Глава 20. Всему своё время

Они вошли, они жаждали, они были безумны в погоне за своей целью. Даже Рональд, который когда - то был лучшим другом Гарри и Гермионы. Неужели они были столь самоуверенны в своём превосходстве? Пораженный, подобно болезнью, здешней реальностью, полностью отдавший на растерзание ту добрую часть себя изощренному, нарцисстическому сознанию Аарона Фламмеля, Рон хотел править миром, хотел власти и безошибочного превосходства, как наследник своего отца, подчиняющийся Хаосу. Сопротивлялся ли сам Рональд тому существу, в цепких лапах которого оказался? Конечно. Однако и в самом Рональде тёмных пороков оказалось значительно больше, нежели их было у его друзей, а быть может ни его филосовский янтарь, ни другое сознание, отроду воспитанное потомком тьмы, были ни при чём? Сапфир так же являлся внуком Тёмного Элемéнтара, но никогда не был пропитан подобными пороками, какими буквально разил Рональд, словно протухший, испорченный пирог. Пирог, к которому он бы и сам ни за что не притронулся. Во всем была виновата Судьба, что не щадила ни кого из своих шахматных фигурок на доске, передвигая их таким образом, которым было нужно ей и даже Темпос, не взирая на мощь своего величия, не мог в полной мере противостоять ей. Правильнее сказать, та версия Темпоса, которая владела силой Времени на данный момент. Никто из верховных Элемéнтаров не менялся. Кроме него, ведь в р е м я всегда было быстротечно и всегда изменно. Оно разрушало государства и возводило новые, залечивало раны и давало возможность многим принимать себя, прощать, любить и забывать. Время владело такой мощью о котором многие и не задумывались, и именно ему пришло то самое время, наконец, принять себя, но вместе с этим и отпустить и самое дорогое, что имелось. Навсегда? Сложно было сказать, говоря о самом времени, единственной, постоянно меняющейся константе. В этом и была его уникальность, и он прекрасно знал об этом факте, отражая сквозь безмятежный сон тёплую улыбку. — «Уже? Так скоро?» — слова Кловиса пробили в сонном сознании Аурума даже тогда, когда он очнулся, плавно открыв глаза на встречу предстоящей истине. — Только земля может спасти мир… — прозвучал давно знакомый голос в ответ на безмолвно поставленный вопрос золотистоволосого самому себе о словах Кловиса. — Я помогу каждому найти своё место в этом мире. — Чётко произнёс Аурум на сказанные слова того, кто уже около тысячи лет преследовал его, не давая нормальной жизни. Он спился из - за него, не имея возможности сопротивляться, как обречённый, ненавидел его и ненавидел себя. — Это должен быть именно Тер… — Потому, что так кто - то сказал? Или потому, что ты сам был когда - то Тером? — Каждый раз усмехался маг Земли, когда слышал этот заведенный голос в голове. — Да уж никто из вас и никогда не был готов пощадить Фламмеля или Криониса. — Тьма… всегда являлась их спутником. — Тьма так же владеет и Судьбой! — Заметно поднял голос Аурум, нежно прикасаясь к щеке рядом спящей Николетт, бережно и осторожно, словно переживал, что сможет разбудить, хотя и прекрасно знал, что этого не случиться... до определённого момента. — О, да… — ответил уверенный голос в голове Аурума, подтверждая его слова. — Судьба единственная, кто из нас двоякий. Ведь любой здравомыслящий знает, что она не лишена иронии, поэтому я и выбрал тебя. Ты справишься. Твоя жертва… — Заткнись. — Злобно рявкнул наследник Тера, по - прежнему не сводя взгляда с любимой, что мирно спала рядом, магически погруженным сном. Внизу раздавались звуки разбитого стекла и звуки падающего, чего - то тяжёлого. — Сам знаю! — Рявкнул Аурум, нехотя поднимаясь с кровати и подходя к окну, за которым вырисовалась занятная картина. Тер тяжело вздохнул, завидя, насколько сильно сработали филосовский янтарь и филосовский