Часть 1

Гермес никогда бы не подумал, что начнет скучать по китайской моде. Это хотя бы было красиво, культурно. Новое поветрие, которое прошлось по Петербургу, ему очень не нравилось. Хэллоуин. Именно из-за этой новой моды и Кузи он сейчас стоял на кассе, где ему пробивали пятый костюм зомби. В пакетах уже лежали костюмы приведений и вампиров, а своей очереди ждали различные монстры. Идея отпраздновать Хэллоуин настолько понравилась жителям, что ради этого открыли отдельный магазин, где продавались атрибуты странного и страшного праздника. И все бы ничего, но Кузя устроил форменную истерику, когда узнал, что сам Аверин праздновать не собирается. И даже не планирует открывать дверь, чтобы услышать знаменитую фразу "конфеты или жизнь". Гермес сопротивлялся недолго, согласился не только на раздачу конфет, но и на костюм для себя. Див обещал самый красивый и самый удобный. Когда Гера жаловался на это брату, Василь лукаво улыбался и курил. Только ночью, лёжа в одной кровати с мурчащим котом, Аверин осознал, что Кузя не просто сел ему на шею, но и ножки свесил. И Гермес оставил эти размышления, все равно сделать ничего не сможет, слишком любит этого взбалмошного мальчишку. И лишь тяжело вздохнул, когда узнал от Владимира, что Кузя растрепал о разрешении праздновать в общежитии, и теперь другие дивы тоже хотят нарядиться и походить по домам, прося сладости. Именно поэтому сейчас глава управления собственной персоной скупал половину ассортимента в новом магазине. — Гермес Аркадьевич, а вот это можно взять? Эти фигурки такие милые. Кузя, который изъявил желание помочь с покупками, на самом деле он только сгребал в кучу все украшения, поставил около кассы две ростовые куклы измазанных в крови клоунов. Аверин вздрогнул, но, закатив глаза, разрешил. Кузя радостно убежал, чтобы притащить ещё чего-нибудь страшного и противного. — Какой активный у вас сынишка, – улыбнулась продавщица, пробивая очередной костюм, – и вас так похож. Вот мой от мужа только глаза взял, зато точная копия моего отца. Женщина продолжила разглагольствования по поводу похожести своих детей на мужа, но Аверин предпочел не слушать. Все, кто не знал истинного происхождения Кузи, считал их отцом и сыном. Маргарита на каждом углу распространила, какой Кузя хороший и хозяйственный, как папку любит, а ещё какой отменный у него аппетит. Из-за этого соседские домохозяйки приносили им свои кулинарные шедевры, чтобы милый мальчик оценил и свое мнение высказал. Кузя же фишку просек, хвалил так, словно ему не обычный борщ со сметаной принесли, а блюдо из пятизвёздочного ресторана. Ещё и Владимира с собой звал. Гермес никого не исправлял, а со временем и сам начал представлять Кузю как своего сына. Иногда даже забывался, в обычных разговорах с семьёй сетовал на слишком активного ребенка и что недавно такую хорошую рубашку сыну купил, он теперь всегда в ней ходит. И, конечно же, исполнял все прихоти новоявленного "наследника". — Там больше ничего интересного нет, – отрезал Кузя, когда Аверин спросил, почему он подошёл к кассе с пустыми руками. Пакеты до машины тоже вместе тащили, багажник забили под завязку. — Сейчас до общежития и домой, как раз Владимира захватим. Поможешь Маргарите с ужином. — Хорошо, пап, – небрежно бросил Кузя, крутя в руках мягкую игрушку в виде приведения, но тут же осекся и смутился, – простите, Ваше сиятельство. Гермес сделал вид, что не заметил, но внутри разлилось тепло и нежность, захотелось сжать мальчишку в объятиях и всегда слышать такое обращение к себе. Поручив нескольким дивам разбор пакетов и раздачу костюмов по спискам, а Владимир расспросил каждого и узнал предпочтения, Гермес с лёгким сердцем посадил своего дива в машину и отвёз домой. Маргарита уже готовила индейку с картошкой и сыром в духовке, поэтому попросила Владимира только нарезать колбасу, а Кузю сделать салат. — Гермес Аркадьевич, а кем будете на Хэллоуин? У меня вот мальчишка соседский, шаловливый такой, не то что наш Кузьма, – она потрепала дива по цветным волосам, – так вот, он оборотнем будет. Гермес тяжело вздохнул. Кузя так и не раскрыл тайну костюма своего хозяина, делая все в тихую. Но секрет однозначно знал Владимир, потому