Глава 10

Говорить с Кащеем? О чём вообще с ним можно говорить? В её понимание, это реально будет словесная дискуссия, а не то, что имеется ввиду у пацанов. С тяжелой душой, неприятным предчувствием, она просыпается на следующий день. Братья Суворовы решили даже не пытаться отговаривать её, было сразу понятно, что она идёт с ними. Оставалось лишь молиться, чтобы она не сказанула лишнего. Оделась девушка без всяких выдумываний образов. Обычные темно синие джинсы, ведь на улице была ужасная погода, чёрная водолазка и как же без одолжения какой-то вещи у братьев. Под её прицел попала красно-синяя олимпийка Марата. Надев курточку и закутавшись в шарф, младшая последовала за Суворовыми на улицу. Не подходя и близко к катку, было видно, что все пацаны Универсама уже были на месте, даже самые младшие участники. Заметив лампу, Суворова немного нахмурилась и подошла к нему. - Алька, малой, ты чё здесь делаешь? Не думаю, что это то самое время, когда тебе стоит быть здесь. Альберт лишь улыбнулся и дал ответ. - ну тебе тоже нежелательно быть здесь, но ты же тут. — это другое. Главное в драку не лезь, это ты славный малый. – она подмигнула ему улыбнувшись и прошла к месту возле Вовы. - и что мы ждём? - Маратик послал Пальто за Кащеем, щя прибежит. Как по сигналу бежит Андрей с криками «Идут!». Белокурая почувствовала, как кто-то сзади касается её руки. Та обернулась и увидела Валеру. Кинула на него вопросительный взгляд, но парень лишь легко сжал её руку и после отпустил. С некой неуклюжестью забор перелазит Кащей со своими приспешниками. После подошел к Вове. Его хитрый, прижмуренный взгляд рассматривает лица вокруг, а рот изогнут, как всегда, в высокомерной ухмылке. - ну что? Кто там со мной поговорить то хотел? Стоите все с лицами кислыми, будто бы лимонами обожрались. - мы все поговорили. Мы с пацанами тебя не поддерживаем. – ровным голосом ответил старший Суворов. На лице арестанта появился проблеск наигранной грусти. - м-да? А кто конкретно? Ты? – он кивнул на Туркина. – или ты? – взгляд перешёл на Вахита. – а, ты что ли? – он наклонился в сторону Лампы. – а чё ж ты мне сам в лицо то не сказал. Она встала немного в сторону, прикрывая младшего. - да я и сам тебе всё скажу. – тем же ровным тоном говорит Вова. – знакомый чувак с Хадишки всё рассказал. Продал ты молодого пацана за стакан водяры, а там всем наплёл, что он не по понятиям как-то жил. А сам-то? Через день синячишь и по-чёрному колешься. Пацаны с других районов думают, что мы все такие угашенные. Тебя уже давно в хуй никто не ставит. Потерял ты наше уважение. Лицо мужчины в кожаном плаще излучало много разных эмоций, но эта гордость всё так же сидит как влетая. — вот значит как? Ну я готов на твою предъяву ответить, Вовочка. Ты меня крысой назвал, да? По сути, то так? То, что какой-то еблан угашенный? Про пацанов своих не переживаю? А ты это сам понял? Или тебе кто-то подсказал? Вопрос простой. - люди то зря не говорят. - говорят кур доят. Ты понимаешь, что ты сейчас своему старшему такую вот хуйню затираешь? Да таких как ты я на ноги поднимал, в люди выводил. О, или тебе захотелось получить бразды правления над улицей, миленький мой? Так хана тебе значит. – он посуровел в лице. – я здесь своего отца похоронил! Я здесь, сука, всех воспитал нахуй, как правильно любить свою улицу. Да я! Его монолог был перебит дядечкой, который любезно предложил пацанам прийти к нему, кино посмотреть. Но попал под раздачу и был послан арестантом, который был уже на взводе. - да кого ты там воспитывал? – влезла она. – у самого ещё молоко на губах не обсохло. Думаешь отсидел несколько лет, так сразу уважаемым пацаном