Глава 2. Портрет по памяти

      Первое, за что цепляется взгляд Евы — глаза. Настолько выразительные и дружелюбные, с веселой искрой. Парень, который только что придержал ее, летевшую со ступеней, был слишком высок по сравнению с ней. Хлебникова приоткрыла губы, судорожно выдохнув. Это было ее грехом — в секунду влюбляться во внешность человека, которого видела в первый, а точнее в единственный, раз. За одну лишь секунду в ее голове родились мысли о том, как вечером, завернувшись в плед, она будет мечтать о продолжении их знакомства.    — Что ж, — выдавила из себя девушка, опустив взгляд себе под ноги. Пялиться так долго на незнакомого мужчину было поистине нехорошо. — Еще раз большое спасибо.   — Хорошего дня, — молодой человек положил свою ладонь на предплечье девушки, прощаясь.          Ева вздрогнула и молча кивнула. Только когда спаситель отошел на несколько шагов в сторону, девушка разрешила себе повернуть голову вслед за ним, чтобы в последний раз взглянуть на незнакомца. Фигура молодого человека, облаченная в кремовое длинное пальто, удалялась все дальше по Неглинной улице.         Дерьмо. Он был слишком красив для такой случайной встречи. Ева осмотрелась по сторонам, словно еще кого-то выискивала, а рукой все еще искала телефон в своей сумке.         На иконке Telegram уже красовались значки оповещения. Войдя в приложение, Ева открыла диалог «Самосодержанки», куда были включены она и девочки.    Оля Гальперина: Ты там нормально?   Настя Бессонова: Мы уже на кассе!  

Ева Хлебникова:

В порядке, жду снаружи.

        Смахнув окно приложения большим пальцем, Ева заблокировала телефон и вздохнула. Но женское любопытство снова взяло верх, поэтому девушка вновь повернула голову в сторону Неглинной, закусив губу. «Вот было бы здорово, если бы он вернулся и…» — додумать историю девушку не успела. Услышав звонкий смех Ольки и Насти, которые выкатились из магазина с зелеными пакетами с косметикой, Ева выпрямила спину и двинулась к подругам, чтобы забрать ненужные ей покупки и, наконец, выбрать место для посиделок.          Выбор девушек пал на ресторан «Ikura izakaya nikkei» недалеко от торгового дома. Ресторан японской кухни с панорамным видом на город. Интерьер заведения выполнен в стиле бонсай по принципам японской системы мировоззрения ваби-саби, которая по важности занимает такое же место в японской иерархии эстетических ценностей. Заняв столик на четверых у панорамного окна, девушки уткнулись в принесенное официантом меню, чтобы выбрать себе рацион на обед.   — Мне, пожалуйста, вегетарианский салат и безалкогольный коктейль с черешней и персиком, — последняя сделала заказ Ева. Захлопнув меню, девушка передала папку официанту, который монотонно, будто бы был не заинтересован в работе, повторил полностью заказ для девушек.    — Все верно, спасибо, — отозвалась Оля, а потом переключила свое внимание на подругу. — И давно ты стала вегетарианкой без тяги к алкоголю, м?   — Не так давно, — Хлебникова пожала плечами. — Знаете, когда сидишь дома на удаленке, ты мало двигаешься, а следовательно, набираешь калории, — в ответ на слова подруги Настя фыркнула. — Я серьезно, мне пришлось взять абонемент в зал, чтобы не умереть от сидячего образа жизни.    — Ну, может оно и к лучшему. Ты особо не отличалась тягой к активному образу жизни даже когда с нами работала, — проворчала в ответ Бессонова. — Ну, рассказывай, что за новая работа? А то ты какими-то короткими очерками с нами общалась после увольнения.    — Меня взяли в брендинговое агентство на стажировку, — Ева счастливо улыбнулась. — Если вы обе когда-нибудь покупали продукцию и магазина «Перекресток», то визуал продукта — это их рук дело.    — Ну ничего себе, — Оля выгнула бровь, стараясь сохранить непоколебимый вид. — Коммерческая организация, да? А что по зарплате?   — Конечно, это независимое агентство. А пока я только стажируюсь, мне капает процент с проектов. Если мою кандидатуру одобрят, буду подписывать другой трудовой договор.    — И не жалко тебе такой талант растрачивать на наклейки? — без злобы спросила Настя. К этому времени уже поставил перед гостями напитки. Ева обхватила рукой высокий стакан с коктейлем и сделала большой глоток, смачивая горло. — Я, конечно же, рада за тебя, но дети так расстроились, когда узнали, что ты уходишь.    — Ну, не задалось, Насть. Мне эта композиция вот уже где сидела, — Ева приложила ладонь к горлу, имитируя удушение. Гальперина в голос засмеялась, а Настя снова фыркнула.          Заведя разговор о старой работе в Художественной Школе, девочки совсем забыли про то, что Ева уже никак не относилась к преподавательскому роду деятельности. Немного послушав подруг и покивав головой ради приличия, девушка выудила из своей сумки планшет и беспроводной стилус, чтобы скрасить ожидание подачи еды.          Перед тем как приступить к рисованию, Ева открыла приложение Procreate и создала новый холст, решив не сохранять предыдущий проект с красивым попугаем, сидящем на ветке магнолии. Установив нужный размер холста для портретной работы — 3000 на 4000 пикселей —, Ева выбрала любимую графитовую кисть для набросков. Штрих за штрихом, точка за точкой, и через десять минут на ее планшете было изображено лицо человека, который все еще не выходил из ее головы.   — О, стоило отвлечься, ты опять рисуешь, — Настя, сидевшая рядом с девушкой, наклонилась к подруге, осматривая глазами рисунок на экране планшета. Еву передернуло. Нажав на экран блокировки, она закрыла планшет магнитным чехлом-книжкой и бросила его к себе в сумку вместе со стилусом. — Ну и чего ты прячешь, будто мы никогда не видели твои рисунки.   — А может я проклятия про вас писала, — усаживаясь на стуле удобнее, Ева показала подруге язык. Оля снова засмеялась. — Я и не заметила, что еду принесли. Что ж, — девушка потянулась к столовым приборам. — Всем приятного аппетита!   — Ну потом-то скинешь посмотреть очередной шедевр? — Ольга Гальперина взяла бокал правой рукой и, прежде чем сделать глоток, вдохнула аромат вина. Хлебникова лишь кивнула. — Так что там у тебя с Никитой? — обратилась подруга к Насте, а Ева тут же навострила ушки. Разговаривать про бывших на женских собраниях — святое.         Вернулась Ева домой ближе к десяти часам вечера. Оставив обувь в прихожей, девушка в верхней одежде прошла на кухню, скинула на кресло пальто и сумку, а сама заняла свободное место рядом. Поместив планшет на подставку перед собой на обеденном столе, Ева перекрутила между пальцев стилус, словно барабанную палочку, она включила незаконченный проект, чтобы закончить портрет красивого мужчины с Неглинной улицы.          Если когда-нибудь ей представилась бы возможность организовать свою выставку, то этот парень бы занял почетное центральное место.          Ева, прикусив нижнюю губу, с особой скрупулёзностью выстраивала общий контур лица, расположение глаз, носа и рта. Уделив особое внимание пропорциям и форме, девушка уменьшила непрозрачность наброска и создала новый прозрачный слой, чтобы затем рисовать по нему.       С помощью тонкой она начала добавлять детали лица: глаза, брови, губы и волосы.   

