Часть 1

      Это было неправильно. Всё это.       Мать, которая её ненавидит. Ковен, который её терпит. Деревня, в которой её обходят стороной. Женщины, которые хотят её из-за несуществующих вещей, что Агата наговаривает в их уши. Всё это неправильно. Всё это - ложь. Ей было десять, когда мать впервые сказала это: – Ты самая бездарная ведьма, которую я когда-либо встречала. – Прошипела Эванора с презрением, когда Агата не смогла использовать немного магии, чтобы высечь искру в камине. Будем честными. Огонь - не самая простая стихия и, тем более, не является легко управляемой. Но Эванора владела ею, а Агата была её дочерью и, как-то само собой подразумевалось, что огонь подвластен и Агате. Должен быть. Тем не менее, стихия не желала откликаться на зов девочки. Даже чтобы защитить её. На самом деле, ни одна из стихий не желала прийти на помощь Агате. Она рано поняла это.       Когда впервые соседский мальчик толкнул её из-за потрепанного вида и назвал сиротой. Агата упала, а его друзья засмеялись и забросали её грязью.       Когда вновь увидела разочарованный взгляд Эваноры из-за очередного проваленного испытания, призванного проверить способность к магии и научить ею владеть.       Или когда сестры по ремеслу намеренно лгали ей об ингредиентах для смешивания зелья, чтобы посмотреть, что из этого получится. (После одной такой шутки ей пришлось потом месяц скрывать брови под импровизированной челкой, потому что зелье вспыхнуло и сожгло их.)       Когда проезжий писака, сопровождающий священнослужителя, впервые прикоснулся к ней без её согласия.       Когда Эванора обвинила Агату, собственную дочь, в клевете на благочестивого мужчину, пишущего биографию святого отца.       Агате многому пришлось учиться на собственном горьком опыте, но, вопреки стараниям окружающих, она никогда никому не желала зла. Не её вина, что женщины находили её невероятно привлекательной и готовы были бросать собственных мужей ради минуты вместе. Не её вина, что она научилась хорошо лгать, чтобы добиться желаемого или избежать последствий. Агата адаптировалась выживать в жестких условиях, потому что никто не хотел ей помогать, и ничто не давалось ей легко.       Агата наблюдала, как силы сестер росли с каждым годом. С какой гордостью Эванора Харкнесс смотрела на ковен во время шабаша. С каким восторгом каждая из ведьм использовала магию. Агата чувствовала течение волшебства везде и во всем. Даже в себе. Но, казалось, каждый раз, когда девушка пыталась использовать её, магия не признавала Агату ведьмой и утекала сквозь пальцы, словно песок.       Разочарование и обида – вот чем наполнено детство Агаты. А вот чем она была по словам Эваноры – живым доказательством неудачи.       С этим можно было жить, ведь Агата понимала, что не единственная со своими горестями и печалями скрывалась по ночам в сарае, пытаясь понять, что с ней не так. Будучи уже девушкой, почти женщиной, Агата силилась найти путь стать кем-то в этом мире. Может, не такой могущественной ведьмой, как мать или её сестры. Может, знахаркой? Не такая уж плохая стезя, ведь лечить - это почти как отравлять, только наоборот? А значит, должно быть также легко, верно?       Нет.       Потому что мало знать воздействие корней и методы зельеварения. Мало знать их сочетание. Важно определять верное время для приготовления снадобья, отмерять дозировку, понимать энергии и знать, как работает человеческий организм. Знала ли что-то Агата обо всем этом? Ну...В какой-то мере.       Помогло ли это заполучить уважение матери и ковена?       Нет.       Помогло ли это привлечь внимание матери и ковена?       Определенно.       К сожалению, не то, которое хотелось Агате. Ей стоило привыкнуть, что жизнь любит трахнуть её.       Именно так она оказалась на ведьминском костре. Хотя единственное, в чем можно было обвинить Агату - это в слишком большом желании быть кем - то, кроме разочарования, недоразумения и ведьмы-без-сил. Всё, чего Агата хотела - это порадовать мать. Показать, на что она способна. Что в ней есть что-то, кроме неуклюжести, неудачи и способности доставлять проблемы. Взгляд Эваноры полон ненависти, когда она приговаривает собственную дочь к смерти. Несмотря на отчаяние и боль, Агата умоляет мать остановиться и понять её.       – Я могу быть хорошей, пожалуйста!       Но это не помогает. Всепоглощающий страх, отчаяние, боль, обида, чувство предательства наполняют девушку, стоит только матери и ковену - всем её сестрам - поднять руки и зачитать заклинание. Агата умрет здесь и сейчас, прожив ужасную жизнь, так и не поняв, кто она.       Но жизнь - та еще шутница - в очередной раз насмехается над Агатой, когда дарует ей понимание того, в чем именно состоит её сила. Вдруг стало ясно, отчего ведьмы так трепетно относятся к магии, ведь одно прикосновение к ней вызывает жажду. Глаза Агаты закатились от наслаждения. Магия наполняет все существо Агаты, каждую клеточку. Всё тело трепещет от энергии и удовольствия – вот, что пряталось под требованиями матери на испытаниях. Найти путь к магии, научиться контролировать поток, сдерживать жажду – уроки, которые взрослые ведьмы преподают молодым, чтобы те не сошли с ума.       Магия продолжала перетекать в Агату, и она хотела больше. Еще больше. Она хотела всю её.       Пока девушка не услышала хрип. А, открыв глаза, увидела, как мать умирает у её ног. Впервые в жизни девушка чувствует вкус власти: горько-сладкий с привкусом страха в глазах Эваноры. Остальные сестры, высохшие досуха, словно мумии, лежали вокруг. Костер так и не был зажжен.       – Мама… – Зовет Агата единственного человека, которого когда-либо любила.       – Не… – Вырывается из горла женщины, когда последние силы покидают её, и она падает - такая же иссушенная, как и остальной ковен. Застывшая. Безжизненная. Пустая.       Несмотря на то, что все закончилось, Агата чувствует течение магии в своих жилах. Сила взывает к ней, искушая немедленно применить в деле. Так соблазнительно и возбуждающе, что девушка поддается этому желанию, но совсем немного, только чтобы разорвать путы, что привязывают Агату к столбу.       Только когда Агата падает рядом с матерью, она понимает, что плачет. От горя, потери и страха. В одно мгновение её предали и пытались убить. Девушка плачет по матери, которую любила и совсем не понимала. По сестрам, которых имела, но никогда не знала. По миру, который отказывался принимать её такой, какой она была.       Агата также плакала от облегчения. Она жива, и у нее есть магия, что проявила себя и оказалась отражением её сути.       Была ли это очередная шутка от вселенной? Агате неведомо.       Она - Агата Харкнесс, и весь этот мир неправильный.