Часть 1

      Что же ещё делать в хэллоуин если не идти на кладбище? Катю не пугали мертвые, в мистику она не верила, а сидеть дома в этот вечер совершенно не хотелось. Все подруги заняты. Нет, она не будет грустить, а пойдет одна. «Будет моей личной традицией».       Ночью кладбище пугало меньше чем днём. Отчасти из-за того что фотографии мертвых в темноте были не видны. Высокие деревья, каменная брусчатка, мягкий свет редких фонарей дарили уют, Катя чувствовала себя в безопасности, тишине и спокойствии. Ее охватила гордость за саму себя, за свою смелость.       В их городе никто не праздновал хэллоуин, поэтому она очень удивилась когда увидела парня в костюме мертвяка, причем очень хорошем костюме. Кости торчали натурально, а краска на лице нанесена профессионально. В темноте и на расстоянии Катя четко видела череп без кожи. В трёх метрах от него девушка увидела ещё одного с таким же хорошим гримом. Ее голову посетила мысль, что не плохо было бы с ними познакомиться, очень романтично. Все подруги обзавидуются. Парни отыгрывали мертвецов и не спешили подходить к ней.       — Ты живая? — услышала Катя грубый голос из-за спины.       Девушка развернулась и увидела высокого, темноволосого парня, который недовольно смотрел на нее. В руках он держал старомодный фонарь светящийся зелёным светом.       — У вас тут вечеринка? Я помешала? Не знала, что кладбище забронировано под частное мероприятие, это вообще законно? — сдаваться Катя не планировала, «мертвяков» хотелось разглядеть получше.       — Хорошо, сейчас я тебе покажу частную вечеринку, — парень потушил фонарь.       Двое, до этого момента, не решительных трупа двинулись в их сторону. Незнакомец достал из-за спины меч, на котором зелёным загорелись руны и обезглавив обоих поспешил зажечь фонарь снова.       Катя была готова увидеть фонтаны крови, но этого не последовало. Она рискнула разглядеть мертвяков ближе. Перед ней лежали грязные скелеты.       — Со временем голова вернётся на место, этот процесс медленный и этих двоих можно уже не бояться, но есть и другие, поэтому, если хочешь жить, пошли со мной.       Катя не сдвинулась с места.       — Чего застыла? Жить не хочешь? Я твой единственный шанс. А впрочем, оставайся, — будто забыв о ее существовании парень пошел прочь.       — Нет, прости, я… кто это такие?       — Трупаки.       — Это ты их оживил?       — Я простой охранник, как я их оживлю?       — Я не знаю, меня Катя зовут.       — Слава.       — Приятно познакомиться, Слава, а ты проводишь меня к выходу?       — Еще чего, в сторожку пойдем.       — Для чего?       — Я иду в сторожку, если хочешь, то иди со мной, нет, так я сам пойду, а ты как хочешь.       Выбора у Кати не было. Комнатушка, служившая охраннику домом, выполняла почти все его функции. Смерть ощущалась в ней ещё сильнее чем на кладбище. Стены из темного шлакоблока не были покрыты ничем, полом служила цементная стяжка. Мебель старая, уродливого жёлтого цвета.       — Глупая шлюха, становись на колени и соси.       — Что?       — Ты либо делай, что я тебе говорю, либо проваливай на все четыре стороны, — в подтверждение своих намерений он принялся расстёгивать джинсы.       Девушке потребовалось несколько секунд чтобы решиться. Но выбора не было. Опустившись на колени она не собиралась доставлять ему удовольствие. Делая вид, что старается она, якобы случайно, цепляла член зубами, делала вид, что рвотный рефлекс срабатывает ещё на уровне пятёрок. Слава угрожал рукоприкладством и если б осуществил обещания, то скорее всего добился бы своего.       Он запустил ей руку под платье ощупывал грудь. Остался очень доволен. Одним рывком поднял на ноги, следующим оголил грудь. Больно вцепился в сосок. Прокрутил. Катя взвизгнула, вызвав у него улыбку.       — Ну что ты визжишь? Я только сжал его, трупы и вовсе откусили б, вместе со все сиськой, было бы жаль. Красивые сиськи, — он принялся ощупывать грудь Кати.       Упоминание трупаков заставило ее вести себя тише.       — Ладно, становись на колени и досасывай, — он грубо надавил ей на плечи.       Член снова оказался у нее во рту, но не надолго, он кончил, не позаботившись предупредить.       Его рука быстро нашла ее клитор.       — Я все равно тебя трахну, поэтому советую расслабиться и получить удовольствие.       — Издеваешься?       — Почему же? Я чувствую как ты потеплела, как начинаешь возбуждаться, я могу быть очень великодушным и дать тебе время возбудиться.       — Оооочень великодушно, как же я жила без тебя?       — Ну, если б ты меня не встретила, то уже не жила. Я знаю. Я красивый. Почему ты сопротивляешься?       — Не знаю, ты не думал хотя бы поцеловать девушку, а не засовывать ей угрозами член в рот?       — А ты этого хочешь? Член во рту хотя бы одному из нас доставит удовольствие.       — Нет, я не хочу тебя, ты больной урод.       — Ладно, раздвигая ноги, я за резинкой схожу.       «Резинка» лежала в шкафу, а меч рядом, на столе. Когда Катя вогнала его в брюхо Славы руны на нем не засветились, но этого и не нужно было. Залив Катю кровью, он рухнул на пол. Схватив фонарь девушка выбежала на улицу. Как она и предполагала, свет отпугивал нежить. Да, она могла ошибиться, но на этот риск она готова была пойти.       Ее сердце чуть не остановилось когда она поняла, что один из силуэтов не отдаляется, а приближается. Только сейчас она вспомнила, что живёт в реальном мире, слишком необычно для нее было всё происходящее ранее, а за убийство охранника срок полагается.       — Где Слава? — незнакомец приветливо улыбнулся девушке, но в следующую секунду его улыбка пропала. — Без фонаря ему не выжить, а я ему клятву дал, что он не умрет от рук нежити.       В ядовито зелёном свете он не разобрал пятен крови на ее платье.       — От рук нежити он и не умер, — Катя пожалела о том что сказала ещё до того как договорить фразу, но к ее удивлению парень снова улыбнулся.       — Я видел его час назад, значит он мертв совсем недавно, — неадекватно счастливым тоном затараторил парень. — Я Марк, некромант, к сожалению, я не могу отдать тебе этот фонарь, поэтому, до рассвета побудешь со мной, ну ты чего расстраиваешься? Зато посмотришь как настоящий некромант работает. Там ничего такого, конечно, полью водичкой, почитаю стихов, петуха убью. Не кривись. Я это сделаю быстро. Так как Слава умер?       — Я убила его.       Девушка ожидала какой угодно реакции. Злости, гнева, страха. Но только не радости.       — Это же отлично, просто отлично, а как ты его убила?       — Мечом.       — Моим мечом? Или с собой принесла?       — Не знаю каким мечом, с собой не приносила.       — Значит точно моим, — теперь парень был просто в восторге.       — Что мне за это будет?       — Ничего не будет, а если почитаешь пару куплетов и отрубишь голову петуху, то получишь вечную признательность от меня. Могу после твоей смерти в день рождения воскрешать на пару часов, чтобы поговорить, в качестве награды.       — А я должна умереть?       — Ну когда-то ты же умрёшь.       — Хорошо, а петуха точно мне убивать нужно?       — Ну конечно, ты же убийца, — его звонкий смех на кладбище кишащем нежитью звучал инородно и от этого ещё более зловеще.