Глава 12

Прошла неделя моего театра с Деном, и я уже начала верить, что мама наконец сдастся. Но её упрямство оказалось сильнее, чем я ожидала. — Ты же понимаешь, что это не будет продолжаться вечно, Эйприл, — сказала она за завтраком, лениво помешивая кофе. — О чём ты, мама? — я сделала вид, что не понимаю, но уже чувствовала напряжение в воздухе. — О твоём... друге, — её голос прозвучал с холодной насмешкой. — Это детский фарс, и ты прекрасно это знаешь. Я сжала зубы. — Мама... — Достаточно! — она перебила меня, её голос окреп. — Сегодня вечером ты встретишься с Лео. — Нет! — взорвалась я. — Да, — отрезала она, пристально глядя на меня. — Я пригласила его к нам домой. Это был удар под дых. Все мои усилия, все мои планы — зря. — Как ты можешь? — голос мой дрожал от злости. — Я делаю то, что должен был сделать твой отец, если бы он был жив, — её лицо стало жёстким. — Но он бы не допустил твоего поведения. Он понимал, что такое долг перед семьёй. Её слова обрушились на меня, как холодный душ. Я знала, что она права в одном: папа бы нашёл другой путь. Он никогда бы не заставил меня делать то, чего я не хочу. Я встала из-за стола, не в силах больше слушать. — Ты права, папа бы этого не допустил, — бросила я, отвернувшись, чтобы скрыть слёзы. — А ты... ты только всё рушишь. Я вышла, чувствуя, как гнев и боль переплетаются внутри. Вечер обещал стать кошмаром. Весь день я чувствовала себя пленницей в собственном доме. Мама превратила его в маленький салон красоты, наняв визажиста и стилиста, чтобы я выглядела "достойно". — Ты должна быть на высоте, — говорила она, стоя за моим креслом, как строгий надзиратель. Я наблюдала за своим отражением в зеркале, пока девушка с идеально уложенными волосами наносила мне очередной слой макияжа. Мама была непреклонна. Сегодняшний вечер, по её словам, должен был показать, что я всё ещё являюсь "образцом" семьи. Но я знала, что всё это ради Лео. — Почему я? — не выдержала я, обращаясь к ней прямо. — Почему ты заставляешь меня через это проходить? Мама лишь одарила меня холодным взглядом. — Эйприл, это не обсуждается. Ты прекрасно понимаешь, зачем всё это. — Нет, не понимаю, — парировала я, но её лицо оставалось каменным. Казалось, что кроме Лео здесь соберутся и другие люди — возможно, мамина "элита", её друзья, готовые вынести приговор моему "неподобающему" поведению. Лишь бы поглумиться надо мной и продемонстрировать, как мне "повезло" стать частью их игры. Час за часом я терпела. Когда стилист наконец закончила свою работу, я посмотрела на себя в зеркало. Макияж был идеальным, платье сидело как влитое. Я выглядела великолепно, как и хотела мама. Только внутри я чувствовала себя пустой. Перед тем как выйти, я остановилась у окна, вглядываясь в сумерки за окном. — Если они думают, что я прогнусь, то плохо меня знают, — прошептала я, чувствуя, как гнев поднимается волной. Мне предстояло сражение — пусть и за ужином. Лео, конечно, не заставил себя ждать. Как будто вся эта постановка существовала только для того, чтобы он мог исполнить свою роль. В семь часов ровно раздался звонок в дверь. Мама поспешила открывать, сияя так, словно встретила голливудскую звезду. — Лео, как приятно вас видеть! — её голос звучал сладко, как мед. Я сидела в гостиной, чувствуя себя приговорённой. Хотелось исчезнуть, раствориться, но было поздно. Он вошёл, идеально одетый, в безупречном костюме, с лёгкой улыбкой на губах — как будто знал, что его появление выбьет меня из равновесия. — Добрый вечер, Эйприл, — его голос прозвучал мягко, но в нём чувствовалась насмешка. Мама выглядела абсолютно довольной, наблюдая за нами, как