алмаз, защищая своих обдалателей, которые ничуть не пострадали после воздействия на них фатального потока, созданного Бонни. Оказавшись шмякнутыми на спины, Огонь и Воздух быстро вскочили на ноги, словно ничего и не произошло. Будто и не было в них брошенной, магической гранаты, которая едва не разнесла половину первого этажа, взрывной, неудержимой волной, вышвырнув из особняка Сальваторе. Кай хрустнул шеей, ехидно усмехнувшись. Социопата заводило подобное начало, раззадоривало, рождая в голове всякие изощренности, ведь чем больше ему сопротивлялись, тем больше зрело в голове больных фантазий о самом страшном, разнообразном убийстве, в отличии от Рональда. Тот просто закипал от подобного применения к нему силы — банально и избито, как типичный фламмель, сложноконтролируемый свою природу истинного Огня, взрывающийся, как дешёвая бочка забродившегося вина, бесстыдно воняя. — Я убью тебя, Гарри! Вместе с Гермионой! — Неудержимо выпалил Пруэт, багровея, подобно томату у которого, казалось, вот - вот из ушей повалит дым, как у пыхтящего паровоза. — Но сначала я сожгу заживо того самодовольного вампира! — Злобно процедил Рональд, мгновенно направляя мощный поток огня в сам особняк. Аурум, спокойно наблюдая за столь дурацкой, раскинувшейся картиной, не смог подавить смешка. И это была одна из версий того парня, которым когда - то была увлечена Гермиона? Охотно хотелось верить, что интеллект оригинального Рональда Уизли был намного проницательнее, ведь иначе, чем только бы она объяснила свой интерес к подобному, бестолковому существу? А вот реакция Кая, того, кто в действительности обладал умом, хоть и прилично больным, на действия Рона, явно вызвало у золотистоволосого уважение. — Как работает твой мозг? — Паркер издал издевский смешок, придурочно заложа руки в карманы и, обводя бывшего Уизли насмешливым взглядом, завидел, как дом Сальваторе, с плавной грацией, моментально покрылся магической толщей льда, даже не успев дать потоку огня подобраться к нему. — Там ведь сын Инверно. Мы ведь, собственно говоря, по его душу ну или силу пришли, как и за силой Аурума Тера. — Вновь хохотнул Паркер. — Так как работает твой мозг? Рональд фыркнул, с отвращением прекратив воздействие адского пламени на особняк, обуздал вырвавшуюся из - под ладоней мощь и специпил зубы, звучно скрипнув ими. — Хорошо или нет, спросишь потом. — Тяжело дыша сквозь раздувшиеся ноздри выпалил Рон. Присутствие в особняке Сапфира ещё больше злило его, заставляло, как и любого нарцисса, чувствовать себя ущербным. Во что бы то ни стало он должен был его обесценить, заставить упасть самооценку мага Воды и Льда ниже плинтуса, словами или же действиями, но самоутвердиться за его счёт. Какой же жалкой и убогой была на самом деле версия этого Рона. Аарона Фламмеля, обладающего столь демонстративным и одновременно тугим сознанием, как у типичного больного расстройством личности, не соображая такую простую истину, что здоровое, знающее себе цену существо не извернуть никакому нарцисстическому мозгу. — Что уставился?! Сделай что - то! — Так я ждал, когда ты в очередной раз что - то пропыхтишь… — заливисто рассмеялся Паркер и мощь рьяного потока воздуха вырвалась из его естества, столкнувшись с нерушимой стеной льда, созданного Сапфиром Крионисом. Прошло немного времени прежде чем разрушающий поток воздуха буквально уничтожил, казалось, нерушимую защиту. С громким скрипом лёд затрещал по швам, огромными осколками с грохотом рухнув на землю. Кай самодовольно усмехнулся, бросив победоносный взгляд на Рональда. — Воздух может всё, даже то, чтобы забрать у тебя последние остатки кислорода, дабы ты задохнулся. — Заткнись… — тихо прошипел бывший гриффирдорец, ожидающий нужного момента, чтобы всем продемонстрировать своё превосходство. Было прекрасно