Глава I - Пепел после пожара

      Прошло меньше недели с тех пор как силы Бездны потерпели поражение в бесконечной войне. Жители племён, бессильные и безэмоциональные, вернулись в свои родные поселения. Никаких праздников и торжеств, всплесков упоения и счастья, только удушающая скорбь и мучительная тоска. Юные бойцы запомнят тот роковой день на всю жизнь. Ветераны войн лишь тихо сомкнут глаза на произошедшее. А мудрые старейшины и не вспомнят тот день, когда весь материк был охвачен подобной душераздирающей серостью и мрачной мглой. После тяжелого испытания все люди Натлана нуждались в покое и умиротворении.       Штиль окутал некогда суетливое побережье, и только едва слышимые всплески зыби виднелись в океанском пейзаже. Как вдруг оглушающий металлический скрежет мечей перебивает абсолютную тишину. Два Великих воина, остановившие натиск врага вновь скрестили клинки вдали от цивилизации.       — Ты совсем не атакуешь, Капитан! — Непоколебимая воинствующая дама с алыми волосами наносит поочередные удары, без сожаления и промедлений.       Капитан обороняется, отражая молниеносные атаки одним за другим, однако леди не дает ни единого шанса контратаковать её. Очередной удар двуручного меча стал последним: стремительно, словно искрящийся вихрь, она подбрасывает противника воздух, а финальным взмахом отправляет порывистой силой обратно на землю. Грохот падения был слышен на далекие расстояния, от чего недоумевающие народы сбежались то на висячие мосты, на пики гор, к окраинам берега.       Кто имел под рукой бинокль, присмотревшись, лицезрели треснувший кратер от песчаного взрыва. Благородный Пиро Архонт удерживала лежачего неподвижно Черного Рыцаря. Ему ничего не оставалось, кроме как схватиться когтистой ладонью за её ногу, тем самым уменьшив причиняемую боль от её каблука, который впился в его старую рану прошлого поединка.       — Ты мне поддался, — Окончательно разочаровавшись, она отпускает проигравшего.       Развернувшись, Мавуика убирает оружие за спину и уходит. Еще мгновение и она, сгорая, исчезает с поля битвы. В это время Капитано, наконец, может откашляться от поднявшийся пыли. Он продолжал лежать неподвижно, тяжело вздыхая.       Может показаться, что их противостояние было вызвано внезапным конфликтом: оба – некогда соперники, снова взялись за оружие, начав вторую битву Огня и Льда. Однако это была лишь тренировка. Племена знают об этом, не первый раз они устроили "дружеский" поединок, чтобы поддержать себя в форме. Несмотря на то, что Архонт снова застала Предвестника врасплох, люди знали, что между ними сложилась куда более близкая связь.       Непослушные ноги Капитано всё-таки смогли его поднять. Он косолапо пошагал в сторону гигантского валуна, на котором лежало его пальто, такое же потрепанное, как и он сейчас. Последний удар был куда сильнее чем раньше. Казалось, что Мавуика злится на него. Или на себя? Или на что-то другое? Благородный полководец не может позволить негативным эмоциям захватить разум своего союзника. Он должен с ней поговорить. Может, он единственный, кому она способна открыть своё потухающее сердце.       Разведка Снежной всегда славилась своей высокой мобильностью и результативностью, поэтому Черный Рыцарь знал, куда могла уйти Архонт. Еще с того дня, как она обрела божественность, её начали одаривали излишним вниманием. Ревнивые воины завидовали её ловкости и силе, мудрецы хвалили её за выдающийся ум, а дети любили её за доброе и великодушное сердце. Она, как истинный лидер, что носит древнее имя Кионгози , выполняла свои обязанности безотказно и уверенно, она достойна похвалы и благодарности. Но люди совсем позабыли то, что до получения столь высокой должности она была обычным человеком. Девушкой из Потомков Крон, любившая вскарабкиваться высоко по горам, ощущая прилив адреналина в крови и наполнение души энергией, что свойственно любому выходцу этого племени. Нет лучшего счастья, когда в конце сложного и опасного пути к вершине ты потом смотришь сверху на всё то, что осталось там, внизу. С высоты птичьего полёта вид куда шире и прекрасней. Особенно это чувство воодушевляет, когда тебя окружают твои самые близкие люди, что прошли такой путь вместе с тобой.       Но Мавуика осталась одна. Все её родные остались в далеком прошлом. Сегодняшнее поколение воинов воспринимает её иначе: как лидера, который не смеет быть слабым, а любое проявление бессилия - это унижение, как для Вождя. Добросердечные люди есть, конечно, они, если что, поймут и даже успокоят, но за долгие годы народ стал более бессердечен и суров. Такова реальность многовековой войны.       — На вершине воздух чувствуется иначе, не так ли? — Спокойным и монотонным голосом окликнул её Капитан.       