что див, Гермес мог дать правую руку на отсечение, кидал смешливые взгляды в свою сторону. — А Кузя не говорил? Он мне обещал сюрприз, так что не знаю. — Ой, а Кузенька тот еще затейник, – засмеялась экономка, – не говорил еще. Но я расспрошу, обязательно. Вскоре Маргарита ушла домой, а Гермес сел в свое кресло почитать недавно вышедшую книгу про психологию дивов, выпущенную с разработками новой императрицы. Занимательное чтиво. Оказывается, дивы, истинная внешность которых напоминает подростка или ребенка (такие тоже появлялись, но очень редко), воспринимают своих хозяев как родителей, а их детей как братьев и сестер. Такие дивы тяжелее других особей своего вида переживают смерть хозяина, если искренне были привязаны, больше подвержены неподчинению и вообще ведут себя как обыкновенные подростки. Так вот оно что! Кузя как раз выглядит как шестнадцатилетний мальчик, вот и видит в графе отца. Хотя он совершенно не переживал о смерти Сомова, что не удивительно, полюбить такого человека еще нужно постараться. А есть ли причины любить Аверина? Строгий, требовательный, принципиальный. Как обычный отец. — Гермес Аркадьевич. Кузя стоял в дверном проеме в своем любимом домашнем костюме. Он ковырял пол ногой, из-под челки поглядывая на хозяина. — Подойди, не стой там. Хочешь поговорить? — Да, хочу, – вздохнул див, усевшись на ковер около ног Гермеса. Мужчина сразу же запустил ладонь в шелковистые волосы, – вы сегодня не исправили меня. — Ты про ту свою оговорку после магазина? Я и не хотел исправлять. Кузя поднял удивленный взгляд. Гермес продолжил. — Я считаю тебя своим сыном. Конечно, я осознаю твою сущность, но я люблю тебя. Не как полезного и сильного дива, а как мальчишку, своего сына. Я бы не пошел в пустошь за дивом, даже самым сильным и умным, не подвергал бы опасности стольких людей. То, как поступил я, поступают родители. Конечно, я планирую обзавестись биологическими детьми, но для меня ты навсегда останешься моим первенцем. Гермес не успел договорить, когда увидел макушку Кузи, который прижимался к его животу. Он оставил в вихрах волос легкий поцелуй и продолжил читать. Утром тридцать первого числа сразу после совместной пробежки Кузя с широкой улыбкой вынес огромный мешок, как оказалось с костюмом. Гермес неторопливо разворачивал упаковку, с ухмылкой поглядывая на нетерпеливо подпрыгивающего сына. Больше всего места в ворохе одежды занимал тяжелая длинная накидка на плечи. Она была глубокого красного цвета с меховой оборкой, по истине королевская. Корона тоже была, золотая, с разноцветными огромными камнями. Кузя хорошо постарался. — А у меня костюм рыцаря. Я же всегда защищаю вашу жизнь. — Спасибо, Кузя. Гермес крепко обнял мальчика. Почти весь день они украшали дворик и пространство около двери. Конфеты стояли в двух больших коробках, их заранее заказала Маргарита. — А ведь когда-то я поймал тебя примерно в такую коробку, – с улыбкой вспомнил Гермес. — Глупый я был, а коробка очень соблазняющей. Но я рад, что попался. Очень рад. В восемь часов они облачились в костюмы, и Кузя отправился просить конфеты, а Гермес остался ждать маленьких гостей. За первый час он открывал дверь чуть ли не каждые три минуты, слыша от различных приведений, оборотней, вампиров, Пушкиных и других необычных персонажей избитую фразу про сласти или жизнь. Ближе к десяти приходить стали ребята постарше, возраста Кузи. Он даже узнал нескольких дивов из общежития, видимо они бегали по всему городу. И все-таки, это было весело. Кузя вернулся в одиннадцать, как и обещал. В руках он держал огромный мешок и свой шлем. Собранных конфет, казалось, должно хватить на год вперед. Но Гермес понимал, запас источится уже через неделю, если учесть скорость их поглощения. Владимир вернулся через пятнадцать минут, и сообщив, что все дивы повеселились и без происшествий вернулись в общежитие, тут же отправился в свою комнату спать. Гермес тоже уже подготовился ко сну, ждал пока Кузя доест свой второй ужин. Они уже давно спали вместе – человек и кот. Засыпая с горячим пушистым комочком под боком, Аверин подумал, что Хэллоуин теперь его любимый праздник. Ведь это первый праздник, который он встретил со своим сыном.