Часть 46

Аня стояла перед проектором, сосредоточенно глядя на аудиторию. Сегодня в расписании был сложный семинар — экстирпация матки. Ещё до начала занятия студенты начали занимать места, шёпотом переговариваясь. Её имя было на слуху, особенно среди будущих акушеров-гинекологов и онкологов. Она поправила воротник своего идеально выглаженного белого халата и повернулась к залу. — Guten Morgen, — начала она с лёгкой улыбкой. — Сегодня мы разберём тему, которая важна как с точки зрения хирургии, так и с психологической стороны. Экстирпация матки. В аудитории повисла тишина. Те, кто ещё копался в телефонах, поспешно убрали их в карманы. — Начнём с главного. Кто из вас может сказать, какие показания требуют проведения этой операции? — спросила она, переводя взгляд с одного студента на другого. Робко поднялась одна рука. — Frau Müller, — Аня указала на девушку в третьем ряду. — Рак эндометрия, миомы больших размеров, не поддающиеся лечению… — начала студентка, но замялась. — Верно, — кивнула Аня, подбадривая её. — Но не забывайте о случаях, когда операция проводится в экстренном порядке. Например, при разрыве матки или массивном кровотечении, угрожающем жизни. На экране за её спиной появилось изображение схемы операции. — Итак, давайте поговорим о технических аспектах. Какие основные этапы процедуры? — продолжила она, переключая слайд. С каждым вопросом студенты становились всё активнее. Аня чётко чувствовала динамику зала, направляя дискуссию и задавая вопросы, которые заставляли задуматься. — Не забывайте, что за каждым хирургическим вмешательством стоит человек, — сказала она, обводя аудиторию взглядом. — У меня была пациентка, которой было 34 года. Трое детей, агрессивный рак. Когда мы предложили ей операцию, она отказалась. Знаете почему? В зале было тихо, пока один студент не поднял руку. — Она боялась последствий? — неуверенно предположил он. — Именно, — кивнула Аня. — Она сказала, что потеряет часть своей женственности. И наша задача, как врачей, не только проводить операции, но и помогать пациентам принять их новые реальности. Часы пролетели незаметно. Семинар подошёл к концу, но несколько студентов остались, чтобы задать дополнительные вопросы. — Анна, вы когда-нибудь сомневались в своих решениях? — спросил высокий парень с серьёзным выражением лица. Аня задумалась на секунду. — Конечно, — призналась она. — Врач, который говорит, что никогда не сомневается, либо врёт, либо не понимает, что делает. Но сомнения заставляют нас расти. Главное — всегда помнить, что мы делаем всё ради пациента. — А вы скучаете по хирургии? — спросила другая студентка, чуть наклонив голову. Аня улыбнулась. — Иногда, — честно ответила она. — Но сейчас я здесь, чтобы поделиться своим опытом с вами. И это тоже важно. Она попрощалась со студентами, собрала свои вещи и направилась в преподавательскую. Её телефон завибрировал на столе. Сообщение от Вадима. «Как прошло занятие, звезда?» Она усмехнулась, представляя его ухмылку. «Хорошо. Ты как?» «Много работы, но держусь. Скучаю по тебе.» «Я тоже.» Аня задумчиво смотрела на экран. После короткого вдоха она убрала телефон и отправилась к декану обсудить планы на следующую неделю. К обеду она, наконец, освободилась и зашла в кафе рядом с университетом. Пока она делала заказ, в голове крутился список дел: проверить материалы для следующей лекции, купить продукты на ужин и, конечно, позвонить мальчикам и Алисе, чтобы узнать, как они. Телефон снова завибрировал. На этот раз это была видеосвязь от Алисы. — Мамочка! — радостно закричала дочь, её лицо занимало весь экран. — Мы с бабушкой делаем пирог! — Правда? — улыбнулась Аня. — А кто помогает? — Влад с Витей дерутся из-за яблок, — хихикнула девочка. — Ну-ну, скажи им, что я скоро приеду и наведу порядок, — ответила Аня, а затем добавила: — Передай бабушке, что я её обожаю за помощь. — Хорошо, мам! — крикнула Алиса и отключилась. Аня убрала телефон и с облегчением вздохнула. — Одна лекция закончена, но впереди ещё долгий день, — сказала она себе под нос, улыбаясь. Её мысли снова вернулись к дому, семье и тому, как сильно она ждала вечера, чтобы обнять своих детей и мужа.

