Часть 1

Тысяча девятьсот сорок первый год стал для Эвы переломным. Нет, война для всех стала переломным моментом, разумеется. Девушка жила в маленьком городке на границе Германии, где о войне узнали даже не сразу. Шок, страх и непринятие — вот что тогда было. Ей едва исполнилось девятнадцать и конечно расставаться с жизнью ей не хотелось. Но как быть, сбежать? Бегство каралось хуже смерти, это было предательство Гитлера, все это знали. Но разве это отменяло ее жажду жизни и желание спастись? Да и куда бежать? Она даже в другом городе никогда не была, а в другой стране — и подавно. — Есть ли сейчас вообще хоть где-то безопасное место? — проговорил Исман. Молодые люди посмотрели друг на друга и вновь ощутили себя детьми, когда их дружба ещё только зарождалось. Маленькими, напуганными, только не страшной сказкой, а устрашающей реальностью. Германия наступала, одерживала победу, но в самой стране все равно было неспокойно. Каждый день мог стать последним. Каждое утро Эва открывала глаза и шла на работу, надеясь, что проживет этот день, что бомба не упадет прямо на нее и позволит ей прожить ещё немного. Осознание возможной смерти открыло ей глаза и теперь она боялась даже спать. Но маленький, тихий город продолжал существовать. Будто вся опасность походила мимо, а тяготы войны его не касались. Пока вначале лета сорок первого к ним не нагрянул отряд. Без предупреждения, военные прибыли в город, ставя его на уши. — Эва, Эва! — Дия бросилась к ней, хватая за рукав платья. — Бросай свои тетради, беда пришла! Обе девушки ринулись к двери, но за той уже раздавалась бранная речь и ругань. Переглянувшись, они побежали на второй этаж. Здание библиотеки было старое, со множеством коридоров и стеллажами с книгами, спрятаться толком и негде. - В кабинет! Оказавшись в комнате, они заперли дверь, подпирая ее стулом. Вряд ли бы это кого-то остановило, но дало мнимую иллюзию безопасности. Эва аккуратно высунулась в окно. — Спрячься! — Дия потянула ее за платье вниз, вынуждая опуститься на колени. — Что случилось? Это наши или чужие? — испуганно зашептала она в ответ, пытаясь разглядеть хоть кого-то. — А разве есть разница? Опасны они одинаково. Девушка согласна кивнула и все же разница была. Одни из них пришли сюда целенаправленно убить всех. — Кажется…кажется форма солдат Германии, значит наши. — Эва разглядела нескольких человек, что говорили с мэром, прямо на улице. — Наши говоришь... но что они здесь делают? Неужели все то, что пишут в газетах неправда и враг наступает? — Не знаю. — Эва отвечала напряженно, пытаясь скрыть страх. — Их не сильно много, если это все. — она насчитала человек двадцать, не больше. — Может остальные притаились с танками в лесу, кто их знает. Дия резко схватила ее за руку, отвлекая: — Пообещай мне, Эва, чтобы не случилось, если сможешь сбежать — беги. — девушка поджала губы, боясь расплакаться. — Не оборачивайся, не думай обо мне или Исмане, спасайся! — И ты Дия, пообещай спастись! Быстрое и крепкое объятие, что показывало глубину их дружбы. Обеим хотелось побыть слабыми и расплакаться, но знали, что это непозволительная роскошь в их ситуации. Раздавшийся выстрел за окном, вырвал из груди Дии вскрик. Девушка тут же испуганно зажала рот ладошкой, будто именно ее услышали остальные и через секунду вломятся в дом. Эва же вновь высунулась в окно, не могла находиться в неведении. Если за ними придут, она будет хотя бы готова. — Кажется, убили помощника мэра. — Правда? Гилберта...? Девушки подумали об одном: если убили второго по важности человека в городе, то ничто не помешает им убить и