Часть 1

Лунный свет, проникающий сквозь щели в старых деревянных ставнях, танцевал на пыльном полу. Эдвард, немолодой уже мужчина с морщинистым лицом и седыми волосами, сидел на кровати, сжимая в руке старый серебряный кулон. Он был напуган. Всегда был напуган. Каждый месяц, в полнолуние, его преследовали кошмарные видения, наполненные звериным ревом и запахом крови. И сегодня… сегодня все было по-другому. Его руки дрожали, когда он снял кулон. Холодный металл, казалось, впился в его кожу, принося с собой резкую, леденящую боль. Эдвард закричал, схватившись за грудь. Кожа на его руках покрылась шерстью, кости трещали, как ветви под напором бури. Он чувствовал, как его рост увеличивается, мускулы вздуваются, клыки вылезают из десен. Из зеркала напротив него на него смотрело нечто чудовищное, с дикими глазами, оскаленными зубами и звериным рыком. «Неееееет!» — завопил Эдвард, но его собственный голос был грубым, хриплым, совсем не человеческим. Внезапно, его тело перестало расти. Он упал на пол, тяжело дыша. Вместо огромного, кровожадного зверя он увидел… хомяка. Маленького, пушистого хомяка с блестящими глазками и розовым носиком. Хомяк пошевелил усами, посмотрел на свои лапки, на которые уже начала пропадать шерсть. В глазах его было замешательство и легкий ужас. – Э-э-э… я что, превратился в хомяка? — подумал он, или, скорее, почувствовал, поскольку думать на хомячьем языке было сложновато. Он попытался подняться на задние лапки, но, из-за размеров, это оказалось слишком сложной задачей. Ему пришлось ползти, толкая перед собой пушистое тело. — Я не знаю, где мой серебряный кулон, — прошептал он, пытаясь сформулировать мысль, — но я надеюсь, что он где-нибудь поблизости. Иначе я так и буду хомяком до конца своих дней. Он не знал, как ему выбраться из этого смехотворного положения. Но он знал, что должен был как-то справиться, ведь жизнь хомяка вряд ли была легкой, особенно в доме старого оборотня.