понятно, что более, настолько самоуверенно, эти оба в особняк заходить не собирались. Паркер водрузил ладонь на плечо Аарона, закрыл глаза на мгновение, тихо прошептав одно из хорошо знакомых ведьме Беннет заклинаний, но ничего не произошло. — Бо-о-о-нни?! — Недовольно протянул Кай, брезгливо отшатнув от себя Пруэтта. — Я не смог сделать себя и своего спутника невидимыми! Ты применила какой - то трюк? Выходи, Бонни и я закончу то, что мы начали в нашей совместной тюрьме приключений. Он запрокинул голову к солнцу, довольно усмехаясь. — Я скучал по этому чувству. — Осведомил громким голосом находящихся в доме Кай, вместе с Пруэттом медленным шагом вновь проходя в особняк, поскрипывая деревяшками под ногами. Внезапно, из - под пола дома Сальваторе вырвались витиеватые растения, выбросили некие споры, что мгновенно обездвижили противников, возвысив их в метре над землёй, сковывая невидимыми путами. Парируя в центре гостинной Паркер и Пруэт увидели Гарри и Бонни, державшихся за руки. Беннет быстро бормотала какое - то заклинание, пока Гарри контролировал при помощи её магии необычные растения, испускающие импульсные волны золотистого цвета. — Ну прямо чудестное слияние магии новоиспеченного Тера и нашей Бон - Бон! — Из - за угла показалась воровитая рожа Деймона, опирающаяся пятой точкой об дверной косяк. Неподалёку стояли и Фред с Джорджем, обмундированные до основания, а так же Гермиона вместе с Сапфиром, внимательно взирающие на подвешенных и обездвиженных в пространстве социопата и нарцисса. Кай прилично напрягся, пытаясь применить хоть какую - то свою магию, так же как и Рон, но тщетно. Ничего не произошло, кроме того, что они стали ощущать жгучую боль, которая все больше и больше нарастала, чем быстрее Бонни бормотала какое - то заклинание. — Сосунок Поттер всего лишь проводник, с которым она слила свою магию, дабы незаметно подобраться к нам, — прокряхтел сквозь боль Паркер, рыча. — Источник кто - то другой. — Источник хочет, чтобы мы поскорее приготовели из тебя барбекю, — выдал, как на духу Деймон. — Делайте то, что задумали, — обернулся к братьям Уизли и Гермионе Деймон, — потому что Бонни убьёт их обоих. — Позволь снять твой кулон, Рон, — вкрадчиво проговорила Грейнджер, выступив значительно вперёд. — Ещё не всё потеряно. Ты можешь вернуться. — ВЕРНУТЬСЯ?! — Сквозь боль прорычал Пруэт. — О, да! Только чтобы содрать с тебя кожу живём, как и с Гарри! — бросил он злобный взгляд на Поттера, что по прежнему выглядел сосредоточенным, держась за руки с Бонни и стоя с закрытыми глазами. — Снимай сейчас же кулон, Рон! — прогремел суровый голос ведьмы Беннет, на мгновение переставшей читать заклинание, от чего оба подвешенных и Паркер и Пруэт медленно стали двигаться, подобно погрязшим в вязкое болото. — Или я убью вас обоих! — Ты не сможешь, чтобы не умереть при этом самой, Бонни! — рассмеялся в лицо ведьме Кай. — Сквозь тебя идёт слишком мощный поток энергии. — И ПУСТЬ! Не впервой… — сквозь зубы проскрежетала девушка и была весьма уверена в своём решении, а так же права. Не раз этой ведьме приходилось проходить через подобное и при этом так же и умирать. Она защищала своих лучших друзей, своих родителей, жертвовала собой и никогда не принимала необдуманных решений. Как же достал её Кай Паркер за несколько месяцев проведённых в тюремном мире так, что она сама едва не покончила с собой. Чего стоило вновь отдать жизнь за дорогих друзей, чтобы избавить хоть от одной, но довольно серьёзной проблемы, смертельно угрожающей всем. Они были тут. Её друзья. Они были рядом и она более не ощущала того ужасного, выгрызающего одиночества. Всё было правильным. — Подумай ещё раз хорошенько, Бон! — Деймон смекнул, что ведьма весьма не шутила, которой он ранее подыгрывал, немного побледнев прямо на месте, от