режиссёр за своей пьесой. Лео, не теряя ни секунды, подошёл ко мне и галантно поцеловал руку. Я хотела выдернуть её, но знала, что это вызовет у матери очередную бурю. Он наклонился ближе, чтобы прошептать: — Ты выглядишь потрясающе, но, думаю, без платья ты была бы ещё лучше. Я почувствовала, как кровь приливает к лицу. Гнев затопил меня волной. — Ты отвратителен, — прошипела я сквозь зубы, стиснув кулаки. Лео лишь ухмыльнулся, видимо, довольный своей очередной провокацией. — Но я же здесь ради тебя, — добавил он, откидываясь на спинку стула с видом победителя. Мама, к сожалению, ничего из этого не услышала — она была слишком занята тем, чтобы контролировать, всё ли в порядке с ужином. Я смотрела на Лео и думала только об одном: как бы поскорее закончить этот фарс. Мама, как всегда, была в ударе. Она явно наслаждалась ситуацией, с видом кукловода дергая за невидимые ниточки. Но когда она вдруг решила упомянуть Дена за ужином, я почувствовала, как внутри меня всё похолодело. — Эйприл, — начала она, аккуратно отложив вилку, словно собиралась вести непринуждённую беседу. — Надеюсь, ты уже объяснила своему другу Дену, что ваши... отношения — это просто юношеский каприз? Я уронила салфетку на стол, нервно разглаживая её пальцами. — Я не думаю, что это ваше дело, мама, — ответила я, стараясь сохранять спокойствие. Лео, который до этого лениво перебирал содержимое своей тарелки, неожиданно поднял взгляд на меня. В его глазах промелькнуло что-то, чего я не смогла разобрать — интерес? Насмешка? — Ден? — вдруг вмешался он, глядя на меня с лукавой улыбкой. — Кто это, Эйприл? Новый герой твоих романов? Его тон был язвительным, но не агрессивным. Скорее, он развлекался. — Это не твоё дело, — отрезала я, метнув в него сердитый взгляд. — Ну почему же? — Лео облокотился на спинку стула, с наслаждением наблюдая за происходящим. — Я должен знать всё о своей будущей жене, верно? Моя мать, довольная как кошка, которой принесли блюдце с молоком, продолжила: — Ден — это её… друг. Они изображали роман, чтобы избежать серьёзных разговоров. Лео внезапно рассмеялся, но в этом смехе не было тепла. Он был коротким и резким. — Ты серьёзно? — он посмотрел на меня с насмешливым интересом. — Ты заставила какого-то бедного парня играть в эту глупую игру? — Ты понятия не имеешь, о чём говоришь, — я встала из-за стола, с трудом сдерживая гнев. — Нет, ты права, — сказал он, опуская вилку. — Но я узнаю. Его уверенность вывела меня из себя, но мама, казалось, была довольна этим представлением. — Если ты закончила свой спектакль, Эйприл, садись обратно, — сказала она. Я бросила на неё такой взгляд, что в следующий момент мне захотелось выбежать из комнаты. Но вместо этого я села, решив, что не дам Лео или матери повода думать, что они выиграли. Лео. Эйприл была невероятной. Она сидела напротив, сжимая вилку так, словно собиралась ею меня убить. Её лицо раскраснелось от злости, но даже в этом состоянии она оставалась завораживающей. Я не мог понять, почему её сопротивление так меня привлекало. Когда мать упомянула этого Дена, я ждал её реакции, и она не разочаровала. Эйприл напряглась, как струна, словно её поймали на лжи. Конечно, я понял, что вся эта история с "любовью" к этому парню — жалкий трюк, но зачем? От кого она так старательно прячется? Я не удержался и вмешался. Моя насмешка была ответом на её маску, на этот фарс, который она разыгрывала. — Ден, значит? — спросил я, наклоняясь чуть ближе, чтобы увидеть её глаза. — Ты действительно думаешь, что это сработает? Она посмотрела на меня так, как будто могла бы испепелить одним взглядом. — Ты понятия не