их. Они просидели в библиотеке несколько часов, даже когда из поле зрения пропали солдаты. Просто боялись выходить. Может и стоило попытаться сбежать, но куда идти без провианта, одежды и денег? Что будет, если поймают? Ничего не оставалось, кроме как ждать своей участи. Вроде бы даже смирились. Эва ведь готовила себя к этому с начала войны. Обещала быть благодарной за отмеренную жизнь, неважно, сколько коротка она окажется. Но когда солдаты зашли в комнату, все равно струсила, все равно хотела забиться в угол и молить о пощаде. — Вы кто такие? — девушки испуганно молчали, лишь крепче сжали ладони друг друга. — Кто такие говорю? — громче сказал солдат, а рука его легла на оружие. — Хорошенькие, да? — другой хищно улыбнулся, оглядывая их с ног до головы. — Погоди, сначала разберемся. — осадил солдат. — Кто такие? — Д…Дия. — Не имя, а чем занимаетесь. — Медсестра. — Промямлила она. — Так, а ты? — Учитель. — Эва не знала, что будет так сложно выдавить из себя хоть слово. — Учитель? И что преподаешь? — Я… — девушка подавила в себе дрожь. — Русский и… — Русский? — бесцеремонно перебил мужчина. — Ее к генералу, эту в лазарет, выполнять. Девушки переглянулись, мысленно прощаясь. Знали, что сопротивляться бесполезно, но разжимать руки не спешили. Спустившись с лестницы, солдаты вывели девушек на улицу, утаскивав одну налево, а другую — направо. Рука болезненно ныла от жесткой хватки, но Эва продолжала оборачиваться, ища подругу взглядом. Ее и впрямь затолкали в лазарет, но что с ней там сделают...? Эва боялась даже думать. Надеялась лишь, что и Исман там, он поможет если что, присмотрит. Ее же вели к главному зданию, где восседал мэр. Она догадалась, его место уже заняли, а ее бесцеремонно втолкнули в один из кабинетов. Она спотыкнулась, зацепилась за свою же ногу и упала на колени. — Кто? — низкий, раскатистый голос вынудил ее застыть на полу в страхе. — Учитель, русский язык знает. Эва в миг пожалела, что не соврала. Лучше бы прикинулась поварихой. До добра знание уже запрещенного языка ее не доведет. — Поднимете и проверьте ее. Эву подняли за шкирку и вручили листок со стола. Дрожащими рука она взяла его в руки. Хотелось осмотреться, но она так и не рискнула поднять взгляд даже на миллиметр выше. — Читай. - солдат жестко ее треханул. Наверняка оставил ей пару синяков за все это время, но Эва готова была отделаться и этим. В горле внезапно пересохло и она понимала, что не в силах сказать и слова, но от чего-то ее язык послушно зашевелился, а губы складывали слоги в слова. Для того кто знает язык, сложного ничего не было. Не было здесь какой-то тайны, прост отрывок из книги, не более. Закончив, она так и осталась стоять на месте, не отрывая взгляда от бумаги. — Не дурно. — изрек мужчина и только тогда Эва решилась поднять взгляд. Его колкие голубые глаза пристально за ней наблюдали. В отличии от солдат он не повышал голос, на применял силу, но однозначно обладал большей властью и давил. Эве хотелось спрятаться, закрыться руками от такого взора. Тишина сделалась невыносимой, даже если и длилась всего лишь секунду. Пусть уже вынесет ей приговор, чем так разглядывает. В нем сквозил неприкрытый интерес. Он не ожидал, что в этом городишке найдется кто-то полезный. Многие языки давно порицали в Германии и неслыханная удача, если он смог найти переводчика. Осложнялось все тем, что эта был не солдат, убийца, а трусливая девчонка, что даже взгляда его выдержать не могла. Пусть и хорошенькая. Мужчина посмотрел на ее кудрявые каштановые волосы. - Еврейка? - Нет! - спешно выдавила Эва. Но он обращался не к ней, а к