переживания. — Мы можем убить Паркера другим способом! — Другого способа не будет Деймон! — прокричала Бонни. — Сила Николетт не резиновая! Сейчас или никогда! — Сними чертов кулон, Рон, соплохвост тебя в задницу! — нервно выкрикнул Фред едва себя сдерживая, дабы не броситься в магическую сферу, окутавшую, как его брата, так и Паркера, который первым потянулся к цепочке на шее, но так и не смог её сорвать, ведь полноценное действие магии было направлено, как раз на него, в отличии от Рона, что был окружен сферой, но мог все больше и больше двигаться. — Простите меня, — горько обратилась Бонни к близнецам Уизли, намеренная совершить задуманное. — Если оставить магическое применение в таком состоянии, они вновь смогут воспользоваться силами и смогут едва ли не убить всех нас. Это может произойти в любую секунду. — НЕТ! — Раздался душераздирающий вопль Джорджа. Близнец, как ошпаренный вырвался вперёд, прыгнув прямо в застывшую в пространстве сферу, вцепившись с разбегу в шею Рональду и попытался стащить с него филосовский янтарь. — Дерьмо! — яростно выкрикнул Деймон, дергнувшись, но был резко остановлен жёсткой криокинетической хваткой принца Элемéнтаров, стоящего подле него в паре метров вместе с Гермионой. Сфера мгновенно завибрировала, стены громко лопнули, посыпавшись с разных сторон деревяшками. Ладони Рона заискрились оранжевыми молниями, пока сам Пруэт пытался избавится от вцепившегося в него Джорджа, с маниакальной настойчивостью все ещё пытающегося стянуть с брата кулон. Гарри, распахнув глаза, ужаснулся, увидев представшую перед ним картину, резко расцепив ладони. Раздался оглушающий <бах> и всех раскидало по разные стороны здоровенной гостинной, ударной волной. Деймон пронёсся сверхскоростью, подхватив Гермиону, чья голова едва не напоролась на острый, стеклянный штырь, торчащий из-под разваливающегося шкафа, когда Сапфир даже не успел среагировать, оставшись довольно навредимым при падении, благодаря своему камню. Фред оказался взваленным на безсознательную Бонни, лежащую на спине поверх персидского ковра, усыпанного осколками стекла, пытаясь отыскать сквозь негустой дым из пыли и прочьей швали Джорджа, которому повезло гораздо меньше него и Поттера. Гарри, в отличии от Джорджа, оказался лежащим у стены, но уже пытающийся подняться на ноги, а вот Джордж... — Джордж?! Нет, Джордж, очнись! — насколько это было возможным быстро оказался перед ним Фред, ужаснувшись увиденному. Из груди брата близнеца торчал крупный осколок деревяшки, угодивший в самое сердце и Фред издал истошный вопль. — А — А — А… НЕТ!!! ДЖОРДЖ! — Не ори! — Быстро подоспел вампирской скоростью к близнецам Деймон, мгновенно осмотрев их и тут же вытащив из груди Джорджа деревяшку, проткнувшую сердце. — ОН МЕРТВ! — Продолжал истошно сетовать Фред. — Мой слух довольно острый, даже если бы я и не находился рядом с вами, идиот! — Фыркнул Деймон. — В нём была кровь Стефана, так что он мёртв временно! Очнется через пару часов, укусит за задницу Поттера и станет вампиром, — криво улыбнулся Сальваторе. — Не вопи. Фред мотнул головой, пытаясь скинуть окутавший его страх и шок, трясущимися руками, обнял за голову брата, положа себе на колени и тихо всхлипнул. Гермиона подоспела к ним обоим, мягко коснувшись бездыханного тела Джорджа, больно сглотнув. — Он будет жить. Он не мертв. Ты ведь слышал, — сиплым голосом проговорила Грейнджер. — Будучи вампиром?! — выпалил Фред. — Да умолкни ты уже, игреневый! — прошипел Деймон, подходя к Паркеру, что так же оказался без сознания, после воздействия магии Бонни, легонько пиная того ногой, будто проверяя на предмет живучести. — Познакомлю с Кэролайн. Вампиризм её сделал только лучше. Сальваторе довольно усмехнулся острым слухом уловив сердцебиение тех, кто находился без сознания, но