Вопрос цены

Arms wide open, I stand alone I'm no hero and I'm not made of stone Right or wrong, I can hardly tell. I'm on the wrong side of heaven and the righteous side of hell I'm on the wrong side of heaven and the righteous side, righteous side of hell Finger death punch — Wrong side of heaven *** Сколько раз люди говорили, что слова имеют значение. И не только слова. Даже нечеткие мысли, больше порывы и образы, чем осознанные фразы. Все имеет значение. Но иногда слова позволяют приблизить результат. Желаемый ли? Это спорный вопрос. С другой стороны, все в мире относительное. Главное научиться с этим жить. Вот только что делать, когда все шло наперекосяк и искать спасение и, тем более, справедливости было просто негде? Маркус всю жизнь отдал на благо служения своей стране. Медали, награды, гордые звания. К черту все это! Когда вместо благодарности за потраченные годы, подорванное здоровье и искалеченное тело тебе в лицо швыряют подачку в виде нищенской пенсии, разве это можно назвать справедливостью? Это было хуже насмешки, хуже плевка в лицо. Хуже, чем все остальное… Ведь чаще они случаются из-за эмоционального конфликта, а тут… холодная бюрократическая машина во всей ее отвратительной бездушности. Это ведь даже не человек, которого можно было избить, покалечить, или вымесить на нем злость в конце концов. Нет — это система. Четкая, отлаженная система, чьи жернова переваривали даже самых стойких. А он… Маркус уже и не знал кем он был. Или чего хотел от этой жизни. Слишком многое довелось пережить и слишком многое довелось потерять, чтобы у него остались хоть какие-то хотелки помимо самых базовых: еды, воды, одежды и кровати. «Признай, ты просто жаждешь совсем иного». В последнее время в его голове все чаще мелькал этот вкрадчивый незнакомый шепот. Шепот, медленно сводящий его с ума. — И чего же? Наверное, он же действительно сошел с ума, если все же решил ответить. Хотя, а что ему было терять? Семьей он и так не успел обзавестись, а друзья… Друзья быстро разбежались, когда с последнего тура он вернулся с протезом вместо ноги. А эти проклятые пацифисты вовсю ратуют за сокращение военного бюджета! Вот бы кого отправить в гости к исламистам и моджахедам! «Власти». — Власти, — Маркус попробовал на вкус это незнакомое слово и поморщился, оно отдавало непривычной жгучестю. — Нет, она никогда меня не прельщала. «Ты жаждешь не власти над людьми, нет. Ты жаждешь власти над своими чувствами, порывами, пороками и слабостями. Жаждешь самому решать, когда внутренних зверей можно спустить с цепи и насладиться свободой. Жаждешь выйти за сдерживающие тебя рамки закона и быть выше общественных норм и правил». С каждым новым словом этот тихий голос проникал все глубже в сознание, и невольно Маркус замечал, как эта речь находила отклик в его душе. — Допустим, допустим это правда, но что с того? Все равно этого не изменить, а в тюрьму, вот уж спасибо, не горю желанием попасть. — Все очень просто, — голос, что раньше столько времени звучал в голове, теперь раздался где-то сбоку. — Сделка. И, оглянувшись, Маркус заметил черноволосого мужчину, который стоял, прислонившись к стене. Вроде вполне обычный на вид, вот только сияющие потусторонним пламенем черные глаза сводили на нет все размышления о его человеческом происхождении. Маркус не был набожен, но война вытравила в нем атеиста. Иначе нельзя сказать, как он пережил весь тот ад и не скопытился, отделавшись малой кровью в виде ноги. — Сделка? — хмыкнул Маркус со скептической улыбкой на лице, провда из-за шрамов та больше походила на гримасу. — И что же взамен? Душу? — Люблю понимающих людей.И адекватных в особенности, — довольно оскалился демон и сквозь улыбку выглядывали удлиненные клыки. — А то сразу начинают истерить при виде моей скромной персоны. От их визгов и криков голова раскалывается. Душу… Маркус никогда не считал себя праведником. И все же сейчас он ощутил некий ужас от того, как просто все это выглядело. Казалось только кивни и получишь желаемое. За такую эфемерную цену. И в тоже время весьма осязаемую. — Ты только представь, никаких больше запретов, полная свобода. Будь тем, кем ты хочешь быть! А я помогу. — Поможешь, говоришь, — задумчиво протянул. Затем его взгляд опустился ниже, где из-под штанины выглядывал металлический протез. — А с этим как быть? — Все станет, как прежде. Требуется только твое согласие. — Согласие… Так просто? А где же пергамент, кровавое перо, свечи, прочий антураж? — Ты ещё забыл упомянуть пентаграмму, призыв на латыни… — лениво добавил посланник Преисподней и подошёл ближе. — И жертву. Теперь их разделяло не больше десяти футов. И пламя в черноте глаз, лишённых белка, сверкнуло сильнее. Только сейчас Маркус в полной мере ощутил веяние потусторонней силы. Силы, от которой волосы на спине становились дыбом, а сердце невольно пропускало удар. — Впрочем, как я и говорил, требуется только согласие. Все прочее лишь мишура. Для фанатиков. И так, ты согласен? Происходящее напоминало дурной сон. Вот только Маркус четко понимал, все это было как нельзя реально. — Вот так просто: согласились и получи желаемое, да? — А к чему лишние бюрократические проволочки? У нас, и у них, — тут он показал пальцем вверх, — слова и мысли ценее золота. А твои мысли едва не кричат громче слов. — Хм, мысли ещё не слова. А своего согласия я пока не давал. И чем больше отставник думал об условиях сделки, тем сильнее понимал, что повестись на столь заманчивое предложение, значило упустить нечто более важное. — Упрямец, — вновь оскалился демон. — Ты ведь и так весь наш с потрохами. Твоему послужному списку многие только позавидуют. «На счёту полковника Маркуса К. Лиртана, по официальному подтверждению Министерства обороны США, числится сто девяносто семь уничтоженных противников. По неофициальным — более трехсот четырнадцати». — Ваш, да не ваш. И ты не спеши ещё меня заранее судить. — Ты ведь хочешь вернуть здоровье, молодость, добиться признания, успеха. Я могу тебе все это дать! — Хочу, кто бы не хотел подобного, вот только не ценой своего посмертия. Не раз он задумывался о той другой жизни. Кто знает как бы она сложилась, она и сотни других за ней. И он был бы полным дураком, если променяет их на одну единственную, пусть и такую привлекательную. А насчёт персонального котла, что ж от своего заслуженного он никогда не отказывался. — Это твой окончательно ответ? — Определено. Цена за такую мелочь как временный комфорт, завысокая. Ответ явно не пришелся демону по вкусу. От того буквально волнами стали исходить злость и гнев. Выдохнув едва не огненным паром, он скрипнул зубами и прорычал: — До встречи в Аду, полковник Лиртан, я устрою незабываемый приём в твою честь! Затем языки пламени поглотили темную фигуру и только опаленный паркет стал свидетелем визита подданного иного мира. Нет, в вопросах цены, никогда нельзя идти на поводу у эмоций и желаний.