Часть 1

— Думаешь, что сможешь противостоять мне?! Репетиция шла полным ходом. Руи направил на Тсукасу катану, прожигая своего противника холодным взглядом. — Да! Ты! Ты… Ты это… Ну…- Тсукаса быстро заглядывает в листок. Фраза, которую он должен был сейчас сказать, будто предательски сошла со строк, — Да где же?! — У нас скоро генеральная репетиция, а ты всё ещё текст с листка читаешь. Целый день, — Руи нервно выдыхает. Сегодня всё идёт не по плану. И все эти планы рушит именно Тсукаса. — Я… — Если захотел сорвать спектакль, то скажи прямо, мы не будем его ставить. — Нет, просто!.. — Он хочет оправдаться, хочет показать, что его режиссёр не прав, но его перебивают… — Иди отдыхай. Руи бросает катану на пол. Это был единственный способ хоть как-то утихомирить свой бушующий гнев внутри. Она от этого не сломается, а вот Руи стало чуть полегче.

***

— Всем привет! — Мизуки-кун-чан! — Эму бежит навстречу из-за кулис, — Ой, как много пакетов! — На самом деле там не так много. В основном украшения, которые вместе с костюмами не положишь. — Давай помогу! — Только аккуратно! И это… Переодевайтесь с Нене-чан, мне нужно еще посмотреть, нормально ли смотрится. — Будет сделано! — Эму забрала пакеты, ловко убежав обратно, откуда и выбежала. Мизуки выдохнул и сел на ступени сцены. Костюмы закончены вовремя, осталось только поправить их, в случае чего. Но от размышлений его прервало чье-то присутствие. Кто-то сел сзади, обвивая руками талию Мизуки и зарылся в розовые волосы, тяжело вздохнув. — И я тебя рад видеть, Руи. Даже ничего не сказал, когда я пришёл… — Я убирал реквизит со сцены. — Что случилось? Мизуки… Как же он хорошо считывал состояние Руи. Неважно было, насколько хорошо прятались эмоции и какие маски использовались, Мизуки всегда знал, что чувствует Руи, даже если не знал причину. — Тсукаса… В нём будто что-то щёлкнуло внезапно. Я давненько это подметил, но сегодня всё стало очень плохо. — Ха-а? — Он забывает текст, всё время где-то там, в своих мыслях, сосредоточиться вообще не может. — У-у… Тяжёлая ситуация, — Мизуки развернулся в сторону Руи, насколько это возможно, — Устал? — Угу… — Руи взял одну из рук Мизуки, прижимаясь к ней щекой. — Не держи их до поздна, закончите сегодня репетицию пораньше, — Мизуки положил свободную руку на волосы Руи, нежно приглаживая их и, если в этом была необходимость, где-то поправляя. Но их быстро прервали Нене с Эму. Быстро переодеваться с одного костюма в другой — хороший навык для актёра. — Мизуки… — Нене держала в руках пояс, — Куда его? — Минутку! , — Мизуки встал вместе с Руи. Они оба поднялись на сцену, — Так, это у нас… Сюда! Не сильно затянул? — Нет, всё в порядке, спасибо. — Руи-кун, как тебе? — Эму покрутилась. Платье красиво развивалось на ветру и было очень пышным. — Как всегда прекрасно, другого и ожидать не мог. — Мизуки, у меня тут отвалилось… — Нене виновато протянула бантик. — Да… — Мизуки внимательно посмотрел на платье, — И видимо не один. Ты больше не находила? — Нет. — Тогда, пойдёмте, я всё подошью покрепче. А ты, Руи, поговори всё-таки с Тсукасой. — Как скажешь… Руи и сам знал, что поговорить всё равно надо. Режиссеру важно знать, что гложит его актёров. Но не только, как режиссеру… Руи важно было знать, что беспокоит его друга.

***

— Тсукаса, ты же понимаешь, что так не может продолжаться? Тсукаса вздрогнул, услышав знакомый голос. Он был погружен в текст, который пытался хоть немного запомнить, чтобы не подводить труппу. — Я… Руи, я не хочу сорвать спектакль, правда! — Я понимаю. Не хочешь рассказать, что именно тебя беспокоит? Тсукаса замялся, покраснел. Это было стыдно. Очень стыдно. Да, Руи, несомненно, поймёт его, но… — Я… Влю… Бился… — Я не услышал, повтори ещё раз, — Руи издевался, слишком нелепо выглядел сейчас Тсукаса, что было из разряда чего-то милого, забавного. — Я влюбился в одну девушку и не знаю, что с этим делать! Понимаешь?! — А, так вот оно что, — В голове Руи сразу сложились все пазлы, — И кто она? — Ты так спокойно на это отреагировал?.. — Неужели Тсукаса был слишком предсказуем? Это было обидно, в какой-то степени, — Эту девушку зовут… Волнение поступило к горлу. Тсукаса понял, что не сможет выдавить ни слова. Это было очень смущающе. Потому что тот, в кого он влюбился была… — Неужели, ты влюбился в Минори-чан? — Голос Мизуки резанул, как нож по сердцу. Он был прав, чертовски прав! Молчание. Тсукаса хотел сквозь землю провалиться от стыда. Влюбиться! В Айдола! Да у него и шанса не было на взаимность! Сколько у Хасанато Минори таких! — Да, именно! Я не знаю, что мне делать! Я ни есть, ни спать не могу… Я ничего не могу! — Тсукаса подошёл к Руи, взял за плечи и начал трясти, — Руи, что мне делать?! Что?! Мне?! Делать?! — Признаться. — Что?! — Тсукаса остановился. — Всё, что ты можешь сейчас сделать — признаться. Так ты хотя бы знать будешь, взаимно или нет. — А если это не взаимно?! — Значит, не любовь. Тсукаса замолчал. Легко Руи говорить такие вещи. Сколько они там уже с Мизуки? А Тсукаса… Никогда не любил кого-то так сильно. Он не представлял, что будет делать, если окажется, что всё не взаимно, а, скорее всего, именно так и будет! Это же айдол, как никак… — Я даю тебе 3 дня на то, чтобы ты пригласил её на свидание. — 3?! Руи! — Я всё сказал. Мизуки, пойдём, ты поправил костюмы? — Более менее. 3 дня на признание?! О чём Руи только думает?! Тсукаса за 3 месяца не признался, а тут 3 дня… С другой стороны, по тону было понятно, что Руи и вправду не шутит. И что делать? Что Тсукасе делать?! Может Руи и прав, но… Если это не взаимно, то будет ещё больнее, скорее всего. Тсукаса не знал. Он вообще никогда не встречался, особенно с женщиной. Тсукаса не знал, что будет делать, но знал, через кого достать контакты Минори…