солдату. - Документы проверили, нет. Генерал качнул головой и солдат повторил его жест. Эва не знала, что это значит, но поняла, что ничего хорошего. — Поселить ко мне и... — он задумался, взвешивая значимость следующих слов: — и никому ее не трогать. И рта она не успела открыть, как ее пихнули к двери. — На выход! Их город внезапно стал тихим. Детский смех смолк уже давно, но постоянно слышался шум, сейчас же была всепоглощающая тишина. Эву привели в дом местного предпринимателя, очевидно, отдавшего его и грубо пихнули вовнутрь. Теперь, когда за ними не наблюдали вышестоящие лица, никто не собирался быть вежливым. — Что с другой девушкой? Медсестрой? Дия зовут. — Я тебе не разносчик новостей. — выплюнул солдат. — Не волнуйся, тебе явно повезло меньше. — Что...? — За дверью генерала стоит тишина, но ты ведь не думаешь, что с девицами он играет в молчанку? Эва побледнела. Такой красноречивый намек на то, зачем она здесь и то, что приятного будет мало. Увидев нужную реакцию, мужчина захлопнул дверь и поспешил уйти, а Эва так и замерла на месте. Она обхватила собственные плечи руками и наконец позволила себе осесть на пол и горько заплакать. Ладно, пару лет спокойной жизни лучше, чем ничего. У многих не было даже и этого. Как же Дия? Исман...? Она ведь знала, что они к друг другу неровно дышат. Если же над Дией кто-то тоже решит надругаться, Исман не простит себе, что не уберег. Он себя и за Эву тоже не простит. Девушка не была наивна, она знала, что свои не сильно отличаются от чужих. Солдаты есть солдаты. Жизнь для них не представляет особую ценность, особенно, если она чужая, особенно — если женщины. Конечно она надеялась, что подобная участь обойдет ее стороной. Она мечтала дожить до окончания войны, но если уж и та ее настигла — то хотя бы умереть быстро. Видимо, ничему из этого сбыться не суждено. Несколько часов она потратила на жалость к себе, на выплаканные слезы и только потом взяла себя в руки и стала думать. Перво наперво, нужно связаться с остальными, поговорить. Может всем вместе им удастся сбежать…? Очевидно, по одиночке в лесу им долго не продержаться. Главное пережить эту ночь и следующую, и сколько там ещё придется. А сейчас постараться хотя бы выжить, не сойти с ума от того, что с ней будут здесь делать. Этот колкий взгляд до сих пор отзывался мурашками по телу. Понятно, почему за закрытой дверью девушки молчали. Ей даже дышать было страшно. А может эта такая пытка? Издай хоть звук и умрешь? Все это ей ещё предстояло узнать. Она впервые в жизни пожалела, что не похожа на дурнушку. Буть она хоть чуточку уродливее, может, не обратил бы на нее внимание...? Только когда стемнело, в дом наведалась повариха и Эва подскочила, увидев ее. Женщина вздрогнула, она явно не ожидала ее здесь увидеть. — Эва? Ты чего здесь? — затем поджала губы, на свой же вопрос, понимая, как он глупо звучал: — Еды принесла на ужин, как и велели. — выплюнула женщина. Она развернулась, чтобы уйти. Ей было тошно прислуживать кому-то. — Не знаете, как там Дия? Исман...? — Не знаю, раненых нет, так что в госпитале тишина, но кажется… — Кажется что? Женщина смолчала, лишь качнула головой и ушла. Эва обреченно хмыкнула. Все ясно, раз она здесь, ей больше никто не будет доверять, а значит друзей нужно найти поскорее и самой. Ближе к ночи пришел и сам генерал. Эва не ложилась спать, боялась. Не хотелось, чтобы ее застали врасплох. Если уж и намерен делать с ней все грязные вещи, пусть она будет готова. Увидев девушку, его брови слегка взметнулись вверх. — Даже не думал, что ты меня дождешься. — А у меня был выбор? — Эва