дышал, вознес деревянный кол над грудью Кая, готовясь, наконец, нанести смертоностный удар. — Стой! Предупредительный тон Сапфира Криониса заставил Деймона замешкаться. — Камень. — Ёмко напомнил принц Элемéнтаров, махнув головой по направлению груди социопата. Сальваторе яростно швырнул кол через всю гостинную нелициприятно выругавшись, после пнул со всей дури безсознательную тушку Кая, сплюнув. Из другого конца зала послышался приглушенный, надрывистый смех. — Какой же ты жалкий, Деймон. Всего лишь вампир, ничего не в силах предпринять даже против такого Элемéнтара, как Кай… — пошатнувшись промолвил Рональд, как всегда обесценивая всех и вся, прежде всего, обесценивая и недооценивая самого сифона. Однако, не успел Деймон среагировать, дабы в порыве ярости снести Пруэту голову с плеч, из гортани Рональда вырвалось то, что буквально возобладало над вампиром. — Сидишь в этой норе, пытаешься помочь этой кучке неумех, порхая, как петух над чужим братом, когда собственного давно уже, наверное, прикончила Кэтрин. — Самоуверенно вздергнул нос Рон. — Да. Мы наткнулись на Стефана в лесу, прежде чем отправиться сюда и оставили его нашей подружке позаботиться, хотя… стоп. Это ведь твоя подружка, верно? Услышав подобное, Деймон яростно дергнул губой, пропилив Рональда убийственным взглядом, быстро перевёл взгляд на принца Элемéнтаров. — Иди. — Понимающе сорвалось из уст Сапфира, стоило взгляду Сальваторе лишь пересечься с уверенным взглядом принца. Деймон исчез в ту же секунду, оставив за собой лишь сверхскоростной шлейф колебания пространства. — Верно, да… — послышался негромкий голос Гарри, пришедшего в себя и поднимающегося с пола, обращаясь к Сапфиру. — С Роном мы справимся и сами, — бросил он осторожный взгляд в сторону Паркера, что полировал пол своей отключенной тушкой неподалёку. Рон запрокинул голову к подобию неба, расхохотался не иначе, как пьяный, а после вновь вперил свои убийственные, налитые завистью и злобой глаза на ребят. И, если грязные, порочные эмоции лишь изредка вырывались из него наружу в прошлой ипостаси, то здесь он был буквально из них одним, полноценным комом. — Уверен, Гарри? Да, ты всегда и во всем был уверен! — Выпалил он. — Вообще - то это не правда. Я часто спрашивал совета у тебя и… Гермионы, — застопорился Поттер, пытаясь подобрать нужные слова. — Это не ты. — Это я! Сколько тебе ещё нужно времени, чтобы осознать это?.. — приглушенным, злобным тоном протянул Рон. Ладонь его вновь заискрилась, пальцы стрельнули в потолок энергетический заряд оранжевой молнии. Раздался режущий всплеск. Потолок осыпался звенящим звуком рухнув посреди зала. Фред лишь перевёл свой стеклянный взгляд куда - то в пол. Сейчас близнеца ничего более не волновало, кроме Джорджа. На Роне он успел уже поставить крест. — Отлично, Рон… — на выдохе произнес Гарри, с разочарованием взирая на наследника Пламена, когда - то лучшего друга, поголовно объятого тьмой. — Ты убил эту люстру. — Пытаешься прикалываться? Хочешь доказать, что ты чего - то стоишь? Что ты сильнее? — Пафосным голосом вопросил Пруэт. — Ты делетант! Все вы — делетанты! Даже Сапфир, который съякшался с тебе подобными, Гарри — деревенщина жалкая! — Бросил он уничижительный взгляд от принца Элемéнтаров к Гермионе. — Вы недостойны называться великими магами! Катитесь в свою помойную яму, зовущуюся Хогвартсом и предоставьте достойным править миром! Внезапно Рон застопорился в своей напыщенной речи, кашлянул, словно ему кто - то сдавил горло и пошатнулся, оперевшись на выжившую часть кресла. Аура бывшего гриффиндорца запульсировала оранжевым свечением, сначала ярко, а после, с каждым разом затухая. С другого конца гостинной, поднявшись на ноги, самодовольно улыбался Паркер. Кай очнулся посреди разговора ребят с Аароном, испробовал на каждом свой