2. Забытое тепло

— Самекичи, а какое твоё самое приятное воспоминание из детства? Этот вопрос, внезапно заданный Ваданохарой, заставил Самекичи задуматься. Он уже и не помнил толком, что хорошего было в его детстве. Воспоминания о том месте, где он когда-то жил, со временем поблекли, и на их место пришли новые, связанные с Синим морем. Поэтому он затруднялся ответить. — Не знаю даже, — он неопределённо пожал плечами и отвёл взгляд. — Не могу так сразу вспомнить. А чего ты спрашиваешь? — Просто стало интересно. Ты почти ничего о себе не рассказываешь с тех пор, как стал моим фамильяром. И я подумала, что это как-то неправильно, — Ваданохара неловко улыбнулась. Она была права. Он толком ничего о себе не говорил, в то время как она болтала без умолку. И теперь он знал о ней всё, а вот она о нём — ничегошеньки. Так быть не должно. И подпитываемый этой мыслью, Самекичи всё-таки напряг память. Поначалу выцепить из чертогов разума хоть что-нибудь не получалось. Совсем. Однако он старался, напряжённо вдумывался, пытался найти хоть что-то. И вскоре удача ему улыбнулась: в памяти всплыло одно событие, которое отдалось приятным теплом в груди. — Вспомнил. Когда я был мелким, мне нравилось обниматься, — проговорил Самекичи. Он намеренно утаил, с кем именно. Однако Ваданохаре, кажется, было этого вполне достаточно. — Правда? — она тут же просияла. — Тогда… Вот. Она вдруг мягко обняла его. От неожиданности он дёрнул хвостом и недоумённо моргнул. Пару секунд он ещё стоял так, будто пытался переварить случившееся, а затем медленно положил одну руку ей на спину. Ваданохара закрыла глаза и покрепче прижалась к нему. От неё пахло сладостями и морем, и этот запах вселял умиротворение. А ещё, кажется, Самекичи вновь ощутил некогда забытое родное тепло.