«Самосодержанки»

  Оля Гальперина: Ты нам обещала скинуть рисунок!         Посмотрев на загоревшийся экран телефона, Ева хмыкнула. Олька была из тех людей, которые никогда ни о чем не забывали. Из их счастливой троицы именно она напоминала девочкам о всех праздниках, днях рождения и других значимых датах, при этом не пользуясь календарем или заметками. Несмотря на свою импульсивность, Гальперина была человеком-таймером с отличной памятью.          Портрет незнакомца почти был завершен. Выбрав мягкую кисть для растушевки, Ева начала добавлять глубины рисунку — прорисовывала тени, блики. Часы на электронной панели микроволновой печи пропищали, отвлекая девушку от ее занятия. Нахмурившись, Ева нажала пальцем на экран телефона, чтобы удостовериться в том, что за рисованием незнакомого мужчины она провела уже добрых два часа. На часах было пятнадцать минут первого ночи. Надув щеки, девушка подумала о том, что правильнее было бы лечь спать пораньше, так как звонок с командой из агентства был назначен на десять утра, но желание закончить работу было сильнее здравого смысла.                Тот самый мужчина смотрел на нее с экрана планшета. Ева прикусила нижнюю губу, сощурив глаза. Кажется за те несколько секунд, которые она потратила на изучение черт лица незнакомца, не прошли даром. «Что, если бы он увидел это? Понравилось бы ему?» — кольнула девушку шальная мысль. Сохранив проект, Хлебникова, не задумываясь, сбросила файл в общую беседу с девочками, а сама отправилась в душ, чтобы смыть дурацкую помаду цвета бордо со своих губ.    

«Самосодержанки»

 

Ева Хлебникова:

Файл13.procreate

    Настя Бессонова: Ну, вот… А говорила, что проклятия пишешь)))   Оля Гальперина: Прикол. Ты срисовывала что ли?  

Ева Хлебникова:

В смысле? 

Ева Хлебникова:

Этот парень помог мне не поцеловать асфальт

 

Оля Гальперина: Это Масленников   Настя Бессонова: Прикол)) Ты встретила Масленникова и не взяла автограф?

Ева Хлебникова:

В смысле?

  Настя Бессонова: В коромысле!!!!   Оля Гальперина: https://ru.wikipedia.org//Масленников_Дима  

Ева Хлебникова:

Да не, я думаю просто похожи 

Ева Хлебникова:

Забейте

  Настя Бессонова: В смысле целовать асфальт?    

Ева Хлебникова:

Да проехали

 

      Уже переодевшись в пижаму и обнимая одеяло, Ева листала фотографии по запросу «Дима Масленников», вглядываясь в каждую портретную съемку. Ну, сходство ее незнакомца и блоггера было, конечно, не оспоримо. Могло ли быть такое, что незнакомец и Дима Масленников были одним человеком? Могло. А могло и не быть. Махнув на ненужные мысли рукой, девушка приготовилась ко сну. Ева закрыла поисковый браузер, установила будильник на девять утра, и поудобнее взбила подушку. Уже завтра она надеялась получить новую задачу от агентства и погрузиться в работу, а мысли о ЛжеДиме оставить в прошедшем дне.