прикусила себе язык, натыкаясь на прямой взгляд. Дура, дура, дура! Зачем грубить ему? — С первого взгляда ты не показалась мне такой смелой. — хмыкнул он. — А я редко ошибаюсь, неужели это тот самый случай? — он откровенно издевался. Видел же, что она тряслась от страха. Мужчина шагнул вперед, сокращая расстояние, а Эва тут же отступила на шаг назад. Он вновь хмыкнул, очевидно, считая себя правым. Возможно, зная наверняка, что с ней будет — была бы более тихой. Но неизвестность пугала, заставляла представлять себе самое худшее. Может через минуту он наброситься на нее и порвет ее любимое платье? Может, скажи она ещё хоть слово, он просто выстрелит и все? Больше всего пугало его холодное равнодушие. Солдаты бранились, показывали эмоции и желания, этот же мужчина молчаливо оценил остановку, не спеша что-то говорить. Эва не могла понять, что у него на уме, и уж тем более — мотивы. Он наделен властью, но не кичиться этим. При этом явно имеет авторитет. Достаточно было одного слова или взгляда, как солдаты послушно повиновались. И генералом он стал явно не потому, что ему просто свезло. От мужчины веяло опасностью и…смертью. Эва ловила себя на мысли, что ей хочется просто забиться в отчаянии и начать выспрашивать, что он планирует с ней делать. Арийская внешность делала лишь хуже. Он был будто бы идеальным солдатом, по мнению Гитлера. Он прибыл в город без лишнего шума и заставил его смолкнуть очень быстро. Да, никто бы не стал препятствовать солдатам, но девушка была уверена, ни один бы житель не захотел отдавать свой дом в такие времена. И самое главное — что ему от нее нужно...? Генерал осмотрел ее еще раз, более цепко, подметил покусанные и закушенные губы. Ее взгляд был испуганно-диким, а все тело напряжено до предела. Ей было не под силу скрыть свой страх, пусть она и не пыталась это сделать. Хорошенькая. - лишь про себя повторился он. Даже в ее страхе было что-то завораживающее. Он дернул уголком губ, отворачиваясь. — Принесли ужин, если хочешь — присоединяйся. — Я могу…могу просто пойти спать? — Как хочешь. — Где я могу… — Выбирай любую комнату, кроме моей. Мужчина отправился на кухню, не удостоив Эву и взглядом. Какое-то время она оставалась стоять на месте, напряжено выжидая. Будто бы был в этом какой-то подвох. Когда зазвенела посуда, Эва рванула на второй этаж, в поисках пристанища. Она забежала в первую попавшуюся комнату и быстро поняла, что она не занята. Ночь была бессонной. Вначале девушка напряженно ходила из угла в угол. Выглянула в окно и поняла, что спрыгнуть в случае чего не получится. Затем легла на кровать, поджав ноги под себя. Она не могла поверить, что все вот так закончится. Прислушивалась к каждому шороху, звуку. Мужчина передвигался тихо, если не бесшумно. В это сложно поверить, видя его величественную фигуру, но выдали его лишь скрипучие ступеньки. Девушка вся сжалась. У нее не было оружия и едва ли она умела драться, но ещё днем ей удалось стащить кухонный нож и спрятать в рукаве. Сжимая его в руках, Эва не знала, сможет ли применить его в ход. Она не убийца и никогда не думала, что сможет отнять чужую жизнь. Но если от этого будет зависеть ее собственная...? Мужчина миновал ее дверь и зашел в соседнюю, тихо закрыв ее за собой. Эва все так же напряжено ждала. Может он переодевается? Выжидает? Надеется, что она уснет? Вот только шли минуты, часы, но оставалось все так же тихо. В конце концов она так и уснула полусидя, держа нож в руке. Пробуждение было резким. Солнце уже во всю сияло и девушка распахнула глаза, тут же кривясь от боли в шее. Плохая была идея так засыпать, однако… иначе