Жёлтые глаза

      Белое, белое, белое, белое, слишком много белого. Белое помещение, белый пол, белый потолок, белое кресло, люди в белом, очень много белого. Этот цвет резал глаза, проникал под кожу, оставляя после себя страх. Белый — это яд.       Бежать, бежать, бежать! Голова расскалывалась, руки пульсировали из-за оков, глаза жмурились и неистово болели от ненавистного цвета. Люди в белом склонились над ним, что-то говорили, кажется, кричали, но шум доходил как сквозь вату.       Бежать, бежать, бежать…       Бежать от света, от белого. Тьма — вот спасительница от всех мучений. Непрогладная, тягучая, обволакивающая неизвестность, темнота. Пленящая и манящая спокойствием, укрывающая от чужих глаз, она способна спрятать что угодно и кого угодно. Довериться тьме, сбежать от света, от ненавитсного белого.       Бежать, бежать, бежать… ***             — Питер! — глаза распахнулись и уставились на человека. В голове продолжало бить в набат, а глаза приняли свой родной цвет. На Тони смотрели карие глаза.       — Тони? — на выдохе прошептал Питер и ощутил крепкую хватку на плечах. В голове помутнело, воспоминания расплывались, и единственное, последнее, что он заполнил, был белый халат. Снова белый…       Триггер. Очевидно, триггер сработал, и он снова… снова стал им.       — Тони, я опять? Опять он?       — Ш-ш-ш, Питер, все нормально. Он недолго был, и никто не пострадал, — Старк прижал мальчишку к груди и гладил по спине. Нос инстинктивно уткнулся в кудрявую голову. — Сейчас с тобой поговорит один человек. Он добрый, не переживай. Он просто поговорит, хорошо?       Питер кивнул, и из-за спины Тони вышел мужчина в черном костюме. Черный — хорошо. Чёрный успокаивал. Черный, не белый.       Комната в темных тонах, темная одежда, темная мебель успокаивали, притягивали. Не было ни одного белого предмета. Питеру здесь нравилось. Глаза оставались прежними.       Разговор о прошлом несильно радовал его, но он смог. Главное: Питер не был один. Рядом был Тони, а значит, можно не боятся. Триггера не будет. Не будет… наверное.       Чертова ГИДРА, чертовы ученые, чертов белый цвет, чертово одиночество, чертовы халаты, чертовы лекарства, чертовы уколы — чертовы триггеры.       Любое из этого могло пробудить его. Другого Питера. Агента 013 класса «А» — чудовище, стирающее личность Паркера.       Расстройство личности диагностировали после спасения из плена. «Но если бы все было так просто», — усмехался Питер и качал головой.       — Питер, ты ведь понимаешь, что без лечения ты опасен? Если твоя вторая сущность вырвется наружу в общественном месте, то не избежать потерь.       — Да, я понимаю, мистер Смит, — врач кивнул и поставил галочку на бумаге. На чёрной бумаге. Этот факт очень сильно облегчал нахождение Пита в этой комнате. После мистер Смит попросил Паркера отойти.       Одиночество — главный страх. Там его было слишком много. И как бы Питер не пытался, но он, правда, старался не допустить рецедива срыва. Он, правда, старался… ***       Беседу между Тони и мистером Смитом прервал шум стрельбы и битого стекла. Первый сломя голову побежал в гостинную, где должен был быть Питер. Как же он надеялся, что там будет кто угодно, только не Паучок.       Перед глазами появилась весьма неприятная картина. Перевернутая стойка, разбитые панорамные окна, щепки от стульев и стола. Шторы изорваны, пол в следах еды, напитков и чего-то ещё. В воздухе летал запах пороха.       Из-за опрокинутой стойки появилась кудрявая голова, а за ней и пистолет, нацеленный на Тони. Все надежды рухнули в ту же темноту, куда стремился Питер. Слишком много напоминаний оказалось в этой комнате. Слишком много белого. Слишком одиноко.       — Питер… — выстрел. На Тони смотрели жёлтые глаза.