Глава пятая.

*** -Область музыкального отдела- Открывается кран. Слышится звук шипения воды. В раковину утекает свежая чёрная кровь, которая только недавно бегала по телу Эмилии. Да, вы всё правильно поняли. Сэмми отмывает нож. Вжик. Чернильная кровь из пальца, случайно порезанного, капает вниз. Мужчина, неожиданно даже для себя, порезался в попытке отмыть последние пятна. С кем не бывает? На то действие он только шикнул, недовольно щурясь. Закончив с делом, блондин закрыл кран и поднял голову, дабы посмотреть на себя в зеркало. Что-то не так. Что-то.. Лампочка перегорела, предупреждая об этом заранее тихим жужжанием. Тьма. Что-то в ударило об пол, в спешке убегая. Когда свет снова залил комнату, Сэмми обернулся и увидел.. ..Чернильные следы больших когтистых лап. По стенам идут растёртые мазки этим же пигментом. Он сглотнул. Выглядит.. жутковато. Если кроме него здесь было какое-то существо.. Мужчина повернул голову обратно к зеркалу. Ему ведь даже некому об этом рассказать. Его посчитают психбольным или употребляющим шизиком. Не-е-ет.. надо сваливать.

***

-Художественный отдел- Все отделы проводят свои рабочие дни по-разному. Художественный—живее всех живых, иногда скучновато, но обычно интересно. Сценарный—тихо, сплочённо, комфортно. А музыкальный.. Бадди сидит на своём месте, тихонько вздыхая и подпирая кулаком щёку. Вздыхал он не из грусти, а из некой зависти. Мистер Дрю сказал, в последнее время важнее взаимосвязанные работы, а не отдельные. Может, через месяц он исполнит свою мечту и станет художником?.. Ну, жаловаться не на что. Ему нравится ход дел даже сейчас. Слышится звук неспешной ходьбы на невысоких каблучках. Мисс Ламберт. Художники—своеобразный народ. Они имеют перепады настроения. Когда не надо — ленивые, а когда надо просто спокойно посидеть, им в башку стучит оживлённость. Сегодня Ламберт добрая. Улыбается, и ей тоже в ответ. Кто-то машет рукой, кто-то роняет едва слышное "Здравствуйте". Руководительница после небольшого осмотра результатов работ решает подойти к Бадди. —И ещё раз добрый день!—коснувшись козырька, говорит парниша. Женщина посмотрела по сторонам, удостоверяясь в том, что их не подслушивают. —Эй, Бадди..—пауза..—..Ты мне нужен. Пойдём. —Э-э-э.. Конечно.—неуверенно отвечает он.

***

Они идут по коридорам, сворачивая в разные углы. Бадди погружён в свои мысли. Он слышит и видит только их, слепо и отстранённо от мира идёт за руководительницей. В реальность парня возвращает резкая остановка. Они у двери. То была.. картина не из лучших. Дверь вся исцарапана, изрезана, в чернилах.. Выглядит это так, словно монстр всеми силами пытался ворваться внутрь комнаты. —..Почему именно я? Бадди приподнимает, поворачивает голову к Ламберт. Она не отвечает. Он легонько дёрнул её за рукав, и та обращает на него внимание. Они смотрятся как сын с мамой. Ребёнок ничего не понимает, просит ответа на вопрос. Мать знает, что происходит, но ей больно говорить о всей серьёзности ситуации.. —..Я могу быть уверенной в том, что ты никому не расскажешь. Вот почему. Женщина подходит ближе, поворачивает ручку двери и открывает дверь. Войдя, она жестом подзывает к себе Бадди. Парень видит... Голову на столе. Отрубленную. Изуродованную. Кровавую. Голову. Ужас, а не зрелище. Связки порваны. На оставшихся кусках шеи красуются чернила и множество порезов. Одна часть лица залита чёрным пигментом. Вторая часть буквально изрезана.. Глаза во второй части нет. Он был вытянут из ямки. Убийца жаждал крови. —Я нашла это сегодня днём. Ну уж нет.. Нет! Пора уходить. Бадди сначала медленно идёт назад, а потом уже пятится. Столкновение со стеной на лопатках отразилось больно. Очень. Парень в шоке. Он ничего не говорит, и сразу же понимает, что пора уходить из этого дурдома. Миг—и его нет. Убежал в спешке, куда только глаза глядят. Нужно скрыться.. скрыться.. ... Скрыться?.. Сценарный!

***