Жизнь и смерть

      Для Вэй Усяня А-Юань был маленьким лучиком света в этом беспросветном мире. Мальчик, что без угрызения совести пихал в свой рот Чэньцин, рисовал на стенах пещеры, обнимал за ноги и спал с ним в одной кровати потому что “Сянь-гэгэ, с тобой теплее”, “Сянь-гэгэ, с тобой не страшно”, “Сянь-гэгэ, спой пожалуйста”. И как можно отказать малышу, что стал для него чуть-ли не сыном? Поэтому каждый вечер он брал на руки мальчишку и ходил по комнате напевая песню, что когда-то в далеком детстве пела ему его мама. Awake awake you children bold Вставайте, вставайте, смелые детишки, Take hold of all your books and fold Соберите все ваши книжки и загните The corners, they warned us Уголки, нас предупредили, A storm is coming on Что скоро будет гроза.       Вэй Ин смотрел как потихоньку закрывались глаза и не мог себе простить, что малыш вырастет здесь. Никто не хотел ему такую судьбу, но и отдать а-Юаня в другую семью или не дай Бог в орден. Все это не представлялось возможным, это было слишком опасно. Вдруг узнают об его происхождении, то тогда малышу просто напросто не выжить.       Покачивая ребенка Вэй Ин не заметил как сзади к нему подошла Вэнь Цин и аккуратно положила руки ему на плечи.       – Что-то случилось?- Вэй Ин опрокинул голову назад и положил ее на плечо девушки.       – Нет, ничего не случилось, я просто пришла вас проверить.       Они стояли в приятной тишине немного покачиваясь в такт тихой мелодии песни.       – Пошли спать,- шепотом произнесла на ухо Вэй Ину Вэнь Цин – тебе нужно отдохнуть.       – Все нормально, я хотел еще поработать, но вы идите, я позже подойду. – Вэй Ин передал а-Юаня Вэнь Цин.       – Вэй Ин, тебе нужен отдых. Когда ты в последний раз нормально спал? – она повела его к кровати сначала уложила на середину а-Юаня, а рядом положила и самого Вэй Усяня.       – Цзэ-Цзэ, – Вэй Ин взял ее за руку и посмотрел умоляющим взглядом. – ляг рядом с нами. Пожалуйста.       Тихо вздохнув Вэнь Цин легла с другой стороны от а-Юаня.       – Мама? – а-Юань зашевелился и уткнулся в теплый бок Вэнь Цин. – Пап, – малыш потянул назад свою ручку и нашел ладонь Вэй Ина, потянул ее к ним с Вэнь Цин.       Молодые люди с удивлением смотрели на маленького мальчика, зажатого между ними и тихо посапывающего.       – Мне не послышалось или он назвал тебя мамой? – в шепоте Вэй Ина слышалось отчетливое удивление.       – Если ты пропустил, то что он еще и тебя папой назвал. – в ее голосе была отчетливая нить сарказма.       – Я что-то не помню как стал резко отцом, Цзэ-Цзэ, каково это быть матерью? – ситуация явно забавляла Вэй Усяня и он начал тихо смеяться.       – Тихо ты! Разбудишь еще сына своего. – шикнула на него Вэнь Цин.       – Ты хотела сказать нашего сына.       – Ммм.. – а-Юань начал ворочаться.       Вэй Ин продолжал тихо напевать песню и а-Юань начинал заново засыпать вместе с Вэнь Цин и что подумал Вэй Усянь, смотря на этих двоих понял, что он вовсе и не против, чтобы они стали его семьей. Маленькой, но крепкой семьей и впервые за долгое время он засыпал с улыбкой на лице, прижимая сына и любимую девушку к себе. What do you mean you've lost Что ты имеешь в виду? Ты потерял Your scarlet welly boots, do y'know what they cost? Свои красные резиновые сапожки? Ты знаешь, сколько они стоят? Wear a raincoat or it'll soak you to the bone Надень дождевик, или вымокнешь до нитки.       