новый трюк выкачки энергии при помощи слияния своих сил сифона и энергии Элемéнтара Эйр на расстоянии, но ни на ком это не сработало. Зелье на основе хоруганы о котором ему доложил их шпион — действовало, а значит у него остался лишь один доступный источник, дабы пополнить запасы энергии. И, учитывая то, каким был Паркер, несмотря на то, что Аарон был сыном Пламена, лидером Огненного Альянса, на то, что они прибыли сюда вдвоём, то не было в этом действии ничего удивительного. Бывший гриффиндорец стал задыхаться ровно так же, как парой суток назад Сапфир, хватаясь то за горло, то за ещё какие части тела. Увидев подобное, Крионис тот час же выпустил поток мощного заклинания в Кая, которыми владела Бонни, но лишь сильнее раззадорил социопата. Быстро среагировав, Гермиона схватила один из артефактов, что ведьма Беннет наполнила до предстоящей битвы энергией, зашвырнув в Паркера, чтобы ослабить его камень, пока Поттер создавал сковывающие, упругие лианы, которые обвили тело сифона, немного ослабив. Пруэт рухнул на пол, забившись в судорогах. Гарри и Гермиона тут же поспешили к нему. — Всё будет хорошо, Рон! — нервозно выпалила Грейнджер. — Мы с тобой, мы уже с таким сталкивались. И, несмотря на все сказанные ранее слова бывшим другом, она вновь перестала сдаваться, как и Гарри. Вновь захотела поверить, что ещё не всё потеряно и что Рональда Уизли можно было вернуть, но даже ослабленный, едва не теряющий сознание, сын Пламена отпихивал их руки, фырча сквозь набитый алчной слюной рот, трясясь всем телом. В следующее мгновенние из - за угла гостинной показался Аурум Тер, схватил Кая Паркера, всё ещё ослабленного заклинанием артефакта, протащив пару метров и швырнул на диван. — Возвращай наследнику Фламмеля то, что был намерен забрать! — С нажимом прогремел голос мага Земли. — Тебе не достанется филосовский янтарь. — А ты довольно смел, без своего граната, — вяло произнес Кай, хитро прищурившись. — Вот он главный лидер! Предводитель! — Отгадал. — Стальным голосом произнес Аурум. — И ты мне с этим очень хорошо поможешь. — Хочешь свергнуть Пламена? Возглавить Альянс? — Придурочно рассмеялся Кай, даже не подозревая об истинных намерениях Тера. — И правда… Зачем мне этот жалкий рыжий доходяга, когда прямо передо мной, лишённый какой - либо защиты ТЫ?! Вновь дистанционной хваткой сифона Паркер впился в ауру, но уже наследника Земли, поглащая тёмно - зелёные потоки энергии золотистоволосого. Знал ли Аурум то, что с ним произойдет подобное? Разумеется знал! Более того, именно к этому он и стремился едва ли не с самого рождения. К освобождению. Каждый век, каждый год, каждый день и каждая минута его жизни свелась именно к моменту, действие которого могло навсегда изменить его. Нужно было лишь передать собственное наследие, дабы оно не досталось Паркеру, как и наследия Эйр, Фламмеля и Криониса. Завидев подобную картину, Сапфир резко среагировал, послав мощный поток смертоностных осколков льда, но напитавшаяся аура Паркера с лёгкостью создала щит, отразив боевую атаку криокинетика. Аурум сцепил зубы от боли, встретившись взглядом с лучшим другом и принц Элемéнтаров тот час же осознал: наследник Тера не принимал зелье, обманув Николетт и даже не созволил у спящей девушки просто забрать свой камень. Так было нужно. Ему. Этот факт должен был быть принят всеми, как бы тяжело это не было. Тер даже не сопротивлялся, а Паркер, на любую попытку атаковать его, с лёгкостью отражал любую магию, включая мощь артефактов, которые один за другим пыталась применить Гермиона. Аурум медленно закрыл глаза, чувствуя, как жизнь утекает. Та самая с которой он сражался на протяжении тысячи лет, не имея возможности быть собой. Бессовестный пьяница, которым его видели все и разгильдяйный сердцеед, пока не встретил ту без которой