Эпизод первый. Возвращение домой.

Ранним утром Сеул так прекрасен. На самом деле, это присуще всем крупным городам: если днём город переполнен людьми, бегающими по делам, то ночью улицы становятся обителью весёлой молодёжи, ищущей приключенья в каменных джунглях. Но раннее утро — исключение из всех правил. Когда ночные тусовщики уже разошлись, а утренняя беготня ещё не началась. Огромный и шумный город на мгновения становится хоть немного спокойным и умиротворённым. Для Ханны это время — единственная отрада, в этом чуждом ей городе. Чуть мокрая после дождя, безлюдная беговая дорожка простилалась перед ней через весь этот огромный парк. Небольшие лужи неприятно прыскались при каждом шаге. Но запах листвы и земли, которая обычно поднимается после дождя, и вся атмосфера свежести и лёгкости, что наполняла грудь, делала для неё утро счастливее. Чон Ханна была младшей дочерью семьи Чон, что заправляла в Корее многими промыслами, в виде судостроения и автомобилестроения. У неё были брат и сестра, которые аж на 10 и 12 лет старше неё. Когда Ханна была ещё маленькой, глава семьи решил отправить её к тёте в Орегон, на несколько лет. Она, в свою очередь, поселила с двумя нянями в пригороде в Портленде. Но временный переезд затянулся, и Ханна пробыла там до своих 24 лет. И когда ей стукнуло 24, отец вспомнил о дочери, и решил вернуть странницу домой. Только для Ханны это было совсем не вовремя: свобода и деньги, друзья, которые весёлой компанией сопровождали её на тусовки и вечеринки, отношения с самым популярным парнем-моделем — делали её тогдашнюю жизнь красочной. Её против воли поселили в незнакомой среде. А теперь, когда она стала неё домом, её снова урвали оттуда. Но даже это было не самым страшным. Собравшись за пару дней, она прилетела в Корею первым же рейсом. И самым ужасным для неё стала причина её возвращения! Промотав в парке пару километров, Ханна решила вернуться домой. Если бы была возможность, она осталась бы жить в тех минутах спокойствия. Но это невозможно, и нужно возвратиться, и готовится к предстоящим церемониям. В последний раз глотнув воды со своей бутылки, она встала, готовясь идти, но тут её взор привлёк молодой человек, сидящий неподалеку. Ханне пока ещё были интересны корейские черты лица, в своем 24-м году, она впервые отчетливо видит корейских парней. Она невольно начала сравнивать его со своим бойфрендом, с кем они встречались в Лос-Анджелесе. Кевин был высоким, спортивного телосложения голубоглазым блондином. У него выразительные черты лица: были хорошо видны скулы и костяшки, острый подбородок, а из-под светлой кожи на шее и руках так привлекательно красовались вены. И теперь она начала рассматривать этого молодого человека, которого встретила в парке случайно. Пухлые щёки, маленькие глаза, небольшой рост и миловидная улыбка, она бы даже сказала детская. «Ну нет, я никогда в такого не влюблюсь» — проговорила она про себя и ушла. - Привет, сестричка! — у входа поприветствовал её Чже Хван - Уйди! - В твоей Америке так приветствуют своих братьев?! - В моей Америке принято не бросать своих братьев! - Сколько не хами, твоя судьба предрешена! - Ты вылез из норы, чтобы оскорбить меня? - Волю отца ты не сможешь противиться, а значит скоро уже снова покинешь этот дом, но уже навсегда. Так что обойдемся без фокусов, ты просто себя опозоришь! — он даже не пытался скрыть свою усмешку - Не лезь, куда тебя не просят! Ты уже сыграл свою роль. Ты бесишься, потому что от тебя уже нет никакой пользы и теперь ты неинтересен старику?! — Ханна ушла, не дождавшись ответа. Этот разговор смутил, или даже напугал Чже Хвана. Не слова эти его больно кольнули, нет, далеко не они. А то, как сестра сумела так быстро найти его слабое место, и так ловко нанесла удар! - Ханна! Ханна! - Да что? Что? - Пришёл твой