Время шло быстро и вот они уже отстроили новые и более крепкие дома на горе, выращивали овощи и принципе были довольны всем. Вэй Ин жил в доме со своей теперь уже женой и сыном. На его лице уже не было той вечной усталости, ведь он уже не засиживается допоздна в пещере, а идет домой, потому что сыну обязательно надо спеть на ночь колыбельную или рассказать сказку, а может просто поиграть или полежать рядом пока не заснет. What's it like, the children ask? Каково это, спрашивают дети? It's just like falling snow, I am above you, Это словно падающий снег. Я над тобой, And I love you, don't you know И я люблю тебя, разве ты не знаешь, That I'll be with you all along, as long as you are kind Что я буду с тобой, пока ты добр к тем, To those who are not strong and cannot find their scarlet welly boots Кто слаб и не может найти свои красные резиновые сапожки.       Но все хорошее когда-то заканчивается.       Тропа Цюн Ци стала общим приговором для всех жителей горы Луаньцзан. Все происходило слишком быстро. Когда-то радость, что только появилась здесь потухла слишком быстро.       – Прости, Вэй Ин, – Вэнь Цин сидела на полу рядом с их кроватью в доме. Ей пришлось использовать иглы против своего супруга. – они пообещали, что не тронут нас если мы с а-Нином сдадимся добровольно.       – Они соврут! Ты же это понимаешь! Не надо, а-Цин, прошу тебя. Я что-то придумаю! Мы что-нибудь придумаем, только не делай этого. Я тебя умоляю не надо. Они не отпустят, не простят. Мы сбежим, помнишь как мы рассматривали такой вариант? Только не уходи. Я не смогу без тебя, а-Юань не сможет, мы не сможем… Пожалуйста, я люблю тебя, не уходи, – Вэй Ин умолял, просил ее остаться как маленький ребенок, лишь бы не ушла. Они оба понимали, что больше никогда не увидятся и это пугало. Вэй Ин не сможет, слишком больно, он снова просит, читает это как мантру умоляя жену не уходить.       – А-Ин, – он поднял глаза на Вэнь Цин и увидел слезы стекающие по ее щекам. – мне жаль. Я очень сильно люблю тебя, а-Юаня и всех здесь. У вас есть шанс. Время, которого нет у меня с а-Нином. Пообещай мне, что вы все убежите. Вы должны выжить несмотря ни на что. Понимаешь? – Ледяная рука коснулась его щеки, а нежный поцелуй в губы останется в памяти его навечно.       – Вэнь Цин, нет!       Женщина поднялась с кровати и пошла к выходу из комнаты уже у двери она оглянулась на мужа.       – Я люблю тебя, Вэй Ин, ты стал моим спасением, живи, пожалуйста, вырасти а-Юаня добрым юношей, спасибо тебе за все и прости меня. Мы обязательно встретимся в следующей жизни, я буду ждать тебя.       – А-Цин, нет! Пожалуйста, нет, нет не уходи! – слезы текли по его щекам, но он не замечал этого и все продолжал твердить. – Не уходи, не уходи, не бросай нас, прошу тебя, я люблю тебя, так люблю, пожалуйста. Cos when it's cold Потому что когда холодно, I'll wrap my scarf around you Я замотаю тебя в свой шарф.       Спустя три дня четвертый дядюшка вытащил иглы из Вэй Усяна, как просила Вэнь Цин. Не обращая внимание на затекшее тело Вэй Ин бросился на выход из дома прихватив с собой Чэньцин и Тигриную печать. В его жилах текла ярость, он жаждал отомстить за жену и шурина, за то, что по вине этих “благородных” заклинателей его сын остался без матери опять. Уже находясь на полпути к спуску с горы он услышал детский крик.       – Папа! – А-Юань бежал на пределе своих возможностей, перебирая маленькими ножками как можно быстрее, он бежал к отцу. – Папа!       – А-Юань, что ты здесь делаешь? Иди в дом к бабушке, – вся решимость Вэй Ина была рассыпана как только он увидел сына, когда а-Юань подбежал к нему Вэй Усянь по привычке сразу взял малыша на руки.       – Ты уходишь? – а-Юань смотрел маленькими глазками и не отводил свой взгляд от отца.       – Да, я ненадолго, я постараюсь вернуться как можно быстрее, ты не успеешь сказать “редиска”, как я уже буду дома.       Вэй Ин пошел в сторону дома где жила бабушка Вэнь.       – Обещаешь?       – Обещаю. Я очень сильно тебя люблю, моя редисочка.       – А я люблю тебя еще сильнее, папочка.       Вэй Ин ласково улыбнулся ему, поцеловал в лобик и передал на руки бабушки.       – Бабушка Вэнь, начните собирать вещи, как только я вернусь мы должны будем уйти отсюда.       – Молодой господин Вэй, куда мы пойдем?       – Мы найдем новый дом далеко отсюда, но надо будет выдвигаться как можно скорее, здесь уже не безопасно. And when it's hard И когда будет трудно, I'll place your head into my hands Я возьму твою голову в свои ладони. And when you scream that it's not fair, И когда ты будешь кричать, что это нечестно, It's like I've gone off to the coast Словно я уехал на побережье, Left you behind just standing there И оставил тебя стоять там, Pretending not to see your ghost Притворяясь, что не замечаю твоего призрака.       Безночный город встретил его гулом и криками радости. Четыре великих ордена во главе с Цзынь Гуаншанем давали клятву уничтожить остатки Вэней и Старейшину Илина, избавить мир от зла.       Ярость разгонялась по венам Вэй Усяня, но он не спешил, ждал, он всей душой ненавидел этих ублюдков, которые только и говорят о благородстве, а сами являются хуже Вэньских псов. Они хотят убить ни в чем не повинных стариков, женщин и детей. Это и есть их хваленое благородство? Как же ему было противно слушать эти хвалебные речи, но терпение его лопнуло, когда Цзынь Гуаншань достал прах Вэнь Цин и Вэнь Нина, и начал его развеивать. Это был красный свет, его терпение иссякло. If only you could hear my voice И если бы ты только мог услышать мой голос, But you are screaming far to loud to hear me swear Но ты кричал слишком громко, чтобы суметь услышать меня. Клянусь,       Все происходило как в дурмане его имя, теплые руки, толчок, меч какого-то ублюдка и его шидзе вся в крови просит его остановить армию мертвецов и конечно же он подчиняется, потому что это шидзе и он не может ей отказать. Цзян Чэн, что-то кричит, но Вэй Усянь не слышит, он может только смотреть на сестру в своих руках. Just because I left doesn't mean that I'm not still there Просто потому что я покинул тебя не значит, что меня там больше нет. I get to watch you grow up now И теперь я смотрю, как ты растешь And make me proud, make all of the mistakes that make me laugh, oh darling lord how you make me laugh И заставляешь меня гордиться тобой, делаешь ошибки, что заставляют меня смеяться, Боже, как же ты заставляешь меня смеяться.       Как он вернулся домой Вэй Усянь без понятия, но он лежал у себя дома где все еще пахло Вэнь Цин и от этого становилось не легче. Хотелось плакать от боли, еще вчера у него была шидзе, Вэнь Цин, Вэнь Нин, а сегодня их нет, никого из них нет.              – Молодой господин Вэй, – четвертый дядюшка зашел в спальню. – мы залечили ваши раны, но вам лучше не напрягать их, чтобы швы не разошлись.       Четвертый дядюшка не спрашивал про самочувствие, всем и так было предельно ясно, что он чувствует на данный момент.       – Спасибо, четвертый дядюшка.       – Папа!       – А-Юань, к папе нельзя, он болеет, ты сможешь придти к нему, когда он поправится.              Вэй Ин услышал голоса из гостинной, принадлежащие бабушке Вэнь и а-Юаню.              – Пусть войдет, – сказал Вэй Усянь четвертому дядюшке.       – Бабушка, господин Вэй попросил пустить а-Юаня к нему.       – Папа! – а-Юань бесцеремонно залез на кровать и обнял отца, не обращая внимание на боль в груди Вэй Ин обнял сына. Он даже не представлял как скучал по нему.       – Привет, редисочка, вот видишь я вернулся, я же обещал.              А-Юань радостно улыбнулся ему и прижался еще плотнее к боку.              – Я думал ты ушел навсегда. Бабушка сказала, что мама с дядей Нином ушли и не смогут вернуться, ведь отправились в долгое путешествие как третий дядюшка с тетей Юн. Ты ведь не отправишься в путешествие? Правда, пап? – Вэй Ину показалась, что его горло сжали тысячи мертвецов, он не мог вздохнуть и вымолвить хоть слово, не мог пообещать сыну, что останется, ведь навлек еще больший гнев кланов на себя. У а-Юаня есть еще шанс на счастливое детство и жизнь, если им не суждено выжить, то пусть хотя бы он поживет. – Пап?       – А-Юань, мой маленький, сейчас все очень сложно, я не могу обещать быть рядом всегда, но я буду с тобой столько сколько смогу, я буду защищать тебя всегда, даже если мне придется уйти, то я всегда останусь здесь, – Вэй Ин указал на сердце а-Юаня. – ты самое дорогое, что у меня есть, я люблю тебя, сынок и я очень рад, что могу звать себя твоим папой. Get drunk for me, sing louder than you've sung for me, Напейся за меня, пой громче, чем ты пел для меня, Grow young each time that thunder in your lungs begins to rumble at the world Становись моложе каждый раз, когда гром в твоих лёгких начинает роптать на этот мир. Cos you were always strong, Потому что ты всегда был сильным,              Они не успели покинуть гору, когда талисманы начали работать извещая всех, что кто-то пытается прорваться через стену мертвецов. Кровь в жилах заледенела, Вэй Ин приказал всем прятаться в пещере. Выхода нет, он лишь надеется, что сможет отбиться от них и увести своих людей в безопасное место. Он обещал Вэнь Цин, обещал быть рядом с а-Юаням настолько долго насколько сможет и если ему суждено будет погибнуть, то он сделает все возможное, чтобы все Вэни выбрались.       Последней его надеждой было договориться, пусть он предстанет пред судом, но его семья выбирается невредимой. When you were young, you'd kick things just to see if they would fall И когда ты был маленьким, ты толкал вещи только для того, чтобы проверить, устоят ли они, They said ‘that boy he's wrong' Все говорили: "С этим мальчишкой что-то не так", But I'll stick up for you, even though you haven't got a clue, you haven't got a fucking clue Но я поддерживал тебя, хотя ты совсем не знал об этом, ты, блять, даже не подозревал...              Огонь покрывал гору Луаньцзан так, что не было ничего видно только звуки борьбы, крики и звон мечей. Страх за свою семью был таким сильным, но Вэй Ин не терял контроль, он сосредоточился на защите пещеры.       Ему было плевать если его ранят, он будет стоять до последнего. Пока его сердце бьется он не сданется. And I'm so proud of you Я так горжусь тобой, And when they laugh at us А когда они смеются над нами, You'll feel my fingers down your back Ты почувствуешь мои пальцы на своей спине.       Сердце Вэй Усяня упало в пятки, когда он услышал детский крик “Папа!”. Надежда на то что ему это показалось была мала, но он повернул голову в ту сторону откуда доносился звук.       Лучше бы он этого не делал.       Вот а-Юань пробегает через толпу мертвецов и несется в его сторону, какой-то заклинатель оборачивается и бьет мечом его сына, Вэй Ин видит как маленькое тельце падает на землю и кровь льется, пропитывая ткань и землю вокруг.       Все замирает для Вэй Усяня. Нет никакой бойни, орденов, мертвецов, есть только он - а-Юань. Его маленькая редисочка, лучик солнца, сыночек, что сейчас лежит на холодной земле и не шевелится.       – Нет, – прошептал он. – это не может быть правдой. – Разбрасывая заклинателей как тряпичные куклы он добрался до сына. – А-Юань, это я папа, давай просыпайся. Пожалуйста, малыш, только не ты.       Взяв а-Юаня на руки как младенца, он повернулся к тому ублюдку, что посмел тронуть его ребенка. Темная энергия покрыла Вэй Усяня, если до этого он давал отпор только тем кто на него нападал, то сейчас ему было плевать. Они тронули того кого трогать им было нельзя.       