***

Аня с улыбкой смотрела в окно, наблюдая за тем, как дети играют на заднем дворе. Алиса каталась на качелях, а Влад и Витя строили что-то из палок и веток, их головы явно были заняты какой-то грандиозной идеей. Она была рада, что всё наконец-то начало становиться на свои места: новый дом, новый этап в жизни. Но в глубине души ей не давала покоя одна мысль — уговорить Антона с семьёй переехать поближе. Родители Вадима, Наталья и Юрий, уже были здесь, в Берлине, и поселились недалеко. Аня всегда чувствовала их поддержку, и теперь это было особенно важно, учитывая её очередную беременность. Но вот Антон… Этот упрямый братец, как его ещё уговорить? — Ты выглядишь слишком сосредоточенной, малышка, — раздался голос Вадима за её спиной. Он подошёл, обнял её за плечи и легко поцеловал в висок. — Думаю об Антоне, — честно призналась она, повернувшись к нему. — Опять? — он усмехнулся, беря её за руку и ведя к дивану. — Ты так часто о нём думаешь, что я начинаю ревновать. Аня закатила глаза, но улыбнулась. — Очень смешно, Уваров. Ты же знаешь, что я просто хочу, чтобы он был ближе. Вика мне сказала, что она только за, но Антон… — Антон — это Антон, — пожал плечами Вадим, усаживаясь и притягивая её к себе. — Он любит делать всё по-своему, ты же знаешь. — Но ведь это было бы так удобно, — сказала Аня, обнимая его за плечи. — Дети могли бы видеть друг друга чаще, Вика бы не разрывалась между ним и нами. — И ты получишь постоянного партнёра для сплетен? — подколол он, поднимая бровь. — Уваров, — строго произнесла она, но потом засмеялась. — Нет, я серьёзно. Вадим задумался, а потом с лёгкой ухмылкой сказал: — А что если мы заманим его? Сделаем ему такое предложение, от которого он не сможет отказаться. — Например? — Аня скептически прищурилась. — Ну, во-первых, расскажи ему, какие тут великолепные немецкие бургеры, — начал он, подшучивая. — Вадь, — она тихо засмеялась, хлопнув его по плечу. — А если серьёзно, малыш, — сказал он, посмотрев на неё, — я думаю, Антон всё равно переедет. Ему просто нужно время. Тем более, если Вика поддерживает эту идею. — Ты действительно так думаешь? — она с надеждой посмотрела на него. — Конечно, думаю, — уверенно ответил он. — Но ты же знаешь моего брата. Ему нужно немного пространства, чтобы самому принять решение. Аня кивнула, обнимая его крепче. — Ладно, тогда оставлю это на какое-то время, — сказала она. — Но, если честно, я бы хотела, чтобы они были здесь до того, как малыш родится. — Всё будет, малыш, — сказал Вадим, проводя рукой по её спине. — Просто доверься мне. — Доверяю, — прошептала она, прижимаясь к нему ближе. В этот момент из сада ворвались дети. Влад и Витя шумно спорили о том, чей домик получился крепче, а Алиса гордо заявляла, что она его «главная дизайнерка». Аня и Вадим посмотрели друг на друга и рассмеялись. — Ну вот, — сказал Вадим. — Это точно доказывает, что с нами никогда не бывает скучно. — И это ещё одна причина, почему Антон должен быть поближе, — добавила Аня, поднимаясь с дивана, чтобы пойти разнимать спор.