Мавуика, сидя на краю скалы, вздрогнула от неожиданного гостя, явно не ожидая с ним последующей встречи сегодня. Но она вовсе не удивлена тому, что Рыцарь смог её найти. Скорее у неё возник вопрос в том, с какой целью он сюда пришел.       — Да... Ты прав, — Вздохнув отвечает Архонт, снова отвернувшись в сторону горизонта, откуда ослепительной голубизной светила луна.       Капитан не спешил подходить к Мавуике. Хоть ответ и прозвучал достаточно нейтрально, необходимо было понять, как она отреагирует на его дальнейшее присутствие: готова ли они к откровенному диалогу, а может, совсем не желает ни с кем разговаривать в этот момент. Он осторожен и усидчив, а, значит, любое действие или слово рассчитывается заранее.       — Человек, однажды добравшийся до вершины, отныне не всегда может быть понят земными. Они начинают смотреть на таких иначе. Во всех смыслах, — Продолжив свою речь, он пристально наблюдает за ней.              Архонт молчала. Но её руки заметно напряглись, что легко подметил для себя Предвестник. Он решил понаблюдать дальше, ответит ли она или предпочтёт и дальше сдерживать свои переживания в себе.       — Ты обижен, что по больному месту каблуком надавила? — улыбнулась она.              Предвестник подумывал продолжить мысль тем, что в сегодняшней битве он не делал расчёт на серьёзный поединок, ведь прошло так мало времени с конца последней битвы. Он понимал, что, соглашаясь на ежедневые схватки, рано или поздно шанс нанести серьезный урон сопернику возрастет. Сила Роновы имеет свою цену, однако никто не сообщил как будет проходить расплата. Мавуика ослабла и, может, тренировки с ним никак не смогут помочь ей прийти в нужную форму. Скорее, она и сама знает об этом. Он принял решение вести диалог в ином направлении.       — Позволь мне тебя выслушать, Мавуика, — Капитано медленно подошёл к ней уселся рядом с Архонтом. Она немного сжалась от того, что он внаглую так близко подсел, и что его рука, на которую он упирался, оказалась позади её спины.       — Тяжело... — Только это слово опечаленная Мавуика смогла произнести из своих тревожных уст.              Вершина горы, на которой сидели наши герои, открывала восхитительный вид на все племена. Хоть в не в каждом доме горит свет, хоть до сих пор патрули находят раненных, однако жизнь, слава Архонту, не остановилась. Жители Потомков Крон активно и бодро восстанавливают висячие мосты, Народ Родников всей своей многочисленной семьёй принимают водные процедуры, а Дети Эха дружно и сообща разносят завалы.       Но даже так атмосфера всё равно оставалась душераздирающей. Стоит лишь отвести взгляд, и сразу бросаются в глаза на украшенные зелеными венками и зажженными свечами похоронные алтари. Герои замечают маленькую девочку в скромном зелёном платьице, не спеша несущую небольшой букет из цветов, также удерживая в руках чьи-то альпинистские очки. Она подходит к алтарю, аккуратно кладёт вещи рядом и садится на колени. Тут же вы слышите внезапный крик из каньона. Под завалами камней обнаружили людей. Еле-еле оттуда оттягивают чью-то племенную шапку, а её владелец совсем не стремится выбраться наружу, хотя бы вытянув руку помощи. Отвернувшись в другую сторону - снова страшная картина. У одного из горячих источников скопилась толпа: все кричали, топтались и гудели. Они кого-то окружили. Жажда скорейшего отдыха привела раненного воина к еще большим страданиям.       — Тяжело смотреть... — Сдерживая слёзы, она прикрыла глаза, — Все эти дни я помогаю другим, но мне с каждым днём всё больнее от своей безысходности, что я не могу помочь всем.       — Ты мне тоже помогаешь?       Мавуика слегка покраснела. Действительно, их первый разрушительный бой закончился поражением Предвестника: точный кулачный удар оставил после себя искрящуюся глубокую рану, поразив оппонента в самое сердце, заставив встать перед Пиро Архонтом на колени. Он был готов драться до конца, держась до последнего, будучи раненным он мог продолжить битву, но удача его уберегла, но честь была утрачена.       Тогда, в палате вождей, она видела ту глубокую рану под меховой шубой, что разъела его и так проклятую плоть. Те рассказы, что он поведал ей, доносились вместе с тяжелыми вздохами и хриплым голосом. В какой-то момент она даже проявила к нему сочувствие, что удивительно по отношению к бывшему врагу. А в момент, когда недавние противники встали бок о бок в последнем бою, она, взмыв в небо, наблюдала за ним. Заживший рубец медлил его: удары были тяжелы, но не быстры как раньше. Тело, не успевающее за мыслями его хозяина, похоронило множество неспасенных жизней, а горесть совести осталась лишь на его душе.       — Я благодарен тебе, что приводишь меня в форму. Но и тебе нужна помощь. Даже отважному воину, что знает горечь сражения, нужно время обычного сидения у костра.       