Если они пришли за сражением он его устроит.       Того ублюдка, что поднял свой меч на а-Юаня придавило темной энергией всмятку.       Глаза Вэй Усяня горели огнем, тьма вокруг него лилась рекой, мертвецы стали нападать с еще большим рвением. Это было началом Ада. And when you scream I'm not alright И когда ты прокричишь: "Я не в порядке!", And throw my picture at the wall И бросишь мою фотографию об стену, ‘You were supposed to be my light "Ты должен бы быть моим светом And keep me safe against them all И охранять меня от них! How could you leave me here' you'll scream Как ты мог покинуть меня здесь?", ты прокричишь.              Цзян Чэн замер как вкопанный, он мог лишь смотреть как когда-то его брат бежит к ребенку, что не подавал признаков жизни. Перед глазами проплыл образ мальчишки, что цеплялся за его ногу в первый визит на гору Луаньцзан. Неужели этот ребенок сын Вэй Усяня? Если это так, то заклинатель из ордена Ланьлин Цзынь только что убил его.       У Цзян Чэна засосало под ложечкой, а в голову прокралась мысль, что все что он сейчас делает – безрассудство. Сердце заколотилось как бешеное, когда Вэй Усянь расплющил заклинателя Ланьлин Цзыня в лепешку, а вокруг Старейшины начала образовываться плотная стена темной энергии.       Мертвецы как с цепи сорвались, если до этого их было сложно победить, то сейчас это казалось невозможным. Глава Цзян видел как заклинателей разрывали на части острые когти мертвецов. Оборонятся стало труднее, Лани держали линию защиты отбиваясь с помощью гуциней, но скоро и этого будет недостаточно.       Вэй Усянь пробирался сквозь их армию беспрепятственно, все кто стоял у него на пути погибали сразу же, но он остановился когда перед ним встал Лань Ванцзи. And louder, I'll scream back to you from that unknown И ещё громче прокричу я, из этой неизвестности, And say И скажу: I know you're strong enough to do this on your own "Я знаю, что ты достаточно силен, чтобы справиться сам. I know you're strong enough to do this on your Я знаю, что ты достаточно силен, чтобы справиться сам.              Лань Ванцзи смотрел на Вэй Усяня со страхом, когда тот поднял а-Юаня на руки и как будто закутал в кокон тьмы, окружив их двоих надежной броней. Лань Ванцзы ринулся через поле битвы к Вэй Усяню, он слышал как старший брат кричит ему вслед, но ему было не до этого, его цель была важнее, он знал, что брат справится с мертвецами. Сейчас было важнее успокоить Вэй Ина.       Он остановился перед ним нисколько не боясь его. Даже если Вэй Ин его убьет, он примет это без единого противостояния.       – Вэй Ин.       – Лань Чжань, уйди с дороги, а-Юаню здесь не место. Я должен его защитить. – Взгляд безумца, по другому назвать его нельзя. Вэй Ин еще верит, что а-Юань жив и если эта вера исчезнет, то он потеряет рассудок еще больше. – Все хорошо, а-Юань, это богач-гэгэ, он не будет мешать нам, я вытащу тебя отсюда. Слышишь, редисочка, папа тебя не оставит в этом Аду, он защитит тебя. – Тихо, как в бреду Вэй Ин говорил это малышу на руках, будто ребенка разрывает истерика.       – Вэй Ин, вернись со мной в Гусу, – взгляд Вэй Ина сразу же потемнел еще больше и аура вокруг него стала еще тяжелей. – а-Юаню там помогут и тебе тоже.       – Лань Чжань, я думал ты изменился. Просто дай нам уйти и никто больше не пострадает.              Strong enough to do this on your       Достаточно силен, чтобы справиться.       Strong enough to do this on your own       Достаточно силен, чтобы справиться сам.              