он у самого уха, отчего я несильно стукнула его по груди. — Что правда, то правда, моя милая. — Иди давай, — улыбнулась я и прогнала его из гримёрки, оставаясь совсем одна. *** — Ну что? — спросил парень ангел, с коим завязался этот спор о простолюдинке. — Я… Немного ошибся, — сказал Хёнджин, поправляя красные волосы и прокашлялся. — А я говорил, — улыбнулся ангел и попрощался с демоном, ушёл. — А люди намного интереснее, чем мы можем себе представить, — улыбнулся он, — А то, что они могут быть такими сексуальными и полезными… Надо проверить ещё раз, чтобы точно убедиться в моей правоте.