имеешь, что для меня работает, — процедила она сквозь зубы. Этот огонь... Он был чертовски заразителен. Я хотел увидеть, как далеко она сможет зайти, если её ещё немного подтолкнуть. — Знаешь, Эйприл, — продолжил я, облокачиваясь на стул, — ты очень увлекательная. Я даже начинаю понимать, почему твоя мама так хочет, чтобы мы поженились. Её глаза метнули молнии. Отлично. — Мне плевать, что ты понимаешь, — сказала она, холодно улыбаясь. Её мать смотрела на нас с таким видом, будто это был очередной шаг в её грандиозном плане. — Ах, Эйприл, — добавил я, понизив голос, чтобы только она услышала. — Твой Ден, возможно, хороший парень, но давай будем честны. Это жалкая попытка отвлечь меня. Её губы сжались, а в глазах вспыхнуло нечто дикое. — Ты переоцениваешь своё значение в моей жизни, — сказала она тихо, но в этих словах было больше ярости, чем в любом крике. Я засмеялся, искренне, и, возможно, чуть громче, чем следовало. — Возможно. Но ты ведь всё ещё здесь, рядом со мной, не так ли? Она встала так резко, что стул заскрипел. — Если ты закончишь показывать своё эго, Лео, я, пожалуй, пойду. Мама Эйприл возразила что-то о приличии, но она уже шагнула к выходу. Я смотрел ей вслед, мысленно проигрывая каждое её слово. Эта девушка была загадкой, которую мне хотелось разгадать. Не потому, что я хотел её, а потому, что она была единственной, кто не хотел меня. И, чёрт возьми, я уже начинал понимать, почему это было так увлекательно. Сидя за рулём своей машины, я с раздражением смотрел на чёрный мерседес, который нагло перекрыл мне дорогу. Ден. Даже без лишних движений я уже знал, кто решил меня "воспитать". Усмехнулся, прикуривая сигарету. — Ну, будет интересно, — пробормотал я себе под нос, выкидывая зажжённую спичку в окно. Дверь мерседеса открылась, и из неё вышел он. Напряжённый, будто готовился к драке. Ходил кругами вокруг своей машины, как пес, который хочет, но боится укусить. Я неторопливо вышел из своей, хлопнув дверью. — Ты серьёзно, Ден? — произнёс я спокойно, убирая сигарету в зубы. — Решил преградить мне дорогу? Что дальше, дуэль? — Нам нужно поговорить, — холодно бросил он, голос звенел от скрытой злости. — Поговорить? — усмехнулся я, склонив голову набок. — Для этого обычно звонят, а не устраивают цирк посреди улицы. Ден молча сделал шаг вперёд, его глаза метали молнии. Я даже наслаждался этим зрелищем. — Послушай, — начал он, голосом, полным отчаяния. — Оставь её в покое. Я чуть прищурился, разглядывая его, как экспериментальную крысу. — Кого? — спросил я с неприкрытой насмешкой. — Ты о ком сейчас? — Ты знаешь, о ком. Эйприл. Ты... ты с ней играешь! Я засмеялся, коротко и без особой радости. Этот парень был не просто наивным, он, похоже, решил, что мне нужны его советы. — И что? — я сделал шаг к нему, позволяя своему голосу звучать ниже, почти угрожающе. — Что ты сделаешь, если я продолжу? Он молчал, кулаки сжаты, но дальше слов он не заходил. — Ты смешной, — сказал я, отбросив сигарету. — Думаешь, она будет твоей? Думаешь, она выберет тебя? Она сама не знает, чего хочет. Ден собирался что-то сказать, но я поднял руку, останавливая его. — Мне даже жаль тебя, — добавил я, прежде чем развернуться и сесть обратно в машину. — А теперь уйди с дороги, пока я не вызвал буксир. Я завёл двигатель, но прежде чем уехать, достал телефон. — Привет, детка, — голос на другом конце сразу стал ласковым. — Ты свободна? Салли. Моя спасительная отдушина. Иногда нужно просто... расслабиться. — Я приеду через двадцать минут, — коротко бросил я и сбросил звонок. Машина плавно рванула вперёд, а Ден остался стоять позади. Что ж, вечер только начинался.