Капитан подвинулся поближе и аккуратно обнял её, окутав её стройные плечи своей мохнатой шубой. Она совсем не воспротивилась его действиям, а смиренно послушалась. Пока её голова с выплаканным лицом лежала на его твердом плече, а он слега гладя её по макушке краем своей маски, сложилось некое чувство понимания и спокойствия. Дыхание его груди ощущалось как колыбель для уставшего храброго воина, а легенькое щекотание её волос вызывало приятные чувства нежности и умиротворения.       Аккуратно прикоснувшись к ранению, он глубоко вздыхает, но тоже не отмахивается. Осторожные круговые движения лишь успокаивают его суровый нрав и дерзкую натуру. Кто знает, может Мавуика первая, кому было позволено так близко к нему подобраться, растопив сердце, замершее в вечной мерзлоте. Пару минут Капитан слегка нервничал, будто собираясь что-то сказать, но Архонт не решилась спросить прямо: "Что бы он не хотел, пусть скажет сам". Наконец, он заговорил:              — Над пропастью в Разломе скопились чудовища Бездны, в моем отряде был рядовой из МореПеска, — Капитано стал рассказывать трагичную историю о славном пареньке, чью храбрость запомнили местные, а о его подвиге путешественники стали слагать легенды, — Мы были окружены, и тут же его ранил тот пылающий знаменосец, — В этот момент голос Предвестника стал тише и медленней, Архонт понимала, что ему вспоминать горе ни чуть не легче, чем рассказывать.       Мавуика прижалась к нему ближе, упираясь своим мягким носиком в его холодную шею, наверно, также показывая своё небезразличие.        — Я хотел уж схватить его и бежать, но в тот миг он прокричал: "Мой господин, пусть они отвлекутся на меня, а вы спасайтесь, пускай я погибну, для меня честь отдать вам свою славу!". Так и умер безымянный солдат, оставив после себя лишь пепел. А я ничего сделал. Меня прозвали героем и не стал это оспаривать.       Он перестал совершать какие-либо успокаивающие действия: его голова лишь неподвижно лежала на её волосах, а обнимающая рука расслабилась так, будто тотчас же упадёт. Его заледеневшее сердце от многочисленных смертей и предательств будто начало таять. Походу, он почувствовал такую же одновременную боль в душе и легкость в груди, как и она, а мучительное ощущаемое равнодушие, похоже, улетучилось. Фраза, что произнес тот солдат, засела глубоко в подсознании рыцаря, может быть, потому что это первый раз, когда он начал терять своих преданных подчиненных в начавшимся хаосе раздора и катаклизма.              — На мне в тот момент лежала стыдливая ноша, с которой я смог поделиться лишь с Шутом и Царицей. Но от них был лишь холод и безразличие. Не так важен достигаемый путь победы, как она сама.       Мавуика почувствовала теплоту его слов, что начало излучать его сердце, и слабость, что перешла на его мышцы. Он доказал своим искуплением хотя бы перед ней, что он ценит потерянные судьбы людей, что оставили их на полях битвы, и даже сейчас, солдаты, погибшие во имя Натлана не останутся забытыми. Он не присваивал чужие заслуги, ценит каждого бойца, бережёт каждой жизнью – за это его и именуют Благородным и Справедливым.       В это время Архонт аккуратно опускает его тяжелую руку и кладёт её рядом, взявшись за его когтистую кисть мертвой хваткой. Их расслабленная поза на фоне мерцающей луны окуталась аурой близкой связи понимания и сочувствия. В племенах громкие плачи и крики поутихли, а люди стали расходиться по домам. Та маленькая девочка, все время сидевшая на коленях, наконец-таки встала и вернулась к своему оставшемуся в живых отцу. Шахтёры только что смогли откопать под каменными глыбами нескольких человек, слава Архонту, живых. А местный врач у родника спас жизнь умирающему воину, от чего все очевидцы выдохнули с облегчением.       Голубкам повезло пересечься в этом мире. Они получили ту долю сожаления и поддержки, о которой они лишь могли мечтать. Так они просидели еще пару часов в полном молчании и разошлись. С тех пор они каждый день продолжают в дали от зорких и любопытных глаз встречаться, уделяя друг другу ценное время.        А историю, которую поведал Капитан, немного перефразировав и дополнив, Мавуика пересказала вождям на очередном заседании, а те же своим советникам, а те местным детям о том, как безымянный воин заставил своего лидера чувствовать угрызение совести, и как последний, не поддавшись соблазну на подлые выходки в дальнейшем, спустя много лет, смог искупиться. Пусть эта история передастся в народные массы, учили их чести и достоинству, чтобы все поколения почитали предков и близких, и, недоглядываясь назад, не занимались самобичеванием, а смело шли вперед – проливать кровь за общее будущее. Она посвятила эту легенду Вичаме, носителю Древнего имени Тафута .