преподаватель, спускайся! - Сейчас! Ханне нужен был этот преподаватель, чтобы подготовиться к важной церемонии, о которой отец его оповестил! Ханна жила в другой стране, в другой культуре всю свою сознательную жизнь. Теперь ей нужно приспособиться к жизни в Корее! - Здравствуйте, господин Су Хён! - Чон Ханна, полагаю? - Да, это я! - О, прошу, садитесь! У Вас очень красивый акцент! - Извините, я много лет жила… - Нет, нет! Не нужно извинений! Ваш корейский звучит очень выразительно, полагаю потому, что Вы пытаетесь обойти неловкостей и выговаривать слова чётко - Да, так и есть! - Но не надо волноваться, отпустите все страхи. Вы очень понятно произносите, не нужно каждый раз так много усилий прилагать, так Вы быстро устанете от беседы. - Спасибо, я постараюсь - И ещё, мы будем работать над Вашим корейским языком и доведём её до нужного уровня до грядущего мероприятия! — Ханна решила промолчать. У неё было неоднозначное отношение к этой мероприятии: высказать своё честное мнение было непозволительно, а кивать и врать, что с нетерпением ждёт ей не хотелось. — Так начнём? - Да, пожалуй - Итак, первым делом мы займёмся Вашим корейским языком! Произношение менять не обязательно, Вы жили и получали знания за рубежом, и подобную изюминку жалко исправлять. Слышал, Вы не умеете пользоваться палочками для еды, значит нам нужно Вас научить правильно вести себя за столом в корейской манере. И вообще пройти полный курс по корейской культуре и истории! Ваш отец говорил, что Вы отдалились от наших традиции. Но это нужно исправить, и следует показать, что как бы далеко Вы ни были, Вы не теряли своих корней и с трепетом относились к Вашей Родине. Нужно будет многое прочитать. - Да, хорошо! — хотя Ханна и проговаривала это после каждого пункта и кивала, внутри она задавалась только одним вопросом: почему эти страдания обрушились на её голову? Сначала её силой вышвыривают из семьи, из дома, из её страны. А теперь, когда им стало угодно использовать её в своих целях, хотят, чтобы она вернулась и вела себя как будто и не уходила? Пройдя пробный урок, и составив план вместе с учителем, Ханна наконец-то освободилась. Она потратила на это полдня, и это ещё было не всё. Ханну оповестили о том, что через пару часов её заберут и устроят экскурсию по главному офису. - Что??? Зачем это? - Госпожа, это необходимо, Ваш отец лично велел мне пройтись с Вами по офису и ввести в курс дела. - Какой нахер в курс дела??? Я отсутствовала не 15 дней, а 15 лет! Я знать не знаю вашу корпорацию! - Вот поэтому Вам и нужно пойти со мной. Наша компания — одна из процветающих компаний в мировом рынке. И когда-нибудь Вы унаследуете этот величайший проект, созданный гениальным человеком современности — Вашим отцом, Чон Чон Хваном! - Я уже говорила, что мне насрать? - Вы пойдёте с нами, и увидите всё своими глазами! Пообедав, Ханна недовольно направилась в свою комнату. Там была лишь одна служанка, которая прибиралась в её комнате. - Мне нужно переодеться, выйди из комнаты! — сухо сказала Ханна. - Я могу помочь? - Чё??? - Вы просто скажите, что хотите надеть я всё приготовлю. Вам не нужно утруждаться, Вы же госпожа этого дома. - Как тебя зовут? - Джи Ён, Нам Джи Ён. - Подбери мне что-нибудь! — устало сказала Ханна и грохнулась в кровать. - Хорошо, сейчас. Вы же с утра не выходили из дома, погода сегодня отличная, тепло и солнечно. - Как скажешь! - Как насчёт этой блузки и юбочки? - А нельзя ли попроще одеться? - Не думаю, что в офис подойдут что-то, кроме этого. У Вас очень много уличной одежды, а офисный и классический стили практически отсутствуют. - А как же мои счастливые джинсы? - Какие? - Ну те, скинни! - Извините за грубость госпожа, но лучше наденьте это! Если явитесь в офис в дранных джинсах, Вас снова отсчитают. — на этом слове Ханна захохотала - Ещё раз, как тебя