***

Экзамен начался в напряжённой тишине. Аня сидела за кафедрой, внимательно следя за студентами, которые сосредоточенно работали над заданиями. Эта группа ей была незнакома: она взяла на себя проведение экзамена из-за того, что их преподаватель ушёл в отпуск. Работы уже начали поступать на стол, когда одна из студенток, высокая блондинка с самоуверенным видом, подошла к кафедре и положила свою работу с таким видом, словно подносила шедевр. — Danke schön. (Спасибо большое.) — Карина улыбнулась, но в её улыбке не было ни капли уважения. Аня подняла взгляд и коротко кивнула, молча наблюдая, как девушка уверенной походкой направилась к выходу. Когда экзамен закончился, Аня забрала работы и села их проверять. Часа через два все результаты были готовы. Она вернулась в аудиторию, чтобы огласить оценки. — Карина, vier. (Четыре.) — спокойно сказала она, отдавая работу девушке. — Was?! Vier?! (Что?! Четыре?!) — Карина вскочила с места, хватая работу. Её лицо покраснело, а глаза горели возмущением. — Это какая-то ошибка! Аня, сохраняя спокойствие, посмотрела на неё поверх очков. — Nein, keine Fehler. (Нет, никакой ошибки.) — ответила она ровным тоном. — В вашей работе есть серьёзные ошибки. — Это полный бред! — Карина повысила голос, бросая взгляд на других студентов, словно ища поддержки. — Ich habe alles richtig gemacht! (Я всё сделала правильно!) — Если вы считаете мою оценку несправедливой, — начала Аня, сложив руки на груди, — у вас есть возможность подать апелляцию через деканат. Но Карина не собиралась успокаиваться. — Это вы несправедливы! — воскликнула она. — Вы нарочно занизили мне оценку, потому что не хотите признавать, что я знаю больше вас! Аня подняла бровь, но её голос остался твёрдым. — Карина, — начала она, обводя аудиторию взглядом, чтобы дать понять, что ситуация под контролем, — в вашей работе допущены три грубые ошибки, которые недопустимы в реальной практике. — Какие ещё ошибки?! — Карина хлопнула рукой по столу. — Это всё субъективно! Аня открыла её работу и указала на один из ответов. — Вот здесь вы написали, что экстирпация матки возможна без предварительной диагностики. Это не просто ошибка, это грубейшее нарушение медицинских стандартов. — Вы меня просто завалили! — не унималась Карина. — Ich weiß, wer Sie wirklich sind! (Я знаю, кто вы на самом деле!) В аудитории повисла тишина. Все студенты замерли, будто чувствуя, что сейчас произойдёт нечто невероятное. — Простите? — спокойно, но с холодной интонацией спросила Аня. — Вы без Колмогорова вообще никто! — выпалила Карина, её голос дрожал от злости. — Вся ваша слава — это его работа! Я всё читала в интернете! Вы строите из себя гения, а на деле… Аня глубоко вдохнула и медленно поднялась из-за стола. — Карина, — её голос стал ледяным, но всё ещё спокойным. — Вы только что перешли все границы. Я понимаю, что вы расстроены своей оценкой, но это не даёт вам права переходить на личности. — Ich sage nur die Wahrheit! (Я просто говорю правду!) — Карина продолжала повышать голос. — Wenn das Ihre Wahrheit ist, brauchen Sie dringend Hilfe. (Если это ваша правда, вам срочно нужна помощь.) — резко ответила Аня, пристально глядя на девушку. — Если вы хотите продолжать в таком духе, я приглашаю декана. Карина сжала зубы, явно разрываясь между желанием продолжить спор и страхом перед последствиями. — И ещё одно, — добавила Аня, обведя аудиторию взглядом. — Я не здесь для того, чтобы кому-то нравиться. Я здесь для того, чтобы научить вас, как стать настоящими врачами. Если это вам не подходит, возможно, вы выбрали не ту профессию. Студенты замерли, но вскоре кто-то из них тихо кивнул, соглашаясь с её словами. Карина села обратно, бросив работу на стол. Когда аудитория начала пустеть, несколько студентов подошли к Ане. — Frau Smolina, vielen Dank für Ihre Geduld. (Госпожа Смолина, спасибо за ваше терпение.) — сказал один из них. — Вы абсолютно правы, — добавил другой. — У Карины действительно много ошибок. Аня улыбнулась, убирая работы в папку. — Danke, aber bitte konzentrieren Sie sich auf Ihr eigenes Lernen. (Спасибо, но сосредоточьтесь на своей учёбе.) — ответила она. После ухода последнего студента Аня откинулась на спинку стула и выдохнула. Её телефон завибрировал: сообщение от Вадима. «Ну как твой экзамен, малышка?» Она с трудом сдержала усмешку, быстро набирая ответ: «Напряжённо. Твоя очередь выслушивать мои жалобы вечером.» «Жду. Не забудь, что я лучший в этом.» Она улыбнулась, убирая телефон в сумку, и медленно вышла из аудитории, решив, что сегодня вечером ей точно понадобится горячая ванна и бокал вина.