не мог дышать. Он закрыл глаза, считая ровно до трёх, а когда в последний раз резко успел распахнуть их, открылась межпространственная воронка, о которой он словно знал. Из портала выпрыгнули два подростка. — МЭТТ! — Издала громкий вопль Люси, вцепившись в локоть каштановолосого, яростно вперившего свои зелёные глаза в то, как Паркер выкачивал жизнь из Аурума Тера. Мейтнериум тот час же рванул вперёд, сорвав с шеи Кая филосовский алмаз, что заставило ужаснуться окружающих, впадая в ступор недоумения, и, не мешкая ни секунды, проткнул матереализовавшимся, металлическим штырем грудь социопата, изо рта которого хлынула кровь. — Дьявол… — захлебываясь пробулькал Кай, наглядно пребывая в подобии шока. Впрочем, долго шататься словно шашлык на шампуре, Паркер не смог. Мэйтнериум дергнул в осуждении губой, сосредоточенно напрягая ладонь, манимулируя металлической балкой в организме Кая и тот замер подобно статуе, не имяя возможности пошевелиться. Он ощущал каждый тонкий, отслоенный прутик, скребущий под кожей, внедряющийся в плоть и разрывающий мышцы. Паркер выпучил глаза, издав нечто наподобие смешка, не в силах поверить в произошедшие, моментально залился краской, багровея, напрягся, а после — взорвался, разрбызгивая по разные стороны свои жидкости. Гарри, очки которого оказались заляпанные отходами социопата, едва сдержал порыв тошноты от подобного зрелища, рухнув на колено и схватившись за грудь, пытаясь дышать глубоко. Гермиона вместе с Сапфиром ринулись к падающему, на заляпанный кровью ковёр, Теру. Аарон по прежнему бился в агонии, выкрикивая всеразличные гадости, так что находиться рядом с ним уже никому не хотелось. Фред продолжал, словно в тихом помешательстве, сидеть рядом с погибшим братом, надеясь на слова Деймона, что Джордж очнётся. — Чёрт, зачем ты сделал это Аурум? Решил покончить с собой?! — Обхватив голову друга прорычал Сапфир. — Открывай снова портал, Мэтт! — Отдал маг Воды приказ повелителю Металла, что буквально разорвал Паркера на части. В прямом смысле слова. — Нужно доставить Цезаря. Если он попробует… — Не нужно… — сглотнув, едва сумел промолвить Аурум, туманной пеленой в глазах взирая на лучшего друга. — Она… — вялым движением руки повёл он в сторону Гермионы. — Времени нет… выбора нет. Сапфир замешкался, недолго соображая, что происходит, после сжал руки в кулаки во все горло выругавшись. — ТВОЮ МАТЬ! — Резко отошёл от Аурума принц Элемéнтаров, едва себя сдерживая. — Подойти к нему… — уже куда более понизив тон, обратился он к Геомионе. — Я? Зачем? — Бегая глазами в замешательстве Грейнджер не могла понять, что именно имел в виду её любимый. То, что наследник дома Земли умирал было понятно и так без всяких намёков. Подобная участь, похоже, предстояла и Рону, но тот был куда более в свежем состоянии, извиваясь плющом на ковре, бормоча всякие проклятия и Грейнджер смекнула, что времени у их бывшего друга было значительно больше, нежели у мага Земли, что ловил последние капли воздуха, скрепя обесточенным организмом. — Всего один поцелуй… — едва промолвил Аурум и, пока Грейнджер что - либо могла сообразить, поймал её затылок из последних сил, прильнув губами и Гарри чётко увидел, как некая, тёмно - зелёная субстанция, скользнула в девичьи губы, а после Тер просто рассыпался в прах, прямо перед лицом Гермионы, которая мгновенно потеряла сознание, рухнув на пол без чувств. Поттер, безмолвно шевельнул губами, шокированными глазами блуждая в пространстве. Он хотел, казалось, что - то спросить или что - то сказать, но после просто рухнул на пол пятой точкой, будто провалившись сознанием между измерениями, не в силах осознать произошедшее. — Теперь, Лу, — спокойно обратился к девчонке Мэтт, хладнокровно встретившись взглядом с глазами Сапфира. — Кажется, они всё успели повидать.