moments of drowsiness

Она представляла себе этот момент каждый день. С тех пор как узнала, что такое самоубийство. Таблетки падают в горло, адреналин захлестывает. Живот болит, печень сдаёт. Желчь, парацетамол, глицин — всё это возвращается обратно в раковину или унитаз. Она знала, чего хочет. Она не видела другого выхода. Даже спорить не о чем — она должна умереть. За несколько дней до смерти она раздавала вещи, что нашла в ящиках. Ходила по городу, пыталась найти друзей, которых у нее не было. Она была готова попрощаться. Сидя на полу, она открыла бутылку со спиртным. Горькая жидкость обжигала горло, но она продолжала пить, пытаясь заглушить внутренний голос, кричащий о том, чтобы она остановилась. Затем она взяла лезвие. Сначала одно резкое движение, потом другое. Кровь начала стекать по рукам, смешиваясь с алкогольными каплями на полу. Это было её собственное решение, её способ справиться с новыми переживаниями. Но сейчас, в своей комнате, у нее были все основания проглотить таблетку целиком. И она заколебалась. Впервые в жизни она почувствовала боль. Пульсирующая боль в груди. Руки с бутылкой коченеют, сердце дрожит. Страх. Она не хотела умирать в одиночестве. Она сама это выбрала. Это её вина. Она сидела на полу своей комнаты, окружённая тишиной, которая казалась оглушающей. Таблетки были рассыпаны рядом с ней, и каждая из них словно воплощала в себе последнее обещание избавления. Сердце продолжало трепетать, но её решимость вновь начала крепнуть, словно тьма внутри неё вновь обрела силу. Она подняла одну из таблеток, чувствуя, как холодный пот стекает по её спине. В этот момент мысли о будущем, которого у неё, как ей казалось, никогда не будет, начали исчезать. Осталась только одна идея — прекратить эту вечную боль, которая пронизывала её каждое утро, каждый вечер, практически каждый час её жизни. Она проглотила таблетку, затем ещё одну, и ещё. Вкус был горьким, но, по сравнению с её внутренними страданиями, это была ничтожная плата. Она почувствовала, как волна дремоты постепенно охватывает её, превращаясь в уютное покрывало, уносящее её далеко от реальности. В её голове мелькнули последние образы: лица людей, которых она когда-то знала, места, которые она любила, моменты, которые приносили радость. Они были подобны теням, быстро исчезающим в темноте. Её тело стало тяжёлым, и она медленно опустила голову на пол, закрывая глаза. В тишине комнаты она почувствовала, как её дыхание замедляется, и мир вокруг неё постепенно исчезает, оставляя после себя только ничто. Смотря в пустоту, она почувствовала, как время словно замерло. Пространство вокруг слилось в одно сплошное пятно, и только отдалённый свет из окна еле пробивался сквозь занавески, освещая её лицо. В этой почти абсолютной тишине, где даже её собственное дыхание казалось чуждым, в её сознании всплыл голос — тёплый, знакомый, родной. Это был голос человека, который когда-то, через расстояния и время, смог дотронуться до её души. Голос, который она слышала в телефонных разговорах или в своих частых воспоминаниях, наполненных заботой и поддержкой. Она вспомнила, как обещала ему не сдаваться. Но теперь, в этой тишине и пустоте, что окружали её, она задала себе вопрос: "Могу ли я сдержать это обещание?" Боль, которая казалась невыносимой, вновь напомнила о себе, словно пытаясь убедить её, что обещания — это лишь слова, которые легко забываются. Тем не менее, в глубине её души, что-то начало меняться. Воспоминания о голосе, который верил в неё, заставил её подумать. Она не знала, но впервые за долгое время почувствовала, что у неё есть выбор. Она перевела взгляд с пустоты на свои руки, которые всё ещё дрожали. И в этот момент, возможно, впервые за долгое время, она решила попробовать сдержать обещание — не для себя, но для того, кто в неё верил, кто надеялся, что она найдёт в себе силы продолжать дальше. Воспоминания, словно прерванный фильм, мелькали перед её глазами, и, не выдержав, она закрыла их, пытаясь отгородиться от собственных мыслей. Но вместо спокойствия пришло нечто иное — слёзы, которые она так долго держала внутри, вдруг начали вырываться наружу. Сначала она не понимала, что происходит. Это было как тихий поток, который постепенно превращается в бурлящую реку. Слёзы стекали по её щекам, и она не могла их остановить. Они жгли её кожу, оставляя солёные дорожки, и особенно болезненно щипали по свежим порезам на её руках. Всё это время она пыталась быть сильной, научиться игнорировать боль, но теперь, в этом моменте, она позволила себе стать уязвимой. Плач был бесконтрольным, но, возможно, именно в нём она находила то, что так долго искала — освобождение. Тихие всхлипы раздавались в комнате, отражаясь от стен, и ей казалось, что даже сама комната плачет вместе с ней. Слёзы продолжали течь по её щекам, словно освежающий дождь, смывающий накопившуюся пыль одиночества и боли. И в этой тишине, среди всхлипов и шёпота её собственных мыслей, она вдруг осознала — несмотря на всё, что произошло, её все ещё любят, он всё ещё её любит. Любовь, которую она периодически забывала, словно забывала о солнечном свете за тяжёлыми шторами. Он всегда был рядом, даже когда она сама отталкивала его, погружаясь в ненависть к себе. Это была её слабость, её внутренняя борьба, которую он пытался облегчить своим терпением и поддержкой. Она любила его до потери пульса, до дрожи в голосе, и эта любовь была той единственной силой, которая могла глушить её порывы к суициду. Она понимала, что её ненависть к себе — это болезнь, которую он пытался вылечить своей заботой и добротой. Она вдруг поняла, что не хочет умирать. Таблетки, которые она приняла в отчаянии, теперь казались ужасной ошибкой. Она осознала, что всё это было неправильным, и сожаление захлестнуло её. Она не хотела, чтобы всё заканчивалось так. Вместо этого, внутри неё проснулось желание жить, несмотря на всю боль, которую она испытывала. Она не хотела бросать любимого человека, она никогда не хотела его бросить, зная что сделает больно. С трудом поднявшись с пола, она осознала, что нужно действовать быстро. Чувствуя как последние силы догорают, она начала искать телефон. Каждая секунда имела значение. Она увидела телефон на тумбочке и попыталась дотянуться до него. Внутри оставалась надежда, что она сможет позвонить и попросить о помощи. Однако, её силы быстро убывали, и таблетки начали действовать быстрее, чем она ожидала. Она не смогла дотянуться до телефона и упала на пол. Веки стали тяжёлыми, и она закрыла глаза, чувствуя, что сознание покидает её. Это было похоже на конец, и она понимала, что, возможно, больше не проснётся.

Доброй ночи, дорогуша, я всё ещё люблю тебя