стал то? - точно! Посмотрите кто у нас здесь. Маленькая шлюха-вафлерша затесалась среди пацанов. Давай же, маленькая, расскажи, как ты этому «зеку», - он указал на себя, - приятно делала. Давай, думаю все хотят послушать. Многие обернулись на неё. «Сука. Вот откуда неприятное предчувствие с самого утра.». -  ах, да ей самой понравилось то. Да, Т/ишка? А что же ты не поделилась со своими друзьями такой новостью? Стыдно что ли? - не неси хуйню. Не было такого. Ты мерзкий и гнилой человек. Малого того, что самый натуральный вор и нарик, так ещё и насильник. - да? А мне так показалось, что тебе понравилось. Адидас не стал больше слушать и просто врезал ему, в результате чего началась потасовка. Быстро среагировав, девушка оттянула Лампу, чтобы их двоих не задело. - хватит! – крикнул Вова через несколько минут. Они окружили Кащея, что уже был на земле, весь мокрый и грязный. - мы пацаны. Мы улица, а ваши арестантские дела нас не касаются. Мы отшивает тебя. - ты натуральное чмо. Напомнить, как я тебе морду начистил, когда ты приставал к Т/и? гнида, да если бы мы с Зимой не зашли… чтобы я тебя больше здесь не видел, а то яйца отрежу и сожрать заставлю. – зло сказал Валера и плюнул в него. - можно? – спросила она. Старший Суворов лишь вздохнул и кивнул. Девчонка сразу улыбнулась и заехала ногой по лицу Кащея. - никогда больше не вздумай пиздеть про меня или кого-то ещё. Тишина, а после в унисон весь Универсам начинает выкрикивать «Мы улица!». Оставив позади такую проблему как тот скользкий тип, группа направилась в качалку. Где не без проблем, но к счастью, успешно был вскрыт сейф и получено всё содержимое. Вове сразу приглянулся револьвер. - Вов, может не надо? – спросила насторожено младшая. - та ладно тебе. по-твоему я в Афгане штаны протирал? – тот посмеялся. Пересчитав деньги, было принято решение пойти к тому милому дяде посмотреть, что же за кино он предлагал. Под музыкальное сопровождение «Седой ночи» огромная кагала прибыла по приглашению. Предоставив нужную сумму все свободно зашли. Разместившись в небольшой гостиной, свет был выключен. Девушка втиснулась между Туркиным и Суворовым старшим. В ход пошла первая кассета. Все дурачились, смеялись и даже пародировали происходящее на экране. В какой-то из моментов Валера пару раз толкнул её в бок. Она вопросительно посмотрела на него, тот лишь кивнул в сторону коридора. Пытаясь не мешать другим они вышли. - в чём дело? - пошли. Без малейшего понимая она последовала за ним, и они вошли в ванную. Он закрыл двери на засов. Суворова облокотилась об столешницу возле раковины. Парень подошёл и поставил руки по сторонам от её ног. - ты как? - в каком плане? - не придуривайся. После того, что было с Кащеем. - а…ну вроде бы нормально. - вроде бы? Блять, я хочу услышать, как ты себя чувствуешь. я…агх, я волнуюсь за тебя, дурочка. Она вздохнула. - та правда нормально. А чё мне волноваться было? Или бояться? Он зам по нихуям, ничего более. Плюс я знала, что в случае чего у меня есть мои защитники. — вот и славно. Так и нужно. Моя девочка. «Моя девочка? Чего? Что он несёт?» это её однозначно удивило. Не успев опомниться, её губы уже были накрыты его. С привычной легкостью и отдачей белокурая отвечает на его поцелуй. Мужские руки начинают медленно двигаться под её водолазку. - Валера, подожди. Вдруг кто-то зайдёт? - я закрыл двери. - ага. А вот догадаться кто внутри думаю вообще будет не сложно. - успокойся. Всё под контролем. Губы парня передвигаются к линии девчачьего подбородка, время от времени мягко покусывая кожу, вызывая тихие вздохи и ускоряя сердцебиение. За пределами тесной комнаты послышались женские