там? - Джи Ён! - Джи, ты просто огонь детка, давно так не смеялась. Отныне только ты будешь выполнять мои указания. Ханна прошлась по офису и ознакомилась с работой офисных служащих. Огромное количество информации о каждом отделе и его предназначении. Ханна быстро утомилась, но делала вид, что всё понимает. - Я пришла. Джи, подойди пожалуйста! — с порога она отозвала свою полюбившуюся прислугу. - Да, госпожа я здесь, бегу. - Джи, отнеси эти вещи наверх, и наполни для меня ванну! - Хорошо, госпожа! Немного отдышавшись, Ханна направилась в комнату к своей матери. Её мама была женщиной домохозяйкой и в своей жизни никогда не работала в высоких должностях, но несмотря на всё это она была очень умна. Ханна, войдя в комнату, застала её за очень необычным для неё занятием, вязанием. В годы, когда Ханна была тут, она никогда этим не занималась! В такие моменты, время, когда отсутствовала Ханна очень заметна, и невольно возвращает её в реальность. В реальность, где она никакая не госпожа, наследница огромной кампании. А ребёнок, брошенный своей семьей, и проживший всю жизнь без любви и заботы. - Здравствуй, мама! - Здравствуй, Ханна! - Я скоро уеду, ты знаешь об этом? - Да, я знала это с самого начала. - Тогда почему?.. - Что почему? - Почему ты не… почему ты так холодна ко мне? Ты даже не пытаешься побыть со мной в эти дни - А зачем? - Что? - Ты стала такой взрослой. Ты не ребёнок, которая нуждается в материнской помощи. Ты уже давно меня превзошла, мне тебя нечему учить. - Но… но… Это совсем не важно! Тебе не обязательно меня чему-то учить, мы можем просто проводить время вместе… — голос Ханны задрожал: она не так представляла встречу со своей драгоценной мамой. — Мы… мы можем гулять в парке утром, и… и хочешь научить меня вязать? Вот мы нашли чему ты можешь меня научить! Давай, мам! — она судорожно взяла маму за руки, и пыталась повторить её движения со щипцами. — Мама!!! Мама, я знаю, что отец пытался от меня избавиться, и у тебя не было другого выхода… - Нет! - Что? Что нет, мам? - Нет, Ханна — она резко вырвала руку — он не собирался от тебя избавляться. А я. Это я уговорил отца отправить тебя туда. — Мама? — Слушай Ханна, пойми меня правильно, я родила тебя в зрелом возрасте, к этому времени моя материнская любовь иссякла. Когда твоя сестра вышла замуж, когда моя дочка покинула этот дом, и создала свой, я почувствовала себя матерью взрослых детей, которым не нужна опека. Моё материнство закончилось, и с тобой нянчиться у меня не было желания. И я уговорила своего мужа отправить тебя подальше, потому что не чувствовала себя твоей матерью, и хотела, чтобы ты поскорее убралась отсюда! Ханна вышла и направилась к себе. Она не плакала, она просто поняла. С самого начала она знала это, но не верила душой. Теперь, когда она услышала это своими ушами, её не терзала обида или ненависть, она не чувствовала горечи за своё потерянное детство. Она почувствовала облегчение, что смогла услышать правду. - Госпожа, я приготовила ванну, как Вы и сказали. - Огромное спасибо, Джи! - Нет, нет! Не нужно благодарить, госпожа, это моя обязанность. - Хорошо! — улыбнулась Ханна - Как прошла экскурсия, госпожа? - Чего же скрывать, было довольно скучно. - Вы смогли узнать что-нибудь полезное? - Знаешь, в некоторые моменты я вникала работой, которые они делали и правда чувствовала заинтересованность. Но в следующий момент это пропадало. Я не знаю, что это было. - Вам стоит проявить упорство, это ведь то, чем Вы будете заниматься в будущем - Да нет, какое там. Это всё не моё, так что я не должна привыкать, чувствовать привязанность - Почему это не Ваше? Вы же наследница… - Ладно, Джи, можешь идти я приму ванну и отдохну - Хорошо, госпожа, приятного отдыха! Лёжа в ванной, Ханна вспоминала разговор с отцом, и её терзал один вопрос: «кто же… он?».