она не могла. Встав с кровати, она не смогла сдержать болезненного стона. Тело было будто каменное, мышцы протестовали, но все было ничто по сравнению с осознанием, что ее не тронули. Он не пришел, не изнасиловал ее. Девушка облегченно всхлипнула. Боги, ничего не случилось. Это сразу же посеяло в ней надежду, что и не случится. Спустившись, она аккуратно осмотрелась. На столе увидела два листа бумаги. На одном был отрывок из книги, а другой был абсолютно пуст. Эва догадалась, что ей предстоит сделать перевод, причем без помощи словаря. Он хочет проверить, на что она способна. Желудок протестующе заурчал. Она нашла остатки ужина, но съесть не решилась. Зато погрела себе воду, умылась и заварила чай. В конце концов, лучше чем ничего. Ближе к вечеру вновь пришла повариха. Она забрала остатки еды и принесла новую. Эву удостоила лишь взглядом и не на один вопрос так и не ответила. Она провозилась с переводом около часа. Были трудности с некоторыми словами, но ей удалось вспомнить все. Оставшееся время потратила на размышления. Нужно как-то связаться с остальными, узнать в порядке ли они. Как бы не пыталась придумать альтернативные методы, поняла, что остается лишь одно - заговорить с мужчиной. Он вновь явился только вечером и Эва, как будто верная жена, ждала его у порога. Он уже не удивился ее присутствию, лишь кивнул и молча прошел на кухню. Девушка потопталась на месте и пошла следом. - Решила составить мне компанию? - его взгляд не отрывался от ее перевода. Эва дождалась, пока он прочтет до конца и выдавила из себя тихое: - Да. Он кивнул ей в сторону плиты и девушка поняла, что от нее требуется. Она запалила огонь на газу и стала греть то, что принесли. Вначале положила еду ему в тарелку, затем уже немного и себе. Хотелось съесть вообще все, но решила, что так может его лишь разозлить. - Спасибо. - уж никак она не ожидала благодарности, учитывая, что выбора у нее и не было. - Так и будешь стоять? - хмыкнул он. Девушка вздрогнула и тут же уселась напротив. Генерал не обращал на нее никакого внимания. Он молча ел, теперь уже устремив свой взгляд в свежую газету. Эва аккуратно поднесла ложку ко рту. Ее не отпускало напряжение. Казалось, стоит ей съесть хотя бы кусочек и мужчина разобьет эту же тарелку о ее собственную голову. Но она недооценила силу голода. Ей было страшно, она бросала на генерала взгляд каждую секунду, стараясь держать в поле зрения и все же не прекращала есть. Даже то как он ел, доказывало, что он явно образован, из хорошей семьи. Ни одна крошка не упала мимо. Обычно мужчины так не едят. - Я такой интересный? - он не отрывал глаз от газеты, поэтому Эва засомневалась, что он обращается к ней. Мужчина резко перевел на нее взгляд и девушка с трудом усидела на месте. - Ты что-то хочешь, верно? Эва отложила ложку и испуганно уставилась в собственную тарелку. Ладно, он вроде бы как не злиться. Может стоит рискнуть? По другому она узнать ничего и не сможет. - Я хотела кое-что спросить… Мужчина тоже отложил приборы. Он был удивлён, что ей хватило смелости заговорить и за это решил подыграть. - Спрашивай. - Мед сестра по имени Дия, она в порядке…? - Благородная значит. - хмыкнул он. - Простите…? - Не спрашиваешь о своей участи, а переживаешь за подругу. - пояснил он. - Я не в курсе, что с ней, однако раз мои солдаты здесь, то должна быть в порядке, верно? Как раз таки из-за твоих солдат она могла быть и не в порядке. - Конечно. - с трудом вдавила из себя девушка. Мужчина оскалился. Очевидно этот разговор приносил ему своеобразное удовольствие. А вот Эве он не сулил ничего хорошего.