стоны, что исходили из телевизора. Её глаза немного округлились, а вот второго вообще не смутило услышанное. Пуговица на джинсах вылетает из ушка, ширинка спускается вниз, прям до молочных щиколоток, после вовсе разрывают контакт с женским телом, вслед за ними и трусики. Справиться со своей частью одежды для Туркина не проблема. Самое главное было то, что он учёл свои прошлые провтыки и в этот раз не будет подвергать их возможности незапланированной беременности. Поэтому латекс был раскатан по всей длине. Правой рукой он взял её левую ногу под коленку и уже после медленно вошёл. - нгхх…- протянула она. - шш. Тише, ты же сама переживаешь, что нас поймают. Нужно быть тише. В этот раз его движения были более ритмичными с самого начала. Более грубо, но не до такой степени, чтобы сделать ей больно. Как и в прошлый раз в такой момент девушка не могла составлять связных предложений, а лишь издавать сдавленные звуки, которые иногда глушились его поцелуями или фоновым звуком фильма для взрослых, который увлеченно смотрели пацаны через комнату. Через несколько минут случилось то, что она хотела меньше всего. В двери постучали. И это был Марат. - эй, Турбо! Ты там долго? - д-дай 10 секунд, пожалуйста. В ответ лишь недовольно бормотание. Валера ускорил свои движения и добавил дополнительную стимуляцию, что помогало ей догнать его уровень. Вновь она смогла перегнать его и перейти черту финиша, в их маленьком соревновании, первой, издав протяжный стон, который она приглушила в районе его плеча. После и он выпустил свое напряжение и вышел из неё. Впопыхах было наведено, что-то подобие порядка. - напомни в следующий раз, чтобы мы занимались сексом в более безопасной обстановке и удобных условиях. - как скажешь, маленькая. Его голова выглянула первой проверяя обстановку. Вроде бы никого и они смогли выйти без лишних глаз. Прошло пару часов. Все покинули домашний кинотеатр. Суворова была доведена в целости домой и со спокойной душой, а также чувством удовлетворения легла спать, пока её не волновали новые идеи Универсама. Половину ночи она спала не очень спокойно. Перед глазами всплывал силуэт Кащея. Настолько реален, будто бы он вот-вот протянет руку и коснется её. Ранним утром пробуждение пришло с телефонным звонком. В сонном состоянии белокурая заставила себя встать и дойти до телефона, поднять трубку. - мм алло? - Т/ишка, милая, привет. - тётя Марина? - ну а кто же ещё. В общем, не буду долго томить. Я вернулась в Москву, и мой кавалер тоже приедет через несколько месяцев. Поэтому зову тебя обратно в столицу, дорогая. В ту же секунду сон как рукой сняло. - подожди…серьёзно? Это не шутка какая-то? - я полностью серьёзна. Жду тебя через два дня у себя. - я…да, хорошо. Из-за угла сразу показался отец. - кто звонил? - тётя Марина… Ожидаемая реакция была злость или недовольство, но на лице Кирилла была улыбка. - а, значит ты уже узнала. - узнала о чём? - ну я решил, что тебе и правда нет чего делать в Казане, созвонился с Маринкой и мы решили, что вернёшься в Москву, начнешь снова нормально учиться, перестанешь пропадать с кем не попадя. У тебя же там друзья, чёрт бы их побрал. Как ты говорила? Больше возможностей? Вот поедешь и воспользуешься ними. - а у меня вы не хотели спросить? - ну тебя не поймёшь. То ты уезжаешь от нас без разрешения, то, когда тебе вот дают возможность поехать, ты не хочешь. – раздраженно произнес глава семейства. Всё равно уже всё решено. Билет куплен, вещи собирай, через два дня поедешь. Два дня. Два слова которые крутятся на повторе в голове. Она могла бы пойти против решения отца. А могла и принять. Могла попрощаться уже со сроднившимися лицами