Хриплый кашель разорвал грудь Вэй Усяня и прижимая детское тельце ближе к себе, он согнулся в приступе. Постепенно контроль над печатью становилось все труднее держать и темная энергия начинала брать верх над разумом Вэй Усяня. Стена мертвецов, что защищала пещеру пала и заклинатели в порыве настоящего безумия ринулись туда. Кто-то попытался напасть на Старейшину со спины, но мелодия гуциня Лань Ванцзи отбросила его назад.       Мертвецы продолжали нападать на оставшихся заклинателей, чувствуя ярость хозяина все больше появлялось мертвы.       Лань Ванцзи попытался подойти ближе к темному заклинателю, но его оттолкнул Цзян Чэн. Глава ордена Цзян сел на колени рядом с Вэй Усянем.              – Вэй Усянь, тебе нужно успокоится! Здесь настоящая мясорубка, – Вэй Усянь резко поднял голову на младшего брата, по его губам стекала кровь, а глаза смотрели с чистой яростью пылая красным.       – Это вы пришли сюда первыми, устроили засаду на тропе, потребовали смерти моей жены и Вэнь Нина, а сейчас вы пришли убить меня и мою семью, разрушить мой дом. Вы тронули моего сына! – Крик Вэй Усяня был слышен многим. – Я похороню здесь всех.              And years from now at night that storm       И через годы ночью начнется гроза,       Will break, you'll step outside to feel it shake       И ты выйдешь наружу, чтобы почувствовать грохот       And barefoot walk across the lawn       И босиком пройдешься по газону.              Темная энергия вышла наружу, как страшный смерч, она не жалела никого. Все что попадало в ее поле становилось частью нее. Люди бежали, пытались прятаться, но все бессмысленно. Вэй Усянь больше не контролировал это, он пустил все, что таилось в его душе на волю.              You'll miss me oh Jesus Christ you'll miss me       Ты будешь скучать, о Боже, ты будешь скучать       Just much as all those years ago, and you'll look up at the storm       По мне так же, как и все эти годы, и ты посмотришь на грозу              – Его нужно остановить, – крикнул Цзян Чэн и посмотрел на Лань Ванцзи. – его рассудок тронулся, он не сможет это остановить!              Лань Ванцзи кивнул и перевел взгляд на Вэй Усяня. Оба заклинателя понимали, что его уже не спасти, а если и получится рассудок уже не вернуть. Вэй Ин потонул в печали и скорби, для него это был конец. Он продолжал сидеть на земле и укачивать мертвого сына на руках, шептать неразборчивые слова, не обращая внимание на происходящее вокруг.              – Хангуан-Цзюнь, Вэй Усяня надо ликвидировать, – Цзян Чэн не смог сдержать предательскую дрожь в голосе. – это единственный вариант, иначе мы все здесь сгинем.              В голове Лань Ванцзи проносились тысячи мыслей, он не мог убить Вэй Ина, как бы не стоял перед ним долг он не мог. Осмотрев поле можно было заметить множество трупов, те кто еще живы пытались спастись как могли.       Прикрыв ненадолго глаза Лань Ванцзи кивнул Цзян Чэну. You'll say ‘I've been so scared, И скажешь: "Я был так напуган, you left me here behind, do you not care? Когда ты оставил меня, разве тебе всё равно? How the fuck am I supposed to carry on without you here? Как, блять, я должен держаться здесь без тебя?"              Они действовали слаженно, подойти было сложно толстый слой темной энергии продолжал окутывать Вэй Усяня. Лань Ванцзы начал играть на гуцине, чтобы ослабить тьму вокруг, Цзян Чэн кинул в стену Вэй Ина талисманы. Им нужна была маленькая щель, чтобы пробиться к нему. Бой с темной энергией не длился долго, но для них прошла целая вечность. И вот она - щель. Цзян Чэн достал свой меч и пробил ее.       Перед ним на коленях покачиваясь сидел брат, он тихо напевал песенку сыну, отчаянно пытаясь успокоить мертвого мальчика. Вдруг Вэй Ин поднял глаза на Цзян Чэна.              – А-Чэн, это а-Юань мой сын, твой племянник. Он сейчас немного капризничает, но на деле он очень спокойный. Просто все эти люди напугали его. Как только я его успокою мы можем все вместе поиграть. Правда, а-Юань? Он очень любит играть на грядках, закапывает себя в них, считает, что так он быстрее вырастет и у него появятся братики и сестрички. По-правде говоря это я ему сказал, что так он вырастет и у него появятся братики и сестрички. Мы с Вэнь Цин планировали, что когда встанем на ноги и сможем перебраться, то обязательно заведем своих детей и у а-Юаня наконец-то будут братики и сестрички. А-Юань, ну чего ты раскапризничался это же Цзян Чэн я тебе про него говорил, он не обидит тебя. – Цзян Чэн впал в ступор. Вэй Усянь со слезами на глазах и кровью изо рта продолжал ему рассказывать про своего сына. Рука Цзян Чэна начала дрожать и слезы появились на его глазах.       – Вэй Ин, прости меня, пожалуйста, мне так жаль, что это случилось, – Вэй Ин оторвал взгляд от а-Юаня, посмотрел на брата и улыбнулся уголками губ.       – Чэн-Чэн, о чем ты гов..              Слова Вэй Усяня оборвались так же быстро как и его жизнь. Все прекратилось в один миг. Мертвецы замерли и упали на землю, смерч тьмы распался, все затихло. Те кто выжил поднимались земли и начали подходить к тому месту где лежал Старейшина Илин с перерезанным горлом. Кто-то может сказать, что это простая смерть для такого человека ка Вэй Усянь, но Цзян Чэн не смог по другому.       Его младший брат склонился над его телом и тихо оплакивал.       Вэй Усянь лежал на земле и смотрел пустым взглядом на небо в его объятиях лежал сын. Даже если бы кто-то захотел забрать ребенка, то не смогли бы расцепить мертвую хватку отца.       Не было радостных криков победы, все были измучены боем, когда он шли сюда, рассчитывали на легкую победу, но в итоге было столько потерь.       Лань Сичень подошел к Лань Ванцзи, что не сводил глаз с тела Вэй Усяня. Его лицо не изменилось для обычного человека, но его старший брат видил глаза полные боли и печали. Лань Ванцзи скорбел так же сильно, как Цзян Чэн.        Just when you're about to give up every hope you have you turn around И когда ты потеряешь последнюю надежду, ты обернёшься, усядешься Perched by the stairs, someone's gone and left behind На лестницу,мимо которой кто-то прошел и оставил A brand new pair of scarlet welly boots Новенькую пару красных резиновых сапожек.              Прах Вэй Усяня и Вэнь Юаня покоился в зале предков Юньмэн Цзяна, таблички с их имена стояли рядом, а также рядом с ними висела табличка Вэнь Цин. Цзян Чэн сделал все возможное, чтобы очистить их имена в истории и в глазах людей. Остальных Вэней похоронили по всем традициям их клана и прах рассеяли над Курганами.       Тигриная печать разрушилась до такой степени, что осталась одна пыль, Чэньцин и все вещи Вэй Усяня, что были на Луаньцзан забрал орден Юньмэн Цзян. Цзинь Гуаншань пытался возмущаться и требовать возместить ущерб за потерю людей, но ему быстро заткнули рот, сказав, что это была его идея осады.       Лань Ванцзи ушел в уединение на неопределенный срок, многие говорят, что он из него и не выйдет.              – Ты рано, мы не ждали тебя так рано.       – Я не могу без вас ты же знаешь. -- Молодой человек подошел к девушке и сразу утонул в ее объятиях.       -- Пошли, Вэй Ин, нам пора.       -- Прости меня, я не смог сдержать обещание. -- Он уткнулся в ее шею, но тут почувствовал какой-то непонятный вес на своей ноге. -- А-Юань!       Вэй Ин поднял сына на руки и они с Вэнь Цин зажали его в объятиях под тихий смех малыша.       Вэнь Цин взяла мужа за руку и они направились через мост на новый круг прерождения.