за этот период перебивания в родном городе. А могла умолчать. В прочем так и поступила. Вещи были собраны. Через час выезжать на вокзал. Она решила, что правильно будет умолчать об отъезде. Просто не хотелось видеть эти растерянные лица, слушать упреки «ну можно же найти другой выход». Больше всего не хотелось смотреть на Валеру. Но почему её так волнует то, как он отреагирует? Они же не в отношениях. И вообще одна должна злиться, ведь он не даёт никакого прямого ответа, не говорит о своих чувствах. «Такое ощущения будто бы я ему нужна только чтобы деснача давать и трахаться» засело в её голове. Конечно, братья пытались отговорить её, Вова даже угрожал, что снова уедет на войну, если она уедет. Она не хотела расстраивать его, но по-другому никак. Суворова надеялась, что может всё-таки Туркин сделает хоть что-то, ей нужен повод. Уже на вокзале. Старший помог занести её чемодан в вагон. Она попрощалась с братьями и зашла. Села на своё место, и они смотрели друг на друга через пыльное окно. На горизонте показалось несколько бегущих фигур. - Т/иша, не уезжай! Подожди! – кричит кучерявый несясь к поезду. Та сразу оживилась и вынырнула из вагона. - Валера? – она заметила ещё несколько пацанов из Универсама. – что…как вы узнали? Улыбка Марата всё выдала. - ты говнюк, Марат. И только сейчас она заметила небольшой букет белых роз в руках Турбо. - Т/и, пожалуйста, не уезжай. Знаю, что я полный мудак, козёл, кретин и всё по кругу. Но я хочу быть с тобой. Я так хочу быть с тобой. – он протягивает букет. Девушка удивлённо смотрит. Посмотрела на Вову, который закатил глаза, но похоже не возражал. Голос диспетчера прозвучал на весь вокзал «Поезд Казань – Москва, отправляется через 2 минуты.». Внутренняя борьба. Но как она может сомневаться? Вот тот самый повод, остаться здесь. Быть с Туркиным вместе! - я…я согласна. Лицо кучерявого сразу озарилось, и он подхватил её на руки кружа, вызывая у неё смех. Атмосфера вокруг будто бы ожила. Все радостные, никто не хотел отпускать её. Старший Суворов взял на себя весь удар гнева отца и позволил этим двоим провести время вместе. Всю ночь она не ночевала дома, она была со своим, СВОИМ, новоиспеченным парнем. Кто бы сказал ей какое-то время назад, что, приехав в Казань она начнёт встречаться с ОПГшником, то она бы посмеялась и в жизни не поверила. Но вот она реальность. Вернувшись домой под следующий вечер, разговор был неизбежен. - как ты могла так поступить?! Променяла Москву на какого-то недоноска гопника! Преступника! Ты знаешь, что такие как он делает с девушками? Чем ты думала?! – отец даже не пытался понизить голос. - пап, перестань. – влез Вова. - я не с тобой разговариваю! Как ты мог допустить такое?! - Вова здесь ни при чём. – защитила младшая. – папа, я не понимаю одного. Тебе так хочется избавиться от нас? Марата в Челны, меня в Москву гонишь. А вдруг я хочу побыть с семьей? Я хочу быть с вами, а не где-то там. Глава семейства вздохнул, проводя ладошкой по усам. - просто знай, что это глупый поступок, ты ещё будешь жалеть, что не поехала отсюда. Девушка приступила к разбору вещей. Её отвлек звук за окном. Она выглянула в окно и увидела…Валеру? А за ним стояли половина уже знакомых пацанов. Она улыбнулась и вышла на балкон, в эту ночную и снежную Казань. Только стоило ей появиться, Турбо махнул рукой, и все разом начали петь «Седую ночь». Это вызвало неподдельную радость на её лице. - девочка моя, я буду оберегать тебя как зеница око. Слово пацана даю. - верю, верю. – она смеётся, а после ушла в квартиру с холодного пространства. - господи, влюбился волк, а страдает вся стая. – фыркнул Зима. - цыц, она выбрала меня.